Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Мультифэндом Учитель-мафиози Реборн! Романтика Небо на кончиках пальцев. Часть 4. Небо, Туман и Солнце.

Небо на кончиках пальцев. Часть 4. Небо, Туман и Солнце.

Раздел: Учитель-мафиози Реборн! → Категория: Романтика
Цуна чувствовала себя, словно перемолотой через огромную мясорубку. Утрировала, конечно, но именно такая ассоциация пронеслась в её голове, стоило ей попытаться подняться. Понятное дело, что ничего не получилось, она со вздохом рухнула обратно на подушку.

Яркие блики перед глазами ослепляли, а видеть темноту под веками больше не хотелось. Солнечный сон, где она стояла посреди огромного океана пламени, вновь вспомнился Цунаёши. Она не понимала, почему ей вдруг приснилось нечто подобное. Да и не хотела думать.

В том сне, огромный столб пламени пронзил её, и Цуна упала в океан. Расплавившись, отдавшись стихии, потеряв свою суть. Это было неприятное чувство, как хорошо, что сон закончился. Цуна прекрасно помнила, что уснула посреди урока. Она проснулась позже, на руках у Такеши. С ним и Кёко она провела чудесный весёлый вечер, не сказав о своих кошмарах. А потом этот сон нагнал её ночью, и скрыться больше не получилось.

Цуна услышала чужие голоса, — в одном она опознала маму, — и открылась дверь. Звуки шагов, кто-то сел на кровать рядом с её ногами. Прохладная большая ладонь опустилась на её лоб, горячий, жаждущий льда.

— Цу-чан, — печально произнес голос матери. От этого неожиданно защемило в сердце, скатились по щеке маленькие слезинки. — Почему она плачет? Ей снится что-то плохое?..

Ах, мама, она всегда понимает, что с её ребенком не так. Какая проницательность.

Цунаёши прервала ответ мужчины, скорее всего врача, повернув голову в сторону сжимавшей её ладонь мамы.

— Цу-чан?

— Цунаёши, слышишь нас? — второй голос показался знакомым, будто она слышала его когда-то, но как бы не напрягала память девочка, вспомнить не получалось. Говорящий был ей незнаком, но любопытство заставило её открыть слезящиеся глаза.

В них сразу ударил яркий сиреневый свет. Цуна отрывисто застонала, забрав руку у матери и приложив к глазам. Было очень больно, как будто после нескольких часов во тьме в глаза засветило солнце. Собственно, так оно и было, только Цуна не понимала, почему свет фиолетового цвета. Какая-то усовершенствованная лампа? Кварцевая?

— С-с... — прошипела Цуна, вызвав переполох в рядах близких. Шамал хмуро считывал информацию о пламени девочки с помощью своего.

Ничего особенного ему не удалось обнаружить, всё также, как и вчера. Обычная реакция девочки на свет.

— Уб-берите эт-тот свет... — Нана подскочила с места и подбежала к окну, задёрнув тяжёлые шторы. Как хорошо, что Тсуна настояла на покупке именно их, а не лёгких цветастых, как хотела Нана.

Задёрнув шторы и проследив, чтоб ни один лучик не прорывался в комнату, Нана вернулась к кровати.

— Милая, я задёрнула шторы... Можешь открыть глаза.

Из коридора через приоткрытую дверь лился свет, но не попадал на кровать. Достаточно, чтобы Шамал и Нана не потеряли друг друга и пациентку в темноте.

Цунаёши осторожно открыла глаза, убедившись сквозь веки, что никакого слепящего света нет.

— Черт! Свет!

Нана и Шамал переглянулись, когда в полной, для своего участка, темноте девочка открыла глаза и снова закрыла. Какой ещё свет? О чем она?

Шамал сделал знак Нане, показав на пол. Нана недоуменно приподняла бровь. Спустя несколько яростных жестов, до женщины дошёл смысл таинственных знаков доктора, и она, закивав, убежала вниз, на кухню. Вполне возможно, что дочь захочет попить. Да и еду в кастрюльке проверить нужно.

Оставшись наедине с Цунаёши, Шамал продолжил диагностику, заодно проверив пульс и условные рефлексы тела. Судя по всему, выходило, что девочка в полном порядке. Удивительно, после лихорадки пламенем, никаких последствий.

— Откуда этот свет? — раздался голос Савады. — И кто Вы?

— Дядя Шамал, помнишь меня, Цунаёши? — она в ответ напряжённо задумалась, о чём свидетельствовала морщинка, пролёгшая меж бровей. Шамал вздохнул.

- Дядя Шамал?! - Цуна чуть приподнялась, на её лице расцвела улыбка. Шамал улыбнулся в ответ и, хотя Цунаёши не могла увидеть её, но почувствовала. Дядя тоже рад их встрече, пусть она и произошла подобным образом.
Цуна помнила этого странного мужчину, просившего называть его дядей, и представлявшегося другом матери. Мама Цуны выглядела очень счастливой, когда однажды он появился на пороге их дома. Тогда девочке было пять лет, тогда отец ещё был дома.

— вспомнила? Хехе, проказница, вляпалась же...

- Дядя, когда вы приехали?

Цуна всё же обняла его и чуть не разрыдалась. Всё-таки она скучала, Шамал стал частью её семьи, хоть и приезжал столь же редко, как и отец.

- Цуна, ты уже можешь открыть глаза? - однако открыв, девочка ещё раз повторила свою просьбу, убрать свет. Он слишком сильно жёг ей глаза, и ещё кое-что.

- А откуда у нас фиолетовые лампы?

Шамал застыл, с занесённой над головой девочки рукой. Его разум работал быстро, привычно анализируя данные. Свет. При том, что Нана закрыла дверь. Фиолетовый. Цунаёши, когда открывала глаза, смотрела на него. Яркий... Его пламя яркое...

Шамал встал с кровати, проведя ладонью по лицу, будто стирал отрицательные эмоции, не в силах поверить в происходящее. Девочка видела пламя? Он не выпускал его, только через кольцо. Но Цунаёши не смотрела на его руки, её взгляд был направлен точно на его лицо. На лице пламени не было, но она видела яркий свет. Фиолетовый яркий свет. Цвета его пламени Тумана.

Шамал сел на кровать, взяв руку Тсуны и поднеся к её лицу.

— Открой глаза и скажи, какого цвета свет будет на этот раз.

Удивившись нелепой фразе, она, тем не менее, подчинилась. В глаза тут же врезалось оранжевое пламя, такое же... Какое было в её сне, океан пламени, в который она упала. Тсуна вздрогнула, вырвав руку из хватки доктора. Что это? Галлюцинации?

— О... Оранжевое... Пламя оранжевое... — пробормотала Тсуна, и Шамал обречённо уронил голову.

Такое уже было.

Цунаёши ослепла.

***


Вечером Кёко вернулась и застала дома незнакомого взрослого мужчину. Он представился как Трайдент Шамал, а Кёко настороженно назвала свое имя в ответ. Шамал оказался доктором, и вот тут в голове Кёко забили колокола.

— Цу-чан плохо?! — вскочила со стула девушка.

Только сейчас она заметила красные, припухшие глаза каа-сан, её ссутулившиеся плечи и нервно стучащие по столу пальцы. Нана-сан нервничала, а перед этим много плакала. Из-за чего может плакать её каа-сан?

Очевидно же, из-за Цунаёши.

— Что с Цу-чан?!

Когда Кёко уже собралась было убежать наверх, чтобы лично проверить, в порядке ли её дорогая Цуна, как Шамал открыл рот.

— Её жизни ничего не угрожает.

Рыжая села на стул, напряжённо сцепив пальцы в замок. Она обвела взглядом кухню, обнаружив несколько не вписывающихся в привычный интерьер деталей.

Шприц с каким-то лекарством, пара бинтов, пакетик с ваткой.

— Её жизни?.. — эхом отозвалась Сасагава.

Шамал хмыкнул, поражаясь обострённой проницательности девочки. Как и говорила Нана, осторожная. И внимательная, особенно к деталям. Вон как изменилась в лице, стоило ей увидеть шприц.

— Её жизни, — подтвердил Шамал. Разговор предстоял нелёгкий, судя по тревожным взглядам Кёко на Нану и напряжённой позе. Будто она сейчас же готова сорваться с места и бежать наверх, к Цунаёши, которая только-только заснула, наревевшись от его новостей.

Доктор устало потер переносицу. Эта неполная половина дня здорово вымотала его, здорового, сильного мужчину. Что уж и говорить о слабых женщинах, вроде Наны или Цуны. Которая, по её словам, ещё во сне боролась с пламенем Неба.

Дикость какая, бороться с собственной силой.

— Расслабься, милая, разговор предстоит не из легких. Я хотел бы сразу предупредить: новости и плохие, и хорошие, смотря, как ты к ним отнесёшься. Я не собираюсь, после того как успокаивал Цунаёши и Нану, ещё и переживать твою истерику... Хотя, конечно, бросить тебя я не смогу... И почему ты девушка?..

Кёко постаралась сесть, как можно удобней, чтобы не упасть на пол. Нана-сан кивнула ей в ответ, а ей Кёко доверяла, как самой себе. Семья же.

— То, что я тебе расскажу, остается тайной для практически всего мира. И я не собираюсь выслушивать заумные речи о науке, и невозможности того, о чём я тебе поведаю. Понятно? Милая, рассказываю только один раз. Советую молчать и не перебивать. Можешь засунуть в рот ложку или палец, чтобы случайно не начать возмущаться.

Шамал был груб, и эта грубость эхом била по его природным инстинктам. Он привык боготворить женщин, привык говорить с ними мягко и трепетно, привык благоговеть перед ними. Но сейчас, когда от него зависела женская половина семьи Савада, его разум пошёл наперекор сердцу.

Кёко послушалась совета, сразу закусив ноготь. И правильно поступила, потому что рассказ Шамала был невероятен.

Но не это было важно для Кёко. Пламя Посмертной Воли, Небо Цунаёши и Нана-сан, Атрибуты, мафия. Ладно, с этим можно смириться, особенно после демонстрации Шамалом этого пламени и его возможностей.

— Цунаёши противилась собственному пламени в тот момент, когда её природной силы стало слишком много, заслонки, я говорю в метафизическом смысле, поддались напору. Пламя начало давить на Цуну изнутри. И, что самое плохое, Цунаёши пыталась противиться ему.

— Цу-чан... Кё-чан, моя Цу-чан... Она... Пламя, это чертово пламя... — Кёко впервые в жизни слышала, как Нана-сан выругалась. — Выжгло. Её глаза, моя Цу-чан ослепла. Теперь она не видит нас. Она видит пламя.

Как обухом по голове. Кёко вскочила с места, не слушая выкриков Шамала. Ей нужно было увидеть Цу-чан. Нужно было посмотреть в её глаза, убедиться, что они прежнего, тепло-карего цвета. Не изменились, и их выражение осталось прежним. Что Цунаёши не сломалась, она же такая необыкновенная. Не удивительно, что с ней приключилось нечто подобное.

Ворвавшись в спальню сестры, Сасагава подлетела к кровати и схватила бледную руку. Цуна спала, но проснулась сразу же. Её глаза раскрылись.

— Ах, свет!.. Черт, черт! — Цуна вырвала руку, прижав к лицу. Извиваясь, девочка уткнулась лицом в простыню.

— Цу-чан...

— Я не вижу тебя, Кёко. Прости, твоё пламя слишком яркое для меня.

Кёко показалось, или небо за окном действительно упало?..

***


— Что с ней, Шамал? — тревожно спрашивала Нана, когда доктор приводил в себя Кёко.

— Подожди...

Цунаёши сидела с закрытыми глазами, держа в руках ладонь потерявшей сознание Кёко. Тсуна чувствовала силу, текущую внутри сестры, эта же сила вырвалась из неё, когда шатенка призналась, что не видит её.

Шамал прибежал первым, почувствовав всплеск дикого пламени наверху. Это не могла быть Цунаёши, потому что была полностью обессилена для такого бешеного огня. Оставалось лишь цедить ругательства сквозь зубы и надеяться, что с рыжей девушкой ничего страшного не случится.

Кёко, впрочем, довольно быстро пришла в себя. И, слава богам, её глаза всё видели, да и она сама была в полном порядке. Не считая осунувшегося лица из-за первичного пробуждения.

— О чём ты думала в последнюю минуту?

Кёко повернула голову в сторону Цунаёши. Закрытые глаза шатенки вновь напомнили о проблемах.

— Я... Я хотела, чтобы Цу-чан... Чтобы её глаза увидели меня. Вот и всё.

Шамал выдохнул, схватившись за сердце. Нана беспокойно оглянулась на него, но мужчина замотал головой, показывая, что в порядке. Эти трое... Как они могут сидеть, как ни в чём не бывало, когда у него сердце в который раз чуть из груди не выпрыгивает из-за испуга за них?!

— Не надо... — начал было ор Шамал, но замолк. — Не надо больше так думать, Кёко. Ты обладательница атрибута Солнца, я, кажется, уже высказал предположение об этом на кухне, нет? Твоё пламя, особенно после выкрутасов Цуны, вело себя беспокойно, от этого головные боли. Твоё пламя реагирует на тебя, не удивительно, что оно чуть не убило тебя, рванув выполнять такое отчаянное желание.

Цуна поражённо открыла глаза, но тут же застонала и закрыла.

— Цунаёши, потерпи. Я постараюсь добыть тебе специальные линзы, хорошо? Будешь их носить, пока не приноровишься управлять своей способностью видеть пламя. Кёко, Солнце наше ненаглядное, без глупостей. Я доктор, и я лучше знаю все эти штучки с пламенем. Нана, оставим детей. Не забудьте поесть, вам это нужно.

Нана поднялась с места, бросив взгляд на обнявшихся девочек. В сердце защемило, она смахнула слезинку и постаралась успокоиться. В конце концов, Шамал сделал очень много для неё. Надо его хотя бы покормить, что ли.

Спустившись вниз, Нана приступила к привычной беготне по кухне. Шамал сидел рядом, облокотившись на стол, и о чем-то думал. Женщина не мешала ему, стараясь вернуть атмосферу теплоты и уюта в похолодевший дом. Её дочь жива, здорова. Нельзя плакать перед ней, и когда её нет тоже нельзя. Цунаёши умная, она поймет, что Нана плакала. Истерика, когда Савада готова была собственными руками разгромить кухню, уже прошла.

— Я получу линзы через неделю. Пусть пока Цуна посидит дома. Ей нужно адаптироваться, свыкнуться с мыслью. Нана, ты собираешься менять ей школу? Всё же она ослепла не настолько...

Нана остановилась, тоже задумавшись над проблемой.

— Как она будет писать письменные тесты? Записывать? Читать? Я не знаю, Шамал. Не знаю. Спрошу у Цу-чан и Кё-чан. Как они решат, так и поступим. Пусть девочки сами подумают, это их выбор.

Шамал покачал головой. Хорошо было бы отправить Цунаёши в специальную школу. Но с подходом Наны, может статься, что девочка не захочет покидать Намимори. А это надо сделать, потому что слишком сложно привыкнуть к совершенно другому способу видеть мир. Даже линзы, которые он успел попросить у старого друга, который когда-то столкнулся с такой же проблемой, не помогут. В конце концов, они для того, чтобы пламя не слепило, а не для возвращения к привычному фокусу зрения.

Нана уснула, положив голову на сложенные на столе руки. Шамал доел ужин, поднял Нану и положил в её комнате, а потом заглянул к Цунаёши.

Девочки спали, обнявшись. Кёко, как была, в школьной форме, Цунаёши с задранной кверху футболке.

Шамал сложил инструменты в саквояж, натянул фетровую кепку и вышел из дома Савада. Своё дело он уже сделал, через неделю прибудут линзы и инструкции к ним. Нану во всё нужное он просвятил, а Цуна со своим пламенем должна справиться сама.

Ему тут делать нечего.
Фанфик опубликован 08 мая 2014 года в 20:01 пользователем Matthew.
За это время его прочитали 489 раз и оставили 1 комментарий.
0
БогМёртв добавил(а) этот комментарий 10 июня 2014 в 21:27 #1
БогМёртв
Здравствуйте, автор или не автор, и я вообще запутался, как черт знает кто!
Вот что значит - не читать шапку ._.
Вы уж меня извините, но в любом случае я продолжу нести свой бред, хотя, кажется, ничерта не понимаю.
Что ж, в который раз начну свой монолог.
Вы уж извините меня, мой сегодняшний отзыв будет маловат.
С каждым разом мне... мне становится не о чем говорить, в общем.
Хвалить-то я могу вечно, но надо ли оно? Так можно и попортить человека, похвалой, особенно излишней,
Хотя эта работа в самом деле очень сильная как в плане сюжета и персонажей, так и в плане грамматики и оформления.
К слову, сюжет в самом деле невероятен, и... это круто, честно.

Еще раз прощу прощения за множество непоняток.
Хотя я так и не понял, автор вы, Matthew, или нет. Я... вообще непонятливый человек.
В любом случае, вам тоже вдохновения и т.д. и т.п, добра вам ~