Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Мультифэндом Фейри Тейл Приключения/Экшн Пари или "Станцуй со мной, моя королева!". Глава 33

Пари или "Станцуй со мной, моя королева!". Глава 33

Раздел: Фейри Тейл → Категория: Приключения/Экшн
Шли дни.

Луна сменяла солнце. Пушистые облака – звезды.

А Принцесса продолжала с каждым новым днем хорошеть на глазах. Весть о ее красоте разлетелась по всему миру. Многие хотели убедиться в правдивости слухов и преодолевали полные опасности путешествия, чтобы засвидетельствовать почтение перед Принцессой. И все без исключения молвили, что даже самые прекрасные слова меркнут по сравнению с ней.

Однажды, пройдя затхлость болот, толстые нити паутины и жар огнедышащих драконов, ветер донес эти слова до живущей в величественном замке ведьмы. Была она зла и коварна, жестока и непобедима. Насылала она бури и грозы, чуму и лихорадку.

И не могла ведьма смириться, что в мире появилась та, что затмевала собой даже солнце.

И послала она с ветром страшное заклятье, что могло погубить любого.

***


- Кхм, кхм.

Нервно улыбнувшись, Нацу раздраженно покосился на Хартфелию, лицо которой явно выражало вселенское наслаждение вперемешку с явно подступающим приступом дикого ржача. Повернув голову обратно, он улыбнулся одной из лучших улыбок из «арсенала Нацу Драгнила»: слегка прищуренный взгляд, несколько прядей волос, падающие на лоб, и чуть вздернутые уголки губ. Яркая вспышка света, и черный фотоаппарат со стуком улегся на край стола.

- Эм-м… готов?

Парень кивнул, а короткий покрытый красным лаком ноготок нажал на серебристую кнопку диктофона.

- Привет, Нацу, - девушка широко улыбнулась и медленно открыла блокнотик, кладя ровно посередине золотистый «Parker». – Я хотела бы начать с простых вопросов. Не против?

Нацу пожал плечами.

- Все равно.

- Что ж, - студентка устроилась поудобней, вперив внимательный взгляд в фигуру напротив сидящего Драгнила. В ее больших миндалевых глазах плескались озорные огоньки, а неизменные хвостики придавали образу некую детскую непосредственность, что располагало к разговору, и парень чувствовал, что говорит не со взрослой студенткой, а с еще не сформировавшимся подростком. Она наклонилась вперед и опустила голову на сложенные в замок руки. – Полное имя?

- Нацу Драгнил.

- Возраст?

- Двадцать лет.

- Знак зодиака?

- Стрелец.

- Главная жизненная ценность?

- Друзья, - ответ прозвучал быстро. В этом он не сомневался никогда.

Кэтс что-то быстро черкнула.

- Что ты уважаешь в людях?

- Уверенность.

- А что презираешь?

- Трусость.

Девушка чуть нахмурилась, а в глазах промелькнули серьезные нотки. Она посмотрела на Нацу так, будто бы увидела что-то поистине интересное, достойное ее пытливого внимания.

Миллиана закрыла блокнот.

- Ты веришь в Бога?

Поджав губы, парень с секунду призадумался, но все же ответил:

- Нет. Думаю, Бога создали те, кто хотел дать ответы на вопросы, которые приводили человека в тупик. Но я не презираю веру. Верить во что-то действительно достойно похвалы. Люди иногда не могут поверить в рядом стоящего человека, но при этом верят в того, кого в жизни и не видели. Это и удивляет, и восхищает.

- Хм, - рука девушки непроизвольно дрогнула к свисающему с шеи серебряному крестику. От Нацу это не укрылось, но он предпочел сделать вид, что ничего не заметил. – А как насчет любви? Ты веришь в любовь?

Вот тут действительно пришлось призадуматься. С одной стороны, он всегда считал любовь полной чушью, придуманной людьми для того, чтобы выдать простую симпатию за какое-то «светлое» чувство, но с другой…

- Скорее нет, чем да, - уловив боковым зрением какое-то движение, он про себя хмыкнул. - Я не верю, что сам когда-нибудь полюблю, но знаю людей, которые действительно созданы друг для друга, - чуть скосив взгляд, он посмотрел на Хартфелию, которая вдруг нашла очень интересным разглядывать висящие в рамках фотографии. Нацу был уверен, что и «мышка» думает так же. В конце концов, однажды она уже обожглась об это «прекрасное» чувство. Повернув голову, парень пожал плечами. - Так что ответ неоднозначный.

Миллиана тоже мельком глянула на Люси и одним движением зачеркнула быстро выведенную строчку.

- Кем ты видишь себя в будущем?

- Уверенным в себе человеком.

- А кем бы никогда не хотел себя увидеть?

- Лжецом.

Непроизвольно проведя коготком по маленьким наклейкам с котятами, которые почти полностью закрывали светло-розовую обложку блокнота, Миллиана коротко себе кивнула и на мгновение о чем-то задумалась, но быстро взяла себя в руки и открыла следующую страничку, на которой Нацу различил список вопросов.

- Интересно. Что ж, давай перейдем непосредственно к теме нашего разговора, - она подняла голову и, закинув ногу на ногу, заинтересованно вперила взгляд в главу элиты. – Нацу Драгнил для нашего университета личность хоть и публичная, но все же загадочная. И большинство готово сделать многое, чтобы получить подсказку, которая помогла бы им разгадать эту… головоломку. И я хочу дать нашим читателям эту возможность. Ты мне поможешь?

Она вопросительно приподняла бровь.

- Постараюсь, - откинувшись на спинку дивана, Нацу устроился поудобней. Интервью обещало быть очень длинным.

***


Из Дневника Нацу Драгнила.

Столовая университета «Хвост феи».
23.10.11. 11:43.

Честно, я долго отпирался. Очень долго. Но Хартфелия – демон во плоти – заявила, что если я не дам это чертово интервью, то могу с уверенностью поставить крест и на балу, и, самое главное, на ее встрече с Полюшкой. Можно сказать, только из-за этого интервью она и согласилась на наставления моей бывшей гувернантки.

Вообще, я, конечно, представлял, что это будет не такой уж и легкой задачей, все-таки и Полюшка, и «мышка» обладают поистине взрывным характером, но такие сложности мне и в страшном сне не снились.

Обе, просто упертые на своем ду… кхм, женщины! И ни одна не хочет уступать другой.

После того, как отец уехал обратно, прошло несколько дней. Полюшка, познакомившись с Хартфелией, заявила, что из такого «неотесанного и невоспитанного полена сделать ничего не удастся!».

С этого и начались все проблемы: Хартфелия, не привыкшая оставаться в долгу, назвала ее «некомпетентной старухой, которой давно уже пора на пенсию», ну а Полюшка из принципа громогласно сказала, что из-под ее рук всегда выходили шедевры.

В общем, порешили все на том, что я, как козел отпущения, должен присутствовать на всех уроках (условие «мышки») и следить за вспыльчивым норовом «подопечной» (условие Полюшки).

Но пока еще ни одного урока не было: Хартфелия настояла на интервью.

В последнее время все происходит с невероятной скоростью, а проблемы растут как грибы после дождя. Такое чувство, что все вдруг решили на мне отыграться.

Одно радует и в то же время настораживает: от Джокера ни слуху, ни духу…

Парень вздохнул и, пробежавшись глазами по выведенным строчкам, закрыл дневник. Хотелось написать многое, но мыслей как таковых не было. Они, как маленькие букашки, разбежались в разные стороны, оставляя своего хозяина в замешательстве.

Подняв голову, Нацу обвел взглядом университетскую столовую.

Огромный зал был отделан в викторианском стиле: с длинными столами из вишневого дерева, высокими стульями, на изящных подлокотниках которых был высечен знак герба университета, и любыми яствами, что только могли пожелать здешние студенты. Нацу бы сказал, что эта часть бывшего замка была почти не тронута, даже висевшие на стенах факелы продолжали гореть, освещая погруженное в полумрак помещение. От этого создавалось ощущение, что они находятся в далеком девятнадцатом веке, в красивой истории для верящих в сказки людей.

Парень вздохнул и страдальчески посмотрел на заваленный перед собой книгами стол. Как оказалось, зря он понадеялся на своего внутреннего гения и умение хорошо усваивать материал. Экзамены приближались с невероятной скоростью, а он, забив в последнее время на учебу, совершенно не был готов. Ни формулы, ни даты, ни все эти заумные слова просто не хотели укладываться у него в голове, и Драгнил уже битый час сидел в этой столовой и пытался вникнуть в написанные в конспектах слова.

Нацу фыркнул и, насупившись, еще сильнее углубился в чтение.

Услышав новость о «не состоянии Драгнила сделать что-то», Хартфелия лишь самодовольно хмыкнула и, посмотрев на него сверху вниз, проговорила, что так ему и надо.

А он что? А он ничего. Как бы ни хотелось признавать, но она права.

- Нацу!

Парень отвлекся и, посмотрев в сторону доносящегося голоса, улыбнулся. В его сторону уверенным шагом шла Эрза, которая одним своим присутствием подняла ему настроение. Теперь у него был уважительный повод отвлечься от зубрежки.

- Привет, - поприветствовав ее, он жестом указал рядом с собой.

- Нацу, - Эрза отодвинула стул и села напротив него. Взгляд был серьезным, и у парня на мгновение пролетела мысль о Джокере, - у нас крупные неприятности.

Вздохнув, Драгнил закрыл книгу и с вопросом во взгляде посмотрел на подругу. В последнее время слишком много проблем взваливалось на, как он считал, «ни в чем не повинного Нацу».

- Что случилось?

Девушка огляделась по сторонам и, убедившись, что каждый занят своим делом, наклонилась чуть ближе; собранные в высокий хвост волосы упали ей на грудь. С секунду помедлив, она прошептала:

- Только что звонил Зереф, - Нацу напрягся. - Дата «Выбора одного» определена, - Скарлет замолкла и вновь скосила взгляд в сторону. Некоторые неуверенно смотрели в их сторону, пытаясь делать вид, что полностью заняты разговорами или пищей. Эрза вздохнула, и у Нацу появилось плохое предчувствие. – В один день с Крещением.

- Джокер?

- Не думаю, - девушка выпрямилась и, скрестив руки, деловито нахмурилась. – Хотя, возможно, он сыграл немаловажную роль. Знаешь же, достаточно кинуть пару слов, и все развесят уши.

Мысленно Нацу усмехнулся. Уж что-что, а вешать вкусную лапшу на уши Стинг умел.

- Они знают о дате Крещения? – скорее ради формальности спросил Драгнил, хотя прекрасно знал, что таких совпадений не бывает.

Эрза иронично приподняла бровь.

- Конечно, я им еще месяц назад сообщила о дате.

Нацу задумчиво нахмурился, завороженно вцепившись взглядом в пляшущие напротив него языки пламени. Такие разные, то яркие, точно хотели вот-вот накинуться и обжечь незваного зрителя, то наоборот, тускнея, сжимались под пристальным взглядом. И этот огонь помогал вернуть потерянную с недавнего времени выдержку и хладность суждений.

Давно не смазанные шестеренки и пружинки в его голове завертелись с новой силой, будто в них вновь вдохнули жизнь. Парень прикрыл глаза, пытаясь выстроить логическую цепочку.

«Выбор одного» - проводился раз в году. Своеобразный съезд глав элит университетов континентальной звезды.
Он преследовал разные цели.

С одной стороны, главы элит и их окружение обменивались опытом, знаниями, какими-то интересными происшествиями и способами решения самых изощренных проблем, а с другой, «Выбор…» определял статус университета на негласной международной арене.

Это не было соревнованием или какими-то опасными заданиями, как, например, на «Съезде Гепарда». И даже приз не был материальным. Всего лишь титул, который в принципе ничего не значил, ведь он не разглашался. Но все же многие просто с каким-то ненормальным остервенением хотели выиграть. Может, чтобы потешить собственное эго?

И хотя для Драгнила это мероприятие не имело никакого значения – ему было, если честно, все равно, что думают о нем за пределами этого университета – отказаться не мог. Писаные правила, созданные когда-то Джудо Хартфелием, не позволяли.

Нацу вздохнул и чуть прищурил глаза.

Связать события было несложно. Явно здесь не обошлось без ловкой руки Джокера, под рукавом коего был запрятан не один козырь. А это значит, что его оппонент преследует какую-то цель…

«Даже догадываюсь какую», - с ухмылкой подумал парень и прервал созданную на некоторое время тишину.

- Ты ведь понимаешь, что это значит?

Скарлет отвлеклась от созерцания стоящего на соседнем столе шоколадного тортика, что явно манил девушку кондитерскими изысками.

- Прости?

Нацу задумчиво потер нос – идиотская привычка! – и посмотрел на подругу.

- На Крещении меня не будет, - Эрза кивнула. Нацу будет на «Выборе…», - и присутствовать и контролировать я все не смогу. Значит, вся ответственность ляжет на вас, - Нацу еще раз прокрутил в голове недавно пролетевший в голове план. Самое главное сейчас к нему основательно подготовиться: он собирался возложить на себя непомерную ответственность. Посмотрев прямо в глаза Скарлет, он серьезно продолжил: - Пока действуйте согласно моим прежним указаниям, а чуть позже… я сообщу новый план действий.

С секунду задержав взгляд на Драгниле, Эрза кивнула и, встав, серьезно проговорила:

- Я всем передам. Надеюсь, у тебя действительно есть план. Второго шанса нам не дадут.

Нацу не нашел, что ответить. Да Эрза и не нуждалась в ответе. Каждый из них без слов понимал, чем грозит очередной провал Крещения. К ним до сих пор не вернулось былого доверия после событий двухлетней давности. Поэтому о провале даже не могло идти и речи.

Но Джокер… Джокер был серьезной проблемой.

Особенно для него.

Нацу с силой сжал тетрадь с конспектами, вспоминая с отвращением к самому себе отрывки жизни, и через некоторое время вновь погрузился в чтение.

***


Чуть улыбнувшись, Джубия закинула ногу на ногу и положила объятую в несколько золотых браслетов руку на подлокотник мягкого сиденья. В ее глазах плескались веселые искры, и, кажется, она готова была в любое мгновение разразиться громким смехом, так как картина, представшая перед ее глазами, действительно была из ряда вызывающего улыбку.

- Быть или не быть? Вот в чем вопрос! – с вселенским пафосом, закрытыми глазами, эффектно откинутой назад головой и возложенной в руку книгой Шекспира Ромео пытался то ли впитать дух этого старенького сборника, то ли вжиться в роль Гамлета, которая, в принципе, ему была сейчас ни к чему, то ли, а это вероятнее всего, вывести из себя стоящую на краю сцены злую Джульетту, что с поистине садистским выражением на лице бегала взглядом по залу в поисках чего-нибудь большого, желательно тяжелого и чтобы сразу наповал!

- Быть, - тихо проговорила она, чеканя каждую букву, - еще как быть. Быть тебе мертвым, любимый Ромео! – и, схватив, неведомо откуда взявшуюся швабру, девушка сорвалась с невероятной для человека скоростью в сторону наглого и бесящего Комбольта. Но Ромео не был промахом и, видимо, натренировавшись за все время репетиций, успел выработать потрясающую реакцию в сумме с отличной скоростью.

Джубия, не выдержав, все-таки засмеялась. Уж слишком комично выглядела Венди в длинном до пола сером платье, бегавшая за Ромео и пытавшаяся достать его длинной шваброй, и парень, что с громким смехом рассекал сцену. В одно мгновение он повернулся и, подмигнув, показал девушке язык.

Как оказалось зря: швабра его, наконец, достала, и Венди, победоносно водрузив ногу на лежащую на полу тушку поверженного врага, громко засмеялась. У Локсар от такого смеха мурашки по коже пробежались.

- Кхм, все это, конечно, замечательно, но все же, может, вы начнете репетировать? – с нескрываемым укором спросила Лаки, что наблюдала все это время с кресла, стоящего у самого края сцены.

Венди убрала ногу, и Ромео встал. Оба виновато улыбнулись и, ничего не сказав, прошли каждый к своему месту.
Лаки вздохнула и громко проговорила:

- Акт второй, сцена шестая. Я за брата Лаврентия.

Джубия улыбнулась и внимательно начала следить за действом на сцене.

Сегодня Ромео попросил ее зайти на репетицию и посмотреть за его игрой. Слишком придирчив был к себе этот паренек, поэтому хотел знать мнение постороннего человека, его чувства и мысли.

Как она поняла, Лаки разделила всех актеров на несколько групп, а так как Ромео и Венди, мягко говоря, не ладили, их она заставила репетировать отдельно ото всех, дабы не срывать репетиции других.

Возможно, Джубия ничего не понимала в этом, но все же ей казалось, что эти двое выглядят очень гармонично. Словно дополняющие друг друга частички целого. За ними хотелось наблюдать и наблюдать.

Стоящая рядом с парнем Лаки посмотрела прямо в глаза Ромео, тихо, с такой мудростью в голосе, будто она старец, повидавший в своей жизни многое, проговорила:

- Коль буйны радости, конец их буен,
В победе - смерть их; как огонь и порох
Они сгорают в поцелуе. Мед
Сладчайшей сладостью своей противен,
И приторность лишает аппетита.
Люби умеренно - любовь прочнее;
Спеши иль нет - ты не придешь скорее.

В это самое мгновение, точно лебедь из-за кулис выплыла Венди. Опущенная голова, прикрытые глаза и медленный плавный шаг заставляли поверить, что перед зрителем кроткая Джульетта. В то же время было в ней что-то такое, что вселяло чувство - она сильна и уверенна в своем решении.

Лаки продолжила:

- Идет невеста. Так легка нога,
Что никогда б камней она не стерла.
Любовник ездил бы на паутинке,
Что в летнем нежном воздухе летает,
И не упал бы: суета легка.

Венди подняла голову, и глаза ее светились таким неподдельным счастьем и почитанием, что Джубия даже вздрогнула.

- Приветствую я вас, отец духовный.

- Благодари за нас двоих Ромео.

- За благодарность и ему привет, - Венди еле заметно кивнула.

Ромео выпрямился, и, казалось, будто он вот-вот сорвется вперед, склонившись пред Джульеттой. Но сдержался и лишь с нескрываемым восхищением произнес:

- О, если мера радости твоей
С моей сравнялась, и ее пышнее
Прославить можешь ты своим дыханьем, - Ромео сделал шаг вперед, еле заметно протянув руки вперед.
- Наполни воздух пеньем слов своих,
Раскрой то счастие, что нам обоим
Дарит блаженное свиданье наше.

Венди склонила голову и с какой-то грустью прошептала:

- То, что богаче делом, чем словами,
Гордится сущностью, а не нарядом.
Лишь нищий счесть свои богатства может.
Любовь моя без края и предела, -
И полбогатства я не сосчитаю.

Лаки сделала жест рукой.

В этот самый момент, Джубия почувствовала легкую вибрацию в кармане и, достав телефон, нахмурилась. Номер был засекречен.

Пробормотав, «простите», Локсар как можно тише попыталась выйти. Закрыв за собой дверь, девушка нажала на сенсор.

- Алло.

- Вы доверяете Грею Фуллбастеру? – проговорил уже знакомый, пробирающий до костей, голос. Джубия вздрогнула и заозиралась по сторонам.

- Кто это?

- Если да, то напрасно.

До ушей донеслись механические звуки отбоя. В ушах стучала кровь, а в голове с молниеносной скоростью пролетело множество мыслей. Опустив дрожащую руку, девушка облокотилась о дверь и закрыла глаза, с силой сжав телефон.

- Кто ты? – пролетел тихий вопрос в пустоту.

***


Поправив края бежевого пиджака элегантного классического покроя, Катрин улыбнулась своему отражению, чуть причмокнув губами и проведя пальцами по шикарной шевелюре.

Девушка чувствовала на себе множество заинтересованных взглядов, но для нее сейчас не это было главным: флирт Кэт не интересовал. Мельком глянув на наручные часы с выгравированным именем «Катрин», она слегка нахмурилась, но, подняв голову, снова улыбнулась. С другой стороны людного торгового центра уверенно шагал внушительного роста блондин, что одним своим видом заставлял обходить его десятой дорогой.

- Я думала, опаздывать - это прерогатива женщин, - с улыбкой проговорила Блэк, когда парень с ней поравнялся.

- Будем ломать стереотипы.

Катрин хмыкнула и махнула рукой в сторону уютного кафетерия, что манил приятным запахом арабики и булочек с корицей.

Через некоторое время они с удобством разместились за одним из множества круглых деревянных столиков, каждый из которых был огорожен невысоким ограждением, по которому вились живые растения и искусственные грозди винограда. Миловидная официантка в белоснежном чепчике приняла у них заказ и удалилась, ловко маневрируя между плотно расставленными столиками.

- Ну, - Кэт положила руки на ноги и вопросительно посмотрела в сторону Лексуса, - для чего это ты меня вытащил с работы?

- А ты не понимаешь?

Модель невинно захлопала ресницами.

- Нет.

Лексус оскалился.

- Да ну? – он наклонился вперед. – А ты не забыла, во что ты меня втянула?

- Стоп, стоп, стоп, - она замахала руками. – Я тебя втянула? Ты ничего не путаешь, дорогой? Ты сам себя втянул. Тебя никто силком не заставлял. Да и, в конце концов, - Кэт снова расслабилась, - все равно же ничего не сделали.

Парень напрягся.

- Как ничего?

Кэт неопределенно пожала плечами, отведя взгляд в сторону, отмечая, что табличка у входа была сделана действительно искусно.

- Вот так. Я… - на секунду она замолчала. Еще тогда, при разговоре с Хартфелией, она решила, что не будет ничего рассказывать Лексусу, все-таки даже для нее это было слишком, - я просто подумала над твоими словами и решила, что это действительно не стоит того, чтобы губить чьи-то жизни. Да и Драгнил не единственный мужчина на свете.

Деланно равнодушно стряхнув со стола несуществующие крошки, Кэт улыбнулась и посмотрела на Лекса, и то, что она увидела, заставило ее замереть.

Сжатые с такой силой руки, что костяшки пальцев приобрели какой-то молочный оттенок, напряженная фигура… и этот взгляд, готовый, кажется, ниспослать на нее все молнии мира. Она нервно приподняла бровь.

- Ты чего?

- Вот значит как, на попятную пошла. Струсила? Или что, Драгнила жалко стало?

Кэт нахмурилась. Девушка ожидала, что Дреер будет рад. Она сделала так, как он когда-то предлагал, разве нет? Именно он когда-то отговаривал ее, именно он когда-то сам чуть не отказался! И что сейчас? Он говорит, что она струсила!

- Да что с тобой?

- Неважно! – парень выдохнул и, попытавшись расслабиться, облокотился о деревянную спинку скамейки.

В этот момент к ним выпорхнула официантка и, делая вид, что не обращает внимания на витающую напряженную атмосферу, поставила на столик две чашки капучино и шоколадное пирожное.

- Приятно аппетита, - с улыбкой проговорила девушка и попыталась быстрее ретироваться.

Проводив взглядом официантку, которая уже подбежала к новым посетителям, Кэт повернула голову. Парень на нее не смотрел, предпочтя разглядывать хаотично движущихся по торговому центру людей. Она попыталась подобрать слова, чтобы убрать эту напряженность в разговоре, но ничего не смогла придумать, поэтому просто протянула руку вперед, накрывая ею его большую ладонь и, попытавшись сделать голос мягче, пробормотала:

- Лекс, что-то произошло?

Он не шелохнулся ни тогда, когда ее прохладные пальцы коснулись его, ни тогда, когда она заговорила. Лишь нервно дернул плечом, будто над ним пролетела какая-то навязчивая муха.

- Ничего. Просто забудь.

Блондин выдернул руку и, оставив купюру за невыпитый кофе на столике, вышел, даже не взглянув в ее сторону.
Проследовав за ним взглядом, Блэк сжала руку.

Тогда она впервые подумала, что Лексус Дреер очень красив.

***


Нацу вздрогнул, когда его уединение с конспектами Эрзы прервали душераздирающим, неприлично громким возгласом и последующим за них стуком папки о стол.

- Драгнил!

Страдальчески помолив всех богов на свете, чтобы особа, прервавшая его скромные минуты одиночества, не оказалась той, о ком он подумал в первую очередь, Нацу поднял голову.

«Бога нет», - жестко отрезал про себя Нацу, заприметив перед собой личико «мышки». Падающая на лицо челка прикрывала лоб и часть очков, а собранные на затылке в краб волосы не струились по плечам, как это было по обыкновению. На одно мгновение ему показалось, что перед ним учительница старших классов. Уж слишком белая блузка, черная юбка-карандаш и туфли на высоком каблуке напоминали ему его первого учителя.

- Что? – скептически вскинув бровь, спросил парень, вновь углубляясь в тетрадь, не столько ради знаний, сколько, чтобы позлить «мышку».

Однако, вопреки всем ожиданиям, она не заорала на всю столовую, не устроила скандал и не бросила принесенную ею папку ему в лицо, а лишь фыркнула и, отодвинув стул, спокойно присела, в ожидании вперив в него взгляд.

- Ну, так что? – не отрываясь от аккуратно выведенных букв, повторил вопрос Нацу.

- Я не собираюсь разговаривать со стенкой.

Вздохнув и возведя глаза к потолку, он демонстративно закрыл тетрадь и медленно отложил в сторону.

- Я весь во внимании.

Несколько мгновений «мышка» неотрывно смотрела в его глаза, ведя то ли с ним, то ли с собой внутреннюю борьбу. И он не мог знать, кто вышел победителем в этой маленькой битве, но Хартфелия вдруг встрепенулась и медленно толкнула в его сторону зеленую папку. По толщине она была внушительна, и оставалось только гадать, что хранилось на ее страницах.

Переведя взгляд с папки на лицо девушки, он одарил ее вопросительным взглядом.

Она только кивнула в сторону протянутого ею предмета и хрипло, будто долго хранила молчание, прошептала:

- Открой.

Что повлияло на него больше: простое любопытство или голос Хартфелии, он не знал, но, не произнеся ни слова, пододвинул к себе внезапный предмет и пальцами потянул на себя тонкую обложку.

Встретившись с содержимым, Нацу сначала удивленно распахнул глаза, неверяще уставившись в хранившуюся там информацию, но тут же взял себя в руки, и взгляд быстро забегал по строчкам. Одна страница, еще одна. Он переворачивал их одну за другой, и в голове просто не хотелось укладываться, откуда это все у нее!

- Тут все данные, собранные мной за второй курс. Все твои перемещения, действия, некоторые диалоги и прилагающиеся к ним фотографии. В этой папке вся твоя жизнь за прошлый год. До малейшей детали.

Нацу оторвался от чтива, посмотрев на «мышку». В голове вертелся лишь один вопрос.

- И зачем ты мне это принесла?

«Мышка» ухмыльнулась и, наклонившись чуть вперед, стрельнув глазами, приняла образ дьяволицы.

- Шантаж, - на выдохе проговорила девушка. Он понимающе хмыкнул, откинувшись на спинку стула – она поистине ведьма. – Здесь есть куча фактов, которые бы заинтересовали желтую прессу. Они раздуют из мухи слона, подпортят жизнь не только тебе, но и твоему отцу и, в конечном итоге, Нацу Драгнил обзаведется не очень хорошей репутацией.

- Ну, она у меня и так не блеск.

- Да, - Хартфелия вскинула пальчик, - но хулигана-Драгнила воспринимают положительно, даже с восторгом, а вот Драгнила-младшего, который, например, принимал наркотики или устраивал настоящие оргии в университете… думаю, публика не очень оценит.

Нацу цокнул.

Как говорится, все мы не святые, но он даже не думал, что мелкие шалости, которые случились то с ним всего раз в жизни, послужат ему такой занозой в будущем. Хартфелия была права.

- Ну, и что ты хочешь, «мышка»?

В ее глазах промелькнул триумф и, ухмыльнувшись, она вытащила из сумочки еще одну папку, но заметно тоньше и явно новее.

Положив ее перед Нацу, она серьезно прошептала:

- Просто скажи, что это.

Папка была обычной. С витиеватым узором по краям и кусочками не отклеившейся наклейки товарного знака, которую похоже наспех оторвала «мышка». Однако если лежащую сейчас сбоку папку он открыл, не задумываясь, то к этой тоненькой и кажется совсем безобидной, притрагиваться не хотелось вообще.

«Мышка» молчала. Просто смотрела за бездействием парня, вознамерившись, кажется, ждать сколько угодно. Только недлинный ноготок нервно скреб манжет блузки.

- Ладно, - вздохнув, Нацу притянул к себе предмет долгих раздумий, решив, что это уже доходит до смешного.

«Господи, да что тут может бы…»

Мысль оборвалась на полуслове. Взгляд медленно прошелся по знакомому образу, по знакомым чертам лица, по знакомым…

- Откуда это у тебя? – бесстрастно спросил Драгнил, перевернув страницу, наверху которой было напечатано жирным шрифтом «Стинг Эвклиф». А дальше шли подробности его биографии, кое-где подправленные на несколько раз ручкой.

Он поднял голову, и в глазах его читалась такая усталость, что на мгновение «мышка» подумала, что, может, все это не стоит того? За это мгновение ей захотелось отобрать злополучную папку из сильных рук, выхватить и уйти, оставив Драгнила непонимающе провожать ее взглядом до самой двери. На это самое одно мгновение…

Люси встряхнула головой.

Что за мысли?

Хотя, наверное, это было нормальной реакцией. Ведь он… ее друг.

Хартфелия несколько раз моргнула и поняла, что от нее ждут ответа, и она не в силах отвести взгляд, тихо проговорила:

- Нет ничего невозможного. Раньше я этого не знала только потому, что никогда не влезала в жизнь Стинга, - девушка грустно улыбнулась. – Я ему доверяла.

- Очень даже зря, - колко заметил Драгнил.

Пропустив это мимо ушей, девушка наклонилась вперед.

- Но теперь, я хочу лишь понять. Кем мой лучший друг был для тебя и… что произошло тогда, в день Крещения? – она неуверенно посмотрела ему в глаза, словно пытаясь найти ответы где-то там, в глубине серой радужки с еле проступающими зелеными крапинками.

Нацу не знал, сколько прошло времени, и сколько продлился их зрительный контакт, но в одно мгновение огонь, горящий в ее глазах, вспыхнул с такой силой, что заставил отвернуться. В его голове пролетело множество желаний, одно из которых было рассказать ей все, ответить на все немые вопросы в ее взгляде. Хотелось многого, будто в один миг копившиеся где-то внутри желания одним махом выпорхнули из своей клетки, намереваясь выйти из-под контроля своего хозяина. И даже уже открыл рот… Но тут же губы вновь сомкнулись.

Люси опустила взгляд, сплетя пальцы и начав выводить какой-то узор на тыльной стороне ладони, она несколько раз моргнула. Челка прикрыла глаза, и он точно не мог сказать, что твориться за тонкими стеклами очков, но отчего-то ее фигура сейчас предстала такой… беззащитной.

Внутри проснулось желание, доселе погруженное в крепкий, казавшийся непробудным сон. Захотелось защитить. Захотелось впервые подставить не только плечо, но и крепко обнять чужое тело, говорить успокаивающую чушь и заверять, что все обязательно будет хорошо.

Вот только он прекрасно знал, что Хартфелии это не нужно. Перед ним же «мышка»! Сильная, отважная, с хитрецой в глазах и ловким длинным хвостиком. И она никогда не примет жалости. Это он знал наверняка.

- Я тебе расскажу, - наконец проговорил Нацу и, протянув руку вперед, накрыл ее маленькую и на удивление холодную ладонь. Вздрогнув, Люси подняла взгляд, и в больших карих глазах плескалось такое сильное удивление, что на секунду в его голове пролетело: она не верила, что он согласится. – Но какова бы ни была правда, - на этих словах он чуть ощутимей сжал ее руку, - я ответственности не несу.

«Мышка» беззвучно кивнула, не мигая, продолжая смотреть ему в глаза, будто маленький беззащитный кролик, встретивший на своем пути царственного удава и не знавший, что ему делать дальше.

Нацу бросил ухмылку странным мыслям и, разжав ладонь Хартфелии, вальяжно откинулся на спинку стула, придав своему образу привычную насмешку.

- Но не сейчас. И не здесь.

Улыбнувшись, Хартфелия кивнула больше для себя, чем для него.

- Я и не ожидала, что ты сейчас разразишься повестью о твоих сложных и запутанных отношениях со Стингом. Я не настолько наивна.

- Но наивна настолько, что пришла шантажировать меня. Не думала, что я могу быстренько убрать тебя с горизонта, а? – с ухмылкой произнес парень, на что «мышка» ответила ответной, настолько похожей на его – кажется, она начала перенимать от него только самое плохое! – ухмылкой.

- Ты? Меня? – Хартфелия встала и посмотрела на него гордым, высокомерным взглядом. – Коготки коротковаты.
И, схватив со стола тоненькую папку, удалилась, элегантно качая бедрами и громко цокая каблуками.

Парень быстро огляделся и подозрительно прищурился. На другом конце зала сидели те самые первокурсницы, что провожали его несколько дней назад вместе с «мышкой» до университета. Он помнил их, впорхнувших в столовую сразу после него, помнил и красноречивые взгляды и кокетливый смех. Но сейчас их взгляд был нацелен на дверь, за которой минутой ранее скрылась Хартфелия. Оставалось только гадать…

- Что, заметил все-таки?

Вздрогнув от такого резкого и неожиданного вмешательства в его раздумья, Нацу повернулся и увидел перед собой высокую Принцессу первого курса, что, поставив поднос с едой напротив него, села, даже не спрашивая разрешения.

Заметив слегка удивленный взгляд Драгнила, она вскинула бровь:

- Мм, можно?

Нацу встрепенулся.

- Да, конечно, - быстро проговорил парень и снова бросил взгляд на что-то оживленно обсуждающих девушек. – Так что ты там говорила?

Венди взяла в руки вилку и нож и презрительно подняла взгляд.

- Вообще, я удивляюсь твоей невнимательности. Эти пятеро уже как несколько недель за тобой ходят, - девушка отрезала кусочек прожаренного бифштекса и с нескрываемым удовольствием отправила его в рот, продолжив при этом говорить. – Шерия еще с начала года загорелась желанием затащить тебя в койку. И не просто затащить, - прервав назревающий вопрос Нацу, Венди подняла вилку и тыкнула ею в сторону парня, - а еще и остаться в роли суженой-ряженой.

Нацу скептически хмыкнул.

- Она дура?

- Она влюблена, - отпив апельсинового сока, Марвел отложила столовые приборы и посмотрела на Драгнила. – И очень сильно. Кстати, - при этом она улыбнулась, - это они наградили шкафчик Хартфелии такой потрясающей росписью.

Непроизвольно рука сжала ручку с такой силой, что раздался жалобный щелчок. Он уже несколько дней пытался выявить этого наглеца, посмевшего сделать нечто подобное, но из-за подготовки к экзаменам и головной боли с «мышкой» эти поиски не увенчивались успехом.

- Не стоит, - похоже, предвидя приближающуюся бурю, быстро проговорила девушка. – Они не ведают, что творят.
- Они посмели оскорбить моего друга, - отрезал Нацу.

- Господи, - громко воскликнув, Венди угрожающе сузила глаза, - неужели ты позволишь вывести из себя такой жалкой и детской выходкой. Это же ребячество! И знаешь, - она встала, - если ты не хочешь, чтобы такое происходило, не следует выставлять напоказ близкие отношения с персоной женского пола. Прежде всего, от этого пострадает именно она, и именем Нацу Драгнил ты уже все так просто не решишь!

Она встала и, окинув его презрительным взглядом, взяла поднос; ушла, оставив после себя шлейф сладких духов и множество мыслей, которые словно маленькие пощечины отрезвили разум.

Принцесса права. «Мышке» не поможет, если он попытается все решить скандалом или силой. Тут нужен другой подход.

Прикрыв глаза и откинув назад голову, он устало нахмурился. Как же все-таки ему все надоело.

«Наверное, я никогда не перестану уставать от жизни», - единственная мысль перед тем, как он, поняв, что сегодня явно больше ничего не сможет выучить, собрал книги и тетради, удалился, чувствуя спиной внимательные взгляды пяти пар глаз.

С ними он разберется. Обязательно. Но не сейчас.

***


Вдох, выдох.

Бешеный стук сердца и бегающая по венам кровь, обжигающая и дарующая чувство невероятного адреналина. Перед глазами предстали картинки будущих событий, выстраивающихся в план, цепочку действий, которые нужно было выполнить обязательно. А на губах заиграла улыбка, словно увидел нечто, что приносило небывалое удовольствие.
Язык прошелся по тонкой губе, с каким-то садистским подтекстом, будто бы пробовал на вкус кровь.

Перед ним стояла большая подарочная упаковка. Яркого, насыщенного цвета крови коробка, отделанная внутри девственно чистым шелком.

Парень улыбнулся и, обтянутая в черную кожу рука вытащила неведомо откуда взявшегося шахматного короля. Черный мундир, высокая корона, фигура была сделана поистине искусно. Мелкие детали придавали ей еще большую красоту, словно ее достали из набора королей.

Шахматный король возлег на гладкий шелк, контрастом выделяясь на белоснежном полотне.

Полюбовавшись представшей картиной, парень открыл вторую ладонь.

Маленькая, слепяще-белая пешка. Проведя с какой-то нежностью по белоснежной вершине, он положил еще поодаль короля и, чуть помедлив, точно камень преткновения разместил между ними игральную карту с огромной черной буквой «J».

Результат ему понравился, даже очень, и, закрыв коробку обтянутой в бархат крышкой, он прикрепил к ней маленькую записку, на которой было написано витиеватым почерком всего несколько слов:

«С Днем рождения».

Парень улыбнулся, проведя рукой по коробке.

- Прекрасный подарок, не правда ли, Нацу?
Фанфик опубликован 26 марта 2014 года в 21:01 пользователем Matthew.
За это время его прочитали 607 раз и оставили 0 комментариев.