Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки

«Отражение» Часть 2

Раздел: Фейри Тейл → Категория: Трагедия/Драма/Ангст
Священное писание Фей Неба.

Глава 5. Эликсиры. Категория D (Высшая).

…жертва становится полной своей противоположностью. «Отражение» заставляет потерять истинное «Я» и нарушить самые главные запреты наши.

В момент принятия «Отражения» жертва приобретает некоторые повадки расы нашей. Самые распространенные качества: сила, жар (у некоторых было замечено приобретение огненного дыхания), жадность, обостренный инстинкт охраны своего сокровища (у разных рас слово «сокровище» приобретает разный смысл), приобретение присущего драконам качества нахождения своего партнера по запаху.

Сила эликсира никогда не выветрится из тела в полной мере…

Тайные хроники Тысячелетней войны.

Украденный эликсир помог людям победить и изгнать драконов с их законной земли. Люди, которым посчастливилось вкусить плод «Отражения» стали невероятно сильными бойцами, способными уничтожить одним своим огненным дыханием целые города.

Простой люд прозвал их Драконорожденными или Убийцами драконов.

Из отчетов ЦЛФ.

«Проводимые над наркотиком эксперименты не дали никаких результатов. В первые же секунды эксперимента испытуемые становились неуправляемыми, были выявлены приступы агрессии и неконтролируемого гнева, однако ни увеличения показателей силы, ни скорости, ни драконьего огня получено не было.
Эксперимент проводился как на приговоренных к смертной казни заключенных Федеральной тюрьмы, так и на добровольцах.

У первых было отмечено снижение уровня тестостерона, у вторых, напротив, повышение. Можем сделать вывод, что легенды правдивы, и наркотик, носящий кодовое название «Отражение» в действительности меняет характер людей на противоположный.

Однако создание непобедимой армии с его помощью невозможно. Дальнейшие исследования считаю не действительными».

***


Туман.

Густой, ярко-алый, окутывающий со всех сторон, он давил на сознание невероятным грузом, одурманивая и отяжеляя его. Но в то же время было невероятно легко. Словно он научился (а, может, и всегда умел?) летать, и сейчас парил в приятной невесомости, чувствуя умиротворение, балансирующее на тонкой грани страха и неведения.

Нацу не понял, когда туман начал рассеиваться. Просто в один момент он начал редеть, уступая место свежести и яркому свету, манившему своим заманчивым и притягательным огоньком.

Миг, и в его тишину резко и неожиданно ворвались звуки. Если честно, он даже и не подозревал, что до этого он ничего не слышал, но когда в его уши с невероятной силой ворвалось неприятное жужжание, шум, напоминающий помехи и чей-то громкий голос, болезненно отозвавшиеся где-то в голове, это стало очевидным. Поморщившись, он болезненно вздохнул. В легких словно горел пожар, обжигающий внутренности изнутри, голова нестерпимо болела, и все тело, казалось, было окутано чем-то невидимым, но ощутимо-горячим.

- Очнулся, наконец! – недовольно и почему-то слишком громко проворчал кто-то неподалеку.
Обхватив, казалось, готовую разорваться на части голову руками, Нацу болезненно простонал, безуспешно пытаясь открыть глаза.

- Зачем же так громко? – прошипел сквозь зубы парень. – Я тебя прекрасно слышу.

- Громко? – опять крикнула Люси (а кто это еще мог быть?), отчего новая порция боли пронзила его голову. – «Саламандр», ты чего?

- П-прошу, - Нацу резко выпрямился, прижав голову к коленям безуспешно пытаясь хоть как-то унять боль, - помолчи.

Боль пульсировала в голове раскаленным углем, заставляя рушиться даже его, «Саламандра», самообладание. Казалось, еще чуть-чуть и он бы взвыл, но мягкие, отчего-то мертвенно-холодные руки, коснувшиеся его подбородка и лба, облегчили страдания, и боль притупилась. Новая попытка открыть глаза увенчалась успехом.

Люси задумчиво нахмурила брови, внимательным взглядом изучая лицо Драгнила и попутно наблюдая за указателями на каком-то маленькой приборе, на котором в хаосе прыгали столбики с показателями: от светло-синего до насыщенно-красного.

Нацу почувствовал какое-то странное инородное чувство, которое доселе никогда не чувствовал. Казалось, будто сидящая перед ним блондинка была совершенно не той девушкой, которую он знал. Бледное лицо сейчас отливало болезненной серостью, глаза опухли, и он мог поклясться, что она лишь недавно плакала. И хоть в остальном она была все та же, - та же одежда, та же прическа и те же отточенные движения, - но что-то неуловимое все же изменилось.

- Что случилось? – наконец, подал голос парень, и удивленно отметил, что Хартфелия на одно мгновение замерла, будто испугавшись чего-то. Но, возможно, это ему только показалось…

- Ты выпил наркотик, - мотнув головой в сторону осторожно положенной обратно на подушку бутыли, спокойно ответила девушка, продолжив наблюдать за показателями на падде. – У тебя аномальные показатели температуры. Нацу… ты, - Люси подняла голову, в неверии устремив на него взгляд, - горишь изнутри.

Рука сама потянулась в сторону груди, туда, где быстро и лихорадочно билось сердце. Даже сквозь «Хамелеон» он чувствовал невыносимый жар, исходящий от своего тела. Казалось, будто его кожа горела.

- Круто!

Нацу широко улыбнулся, посмотрев на свою ладонь, которую, будто только сейчас увидел. Если хорошенько присмотреться, то можно было заметить как до этого голубые вены и капилляры стали ярко-красного цвета, и с каждой секундой цвет менялся… словно пульсировал, подобно сиянию пламени, то потухающего, то разгорающегося вновь.

- Ничего крутого! – ударив по руке парня, Люси раздраженно повела плечами. – А вдруг ты сдохнешь! Нужно взять образец этой гадости и понять, как она воздействует на организм человека. И тебя обследовать стоит. Не думаю, что «Саламандр» хочет помереть такой жалкой смертью.

- Да чего ты волнуешься? Я себя отлично чувствую! - И словно в подтверждение, Драгнил улыбнулся еще шире, выставляя напоказ ряд белоснежных зубов, и вскочил на ноги. – Видишь, жив, здоров и готов надрать задницу Федерации!

- Надрать?.. – Люси непонимающе посмотрела на парня.

- Люси, ты чего? Забыла что ли для чего мы здесь? Там наверняка уже заварушка во всю. Я Ромео дал четкие указания, которые он, несомненно, выполняет именно так, как я его всегда учил (то есть, ровным счетом наоборот). Мы и так уже здесь задержались… Так что, хватай эту свою жижу и валим!

Не дождавшись ответа, Драгнил, засунув руки в карманы, пошел к двери, которая, к удивлению, поддалась с первой же попытки. И Нацу не заметил, как Хартфелия горько усмехнулась, посмотрев на его удаляющуюся фигуру. Он так и не увидел, как она, осмотрев свою одежду и, заметив, маленький, свисающий с ее бедра лоскут, провела по нему репликатором, который тут же соединил швы так, как будто ничего и не рвалось.
И «Саламандр» так и не увидел налившихся неприятной синевой синяков, скрытых под черной латексной одеждой.

И не увидит.

Потому что она никогда не покажет.

***


Напевая веселый мотив, миниатюрная девушка в белом, потрепанном и испачканном чем-то, подозрительно напоминавшем кровь халате, реплицировала себе кружку горячего кофе и шоколадный пончик, не отрываясь от чтения взятой в библиотеке книги. Реплицируемая еда была ужасной на вкус, но это было лучшее, что могла предоставить революционная организация, которая находилась на грани попрошайничества на улице с табличками «Подайте денег на революцию!», «Власть – Макарову! Землю – шпионам!», «Услуги «Железной смерти». Прибить гвозди? Съесть заржавевшую сталь? Быстро, дешево, качественно!» или остальное в подобном духе.

МакГарден прекрасно понимала положение дел и особо не жаловалась.

Поудобней устроившись в кресле, девушка откусила маленький кусочек, похожего на песок пончика и, перевернув страницу, мимоходом настроила информационные потоки, которые тут же устремились ей в мозг в огромном объеме, но она даже не повела бровью.

Леви МакГарден являлась той причиной, по которой Федерация еще не добралась до «Хвоста феи». Единственный информатор, удерживающий атаку сотен. Маленький человек, не позволяющий уничтожить большую организацию.

Только, конечно, никто и не догадывался, что Леви это не составляет особого труда. Поддерживать выстроенную в ее мозгу защиту было не так уж сложно. По крайней мере, для нее.
Что-то неприятно кольнуло в голове, и МакГарден прислушалась к настойчивому сигналу, который оказался ничем иным, как звонком от «Заклинательницы».

- Лю-чан, рада тебя слышать, - меланхолично перевернув страницу, МакГарден улыбнулась. В ее сознании расчистилось место для полноценного изображения Хартфелии и стоящего рядом с ней «Саламандра». Оба скрывались в зале высших информаторов (тех еще гадов!), которые лихорадочно быстро что-то говорили и только истинный информатор мог понять что-то в этом бессмысленном потоке слов. Похоже, группа Ромео начала вторжение, и эти напыщенные пижоны пытались вычислить их местоположение и планы.
«Выкусите, гады!», - если бы МакГарден могла, она бы обязательно показала им язык и все остальные причинные места. Еще никто не преодолевал ее защиту.

- Привет, Леви, у нас тут к тебе дело, - мысленно пробормотала Хартфилия. МакГарден обратилась во внимание.

- Слушаю.

- Что ты знаешь об эликсире «Отражение»?

Леви удивленно приподняла бровь. Если честно, она не ожидала такого вопроса, - сейчас было не самое лучшее время для сказок.

- По некоторым легендам, это потерянный эликсир, созданный когда-то драконами. Говорят, что в Тысячелетнюю войну Зереф украл «Отражение» и, напоив им своих воинов, смог победить драконов. Опять же, по этой легенде те, кто принимали эликсир, перенимали некоторую драконью силу. Так, кто-то получил огненное дыхание, не уступающее по силе настоящему, кто-то силу, а кто-то скорость или умение летать. «Отражение» считалось сильнейшим изобретением Фей Неба, и они сами боялись его силы. Оно… притупляет самые сильно-выраженные стороны личности. Слабый становится сильным, а сильный наоборот слабым. Верный товарищ может предать, невинность превращается в похоть, а огонь в лед. По крайней мере, так написано в «Священном писании Фей». После этого о нем нигде упоминаний не найдено. Считается, что последний образец просто пропал без вести.

- Хочешь порадую, - Люси достала из прикрепленной к поясу сумочке маленькую хрустальную колбу с переливающейся и, кажется, булькающей жидкостью.

Леви непонимающе посмотрела сначала на Люси, потом на странную жидкость, а затем опять на подругу. Наконец, безумная догадка пришла ей на ум.

- Ты же не хочешь сказать, что?..

- Ага, именно это и хочу.

- Надеюсь, никто не принял его, - Леви сразу же стала серьезной, полностью сосредоточившись на поиске хоть какой-то информации об «Отражении».

Драгнил закинул руки за голову.

- Ну, я попробовал, и что?

Леви нахмурилась, переведя взгляд на Люси.

- Это правда?

- Да, - подтвердила девушка. – Приборы просто сходят с ума. По всем данным выходит, что внутри него… горит огонь.

- Значит, легенды не врут… - прошептала МакГарден, восхищенно задержав дыхание.

- Это опасно? – Люси осторожно бросила короткий взгляд на что-то высматривающего на потолке «Саламандра».

- Нет, но точно ничего сказать не могу. Для этого нужны более тщательные исследования. Но если это правда, и «Отражение» действительно у вас… это значит, что у нас появился весомый козырь и повод, наконец, начать действовать!

- И драконы вновь проснутся…

- Оповести все подразделения. Начнем штурм ЦЛФ. Это будет первым шагов в освобождении Федерации.
Нацу азартно усмехнулся, ударив кулаком по ладони.

- Поджарим тут все к чертям собачьим!

***


Центральная лаборатория Федерации находилась на окраине Фиора. Советники уже давно, полагаясь лишь на силу внушаемого страха и огромной сети информаторов, не оснащали лабораторию особой охраной. Особенно, когда они получили отчет о несостоятельности многих экспериментов, на которых они возлагали свои надежды. И «Хвост феи» об этом прекрасно знал.

- Группа А и В под командованием Рэдфокса и Дрейса заходит с фланга, группа С под командованием Фернандеса атакует с тыла огненной мощью. Группа D под моим началом наносит им удар с неба, - статная в форменном плаще революционеров женщина выпрямилась, окинув присутствующих строгим взглядом. – Всем все понятно?

- Да!

- Отлично, - она указала на крестик, помеченный на голографической карте и показывающий центральный зал в форме шара. – Место встречи – сердце лаборатории. Боевая мощь противника значительно уступает нам. Пока прибудет подкрепление, мы уже сравняем это место с землей.

Раздался одобрительный шепот.

- Приступаем!

Все тут же направились в сторону выхода. Первый капитан повстанческой армии «Хвост феи» Эрза Скарлет еще раз осмотрела карту, мысленно делая пометки, куда наиболее выгодно направить всю боевую мощь своего отряда.

- Эрза, - позвал тихий и до боли знакомый голос.

- Что, Джерар? – не поворачиваясь в его сторону, по возможности строго, спросил капитан. – Сейчас не время и не место для пустой болтовни.

- Да… ты права, - в голосе проскользнула грусть. – Но сегодня мы начнем войну, а я хотел бы кое-что сделать, перед тем как идти на смерть.

- Джерар, я же сказала…

Договорить ей не дало обжигающее касание чужих, обветренных и жестких губ, которые мягко, но в то же время требовательно накрыли ее. Она должна была оттолкнуть, может быть, ударить и накричать.
Но она смогла лишь ответить, отчаянно и полностью отдавшись желанному водовороту чувств. Дыхание перехватило, и страстный, полный той самой самоотдачи, которая могла быть лишь именно сейчас, когда любовь смешивалась со страхом потерять кого-то родного и близкого, поцелуй, словно обвивал их обоих стальной цепью, разорвать которую было невозможно.

- Только посмей умереть, Фернандес, - прекратив поцелуй и выровняв дыхание, прошептала Эрза.

- Могу сказать то же самое, Скарлет.

***


- Это последний?

- Да.

Металлический нож, обагренный алой кровью, со звоном упал на бетонный пол. Люси с отвращением посмотрела на информаторов, которые больше никогда не смогут собирать информацию. Из перерезанных глоток хлестала кровь, которая стекая, пропитывала белоснежные халаты. И эта картина действительно пугала.

- Давно об этом мечтала, - прошептала Хартфелия, с презрением переступив через упавшего на пол мужчину. – Мы тут слишком задержались… Нужно объединиться с группой… Ай, что ты делаешь?

Нацу резко схватил руку девушки, непривычно серьезным взглядом посмотрев на хрупкую ладонь. Не удостоив ее ответом, он медленно взял край латексного рукава и также медленно опустил, обнажая бледную кожу, на которой налились свежие синяки и алели слабые ожоги. На том месте, где он ее держал.

- Что это? – голос Нацу не дрогнул, но она физически чувствовала напряжение, исходящее от него.
Люси отдернула руку, опустив рукав обратно.

- Не важно.

- Нет, важно!

- Я сказала, не важно!

Нацу напрягся, пытаясь успокоиться и не срываться.

- Это я сделал?

- Нет.

- Этих синяков не было, когда мы с тобой встретились!

- С чего ты это решил?

Нацу поднял голову, встретившись с ней взглядом и невесело улыбнулся.

- Твои движения не были настолько скованы. Готов поспорить, это не единственный синяк, не так ли? Леви сказала, что эта дрянь, - он кивнул в сторону прикрепленной к поясу Хартфилии сумочке, - меняет характер людей. Я не настолько глуп, чтобы думать, что он на меня не подействовал. От тебя исходит мой запах… Сильный запах, - он следил за ней, улавливая каждое непроизвольное движение или же брошенный взгляд. – Я прекрасно представляю, что это означает.

Он замолк, давай ей возможность сделать выбор: продолжить врать или же признать правду. Но ни он, ни она не могли решить, что для обоих будет более приемлемым.

- Я не слаба настолько же, насколько ты не глуп, - Люси уверенно вперила горящий взгляд в глаза Нацу. – Я не сломаюсь от этого, уж поверь. А если ты боишься, что я теперь тебя ненавижу, то ты глубоко ошибаешься. Я имею представление, кто есть ты, а кто тот монстр, который…

Она не успела договорить. Сильные и не терпящие возражения руки обвили ее плечи, а сама она, даже не поняв этого, оказалась прижатой к горячему и надежному телу этого малознакомого, но в то же время родного человека. Нацу обнимал ее крепко, будто боясь, что она растворится или исчезнет, а он не готов был этого допустить.

Что-то мокрое коснулось ее щеки и пропитало «Хамелеон» парня, и Люси лишь через мгновение поняла, что это ее слезы. Те самые слезы, которые она сдерживала из последних сил, боясь, что если даст им волю, то станет в чужих глазах слабой, не достойной, не воином.

И уже не осталось сил быть сильной…

Прижавшись к Нацу ближе, она уткнулась в его грудь и громко и надрывно, со всей той болью и горечью зарыдала, давая волю запертым доселе чувствам. Тем, что копились долгие годы. Тем, что копились последний час. Тем, которые нужно было выплеснуть, чтобы попытаться стереть из своей памяти.

Его крепкие объятья вселяли уверенность и доверие. Он ничего не говорил и был тем немым собеседником, который нужен был ей именно в этот момент, когда ей казалось, что весь мир разом потух. Нацу медленно и осторожно водил рукой по ее волосам и держал крепко-крепко. А еще она могла чувствовать его обжигающее дыхание в своих волосах, и короткий поцелуй в макушку, который, наверное, должен был остаться незамеченным.

Люси не знала, сколько так простояла. Одновременно казалось, что целую вечность и ровным счетом нисколько. И ей не хотелось никуда уходить. Ее израненная, требующая починки душа просто молила о том, чтобы еще немного побыть рядом с ним, человеком, который одновременно был ее мучителем и спасителем.
Человеком, чье Отражение принесло столько боли…

- Люси, - Нацу не отстранил ее. Только поднял одной рукой ее подбородок, заставляя посмотреть на него полными слез глазами. Люси вымученно улыбнулась, увидев последнее доказательство, что перед ней совершенно другой, не похожий на Отражение человек, с глубокими темно-зелеными глазами и теми искрами, которые она, кажется, видела, во взгляде своего мучителя. Те искры, которые она хотела увидеть, - я перед тобой виноват настолько, что даже не представляю, как я могу искупить свою вину… Ты разбита. Это видно. Так позволь мне помочь тебе собрать осколки и соединить их вновь воедино. Прошу.

Последнее слово он произнес еле слышным шепотом, который острой болью отдался в сердце. Щемящей и желанной.

Вновь прижавшись к нему и почувствовав обволакивающий жар, Люси спрятала лицо за длинной челкой, позволив новому потоку, кажется, нескончаемых слез, вырваться на свободу, и с этими слезами, словно разрушился еще один камень, отягощающий ее сердце.

- Просто будь рядом, идиот.
- Навечно.

Тишину разорвал взрыв, который знаменовал крупномасштабное вторжение их армии. Где-то наверху, Алый рыцарь с отрядом на своих аэроворах сражались против немногочисленной воздушной авиации лаборатории, один за одним захватывая пленных и уничтожая противников.

В это же время три отряда наступали на нижних ярусах, сметая на своем пути киборгов среднего-класса.
И ровно через несколько часов, ЦЛФ полностью сдался на суд «Хвоста феи». Они сдали оружие, все свои разработки и местонахождение некоторых высокопоставленных чиновников. Никто еще не знал, что через месяц к ним присоединится полнаселения Фиора, которые свергнут Советника их континента. А через год и вся система под названием Федерация исчезнет на страницах истории.

Но об этом, повторюсь, еще никто не знал.

Для этих двоих, стоящих в полном трупов информаторов зале, было важно лишь сейчас и будущее, полное сомнений и препятствий. А самое главное страха, преодолев который, они смогут построить свой личный, касающийся лишь их двоих мир.

И драконы проснулись…
Фанфик опубликован 06 мая 2014 года в 20:41 пользователем Matthew.
За это время его прочитали 536 раз и оставили 0 комментариев.