Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Мультифэндом Учитель-мафиози Реборн! Романтика Небо на кончиках пальцев. Часть 1. Облако и Небо.

Небо на кончиках пальцев. Часть 1. Облако и Небо.

Раздел: Учитель-мафиози Реборн! → Категория: Романтика
Свет фонарей отбрасывал причудливые тени на стены домов. Мелкие насекомые облепили единственные источники света на этой улице, издавая еле слышное, низкое гудение. Закат полтора часа назад истаял на западе, погрузив страну Восходящего Солнца в темноту летних ночей. Спустя некоторое, после захода солнца, время, в Намимори наступила тишина. Редкие компании поздних гуляк или просто возвращавшихся с работы людей ещё встречались на темных улицах, но в основном они были пусты. Кроме света фонарей, тусклых окон зданий и дуновения ветра, конечно.

Расположенный в часе езды от Токио, столицы Японии, Намимори был обычным тихим провинциальным городком. Здесь давно устоялись свои правила, свой ритм жизни, свои, в конце концов, жители. Городские не знали друг друга в лицо, но, тем не менее, новеньких приезжих вычисляли на раз-два.
Новенькие частенько оставляли свое чувство страха в прежнем месте жительства.

Намимори был тихим провинциальным городком. Для кого-то он был деревней, для кого-то — целым миром.

Приезжие не должны забывать, что у каждого прайда есть свой вожак.

В тихом провинциальном Намимори главой стаи был Хибари Кёя. Он был не просто её вожаком. Хибари Кёя был той самой стаей.

Жители неблагополучных районов Намимори прекрасно знали, когда стоит забиться далеко в подвалы, цокольные этажи или чуланы. Это было время ночного обхода хищником его территории.

Хибари Кёя был обычным школьником. Он не обладал накачанной мускулатурой или наводящей на всех ужас аурой. Ничего сверхъестественного, и сам Хибари не обольщался на этот счет. Будучи типичным японцем, он умудрялся смотреть свысока своего не такого уж высокого роста, наводить страх усмешкой на бескровных губах, заставлять молиться всем известным богам сверкающими при свете тонфа.

И всё же он был вполне вменяемым человеком. Который просто не любит шум, толпу и нарушителей.

Приезжие не должны наглеть. Они обязаны были понимать, кто является хозяином Намимори.

Но эта девочка, шатающаяся по переулкам, явно этого не знала. Или была глупой, что, собственно, не снимало с неё вины.

При свете фонаря можно было увидеть испачканные в грязи и покрытые ссадинами колени, выглядывающие из дырок на тёмных колготках, посеревшую от пыли школьную блузку с потерявшейся или вырванной верхней пуговицей и сгорбившуюся спину. Неуклюжие травоядные бесили на порядок больше, но Хибари всё же был человеком, и девушек старался сильно не бить. Ну, только если они не нарывались сами.

— Травоядное, ты не знаешь, что после десяти лучше не гулять? — скрестив руки на груди, поинтересовался Хибари. Девочка вздрогнула, поднимая на него заплаканное лицо, и тогда он заметил разбитую губу и поцарапанный нос. Девочка была ему незнакома и явно нуждалась в помощи.

— Ты меня слышишь? — раздражённо спросил он, заметив, что девочка как-то одеревенело пытается продолжить путь. Словно робот какой-то. Она ещё шла странно, враскорячку, что озадачивало Хибари.

Тут раздался приглушенный всхлип. И он понял, что это начало истерики.

Хибари не хотел слушать её плач, успокаивать он вообще не умел. Да и не собирался.

Решив, что с него хватит добродетели, Кёя шагнул в её сторону, но девочка, даже сквозь подступающие слезы, видимо, разглядела его и поспешно отступила назад. Она упала на землю, запутавшись в ногах и издав полувскрик.

— Так будет лучше, — пробормотал Хибари, рубанув ладонью по шее пытавшейся уползти девушки. Глядя на лежащее на земле бессознательное тело, он думал, что ему с ней делать дальше. Ясное дело не в дом тащить, но и оставлять нельзя.

Приняв решение, Хибари поднял её на руки и пошел по направлению к больнице. Там с ней разберутся, только бы не задержали его, как возможного свидетеля и прочее. Ему вовсе не улыбалось сидеть, как подозреваемый, перед следователем и отвечать на тупые вопросы.

Так что он просто оставил девушку на пороге больницы, удостоверившись, что её всё же найдут раньше утра.

А потом выкинул это событие из головы, как нечто незначительное. Хибари Кёя был человеком, а человеку свойственно ошибаться. Он ошибся в тот вечер, не обратив внимания на то, что на девушке была форма его школы, хотя до того дня он её никогда не видел. И не видел после несколько месяцев, пока не встретил на подходе к родной школе.

Он не вспомнил её, но запомнил после. Просто не связал ту избитую девушку и эту Цунаёши Саваду, которую за глаза зовут Странной. Слишком разные они были, и дело не во внешности. Они были разными в душе.

Цуна всегда молча благодарила того парня, который нашел её в тот злополучный вечер, хоть и обошёлся с ней грубо, но отнёс в больницу. Он не беспокоился о её судьбе, но она была ему благодарна. Поэтому никогда не злилась и не боялась его больше, как не могла никогда долго хранить отрицательные чувства в себе.

Она знала, что странная. Шёпот, гуляющий по школе, слышно лучше, чем любой тихий разговор. Ей было достаточно того, что её не избегают и общаются, а остальное не важно.

— Странная ты, — однажды заявила ей Хана. — Тебя обижают — ты улыбаешься, тебе ставят подножку — ты улыбаешься. Как будто других эмоций кроме радости не бывает.

Цунаёши тогда в ответ тоже улыбнулась, на что Хана покачала головой, как бы говоря: "Ну, вот видишь!". Но что поделать? Она и вправду не могла долго злиться. Негатив словно отталкивался от неё, заражаясь внутренним светом, обращаясь в позитив.

Наверно, именно благодаря такому оптимистическому настрою в жизни она смогла подружиться с самой популярной девочкой школы, Сасагавой Кёко. Они частенько гуляли вместе, ходили друг к другу в гости, даже устраивали пижамную вечеринку, идею которой подкинула Кёко, зависавшая на молодёжных сайтах.

Мать Цуны даже один раз пошутила, мол, рожала вроде одну дочь, а теперь их двое. На что девушки оглянулись друг на друга и весело рассмеялись. Они были очень похожи, эти три маленькие женщины, Нана, Тсуна и Киоко. Наверно, одинаковой нежной улыбкой и любящим взглядом.

— Кё-чан, м-м-м, просыпайся... Мы, кажется, в школу опоздали... — Кёко проснулась от трагичного шёпота Цуны в ухо и от неожиданности упала с кровати.

Потерев локоть, рыженькая подняла голову, сталкиваясь лбом с тревожно смотревшей на неё подругой. Раздался слаженный вскрик, а потом девушки тихонько захихикали. Не могли по-другому отреагировать на такую ситуацию — только смехом.

— Цу-чан, раз уж мы не успеем на первый урок, иди первая в ванную. Только быстро, хорошо? — Кёко поднялась с пола, расправляя закатавшиеся до бёдер широкие пижамные штаны в клетку. Цуна начала стонать, зарывшись носом в тёплое одеяло:

— Кё-ча-а-ан... Может не на-а-а-адо?

Кёко только головой покачала, уперев руки в бока.

— Ах ты ленивая! Ну-ка, вставай быстро! — принялась щекотать подругу Сасагава и рассмеялась сама, увидев, как Цуна ошалело похихикивает и извивается на кровати. Но победу всё же одержала Киоко, дёрнув на себя одеяло и скидывая шатенку на пол, где сама недавно побывала. Это было сродни необычному ритуалу: пока каждая из них не встретится с пушистым ковром Савады головой, никто как следует не проснётся.

— Иду-иду, мой генерал, — подняв руки, продекламировала Цунаёши и убежала в ванную. Кёко улыбнулась и повернулась обратно к кровати.

Конечно, Нана-сан и сама с удовольствием сложит постельные принадлежности, но так же нельзя! Она мало того, что в гостях, так ещё и убрать за собой не может, что ли? Так что Кёко, наплевав на то, что они должны спешить в школу, начала аккуратно складывать одеяло и накрывать кровать покрывалом. Это не сложно, в конце концов, а Нане-сан работы меньше.

Девочки старались беречь Нану, вылезая в самых неожиданных местах и бросаясь помогать ей. Женщина только руками махала на их энтузиазм, но дочерей было не остановить. Они были везде: когда Нана готовила завтрак и ужин, когда Нана вешала бельё на заднем дворе, благо стиральная машина у них была, когда Нана вытаскивала из кладовой пылесос. Они подскакивали, сажали её на ближайший стул или кресло и активно выполняли её привычную работу.

Стоило Нане увидеть двух горящих азартом девушек на пороге кухни, как испуганно на них замахала. Они удивленно переглянулись.

— Каа-сан? — Кёко.

— Мамочка? — Цунаёши.

— Не пущу на кухню! — Нана.

На несколько секунд повисла тишина, был слышен какой-то приглушенный булькающий звук.

— У тебя рис убегает! — завопила вдруг Цуна, пальцем ткнув за плечо матери. Нана стремительно обернулась и только успела заметить белые струйки, бегущие по пузатым железным бокам кастрюли, как мимо проскочил рыжий вихрь. Пока обе Савады зевали, Кёко открыла крышку и выпустила наружу колечки горячего пара.

— Эх, теперь плиту отмывать, — покачала головой Нана, заметила странные перегляды девушек и сообразила, что сморозила. — Нет-нет! Я сама! Быстро, бегом в школу! Думаю, и там вы прекрасно позавтракаете, я вам ваши бенто упаковала и уложила в сумки. Идите, идите, давайте!

Две девушки, весело переговариваясь на бегу, направлялись в сторону уже оцепленной членами Дисциплинарного Комитета школы. В душе зрела тревога, которая увеличилась, стоило им заметить внушающие трепет фигуры Комитета и одну, стоящую чуть в отдалении, кажущуюся уязвимей и хрупче на фоне высоких крепышей.

— Откуда только Хибари-сан их набрал? — пробормотала Цуна, Кёко в ответ пожала плечами. Она не знала и не интересовалась, ей было достаточно того, что Хибари-сан не цеплялся к ней. Всё же какое-то, атрофированное, чувство справедливости у него было. Только оно сейчас сыграет против них.

Один из Комитета остановил их, придирчиво оглядывая и не находя нарушений в дресс-коде учениц. Среди всех этих парней с одинаковыми прическами они обе знали только Кусакабе Тецую, правую руку Хибари Кёи, и то отличали благодаря неизменной травинке во рту.

— Вы опоздали, — покачал головой Кусакабе, быстро покосившись в сторону начальства. Но Хибари не обращал на них внимания, предоставив право разбираться с женским полом Тецуе.

— Просим прощения, Кусакабе-сан! Этого больше не повторится, простите! — они синхронно и максимально жалобно скорчили виноватые лица и поклонились. Кусакабе застыл с недонесённой до затылка рукой, напряжённо обдумывая, как ему поступить с этими нарушительницами. Если просто отпустить, Хибари-сан потом же не отстанет, но и наказывать... Тем более они вообще одни из самых примерных и лучших учениц школы. Может что-то серьезное произошло, раз так получилось? ("Ух ты! Новый выпуск Джампа! Кё-чан, давай почитаем!", "Боже, Цу-чан, уже час ночи, спать!")

— На первый раз прощаю, — неожиданно произнес подошедший Хибари. Он узнал этих девушек и помнил, как они постоянно отчитывали своих одноклассников за нарушения. Причин давить или, упаси боже, бить за единственное за всю историю учёбы опоздание, Хибари не видел.

— Спасибо! Такое не повторится, обещаем! — они ещё раз поклонились на этот раз усмехнувшемуся Кёе и убежали в школу, успев восстановить дыхание, когда стояли перед Кусакабе.

— А он не такой страшный, как говорят, — пожала плечами Кёко. Цуна укоризненно на неё посмотрела.

— Конечно, не страшный! Кё-чан, я вам уже который раз говорю!

— "Хибари-сан - не плохой! Вы просто его не знаете!", — передразнила её захихикавшая Кёко, за что получила легкий тычок в бок от надувшейся Цуны. — Ну, прости! Просто... Цу-чан, тебе не стоит так часто об этом говорить. Я и раньше была на стороне Хибари-сана, хоть и не уважаю решение проблем силой, но со стороны это неоднозначно выглядит!

Цуна остановилась, заинтригованно посмотрев на подругу. Кёко замолкла, пытаясь выкрутиться из неловкой ситуации. В любовных делах её названная сестра была просто настоящим чурбаном, дуб дубом.

— Как это выглядит? — подалась вперед шатенка. Сасагава отступила назад.

— Как... Ну, как... Как будто ты, ну... это самое, ты поняла! — закончила свою бессвязную речь выкриком рыжая, закрыв пылающее лицо руками от подруги. Но та, либо не заметив алые щеки и уши, либо не придав этому значения, продолжила наступать.

— Так, будто ты влюблена в Хибари.

Голос, неожиданно спасший Кёко от наступления Цуны, принадлежал сурово смотревшей на них Хане Курокаве. Цунаёши с визгом обернулась и кинулась обнимать её в знак приветствия. Однако застыла на месте с вытянутыми руками, поняв, что ей только что сообщили.

— ЧТО?! Но... НО! Это же... Невозможно! — залепетала Савада, игнорируя насмешливый взгляд Курокавы. Пока та не вздохнула, подумав, что одноклассница и вправду ничего не смыслит в этом направлении.

— Так говорили, но потом убедились, что ты просто странная. Сейчас уже не обращают внимания, хотя некоторые злые языки чешут на эту тему. Но никто не верит, слишком сложно поверить в то, что кто-нибудь возьмет и влюбится в Главу Дисциплинарного Комитета. Угомонись, Савада. Пойдёмте на урок, и так прилично опоздали.

Кёко и Цуна переглянулись, пообещав себе обязательно поболтать о мальчишках в ближайшее свободное время. И пошли следом за одноклассницей.

Обычный день Цунаёши Савады начался!
Фанфик опубликован 07 мая 2014 года в 19:40 пользователем Matthew.
За это время его прочитали 384 раза и оставили 1 комментарий.
0
БогМёртв добавил(а) этот комментарий 13 мая 2014 в 14:54 #1
БогМёртв
Здравствуйте, автор!

Мне очень повезло, что я, оказывается, знаком с фэндомом. Как-никак, а легче читать работы по уже знакомым аниме, даже если они ООСны, или в них присутствуют какие-либо изменения вроде "смены пола" персонажей, или же еще что. Я не о вашей работе в частности, я - вообще о работах. Ну что ж, давайте приступим, а то я свою шарманку опять-таки завел - ведь и без повода распинаться могу сколько угодно.

Сюжет еще, видимо, "не вступил в силу". То только, боюсь назвать это прологом, начало, некая завязка отношений персонажей, объяснение их тесного взаимодействия. Во всяком случае достаточно интересно, ибо я не знаю, чего именно ожидать от последующих глав - развития отношений Савады и Кеи или же более тесного общения Савады с Куроко, на что я, если честно надеюсь. Но, думаю, мои надежды не оправданы, и ей, скорее, посчастливится связаться с Главой Дисциплинарного Комитета, что тоже неплохо - вы уж простите, в моих отзывах всегда полно ИМХО, однако в этом я солидарен с вами: Савада и Кея в самом деле очень интересный пейринг независимо от того, какого пола главные герои. В общем, пока все достаточно размыто, но интригует, действительно интригует.

От сюжета сразу перейду к вашему стилю.
Пишете вы очень грамотно как в смысле оформления, так и в прямом смысле - ошибок не заприметил, и это очень порадовало. Описания хороши, что природные, что городские, что описания людей - все очень точно, однако у меня такой чисто лукавый и каверзный вопрос насчет "Закат полтора часа назад истаял на западе..." - в Японии мог ли он истаять где-либо еще, кроме как на западе? Но это уже мои придирки, конечно, но все-таки - логика. Иногда нагромождения описаний излишни, "лишь бы приткнуть" не стоит писать - это не лично вам совет, а... прост))

Персонажи достаточно каноничны, особенно Кея - его невозможно не узнать, право слово. Вообще, если честно, не люблю судить о персонажах, ибо в разных ситуациях они ведут себя, несомненно, по-разному. А если учитывать, что Тсуна теперь девушка, и что его лучшая подруга - Киоко, и что Савада всегда улыбчива и ее называют странной, что не противоречит канону... все это зыбко. Но, в любом случае, ваши персонажи логично реагируют и достаточно просты, что не всегда хорошо, но не в вашем случае. Во всяком случае нет значимых противоречий с каноном, а это уже хорошо.

В общем, очень интересное начало,
и пускай я даже не соизволил прочитать шапку и не знаю о пейринге (так интереснее), не являюсь поклонником гета и не ярый любитель пейринга Кея/Тсуна, почитаю - заинтересовало.
Спасибо за хорошо проработанный фанфик ~