Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки

Слеза дракона. Часть 2

Раздел: Книги / Фильмы / Комиксы → Категория: Фэнтези/Фантастика
Слеза дракона. Часть 2
Пока Наруто был у Сакуры – их не пустили одновременно – Учиха разговаривал с одним из лекарей, чтобы выяснить, когда Харуно сможет продолжить путь.
- Она поправится через пару дней.
- И ничего нельзя сделать? – поморщился Саске, которому не хотелось проводить здесь и лишней секунды.
- Мы сделали всё, что могли. Дальше ей нужно справиться с ядом самой, - спокойно и размеренно. – Я никогда не лечил гномов, но не ожидал, что они так сильны – эльф очнулся бы лишь через три дня, а эта гнома пришла в себя всего через двенадцать часов. Её тело сильно, и само выталкивает из себя яд – она быстро встанет на ноги. К тому же, - лекарь усмехнулся, - она же женщина, а женщины во многом сильнее нас.
- Неужели? – недоверчиво.
- Спросите у любой матери о мучениях роженицы, и вы меня поймёте, - уверенно кивнул лекарь. Учиха хотел ещё что-то сказал, но вспомнил мать и мысленно согласился: Микото была сильна, сильнее отца и Итачи.
И его тоже сильней.
Через несколько минут вышел Наруто. Удзумаки был бледным, шрамирование на его щеках особенно выделялось.
- Как она? – осведомился Учиха.
- Жива. В порядке, - глухо. – У вас тут есть, где выпить.
- Иди к дому Финиаса, ему возят самое лучшее и крепкое вино, - услужливо посоветовал лекарь. Наруто посмотрел на него так, будто бы не видел, и быстро вышел вон. Саске подумал, что если что, то у Удзумаки будет время протрезветь и вошёл во временные покои Сакуры.
Выглядела гнома неважно. Волосы разметались по подушке, бинты на плече были влажными от пота, женщине было жарко от температуры, но это был хороший признак: она боролась и не собиралась умирать от какого-то там яда.
- Кто там? – Сакура с трудом повернула голову. – А, это ты... остроухий... – мягко.
Саске предпочёл проигнорировать то, как она его назвала.
Что там полагается делать в таких случаях?
- Ты как?
- Не померла, как видишь... кха... – она зажмурилась на мгновение от боли. – Но отвратно, честно говоря... Не встать, ни шевельнуться... Хоть секиру принесли.
Гнома кивнула в угол комнаты. Учиха обернулся и приметил, что топор был начищен до зеркального блеска и заточен.
- В руку не возьму, но спокойней... хех...
- Что произошло? – спросил Саске и сел на самый край постели.
- Да ничего... Сидела, как на иголках, а там шорох... То есть, совсем близко... Хотела топором ткнуть, не сходя с тропы, да оступилась... Дура я, да? – виновато.
- Нет, - отрезал. – Не проверила бы, то нас могли б сожрать на самой тропе спящими.
- А что, знатно я вопила на весь лес?
Учиха фыркнул. Харуно надрывно засмеялась, ей было тяжко это делать, но выходило заразительно. Эльф покачал головой и закатил глаза.
- Я... не хотела идти по вашей тропе... Тебя хватало, остроухий... А вон как вышло – у эльфов лечусь.
- Лекарь сказал, что ты сильная, - зачем-то произнёс Саске.
Сакура благодарно улыбнулась, но так нужно было улыбаться лекарю, а не ему. Учиха положил руку ей на лоб, проверяя температуру – горячий, но когда он хотел убрать ладонь, гнома закрыла глаза и прошептала:
- Не убирай... холодная...
Эльф решил не спорить. Если ей так легче, то пускай. Может, женщина сможет заснуть и дать себе передышку.
- Вчера так красиво пели... О чём?
- Я не могу этого перевести, - почти честно, так как Саске не желал коверкать старые песни, переводя их на людской язык.
Харуно действительно заснула. Учиха беззвучно прошептал одними губами не заклинание, но просьбу: чтобы дарованная от рождения эльфийская благодать хоть на время перешла к ней. Ему не нужно – Сакуре же полегчает.
Убедившись, что гнома крепко спит, Саске отнял руку от её лба и вышел.
Нужно было найти мать.

Однако сначала он нашёл Наруто, хоть и не собирался его искать. Удзумаки был уже пьян, валялся на траве, и сидящий рядом с ним мужчина то и дело подливал ему вина из кувшина, с отстранённым интересом наблюдая за состоянием Наруто.
- Мадара, чем ты тут занимаешься? – прошипел Саске.
Мадару он всегда недолюбливал. Его вообще трудно было любить, но тот не страдал от этого – слишком много веков уже прожил. Единственный его друг прожил столько же и жил в далёком Лориэне, но Саске никогда его не видел.
- Изучаю влияние вина на мужскую человеческую особь, - сухо отозвался тот. Удзумаки захихикал, и Мадара удовлетворённо кивнул.
- Тебе настолько скучно?
- Да, - эльф тоже отпил вина. – У Шисуи всем скучно... Хотел вылазку сделать, да братец твой отряд не даёт, вот гад, да?
Учиха поморщился. Это был тот редкий случай, когда он был на стороне брата.
- Интересно получилось, а? Я видел как отец ваш под стол ходил пешком, а теперь мною командует Итачи... Н-да..
Мадара недовольно цокнул языком. Этот эльф был один из тех, кто умел сражаться и любил это делать, а ещё он предпочитал меч луку, но если стрелял – то виртуозно даже для эльфа. А ещё его волосы были настолько длинны, что доставали пояса, и настолько неровно росли, что было видно лишь кончики острых ушей. Но с возрастом ему было всё скучнее в Средиземье, и взгляд обращался к западу.
Об этой черте Мадары было принято помалкивать.
Наруто свернулся клубочком на земле и засопел. На его лице застыла дурацкая улыбочка, свидетельствующая о том, что снится ему что-то хорошее.
- Чего бродишь неприкаянный, Саске?
- Где моя мать? Я не нашёл её дома.
Мадара задумчиво посмотрел на Удзумаки, словно бы тот интересовал его гораздо больше. Саске нахмурился.
- Нету её там.
- Где она? – с нажимом повторил Учиха, начиная злиться.
- А тебе так надо это знать?
Эльф криво ухмыльнулся. Саске колотило от злости, но так действовал Мадара и его развязная манера говорить. А ещё он не просто не нашёл мать дома – там жила другая семья.
- Мадара... – прорычал Учиха.
Зря.
Саске и не заметил, как Мадара поднялся, после чего пытался блокировать удар под дых – но не успел и был повален на живот. Мадара схватил его за волосы и хорошенько приложил щекой о землю.
- Знай своё место, бастард, - тихо произнёс Мадара, склонившись к его уху.
Учиха дёрнулся, но Мадара сильнее сдавил его, не давая шевелиться. Наруто спокойно спал, не замечая ничего.
- Твоя мать могла умереть. Твоя мать могла уехать за море. Твою мать мог изолировать твой брат, убирая подальше от лишних глаз свидетельство позора отца, но странно, что ты ещё жив, ведь ты ещё лучшее свидетельство этого, - шипяще тихо заговорил Мадара, обжигая ухо дыханием. – Как думаешь, кому мне помочь – ему избавиться от тебя или тебе найти свою мать? Ты можешь попытаться угадать, какой из вариантов верен.
- Ты сволочь и совсем рехнулся со скуки, раз занимаешь тут мной, - прошипел Саске тем же тоном. Но как ни странно, Мадаре понравился его ответ.
- Хоть кто-то тут меня понял, - едко бросил он, но был доволен. – Итачи отселил твою мать к югу, следить за старыми садами.
Его отпустили. Но когда Саске сел, Мадара уже исчез.

Третий вариант Мадары был верен: Итачи действительно «избавился» от его матери, отселив её как можно дальше. А главное свидетельство – её сын, Учиха Саске – редко бывал дома и не был проблемой.
Саске заметил мать издали; эльф почти бежал к ней. Так надо бежать к возлюбленной, а не к матери, но ему было всё равно.
Микото поливала молодые деревья из серебряного кувшина и пела. Её голос ласкал душу и слух, нежно и невесомо, так же, как её пальцы могли ласкать только распустившиеся в её саду белые лилии. Женщина была в простом платье, несколько прядей волосы были собраны заколкой на затылке, но остальные стелились по плечам.
Учиха замер неподалёку, узнавая слова песни. Его мать пела о вечерней звезде так, как никто не мог, и Саске понимал бывшего короля: Микото не нужно было обладать красотой рассвета или заката, чтобы пленить чужое сердца.
Пусть только льётся песня...
К сожалению, Микото его заметила:
- Саске!
Песня прервалась. Эльфийка выронила кувшин из дрогнувших пальцев. Саске подбежал и не стыдясь склонился, чтобы упереться лбом в худое плечо.
Когда он стал таким высоким? Почему его мать такая маленькая?
Микото гладила его по волосам и спине и повторяла его имя.
- Саске... Саске... Я уж думала не свидимся... Саске...
Саске закрыл глаза.

- Вы здесь надолго?
- Не знаю... На пару дней.
Вот теперь Учиха был действительно дома. В небольшой комнате Микото не существовал и не мог существовать Итачи, вдали от мира.
- Тебя тут не обижают?
- Нет, милый, не беспокойся... У тебя такой смешной ёжик.
Эльфийка потрепала его по волосам на затылке, приводя их в ещё больший беспорядок. Саске хоть и отфыркивался, но не возражал – у него не было семьи, кроме Микото, и именно она не избавилась от него, когда от неё этого требовали.
Женщина тихо и переливчато засмеялась – она так умела, и этот звук переносил его в воспоминания о детстве, которое было много более счастливым, чем Саске ощущал себя сейчас. Руки матери всё так же ерошили его волосы, а её колени служили лучшей подушкой.
- Не уплывай на запад.
- С чего ты решил, что мне хочется туда? Я не так стара, как Мадара.
- Эльфы не стареют и ты не стара, но ты смотришь на закат, как он. У вас одинаковый взгляд. Ты устала?
Микото погладила его лоб, смахнула мешающиеся пряди и провела кончиками пальцев по векам. Учиха закрыл глаза.
- Устала, Саске, - мягко.
- Не уплывай в Валинор. Рано.
- Но время скоро придёт.
- Придёт, но не сейчас... Останься.
- Ради чего?
- Ради того, чтобы я возвращался домой хоть изредка.
Эльфийка не ответила, но Саске не посмел нарушить её молчание или же открывать глаза. Ему было спокойно, и Учиха не желал терять это.
- Рано или поздно все мы встретимся в Валиноре, - наконец произнесла она.
- Лучше поздно, - эльф накрыл её руку своей ладонью.
- Твои руки огрубели. Мне не нравится, что на них мозоли от меча, а не от тетивы. Ты слишком часто бываешь в центе битв.
- Я не трус.
- То чужие сражения. И если я схожа с Мадарой тем, что смотрю в сторону побережья, то ты – гордостью и одолевающей вас обоих скукой.
- Если я стану королём Лихолесья, то ты останешься?
- Это будет твоё решение, - Саске открыл глаза и поймал взгляд матери; такие же глаза были у него. – И твоя жизнь. Но позволь мне решать свою самой.
- Мама...
- Я не покину тебя, пока не придёт срок.
- И когда он придёт?
- Я не знаю, но придёт. У всех он есть. У людей и гномов – это смерть. И у нас смерть, но либо мы умираем как смертные, либо садимся на корабль в Серых Гаванях, чтобы умереть для Средиземья, - Микото провела рукой по его волосам. – Оставайся у меня на ночь.
- Зачем?
- Ты говорил, что тебе спокойней спится дома.
Саске усмехнулся – он говорил это около века назад, а она помнит. Отвечать на её предложение не стал, так как эльфийка не задавала вопроса – это было утверждение.
- Так где ты видел Мадару? – как бы невзначай спросила Микото через некоторое время.
- Недалеко от дома Финиаса... В компании его лучшего вина.
- Слезай, - Учиха послушно сел, дав эльфийке встать. – Пойду, прослежу, чтобы твой друг не страдал от похмелья дальше, чем нужно. Странно, что ты этого не сделал.
Саске сел на постели, скрестив ноги, и сказал ей вдогонку, когда Микото уже обулась и стояла в дверном проёме:
- Мадара тебя не послушает.
- Если Мадара не послушает свою младшую сестру, то он не подслушает никого.
Учиха проводил её взглядом, поймал через окно вдалеке подол её золотистого платья и упал спиной на подушку.

Их не провожали – некому. С Итачи Саске более не виделся с их разговора о Слезе Дракона в тронном зале, а Сакуре и Наруто не с кем было прощаться; разве что гнома щедро отблагодарила лекаря, отдав им какой-то невзрачный мешочек:
- Это золото, милая? – снисходительно начал лекарь. – Эльфы не любят золото, да и его у нас хватает.
- Нет. Не оно, – лекарь заглянул в мешочек и охнул. – Подарите это своей супруге или дочери, если они у вас есть.
- Благодарю. Это щедрый дар.
- Это я должна благодарить: за лечение и те травы, что вы дали мне в дорогу.
Харуно улыбнулась. Когда гнома подошла к ним ближе, она улыбалась, как ни в чём не бывало, а Учиха промолчал о том, что заметил алмазный блеск.
Промолчал он и о том, что при всей своей алчности, гномы не любят эти камни и легко с ними расстаются.
Саске же уже успел попрощаться, с кем хотел. Мать поцеловала его в лоб перед дорогой, улыбнулась и пообещала, что дождётся его. В ответ Учиха обещал не умереть и не потерять самого себя.
Ему это удастся. Несомненно.
Всегда удавалось.

Несмотря на то, что Сакура избавилась от яда, идти быстро она не могла. Отдать часть поклажи она наотрез отказалась, так что двигались не спеша: гнома первой, задавая темп, Наруто за ней, следя за возможной шаткостью её шага, а Саске – либо замыкающим, либо, наоборот, забегал далеко вперёд, разведывая лучшую дорогу. Озёрный город был уже близко, само озеро обходить далеко, но Учиха надеялся пройти через город тихо. Удзумаки был родом из этих мест, его могли знать, но как давно он был здесь в последний раз?
- Пока тихо идём... И места пустынные, - сообщил вернувшийся назад Учиха и присоединяясь к короткому привалу.
Наруто перекинул ему флягу.
- Ну... В Озёрном городе не лазают сюда... Эльфы близко...
- И стреляют метко? – криво усмехнулась Сакура, посмотрев на эльфа из-под отросшей чёлки. Розовый оттенок почти ушёл, и волосы у Харуно оказались почти белыми, как известь или перемешанный с серой пылью песок.
- Мои сородичи давно не воевали с людьми, - сухо отозвался Саске, садясь на камень рядом с Удзумаки. – И не собираются.
Неподалёку шумела река, по которой эльфы сплавляли вниз по реке бочки из-под вина, и ниже их перехватывали люди Озёрного города. Этот звук успокаивал, как и небо над головой, по которому все трое истосковались в Сумеречном лесу.
- Но неужто твои сородичи не защищают своих границ? – мгновенно оскалилась Харуно. – Или люди Озёрного города знают до шага край границ Лихолесья?
Учиха не ответил ей. Не за чем спорить, если правота не на твоей стороне.
- Нам ещё долго? – перевёл он тему.
- Нет... не очень... – задумчиво протянул Наруто, знающий эти места. – Что скажем дозору?
- На месте решим, - выплюнула Харуно, не задумывающаяся о таких мелочах. – Или у кого-то есть идеи?
Идей не было, но подход гномы Саске не понравился. Женщина могла зарубить стражу на месте, хотя он надеялся, что он не так глупа.
Но не в глупости дело, а в гоноре и кипящей крови. А Сакура была вспыльчивой.
- Надо идти, - Учиха резко поднялся. – Лучше добраться до берега до заката.
- Не доберёмся, - Харуно цокнула языком, но тоже встала на ноги.
- Это ещё почему?
Эльф нахмурился. Гнома закинула секиру за спину, шумно выдохнула и, подойдя ближе, панибратски похлопала его по плечу.
- Не доберёмся, остроухий. Так что можешь начинать злиться уже сейчас.
Сакура начала спускаться вниз по небольшому склону первой. Наруто виновато пожал плечами, растрепал светлые вихры у себя на макушке и направился за ней.

К Озёрному городу была одна дорога, построенная прямо на воде его жителями, все тропы округи сводились к ней, поэтому их, разумеется, поймали.
Точнее, они решили, что лучше не бежать.
Это был небольшой отряд: двое конных, пятеро пеших. Ещё на подъезде Харуно, щурясь, высказалась, что их доспехи настолько дерьмовые, что «веточка остроухого» пробьёт такую с двадцати шагов. Преувеличивала она или нет – кто знает, но Саске не стремился проверять. Наруто вглядывался в их ряды, пытаясь увидеть хоть кого-то знакомого.
Несмотря на то, что они знали, что так будет, когда отряд окружил их, а оба конных направили пики в сторону их глоток, эльфу стало не по себе.
- Кто вы такие, и куда держите путь? – спросил один из всадников; его доспехи были чище, но старее. Судя по царапинам, он был в заварушках поболее, чем трактирная драка.
- Мы идём в Озёрный город, - взял на себя роль переговоров Наруто; гнома и Саске не стали возражать. – Наш путь через лес был долог, и...
- И с вами один эльф Сумеречного леса.
Наконечник копья недвусмысленно качнулся ближе. Учиха постарался сохранять спокойствие. Интересно, а дома знают, как относятся к эльфам Лихолесья в Озёрном городе на самом деле, вне рамок торговли?
- Не отрезать ли нам ему уши, чтобы он не слишком отличался от наших жителей?
- Может, нам тебе тоже что-нибудь отрезать? – вспылила гнома и взялась за рукоять секиры.
- Как неожиданно! Гном защищает эльфа, - скептически. – Сколько золота тебе за это заплатили, девочка.
Харуно зашипела и сказала нечто ещё более грубое, чем кричала им при беге до Сумеречного леса.
- Сакура, - одёрнул её Наруто.
Обстановка накалялась, кровь бурлила, но Удзумаки правильно делал, что пытался решить всё миром. Тем более что в седле мог быть его дальний родственник.
- Может, нам укоротить тебя ещё немного? Хотя для этого мне придётся наклониться...
- Ты умрёшь раньше, чем твой удар достигнет цели, - сухо и почти спокойно произнёс Саске спустя три мгновения, так как спустя одно он уже натянул лук. Тетива натянулась в знакомом напряжённом предвкушении, а наконечник стрелы указывал в щель между шлемом и краем доспех.
Наруто всполошился, а остальные люди из Озёрного города похватались за мечи.
- Да хватит вам уже! – попытался одёрнуть Удзумаки всех и сразу, растеряв спокойствие и возмущённо нахохлившись. – Ведёте себя, как дети!
- Кто бы говорил, Наруто, - процедил Саске, не опуская лука.
- Наруто? – вдруг подал голос тот, что грозился отрубить голову гноме. – Удзумаки Наруто?
Всадник снял шлем. Мужчина оказался достаточно молод и с рисунком на обеих щеках: изогнутые треугольники.
- Киба, ты что ли?! – удивлённо, но Наруто не скрывал радости.
- Наруто! – всадник спрыгнул с лошади. – Что ж ты сразу имя не назвал!
- А ты меня не узнал!
- Да уж сколько лет не виделись...
Удзумаки фыркнул, но Саске опустил лук только тогда, когда Киба дружески похлопал Наруто по плечу. Сакура закатила глаза.
- Простите, что я так, - Киба улыбнулся, и Учиха заметил, что его клыки немного острее, чем нужно. Неужели родня Беорна?
Хотя вряд ли.
- Идёмте! Раз уж вы друзья Наруто, то и мои. Будьте гостями в нашем городе.

Наруто чувствовал себя, как дома, точнее, он и был почти что дома: Саске никогда не спрашивал, откуда он конкретней, но у всех жителей Озёрного города были тёмные волосы, поэтому вряд ли Удзумаки отсюда. Однако Наруто пил и смеялся так, будто заходил в этот трактир всю свою жизнь регулярно. Девки возле него, Кибы и ещё какого-то сброда тоже смеялись, не поправлялись сползшие с плеч платья, и эльфу было интересно, сколько им заплатили за это и из чьего кармана. Под столами и ногами людей носился гигантский пёс, держа язык на бок; он то и дело гонял драную и очень несчастную кошку с подоконника, облаивал тех, кто наступал ему на хвост и ластился под руки Кибе.
Учиха допил своё вино и вышел на улицу, жалея о том, что оно слишком кислое: в противном случае он бы попытался напиться.
Ночь на озере была светлой и свежей от воды. Так как трактир был и постоялым двором, на котором они остановились, из-за шума внизу Саске не заснул бы никогда, поэтому дал ногам вести себя по крепким мосткам. Эльф надеялся уйти как можно дальше от шума и людей, и сам не заметил, как дошёл почти до самого края города. Недолго думая, Учиха с лёгкостью залез на крышу и с удивлением обнаружил там Сакуру.
Объяснение этому нашлось быстро – одинокая гора высилась прямо перед ними.
- Не спится, остроухий? – тихо.
- Если Наруто будет столько пить, то завтра мы отсюда не уйдём.
Гнома понимающе хмыкнула. Саске сел рядом с ней на слегка влажные доски и заметил, что волосы её вновь розовые, да и в целом женщина успела привести себя в порядок. Кольчугу она сняла, и сидела в одной лёгкой рубахе, продуваемая холодными дуновениями с озера. Впрочем, Саске не предлагал свою помощь или плащ, с которым не расстался: глупо, да и она точно откажется.
- Мой дед жил здесь, - гнома кивнула в сторону одинокой горы. – Он видел то гномье царство, и дракона... Говорят, что его огонь плавил золото и камни.
- Думаешь, он жив?
- Какая разница? – она пожала плечами. - Нам всё равно туда идти.
- Не боишься?
- Я не знаю, чего мне бояться, поэтому не боюсь.
Учиха вгляделся в темноту. Силуэт горы вырисовывался на фоне более светлого неба, хоть сама гора и была далеко, но Саске попытался представить в её глубинах давно опустевшие залы и переходы, тёмные шахты, горы золота, которое, по слухам там было, и лежащего на них гигантского дракона: спящего и давно сложившего свои крылья.
Смауга никто не видел уже много лет, но драконы могли спать веками...
- Ты откуда? С Синих гор? – перевёл тему эльф.
- Ага... оттуда. Там хорошо, хотя я не бывала в гостях у других гномов.
- Не знал, что Наруто туда забредал... – задумчиво проговорил Учиха, пытаясь догадаться, как его друг познакомился с гномой.
- А он и не забредал. Мы в Хадаре познакомились.
- Неужели? – удивлённо.
Саске впервые слышал о том, что Наруто и там был, но не это его удивило.
Какое лихо вообще понесло его в неспокойный жаркий Хадар?
- Ага, - гнома довольно ухмыльнулась. – Была одна стычка... Мы продавать изделия ходили, да и был... особый заказ на метательные ножи, но нас попытались ограбить. Не, не вышло, но мы с Наруто упали в одну и ту же зловонную лужу, а он понял, что именно я тогда говорила и кому.
- Ему что ли?
- И ему тоже. Так и познакомились.
Сакура засмеялась, вспоминая. Учиха хмыкнул, так как такое знакомство для Наруто не было чем-то необычным. Помнится, когда-то эльф чуть не пристрелил белобрысого мальчишку, который зачем-то в одиночку полез в Лихолесье.
Как Удзумаки сказал ему потом – ему было интересно посмотреть на уши эльфов.
- А вы?
- Мы?
- Ну, вы с Наруто... Как вы познакомились.
- Удзумаки просто из этих мест... Знакомы с детства, - пожал плечами Саске, не вдаваясь в подробности. – С его детства.
- А сколько тебе лет?
- Тебе цифра не понравится.
Гнома пренебрежительно фыркнула. Эльф вновь устремил взгляд на Одинокую гору. Там старая история, золото, другие драгоценности, дракон – живой или мёртвый – и Амлунгнир. У эльфов Лихолесья не так много реликвий, но изначально Учиха шёл сюда не за тем...
А зачем? В чём была его цель?
Не умереть со скуки?
С одной стороны, ему не хотелось потакать брату и его желаниям. Но с другой...
- Я спать, остроухий. Если у Наруто будет похмелье, то это его проблемы.
Сакура резко встала и покачнулась, будто у неё кружится голова. Но с крыши на мостки она спустилась вполне уверенно. Саске не пошёл за ней. Одинокая гора высилась вдалеке, а ясное небо было слишком хорошо.
Учиха лёг на спину и прикрыл глаза.

На утро они не ушли, хотя Харуно с боем удалось вытряхнуть из постели Наруто двух девок и самого Удзумаки. Но потом его рвало в лужу других помоев, Киба ржал, как лошадь, из-за чего с отъездом пришлось повременить.
К обеду Наруто полегчало, но непосредственно обед ему не дали. Поэтому пока Сакура поглощала тушёное мясо с овощами и наслаждалась едой, Удзумаки тоскливо взирал на неё с другого конца стола.
- Надо меньше пить, друг мой, - проговорил Саске, который участливо переместился ближе к Наруто вместе со своей тарелкой с едой.
- Отстань... – пробурчал Удзумаки, утыкаясь носом в кружку с простой водой. – Меня спровоцировали...
Гнома расхохоталась и, не долго думая, подсела к Наруто с другого бока. Удзумаки страдальчески вздохнул, но жалости от друзей не дождался: гному с утра взбесили шлюхи, а сапоги Саске едва не пострадали от содержимого желудка Наруто.

Солнце клонилось к четырём часам, хотя Учиха не мог определить точно. Собирались обычные для этих мест и времени года тучи, но они не предвещали дождя. Свет создавал блики на водной глади, которую бесшумно рассекала лодка. Наруто в наказание за весёлое утро сидел на вёслах и злился на весь мир, а собравшийся их проводить Киба был на корме у руля; он пригонит лодку обратно. К сожалению, он не мог дать им лошадей – за что очень извинялся – но в сторону Одинокой горы дороги не было дороги через озеро.
- Тут совсем близко, - рассказывал Киба, который не прекращал трепаться с Наруто всю дорогу. – Я вас высажу у самой тропы, пойдёте наверх и далеко-о прямо. Там дорога торная, в гору, но идти можно. Поднимитесь на гребень, а оттуда уже и главные ворота видно.
Губы Сакуры сжались в тонкую бледную ниточку. Учиха догадывался, о чём думала гнома: какой идиот сунется через главные ворота, которые даже открыть невозможно?
К слову, Харуно так и не посвятила их, как они проникнут в недра Одинокой горы, ведь ходы были завалены...
Дорога по воде не заняла много времени. Киба высадил их именно там, где и обещал, а Наруто долго махал ему рукой вслед.
Тропа вскоре сменилась предательской осыпью. Из-под ног катились камни, подъём на гребень был труден, но что удивительно – гнома шла легко, ругаясь на задержки на привалах, и первая почти взлетела на вершину.
Саске забрался следом.
- Добро пожаловать в Эребор! – провозгласила Харуно с гордостью: за себя, за достижение цели, за свой народ и величие своих предков.
- Дошли... – выдохнул устало Наруто.
Учиха молчал. Учиха смотрел и любовался.
Восхищался.
Перед ним были врата в великое королевство гномов, и он не мог не восхититься. Каменные стражи сторожили их так же, как и в момент конца работы работающих над ними каменотёсов; их лица были вдалеке и выше, но ведь и сам эльф был высоко. Вершина Одинокой горы терялась в низких облаках...
Врата были неприступны. Неудивительно, что в них смог прорваться лишь дракон.
- Наруто, а, Наруто, вот что те девки делали в твоей постели? – философски вопросил Учиха, которого на высоте и вольном ветре потянуло на откровения.
- Спали, - буркнул он. – Лежали.
- И с кем спали? – меланхолично.
- Саске, я их не!.. И у меня Хината есть, и вообще!..
- Ещё скажи, что тебе насильно их положили.
- Да я ещё внизу уснул, и вообще...
В дальнейшее бурчание Удзумаки Учиха не вслушался. Наруто, конечно, придурок, но изменять Хинате не стал бы: гиблое дело, да и любит он её.
И она его.
Наверное, это приятно – когда тебя любит красивая эльфийка, и ты любишь её в ответ.
- Не беспокойся, остроухий, Наруто порядочный, - заговорческим шёпотом поручилась за него Сакура. – Это Киба постарался, и сказал им лечь к нему...
- Зачем?
- Чтобы Наруто нервничал, - Саске фыркнул. – Ну, Наруто ему разболтал про Хинату, и...
- Прям так разболтал?
Эльф тоже понизил голос до шепота и покосился на пошедшего красными пятнами Удзумаки. Кажется, тот лихорадочно пытался сообразить, было что-то прошлой ночью или нет.
- Ну, наплёл про возлюбленную красавицу... Ну, его и «проверили».
- Пф... Скажем? – осторожно.
- Не, пусть помучается. Пить надо меньше.
Учиха кивнул и пообещал гноме хранить молчание. Напившийся Наруто их сильно задержал, так что пусть собственная совесть сожрёт его без гарнира.
- Идём дальше! – громко сказала гнома, поднявшись. – Надо успеть до горы до захода солнца, здесь ночевать слишком холодно.

Спускались они дольше, чем рассчитывали, так как и по эту сторону гребня была осыпь, но сыпучей и вовсе без тропы. Пару раз нога соскальзывала, и кто-то из них съезжал с шумом и тучей пыли ниже по склону, лихорадочно ища за что зацепиться и затормозить. Учиха смеялся над товарищами, пока сам не съехал и едва не повредил тетиву лука.
В итоге к небольшой дозорной башне они подобрались уже в сумерках. За ноги цеплялся туман, со склонов Одинокой горы стекал холод. Найти топливо для костра не было никакой возможности, поэтому, укрывшись от ветра в каменных стенах, пришлось кутаться в плащи и без аппетита ужинать.
Наруто заснул быстро, Сакура ворочалась чуть дольше. Но Саске ещё долго вслушивался в вой ветра в скалах...

- И какой у нас план? – спросил Учиха, не в состоянии более спокойно выдерживать бесцельное, как ему казалось, блуждание между скал.
- Какой план? – невозмутимо отозвалась Харуно.
- План проникновения в Одинокую гору, - процедил эльф сквозь зубы.
- Ну... – гнома на мгновение остановилась. – До дня Дьюрина далеко...
- И ключа нет, - вставил Наруто.
Эльф только сильнее помрачнел. Гнома с самого утра водила их между камней у самого подножия Одинокой горы, ища что-то, но не желая сообщать, что именно. Женщина вглядывалась в неприметные камни, которые со стороны ничем не отличались от остальных, водила по ним пальцами, что-то шепча и, ругаясь, шла дальше.
Привал был сделан у одного из таких камней. Здесь был крохотный ручей с каменным дном и ледяной водой, которой Саске с наслаждением умылся; из-за слоя пыли на коже стягивало лицо и появлялось ощущение, что оно покрыт коркой. Говорить с Сакурой не было смысла: сразу же встревал Удзумаки и уверял, что она знает, что делает.
Но Учиха начинал в этом сомневаться.
Облака посветлели, но опустились ниже. Вершина Одинокой горы теперь совсем терялась в них. Задумавшись, эльф намутил воду и передвинулся немного выше по течению, заметив, что ниже ничего нет. Ручей уходил куда-то по камни, а где он выходит, дальше видно не было.
- Нашла! – радостно возвестила всех Харуно. Женщина улыбалась и едва ли не в ладоши хлопала.
- Нашла что? – устало выдохнул Саске.
- Вход в шахты! Я нашла его!
Гнома приложила руку к щели на камне и, не давая опомниться, громко произнесла:
- Laer lirulin!*******
Наруто и Саске с двойным криком удивления провалились в темноту.

Эльфу казалось, что они падали бесконечно долго, но падение было удивительно мягким. И пыльным.
Учиха закашлялся, Наруто тоже. Мужчины кашляли, пока пыль не развеялась, и только тогда увидели, что их падение смягчил мох и плавный скат вертикального туннеля.
Трубы?
Вещи на них упали до того, как они успели отодвинуться. Собственная поклажа знатно ударила Саске по виску, оглушив на пару мгновений, поэтому он не успел откатиться в сторону. Поэтому для весело смеющейся Сакуры посадка была ещё более мягкой.
Саске болезненно охнул: гнома в компании своей секиры не была пушинкой, а впившаяся в бок рукоять кинжала добавляла приятных ощущений.
- Чего валяешься, остроухий? – невозмутимо спросила гнома, болтая ногами.
Её волосы касались скул эльфа и остро пахли лепестками лилий. Эльф с трудом сдержался от чихания.
- Слезь с меня, - просипел он, с трудом вдыхая.
- Какие мы хру-у-пкие... - насмешливо протянула Харуно, но послушалась. Учиха сел, отфыркиваясь, и наткнулся на прегадкую ухмылочку Наруто, который уже успел зажечь факел и вставить его в нишу.
- Не смей ничего говорить, - тихо шикнул на него эльф. Удзумаки отозвался коротким смешком, но оставил свои мысли при себе.
- Где мы? – поинтересовался несколько помятый, но уже пришедший в себя Саске спустя пару минут отряхивания и проверки целости вещей.
- Над входом в старые штольни, - ответила оглядывающаяся Сакура. - Здесь не очень глубоко... Это что-то вроде кладовой, многие вещи было проще доставить с поверхности через этот ход.
- Мы полезем через штольни? – слишком громко сказал Наруто, подтягивая ремень на сапоге; тёмный коридор отозвался ему эхом.
- Ты что, совсем болван? Зачем нам на такую глубину?
Харуно поморщилась, позабыв о том, что и Удзумаки, и Учиха впервые были в гномьих шахтах. Точнее, рядом с ними.
- И всё же? – осторожно вернул разговор в нужное русло эльф.
- Пойдём по коридору, обойдём спуск вниз, и дальше – наверх. Должен быть люк.
- Должен быть? – скептически.
- Если его нет – вернёмся, - философски пожал плечами Наруто, не видя в этом проблемы.
И они пошли.

Коридор был темен. Факелы экономили, и пятно света заканчивалось с одной стороны у пяток Наруто, с другой – перед носом Сакуры. Гнома нещадно жгла попадающуюся на пути паутину, но Саске мысленно всецело её поддерживал. Представление мерзкого пищания крохотных паукообразных слегка развлекали в скучном и длинном переходе.
- Сакура, а кто ты дома? – наконец надоело молчать Наруто.
- В каком смысле?
- Ну... в хирде... в шахтах... Или женщины у вас таким не занимаются?
Гнома пожала плечами и остановилась на развилке.
- Кто как...
Здесь пришлось задержаться. Учиха не задумывался вопросом, откуда Харуно знает дорогу, но не исключал возможности того, что она полагается на чутьё. Тогда тем более не следовало ей мешать.
В итоге женщина уверенно повернула направо. Вскоре стало ясно, что она угадала: начался подъём и в породе появились вырубленные ступени. Наруто уже, кажется, позабыл о своём вопросе, но вот Саске зацепился.
- Так кто ты дома? – повторил он вопрос Наруто.
- Ключница, - сухо отозвалась гнома. – Нас мало.
Удзумаки присвистнул, эльф тоже, но мысленно сдержался.
Ключница.
Мастер замков.
Вот почему она смогла найти ход в скалах... Такие мастера, как она, почитаемы среди гномов не меньше воинов или кузнецов, хотя часто эти обязанности переплетались друг с другом. Но именно мастера замков возвели ворота Мории и заперли их так, что без пароля не войти, как бы ни был велик таран.
Замки гномов не отпереть без ключа или же не зная секрета.
Задумавшись, Саске едва не врезался в спину внезапно остановившейся Сакуры.
- Что такое? – поинтересовался Учиха, когда понял, что это не простая остановка. Коридор был здесь узок, с низким потолком.
- Пришли мы... кажется...
- Кажется? – выглянул Удзумаки из-за плеча эльфа.
Учиха с интересом смотрел, как Сакура пропихивала кинжал в щель в низком потолке. Постепенно та расходилась под давлением, и Саске увидел, что она ровная.
Гнома поднатужилась и толкнула крышку люка. Та нехотя поддалась, но открыть с первой попытки её не удалось – женщине не хватало роста. В просвет успела упасть пара камней...
Которые весело звякнули о пол.
Эльф наклонился и осторожно взял один, но это был не камень. В его ладони лежала золотая монета, и Учиха ни на миг не сомневался в её подлинности.
Наруто, заметив это, бросился помогать Харуно, а Саске на мгновение задался абстрактным вопросом: не воры ли они?
Но Удзумаки уже подсадил Сакуру и сам забрался наверх. Эльфу ничего не оставалось, кроме как передать ему факел и последовать за ним.
Гнома, застыв, стояла напротив необъятной горы золотых монет; вперемешку с драгоценными камнями, кубками, украшениями, золото заполняло всё вокруг, куда только хватало глаз. Даже Саске невольно впечатлился, но он бы не решился сейчас смотреть в глаза Харуно – алчность гномов до золота была известна всем.
Гнома развернулась к нему лицом и молча улеглась спиной на кучу монет.
- Ты серьёзно? – скептически спросил Учиха, подойдя ближе.
- Да бросьте, вы тоже хотите это сделать, - отмахнулась она.
- Что за ребячество? – сухо и неодобрительно отозвался Саске. – Тут может быть дракон, и нам нельзя задерживаться слишком долго.
Сакура пожала плечами и не сдвинулась с места. Наруто ухмыльнулся и заговорчески скосил на него глаза.

Потолок терялся где-то в вышине стен. Факел потух, но новый пока никто не спешил зажигать: успеют ещё, их нужно было экономить.
Несмотря на то, что на золоте было жестковато, Учиха ощущал некое моральное удовлетворение. На лице лежащей рядом с ним – в серединке – гномы читалось всеобъемлющее довольство. Чуть дальше во все зубы улыбался Удзумаки: сыто, но немного лукаво.
- Хорошо... – выдохнули они одновременно, а через секунду – тихо засмеялись, так как это вышло случайно.
Приятно было так лежать...
Как только они дали отдых натруженным ногам, Харуно полезла в свою котомку. Саске никак не отреагировал – ему надоело куда-то идти. Хотелось валяться и ничего не делать.
Но гнома ему помешала, сунув в руки холщовый мешок.
- Не берите золота, украшения и камни дороже, - шипящим шёпотом заговорила она, будто привычный к такому делу вор.
Учиха сел и осмотрел свой мешок: простой, большой, крепкий. Но то, сколько они смогут унести, несравнимо со всеми здешними богатствами, а вот Наруто хватит одного такого мешка на целую безбедную жизнь.
Вор ли тот, кто берёт из сундука жемчужную булавку? Должно ли быть им стыдно?
Но Саске мало интересовало золото и камни, а так же то, что на них можно будет выручить; эльф не был беден, дома его ждала не роскошная, но спокойная жизнь в достатке.
Его задача была многократно сложнее.
Эльф уже решил. Его цель – небольшой круглый камень с алыми переливами в чёрном мраке...
Амлунгнир.
Надо хотя бы попытаться.

Учиха и не заметил, как ушёл далеко от своих товарищей. Не сговариваясь, все трое вели себя тихо, не нарушая громкими голосами тишину этих стен, но особо и не таились. Быстро наполнив мешки, они оставили их у люка и, разобрав по факелу, разошлись исследовать гигантские гномьи чертоги.
Золото сыпалось-лилось из-под ног. Забираться на златые горы было трудно, а при спуске Саске скорее съезжал вниз, чем сходил. Но тем не менее, он продвинулся достаточно далеко, тщательно перебирая верхний слой монет, отбрасывая в сторону крупные вещи... Конца и края не было его поискам, да и эльф не обманывался – он не сможет осмотреть здесь всё.
Но пока Учиха не хотел думать о том, что Амлунгнир может покоиться в толще золотых гор или вовсе быть на самом дне.
Факел сгорел уже наполовину. Саске, морщась от досады, обогнул колону. Невдалеке он увидел нечто, что много лет назад могло быть троном, но сейчас – опаленный, оплавленный, разрушенный, это было лишь слабое эхо живого Эребора.
Эльф начал очередной спуск. Учиха уже потерял надежду что-либо здесь найти, разве что ему сильно повезёт, и он спотыкнётся о реликвию.
И на что рассчитывал Итачи? Тоже на удачу? Но ведь его брат не такой, его правила – точный план и расчёт.
Или же он сказал из любопытства, проверяя реакцию Саске?
Последнее злило. Стоило найти Амлунгнир хотя бы для того, чтобы повертеть им перед носом Итачи, а после уничтожить заветный камень.
Перешагнув через большое блюдо – что оно вообще делало в тронном зале? – Учиха решил обследовать небольшую кучу, которая была на скате другой, большой, а после – последовать назад к люку каким-нибудь другим путём.
Теперь он двигался медленней, боясь поскользнуться и съехать вниз; подъём тут был высок, и оказаться у его подножья – лишняя трата времени. Когда Саске наконец поднялся, ему показалось, что куча странной формы. Наверное, здесь засыпало какой-то крупный предмет, к примеру, обломок каменной колонны.
Хотя нет, обломок был бы меньше...
Несколько золотых монет скатилось к ногам эльфа, а затем – ещё. Что-то бурое проглянуло через золото, и Учиха застыл, надеясь, что его невероятная минутная догадка неверна.
Дракон мёртв. Смауг обязан был умереть за столько времени, ведь они так и не продумали, что будут делать, если чудовище живо.
«Куча» зашевелилась, сбрасывая с себя одеяло из драгоценностей. Окаменевший Саске увидел крутой бог в чешуйчатой броне - каждая была с его ладонь – край мощного драконьего крыла, сложенные под гигантской головой лапы со смертоносными когтями и веко глаза прямо напротив себя. Присмотревшись, эльф с удивлением заметил, что у живота чешуя покрыта сухим сероватым мхом. Неужто Смауг спал с того самого момента, как в Озёрном городе перестали слышать его грозный рёв с Одинокой горы?
И никто не смел его тревожить... До сих пор – никто.
Нужно было уходить. Найти Наруто и Сакуру, вернуться к люку – и вон из Эребора, подальше от драконьей пасти, оставив гномье царство спящему дракону до поры, когда не найдётся смельчак, знающий слабое место Смауга и решившийся его убить.
Учиха трусом не был, но свою жизнь ценил.
Саске не знал, что заставило его развернуться к дракону, когда он уже успел крадучись отойти на несколько шагов. Чёрный блеск у его лапы притягивал, гипнотизируя, но был там, где надо... Слеза Дракона, эльфийское сокровище, покоилась в драконьей хватке.
Эльф вновь замер, взвешивая за и против, после чего подкрался обратно. Если он будет достаточно осторожен, то сможет дотянуться и забрать Амлунгнир. В конце концов, дракона не разбудило ничего до этого и вряд ли разбудит его приближение.
По крайней мере, Саске хотелось так думать.
Учиха поправил лук на плече, чтобы он не соскользнул с плеча при наклоне, и протянул руку. Эльф немного недотягивался и едва не падал на крупную лапу. Ещё чуть-чуть...
- Са-а-ске! – позвал его Наруто откуда-то издалека.
А вот от этого Смауг мог проснуться. Саске вновь замер, хотя его пальцы почти касались гладкого бока Амлунгнира, но он не решался качнуться вперёд.
К счастью, это не потревожило сон дракона. Чудовище пошевелилось во сне, видя какие-то свои драконьи сны, и шумно выдохнуло, выпуская горячий дым из ноздрей. Но Учиха едва не зашипел от досады, так как от движения заветный камень скатился в щель между лапой и телом.
Саске упрямо потянулся дальше. Уйти сейчас – это означало проиграть себе и брату, а после – жалеть тысячу раз о несделанном.
У него не было права уйти сейчас и потерять шанс всей своей жизни.
- Саске, нам пора! – крикнула где-то Сакура, но на этот раз Учиха не обратил на голос внимания; всё пустое, его манил чёрный блеск, а дракон не проснётся.
Внезапно из-под его ног предательски ушла опора. Эльф не успел удивиться или пожалеть о том, что забыл, как здесь всё неустойчиво, так как неловко и глупо рухнул всем телом прямо на драконью лапу и пальцы сомкнулись на тёплом от драконьего тепла Амлунгнире. Саске радость и торжество, но длилось это лишь секунду.
Веко гигантского глаза распахнулось, а взгляд Смауга был устремлён прямо на него.

Наверное, Учиха запомнит это на всю свою жизнь, если только она не оборвётся под Одинокой горой. Узкий длинный зрачок, как у кошки, но в десять раз больше, радужка с жёлто-зелёными переливами – это мгновенно выжглось в сознании и памяти, после чего Саске, не медля, метнулся вниз по склону. Пока дракон отряхивался и вставал на ноги, давая волю грозному рёву, Учиха успел скатиться достаточно далеко и нырнул в нишу за очередной колонной.
Лишь бы Наруто и Сакура не вздумали бежать сюда...
- Где ты, маленький воришка?..
У Смауга оказался раскатистый глухой голос, под стать его размерам. Но Саске не желал его слушать – это отвлекало от звука сыплющихся монет, по которому можно было определить направление передвижения дракона; в остальном он был удивительно для своих габаритов тих.
- Да... ты спрятался, маленький эльф... – звон золота стал ближе, и Учиха почти на четвереньках перебрался за соседнюю колону, от которой можно было отбежать незаметно к удобной арке. – В прошлый раз вы все сбежали... как мыши... Я ненавижу мышей. Они раньше вечно бегали через мой хвост, щекотали, но были столь малы, что мне никак не удавалось их поймать...
Две колоны были с лёгкостью сметены хвостом, но Саске уже миновал и приметную арку, на четвереньках пробираясь под повалившейся плашмя плитой, между которой и полом было небольшое пространство.
Надо было как-то отвлечь дракона. Иначе он приведёт его к товарищам.
Плита была разрушена через полминуты после того, как Учиха из-под неё выбрался.
- Что ты у меня украл, маленькая мышка?.. Я видел, я знаю... не прячься... покажи мне, что украл и, быть может, я отпущу тебя...
Разумеется, Смауг лгал, но вряд ли он надеялся на самом деле его обмануть. Кажется, дракону было просто скучно. Или же он был очень болтлив.
Эльф уже наложил стрелу на тетиву. Несмотря на то, что в голове мелькнула шальная мысль попытаться попасть дракону в глаз, Саске её проигнорировал и прицелился в щель в камне за Смаугом.
Другой лучник понадеялся бы на удачу. Но Учиха мог попасть в глаз летящему воробью.
Его расчёт оказался верен, а стрела – привычно меткой. От колоны шумно посыпались камни, а монеты из-под них покатились весело и звонко. Смауг развернулся в ту сторону и неторопливо направился в противоположную от Саске сторону.
А эльф бросился бежать.
До Наруто и Сакуры он добрался быстро, так как они бежали ему на встречу. Не останавливаясь, Учиха сшиб их обоих с ног, так как опасно было задерживаться на гребне лишнюю секунду, и все трое кубарем покатились вниз. Харуно охала, Удзумаки ойкал, и это было бы безумно весело, если б за спиной не был огнедышащий дракон.
По более-менее мягком приземлении Саске засыпали вопросами:
- Что такое?
- Что произошло?
- Дракон? Он не помер ещё?
- Что ты ему сделал?
- Да тише вы, оба! – резко и шипяще Учиха, прерывая поток бессмысленных слов. И так ясно, что это дракон, а причины его пробуждения эльф решил оставить при себе.
Разницы никакой, а Амлунгнир грел его через ткань рубахи за пазухой.
Что-то громыхнуло слева, и Саске невольно вздрогнул. Да уж, недолго действовала его обманка...
- Надо выбираться, - первым озвучил общую мысль Наруто.
- К люку не пройти, - с досадой сказала гнома и закусила губу. Когда эльф спросил почему, женщина кивнула налево.
Смауг выпустил струю пламени, вконец отбивая желание проверять его близость к выходу.
- Другой ход есть? – осторожно уточнил Учиха.
- Должен быть... – медленно и не сразу кивнула Харуно. – Но не здесь. В плавильнях. Рядом шахты и из них могут быть выходы к поверхности. Точнее, они есть.

- Откуда ты знаешь? – спросил Удзумаки.
- Потому что устройство шахт везде одинаковое. Надо идти туда...
- А с драконом что делать? – перебил ей Наруто почти сразу.
Но ни Саске, ни Сакура не знали, что ему ответить.

Изначально планировали добираться тихо, но не вышло: если Учиха ещё и мог таиться, то звон монет из-под трёх пар ног разносился далеко по залам и дракон, которого начинало злить происходящее сильней, с лёгкостью находил их. Поэтому вскоре было отдано предпочтение скорости: шумно, зато от дракона так было удирать проще. Помогали им и редкие узкие коридоры между помещениями, стены которых были слишком толстые даже для мощи Смауга, и низкие для драконьего полёта потолки.
И всё же у Сакуры вырвался нехитрый девчачий вопль, когда Саске в последнее мгновение утащил её в сторону от столпа огня, вырывающегося из узенького коридора, по которому они только что неслись.
Запахло палёными волосами.
- Скажите, что мои волосы в порядке... или молчите... – выдавила из себя гнома, не желая знать, что её волосы теперь не намного длиннее вихров на голове Удзумаки.
- Всё в порядке, Сакура, - заверил её Наруто, натянуто улыбаясь.
Учиха промолчал, прислушиваясь к звукам за стеной.
Тихо.
Видимо, Смауг ушёл искать другой путь.
- Сколько нам ещё идти? – спросил Учиха.
- Нисколько, – отозвалась помрачневшая из-за потери волос Харуно. - Мы пришли.
Эльф развернулся и посмотрел туда, куда она кивнула. Этот зал был теснее, а колонны его – грубее обтёсаны. На полу не было монет, и по нему шли глубокие желоба для расправленного металла. Посередине высились гигантские котлы, которые, пожалуй, посоперничали бы в размерах с драконом.
Плавильня.
- Надо подняться наверх... Из каждого помещения должен быть хоть какой-то ход наружу на случай осады. В крайнем случае, можно будет попробовать выбраться через шахты для отвода дыма их печей.
- Издеваешься? – поморщился Саске.
Женщина пожала плечам.
- Они крепкие, и их точно не завалило. Или боишься в саже перемазаться, остроухий?
Гнома вновь начала язвить, но её можно было понять: устала, уже перепачкалась, потеряла набранное добро, до которого её народ так алчен – мешки остались у люка – а теперь ещё и потеряла часть волос, которые, это было заметно, холила и лелеяла. Неудивительно, что теперь женщина была крайне раздражена.
- Пошли, - бросила она и поднялась на ноги с пола. – Нам туда.
Туда – это через весь зал к котлам и узкой каменной лестнице за ними. Ступени вели куда-то под потолок, но сначала нужно было пересечь зал. Наруто из любопытства вертел головой во все стороны, а Учиха косился на большие проходы. Смауг мог появиться в любом из них в любой момент, и Саске предпочёл думать заранее, как и где прятаться от его пламени.
Однако до лестницы удалось добраться безопасно. Эльф ненадолго задумался, для чего нужна широкая, в два его роста, щель в толстенной стене, но Наруто и Сакура уже полезли по крутым ступеням наверх, и Учиха последовал за ними.
Дракон нашёл их, когда Наруто уже забрался на площадку наверху. На этот раз Смауг не стал растрачиваться ни на разговоры, ни на приближение – из раскрытой пасти вырвалась сжигающая всё на своё пути смерть, и она бы стала смертью Саске, так как он шёл последним и не успевал забраться в спасительный боковой проход. В отчаянии Учиха прыгнул, ощутив лизнувший спину жар, и подумал, что перед концом жизни вся она не проносится перед глазами.
Но умереть ему не дали. Чьи-то руки жёстко, до будущих синяков, схватили его за плечо и запястье и рывком дёрнули вперёд и в сторону. Саске сильно приложился виском о камень, в глаза потемнело, и огненный гул был совсем рядом, но огонь не поглотил его без остатка. Когда он открыл глаза, он увидел бледную Сакуру – именно она спасла его, так как шла второй. Учиха сказал бы ей спасибо, но по взгляду понял – не нужно.
Поэтому он, не вставая, повернул голову в сторону Наруто и сказал:
- Ты не изменял Хинате.
- Я знаю, - Удзумаки улыбнулся. – Я сам вспомнил. И мне Сакура сказала.
- Когда?
- Только что, – ответила за него Харуно.
Вдруг проход, а точнее, небольшой тупиковый коридор в камне, в низком потолке которого была дыра наверх, содрогнулся; посыпались мелкие камушки. Кажется, дракон понял, что огнём их не выкурить, и теперь в ярости бил хвостом о стену.
- Наверх? – одновременно спросили Наруто и Саске.
- Да, - отрывисто. - И быстрее.
Учиха залез первым, Наруто же подсадил низкую Сакуру – женщина не забралась бы самостоятельно.
Дорога оказалась опасной и узкой. С одной стороны шла часть наружной стены, с другой – обрыв, а точнее, другое помещение плавилен, и никакой страховки от падения с высоты туда не было. Смауг ярился, бил стену лапами и хвостом, ревел и дышал огнём в проходы-щели, чувствуя, что они с этой стороны, но ушли от него. Пламя вырывалось с их стороны, окрашивая багряным светом зал, но достать до них не могло.
Им пришлось замедлиться под самый конец опасного пути. В камне появились предательские трещины, камни могли обвалиться от удара и их веса, поэтому решили идти на большем расстоянии друг от друга. Новая лестница чернела в неосвящённом проходе впереди, и Харуно была уверена, что именно она ведёт к выходу.
Не так уж и важно пока. Скрыться подальше от дракона было важнее.
Как только Наруто одолел половину опасного участка, Саске пропустил вперёд гному и стал дожидаться того момента, когда она пройдёт столько же, сколько уже прошёл Удзумаки. Рассеянно наблюдая за ней, Учиха вдруг заметил, что ноги Сакуры дрожат, а по шее катятся капли пота. Гнома уткнула взгляд себе под ноги, и ломано, скованно заставляла себя не смотреть в сторону пропасти. Женщина шла медленно, еле переступая, держалась одной рукой за стену и жалась к ней.
Боялась.
Саске не заметил, как шагнул за ней раньше времени, но он был уверен, что причиной произошедшего стало не это. Просто Смауг ударил особенно сильно, а Харуно оступилась слишком неудачно.
Женщина не вскрикнула даже – опора ушла у неё из-под ног раньше.
Учиха вовремя метнулся вперёд. Одна рука зацепилась за какой-то выступ, тело само распросталось по камню, а ладонь крепко сжала запястье Сакуры. Гнома отчаянно вцепилась в его руку и попыталась подтянуться выше. Эльф шикнул, так как она едва не утянула его за собой, и вцепился в камень крепче. От этого движения из-за пазухи выскользнул чёрный камень.
Окаменев, Саске наблюдал его краткий полёт – Амлунгнир приземлился в небольшое углубление чуть ниже. Харуно ничего не заметила, ей было не до того; Сакура болталась между жизнью и пропастью с драконьим огнём на дне, так как Смауг вновь направил свою злость на щели.
Учиха смотрел на неё, и видел Амлунгнир – его шанс, надежду и ключ ко всем дверям родного дома и королевства.
- Саске! – выкрикнула Харуно, она начала соскальзывать и никак не могла подтянутся сама без опоры.
Эльф смотрел на Амлунгнир, и перед глазами вставало бледное лицо Сакуры, которая спасла ему жизнь, и её отчаянный взгляд, и шок несчастного Наруто.
- Саске, помоги мне, ну же!
Если он потянется за камнем, то гному ему не удержать.
- Саске!!! – отчаянно, ничего не замечая. – Сделай что-нибудь, я сейчас упаду... Я высоты боюсь...
Голос Харуно задрожал так, будто женщина вот-вот заплачет от ужаса и бессилия. Учиха коротко выдохнул, зажмурился и дёрнул Сакуру наверх.
Ему не хотелось смотреть, как то, ради чего он разбудил дракона, срывается вниз.

Лёжа на камне в неярком свете солнца, которое с трудом пробивалось через облака, весь в гари и пыли, Саске не ощущал не сожалений, ни досады от бессмысленности их похода, ни радости, что дракон решил остаться под горой и не уничтожать Озёрный город, завершая то, что не успел в прошлый раз. Эльф слишком устал для этих сложных чувств. Учиха был способен только мысленно похвалить Наруто за предусмотрительность: без оказавшийся у него верёвки ни он, ни Харуно не смогли бы переправиться через образовавшуюся после обвала дыру в дороге.
Дышать свежим прохладным воздухом было восхитительно. Саске услышал сбоку копошение и понадеялся, что Наруто полез за флягой: после пекла ужасно хотелось пить, но шевелиться было слишком тяжело – тело устало сильнее, чем он думал.
Будь на его месте Итачи, позволил бы он женщине упасть?
Удзумаки почему-то присвистнул. Занятый своими мыслями Учиха проигнорировал его. Наруто закопошился в своей котомке активней.
- Эй, остроухий, - тихо произнесла Сакура.
Саске открыл глаза.
- Спасибо.
Эльф кивнул. Даже размыкать губы ему не хотелось.
Гнома сняла с себя шлем, тряхнула сильно укоротившимися волосами, наклонилась к нему и поцеловала в щёку – сухо, коротко, без чувств. Учиха вздрогнул, но не дал себе удивиться. К тому же, это было в чём-то приятно.
- Ну, и куда дальше? – бодро и громко сказала Харуно, выпрямившись. – Как насчёт Мории?
- Хватит с меня гномьих царств, - лениво фыркнул Саске.
- Не... – протянул Наруто. – Предлагаю хорошенько разгуляться в Гондоре или Арноре.
- И на что ты собрался разгуляться? -скептически поинтересовался эльф, сомневаясь в денежной обеспеченности друга, и приподнялся.
- На это, - уверенно и довольно кивнул Удзумаки и, перевернув котомку, из который достал большинство вещей, высыпал на землю гору самоцветов.

*Эльф. - «песня жаворонка». Возможно, я напутала в склонениях. В эльфийском не сильна.
Утверждено Mimosa Фанфик опубликован 18 июня 2014 года в 16:53 пользователем Шиона.
За это время его прочитали 535 раз и оставили 1 комментарий.
0
Olana_Schwarz добавил(а) этот комментарий 23 августа 2014 в 13:08 #1
Olana_Schwarz
Доброго времени суток, Шиона.
Увидев в шапке работы кроссовер со вселенной Толкина, пройти мимо не получилось. Я горячо люблю Средиземье и его историю, и потому упустить возможность прочитать подобную работу было невозможно. Также заинтересовало то, как Вы решите совместить ВК с Наруто, что у Вас получится из той смеси.
В самом начале несказанно порадовало, что история не "попаданка", а слияние двух вселенных. Это было весьма интересно - изучать как именно Вы сольете не только героев, но и нравы разных народов, не потеряв при этом ни персонажей, ни отличительные черты эльфов, гномов и людей Средиземья.
Да, я знаю, что был официальный арт, от которого родилось множество подражаний. Откровенно говоря, мне это скорее не нравилось, чем нравилось в связи с искореживанием дорогих сердцу понятий, но не важно. Хотя сочетание "Саске - эльф" все-таки совершенно не кажется мне верным, но что не сделают люди. Однако, несмотря на то, что эльфы в принципе у Вас получились... не совсем такими, какими их привычно видеть и хотелось видеть, Вашу концепцию Саске я принимаю. Хорошо вышел - больше Саске, нежели эльф, но все равно держится в положенных персонажу рамках. Также мне - на удивление - понравилась гнома-Сакура. Я вообще Сакуру не сильно люблю, были опасения, что ее в образе гнома сразу начнут (не конкретно про Вас сейчас) превращать в очередной таран-громовержец, но нет. Она здесь органична и скорее понравилась мне даже не как Сакура в образе гнома, а как женщина-гном - отображение своего народа с его особенностями, но при этом все же женщина. За ее образ Вам огромное спасибо, он получился полноценным и красивым. Наруто же... мое сознание все время сравнивало его с Арагорном, хотя делать этого совершенно не следует, да и других героев с Леголасом и Гимли сравнивать в голову не приходило. Но Наруто вполне себе Наруто и вполне себе человек. Нигде не сказано, что он наследник Исильдура и так далее и тому подобное, а потому к нему не должно быть никаких завышенных требований.
Итого6 персонажи и их проработка мне понравились, Вы постарались на славу.
А вот дальше...
Я до сих пор не могу понять, в чем же смысл работы. Большая история с множеством подробностей - но неужели просто дань моде и собственному увлечению "Властелином колец"? История похода на Одинокую гору в компании эльф-гном-человек, эдакое перемешивание ВК с "Хоббитом". Акцент на эльфе и его мировоззрении. Да, этот акцент хорошо выполнен. Узнавая историю жизни Саске понимаем его стремления и мысли (которые, впрочем, не являются чем-то необычным). Но в результате мы получаем вроде бы понятную, а вроде и нет вещь. Дело в несколько брошенных сюжетных линиях - промолчу о том, что никто так и не понял, почему Саске стриженный, но после прочтения остается совершенно невнятное впечатление. Вот Итачи, король эльфов - то ли он жаждет власти, которой у него и так порядком, то ли пытается наладить отношения со сводным братом, то ли еще что - он так и остается для нас теневой персоной, на которую потом махнули рукой. полтекста Вы нам говорите о том, что Саске достаточно тяжело переживает те отношения, что сложились в его так скажем семье, а потом просто забивает на это? Понятное дело, он выбрал спасение подруги, а не камень - билет домой, но неужели потом так легко отделался от мыслей?
Также мотивы Сакуры - действительно воровские. Набить карман и пойти гулять. Ну Великий Эру, это же гнома! И величайшее гномье царство! И она шла просто набить карманы? И так и уйдет? Ладно Наруто, он, судя по всему, и правда просто приключений искал и легкий способ обогатиться. Но остальные-то двое? В общем совершенно не понравилось, как Вы замяли концовку. Мол, спаслись от дракона и все, хорошо. Ни сожалений о провале, ни серьезных дальнейших планов - пойдем-те ка погуляем по Гондору и Арнору. Или в Морию. И правда какие-то искатели приключений. Возможно, это просто личное мнение, но Вы сделали из ребят компашку искателей приключений с большой дороги. При этом не давая объяснений - зачем им это. Ладно Саске, скучающий эльф и все такое, но что от похода и жизни нужно остальным?..
Что касается Вашего стиля, то вроде как придраться не к чему, о он совершенно не цепляет. Ну рассказ и рассказ, ничего особенного. Просто повествование. Оно и хорошо с какой-то точки зрения, но сформулировать что-то по его поводу - нет, не выходит.
Но, не смотря на некоторые мои - скорее всего просто личные, возникшие на почве глубокого увлечения Средиземьем -придирки, работа оставила положительное впечатление. Было приятно окунуться в знакомую атмосферу, подышать воздухом Лихолесья, познакомиться с женщиной-гномом. Спасибо Вам за хорошую сказку, удачи в будущих начинаниях.
С уважением, Шварц