Покажем силушку богатырскую (привет, Наруто проджект)
Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Мультифэндом Гарри Поттер Трагедия/Драма/Ангст Платина и шоколад. Глава 21. Часть 3

Платина и шоколад. Глава 21. Часть 3

Раздел: Гарри Поттер → Категория: Трагедия/Драма/Ангст
Наверное, это было немного нечестно — оставить её спящей в своей спальне. Но ему слишком хотелось, чтобы простынь сильнее пропиталась запахом корицы и молока, который всегда заставлял его дышать глубже.

Даже больше того.

Он бы остался там с ней и — позор, бля — смотрел бы ещё час за тем, как дрожат её ресницы во сне, если бы не внезапная идея, которая заставила его буквально вылететь из постели.

Гермиона всего-лишь пробормотала какую-то чушь о том, что у неё ещё не сделан на среду доклад по зельям. И щелчок, оглушивший Драко на мгновение, почти испугал даже его самого.

Северус Снейп.

Это тот, кто всегда знал, как поступить. Тот, кто был в курсе всех событий и, уж наверняка, не имел к убийствам никакого отношения. Декан Слизерина — это был реальный шанс изменить всё. Если не в лучшую сторону, то хотя бы сдвинуть дело с мёртвой точки.

Поэтому теперь Драко шагал по подземельям, игнорируя изредка встречающихся на пути слизеринцев, сжимая в руках зачарованный дневник. И старался, чтобы глаза не слишком горели этой дурацкой надеждой, которая рушилась на него водопадом, почти прибивая к земле.

Снейп знал мать не первый год. Он несколько раз даже посещал Мэнор после того происшествия. И по-прежнему делал для Нарциссы некоторые зелья от головной боли, которая осталась у неё, несмотря на потерю памяти.

Зельевар бы не стал кривить душой или врать, но проблему составлял тот факт, что он мог справедливо не оценить их с Грейнджер стараний, самостоятельных попыток… опасных попыток заманить Курта Миллера и его папашу в западню, выхода из которой не знал никто.

Заманить, возможно, вместе с самими собой.

И почему-то именно сейчас, когда Малфой вознамерился рассказать обо всём декану, всё, что они придумали, и всё, к чему пришли, показалось сраной чушью, идиотской идеей. И он уже почти видел, как профессор качает головой и разводит руками.

Стараясь не зацикливаться на этом, Драко переключился на другие мысли. К примеру, о том, что если Северус подкинет какую-то действительно неплохую идею, не придётся сообщать Грейнджер о том, что её имя появилось в дневнике. Не придётся вообще ничего говорить.

А отдалённое понимание того, что ситуация, возможно, не такая уж и безвыходная, почти окрыляло.

Кабинет зелий был наполнен странным запахом. И здесь было холодно, как и обычно. Тем более, зимой.

Профессор сидел за своей кафедрой, изучая какой-то пергамент. Появление Драко, кажется, ничуть не удивило его.

— Мистер Малфой.

— Добрый день, профессор.

День.

В кабинете было темно, только длинные полупрозрачные тени от колб, пляшущие по стенам, уставленным полками с пузырьками разных размеров, наполненными разнообразными жидкостями в разных пропорциях. Всей жизни, наверное, не хватило бы, чтобы изучить досконально каждое из зелий.

Преподавательский стол был занят: на одной половине - пергаменты и несколько склянок с концентратами, а на другой бурлил и похлюпывал в уютной тишине котелок со слегка почерневшим дном. И от этого варева по кабинету разносился тонкий запах давленных листьев.

— Вы что-то хотели?

Малфой плотно прикрыл за собой дверь и остановился посреди класса, понимая, что сейчас просто и сходу начнёт говорить то, от чего зависят. Он и она. Всё.

— Да. Я хотел бы поговорить с вами.

Снейп никак не показал своего удивления. Вполне ожидаемо.

Просто неспешно отложил пергаменты и облокотился о высокую спинку жёсткого стула, расположив локти на подлокотниках и сложив руки конусом, соединяя пальцы. Излюбленная поза.

— Что-то произошло?

Ладно. Выдохни.

— Да.

Снова никакой реакции. Только проницательные глаза слегка сощурились.

— Что-то, касающееся дел старост?

— Не совсем, — Малфой на мгновение прикусил губу, а затем сделал быстрый шаг вперёд, положив тетрадь на самый край профессорского стола.

Зельевар приподнял брови.

— Зачарованный дневник, — произнёс он, кивая. Поднимая вопросительный взгляд на Драко.

Тот смотрел прямо в глаза декану. Ожидая, когда он ознакомится с содержимым. Тот со вздохом подался вперёд и взял тетрадь, открывая её на первой же странице.

Острый взгляд тут же заскользил по строкам, и Малфой почувствовал, как гулко бьётся сердце.

В дневнике было всё.

Прочитав их с матерью переписку, Снейп всё поймет. Что они задумали и каким образом соединяются все нитки, которые на данный момент удалось собрать.

Всё, что сейчас оставалось, это вглядываться в почти отсутствующее выражение лица профессора и жать в карманах мантии похолодевшие пальцы.

А ещё сомневаться.

Но сомнение стало почти неотъемлемой частью Малфоя.

Потому что вдруг пришло в голову: а вдруг Снейп доложит на мать? Вдруг он расскажет обо всём Дамблдору? Вдруг он посодействует тому, что Нарциссу казнят?

Минуты тянулись слишком долго. Драко уже почти изучил этот танец теней на неровных стенах, когда тетрадь с шорохом закрылась и в него вперился прямой взгляд зельевара.

Было слишком тяжело определить, о чём тот размышляет.

Сознания коснулось что-то холодное и сжимающее, словно рука в ледяной перчатке. И Малфой понял, что Снейп применяет к нему легилименцию.

Он только сжал губы, позволяя. Деваться было некуда.

Слизеринец уже догадался, что увидит профессор, но это было необходимо, судя по всему. Тем более, через несколько мгновений всё закончилось.

Мужчина за кафедрой выпрямился и негромко произнёс заглушающее заклинание. Одно из тех, что накладывала Нарцисса каждую ночь на комнату сына.

По стенам прошла рябь, и в ушах повисло тихое гудение.

— Кто знает об этом? — жёсткая ладонь опустилась на дневник.

— Я, Грейнджер… Забини, — Малфой запнулся, сомневаясь, стоило ли признаваться в причастности друга, но, судя по взгляду, Снейп уже знал всё сам. Несмотря на то, что профессор не отводил глаз от Драко, было заметно, что он напряжённо думает.

— Вы хоть понимаете, что вы затеяли, мистер Малфой?

Драко стиснул зубы. Пожалуй, на то, чтобы не отвести глаз от декана, ушла основательная часть выдержки и силы воли.

По крайней мере, ответ прозвучал уверенно.

— Да.

— Значит, вы полагаете, что ученик Хогвартса причастен к убийствам, о которых гремят газеты.

На секунду ему показалось, что Снейп не верит. Просто издевается. Однако тёмный взгляд оставался серьёзным.

Драко молчал.

— Отвечайте мне.

Чёрт возьми, да ответ очевиден.

— Да.

— Вы понимаете, что это за обвинение?

— Вы сами видели, что писала…

— Я ничего не видел, — повысил голос зельевар.

Почему это заставило испытать облегчение, слизеринец не решил. Скорее, на подсознательном уровне понял — у него появился союзник. Или же появляется сейчас.

И Снейп наконец-то отвёл глаза, глядя теперь куда-то Малфою за спину.

— Конечно, профессор.

— Почему вы пришли с этим ко мне, а не к профессору Дамблдору?

Беспокойство тут же практически накрыло с головой. Драко едва не растерял весь свой уверенный вид, когда делал рваный шаг вперёд, на этот раз сам пытаясь перехватить взгляд зельевара.

— Он доложит в Министерство Магии.

— Я тоже могу сделать это.

— Но вы не сделаете, вы… Вы знаете, что моя мать непричастна к тому, что там происходит.

Он ненавидел, когда голос начинал звучать так неуверенно. Поэтому торопливо замолчал и кашлянул. Снейп тоже не говорил ни слова.

И снова неясно было, о чём его мысли.

Чёрт возьми, да просто верьте мне. Это же очевидно. Стоит только немного присмотреться. Немного глубже, чем есть.

— Я показал вам это потому, что не знаю, что делать дальше, — произнёс прежде, чем успел прикусить язык. — Я не позволю, чтобы с матерью что-то случилось, профессор. И я сделаю что угодно, чтобы избежать её казни.

— А что же насчет мисс Грейнджер? — на этот раз это была почти явная насмешка. — Тоже “что угодно”?

Малфой поднял голову.

Молча смотрел на Северуса, ожидая его привычного “Отвечайте мне”.

Но его не последовало. В тёмных глазах… наверное, Драко показалось, потому что там не могло появиться понимания. Ему было просто неоткуда взяться.

Видимо, ответ не требовался.

Это была суровая риторика. Подчёркнутое заявление о том, что Северус Снейп знает, что происходит между учеником его факультета и грязнокровкой.

— Для начала, — он сложил сухие ладони перед собой, переплетая пальцы. — Раз уж у вас есть эта связь с матерью… — и едва заметно коснулся истрёпанной обложки дневника. — Я в курсе, что за ней присматривает один из тех министерских работников, которые посещали вас несколько недель назад, мистер Малфой.

О, Драко отлично помнил этот день.

Беспредельная ярость на конченого мудака Оливара, а затем беспредельное облегчение, когда старик Дамблдор сообщил о том, что с матери сняты обвинения. А ещё тот день, когда он узнал в Логане приспешника.

— Я уверен, что если бы ваша мать настояла на том, чтобы Дерек Томпсон встретился с вами для того, чтобы обсудить некоторые… детали, никто бы не был против организовать эту встречу в Хогвартсе.

Слизеринец впитывал каждое слово как губка. Встреча с Томпсоном? Чтобы что? Рассказать ему всё?

А вдруг он тоже замешан?

Однако мысль оказалась перебитой профессором. Возможно, он всё ещё применял легилименцию, однако, скорее всего, это просто отразилось на лице.

— Мистер Томпсон ответственно подходит к своей работе и является моим, с позволения сказать, знакомым, за которого я… могу поручиться. Вы могли бы рассказать ему то, что рассказали мне.

— Но он первым делом помчится в Министерство, чтобы донести на мать, — Малфой скривил губы, на мгновение упустив из виду, что стоит перед деканом.

— Не забывайте, что у вас есть то, что может переубедить его, — холодный тон Снейпа отрезвлял лучше любого другого средства.

А бледные пальцы уже подвинули тетрадку по столу так, что она оказалась на прежнем месте, куда её положил слизеринец.

— И он поверит на слово? Вы действительно так думаете? Не замечал за ним особых проявлений доверия. По крайней мере в том, что касалось бы меня.

На этот раз Драко говорил спокойно, глядя на зельевара как на равного. Возможно, это было неправильно, но чувство, когда вас объединяет общее дело… оно придаёт уверенности.

И достаточно тяжело было скрыть мечущееся в груди настоящее облегчение, которое вливало в него новые силы.

Новые-такие-необходимые силы.

— Оставьте эту неуместную иронию, мистер Малфой, — Снейп медленно поднялся из-за кафедры.

Драко наблюдал за тем, как он подошёл к котлу и помешал содержимое, внимательно вглядываясь внутрь несколько секунд, прежде чем снова начать говорить.

— Никто вам не поверит, если вы будете голословны.

Последующая пауза затянулась, и блондин приподнял брови, разводя руками:

— И… что мне делать?

Доставучая система Снейпа.

Недоговаривать, а потом довольствоваться растерянным выражением лица студента. Как на уроке, так и в неурочное время.

Притом эта система работает даже в те моменты, когда преподаватель ведёт активную работу напряжённой мысли. Всё на то указывало — и углубившиеся морщины, спускающиеся от крыльев носа к углам рта, и нахмуренные брови.

— Для начала убедите вашу мать устроить вам встречу.

— За этим дело не станет, профессор. Она поможет. Меня больше волнует то, каким образом я смогу убедить…

— Вы не сможете.

И он снова замолчал.

Жесть, блин. Называется — догадывайся сам, кто тебе в этом поможет. Хотя гадать долго не пришлось.

— Они наверняка используют на вас веритасерум.

Малфой ощетинился.

Хера с два он выпьет это. Чувствовать себя полностью в их власти, выболтать всё, что нужно и не нужно? Он будет контролировать себя. Он должен.

— Они не имеют права.

— С разрешения профессора Дамблдора они имеют право практически на всё, — парировал Снейп. — И вы не думали о том, что это намного увеличит шансы на то, что они поверят вам?

Чёрт возьми, сыворотка правды — это последнее, что ему было нужно. Он видел слишком многое. Он знал слишком многое из того, что происходило в Мэноре и в чём была замешана мать.

А министерские псы отлично знают, на какие кнопки давить, чтобы выйти на ту правду, которая им нужна. Ещё и тогда, когда волшебник не может контролировать поток слов, что говорит.

— Не стоит так переживать, мистер Малфой. — Да уж. Проницательности зельевару не занимать. — Я удивлён, как они ещё не опоили вас сывороткой правды в свете последних событий. Видимо, не посчитали нужным. Но довольно об этом. У каждого есть свои секреты. Каждый знает то, чего не стоит знать другим, не так ли?

Так. И Снейп как никто другой понимал это.

Малфой смотрел на преподавателя исподлобья, словно ожидая подвоха.

— Я мог бы сам приготовить эту сыворотку, если она понадобится.

Снова несколько секунд тишины.

Слизеринец переборол в себе желание сложить руки на груди и вздёрнуть голову. Его слишком коробило, когда он находился будто бы на ладони перед говорившим. А профессор, сомневаться не следовало, видел его насквозь.

А сейчас ещё и смотрел излишне внимательно, будто проверяя на прочность. Слизеринец нахмурил лоб.

— Простите?

Снейп недовольно дёрнул бровью, молча укорив Драко за недогадливость. Но в голове сейчас было слишком шумно, чтобы различать интонации, скрытые за привычным учительским холодом.

— То есть, если бы вы вели себя… соответственно, никто бы не подумал, что зелье, допустим, не сработало, — он почти цедил, и Малфой замер.

Профессор собирался сделать сыворотку, которая бы не произвела нужного эффекта?

Если Томпсон-или-кто-там-ещё будут уверены в том, что Драко говорит правду, в то время, как он сам может кое-где и покривить душой… то это значительно упростит дело. Ему поверят. И он сможет соврать.

Точнее — недосказать.

Драко поймал взгляд Снейпа и кивнул.

— Было бы неплохо, профессор.

Было бы просто охуенно, профессор. Мягко выражаясь.

Это то, что спасёт нас. Меня. Мать и Грейнджер.

— Мне нужно ещё кое-что обдумать, мистер Малфой. И переговорить с некоторыми людьми. Этого вам знать не обязательно. Было бы неплохо, если бы вы добились от вашей матери встречи с Дереком Томпсоном. В ближайшие дни. Потому что, как вы понимаете, времени не так много.

— Да, — Драко снова кивнул и, игнорируя давящее беспокойство после последней фразы Северуса, подошёл к кафедре. Забрал со стола тетрадь. — Конечно.

— Это всё, что вы хотели обсудить со мной, я надеюсь? Или будут ещё… неожиданности?

И в этот момент Малфою показалось, что зельевар на мгновение позволил настоящему беспокойству пробиться в голосе.

Несмотря на внешний покой, мужчина был напряжён. Так же, как и его мысли.

— Нет, профессор. Только это.

— Да уж и этого достаточно.

Драко поджал губы в вежливой улыбке. А затем развернулся и направился к двери. Однако остановился на полпути, обернувшись через плечо.

— Спасибо, профессор. — Снейп поморщился, но кивнул. — Это действительно важно.

— Вы плохо соображаете, чем всё может закончиться, мистер Малфой. Я не советовал бы вам совать в это ваш нос, но вы всё равно не послушаете меня, не так ли?

Вкрадчивый голос был полон той интонации, которую разобрать не получилось. То ли волнение, то ли отрешенная усталость. Драко иногда казалось, что зельевар хронически невероятно уставший.

— Так, профессор.

— Сомневаться не приходится. Судя по тому, до чего вам удалось докопаться. Так что постарайтесь последовать единственному моему совету — держитесь подальше от Курта Миллера и сосредоточьтесь на том, что я вам сказал по поводу встречи с мистером Томпсоном. Это ясно?

Слизеринец снова кивнул.

— Да, сэр.

— Хорошо. Тогда ступайте. И держите меня в курсе ваших успехов.

Когда тяжёлая дверь за Малфоем закрылась, он замер на несколько мгновений, уставившись в полумрак коридора и сжимая пальцами корешок дневника.

Медленно выдохнул, будто не дышал всё это время.

Твою мать. Получилось.

Снейп действительно согласился помочь. У Нарциссы есть шанс. Есть грёбаный шанс.

Он несколько раз сглотнул, словно старался проглотить почти ненормальную надежду, которая то поднималась, то рушилась в грудной клетке. После чего быстрым шагом направился вперёд по каменному коридору, боясь поверить в шаткую удачу.

Всё складывалось.

Это не могло не радовать и не напрягать одновременно. Всё действительно складывалось.

Драко Малфой понятия не имел, какого хрена ему делать со всем этим, но голоса в голове молчали, что почти заставило улыбаться. И эта улыбка коридору была последним, чего он от себя ожидал. Приехали, Малфой. Здравствуй, Малфой. Ты улыбаешься каменным стенам. Ошизение, по-моему.

Но что-то гнало в спину. Заставляло ускорить шаг.

Блин, да почти бежать.

А затем снова ухмылка, которую не удалось спрятать.

Потому что он понял. Он, чёрт возьми, надеялся, что Грейнджер до сих пор спит в его постели.
Фанфик опубликован 10 июня 2014 года в 19:35 пользователем Matthew.
За это время его прочитали 261 раз и оставили 0 комментариев.