Чтобы можно было писать в чате нужно войти в свой аккаунт.
Страница 3 из 4«1234»
Форум » Наруто Клан и Люди » Ролевые » Война в Паутине (NC-21)
Война в Паутине
- Прекрати! Прекрати! Отстань! Не смей! - на самом деле он уже давно был спокоен и руководствовался лишь собственным желанием, и как ни странно, холодным расчетом. Девчонка вымотала ему кучу нервов, стоила ему кучи денег, а теперь уничтожила фамильную ценность. За это надо платить, тем более у него никаких проблем с законом быть не могла - девчонка давно в розыске, и самое главное - у него достаточно денег, чтобы игнорировать любые законы, пока он исправно платит немаленькие налоги.
Пуговицы словно пули ударили в пол, разлетаясь под его натиском. Он великолепно играл разъяренного мужчину, но и желание насладиться этой свежей девичьей плотью действительно было большим. Лиф отправился вслед за блузкой, пышные груди радостно выпрыгнули из его тесного плена, и тут же попали в цепкую хватку мужчины, который распалялся всё больше.
Пиликнуло чувство опасности, и Ультран отскочил назад, уворачиваясь от исконно женского удара, но всё же был вынужден отпустить девку, которая не преминула тут же припустить в направлении выхода. Впрочем он дал ей фору, позволив себе полюбоваться её совершенными формами. Что же, начинаем тогда учить девочку?
Разумеется он не дал ей далеко уйти. Будучи оружейником он был обязан владеть боевыми искусствами, и оружием, и он это умел, скрутить девчонку, тем более пользуясь разницей в псионном потенциале - не проблема. Сложив ей руки ладонь к локтю он прихватил их ремнём, и туго стянул. От этого плечи девушки отошли назад, заставив полную грудь выдаться ещё вперед, где её успешно накрыла алчная хватка.
- Не смей! Не надо! Ублюдок, я убью тебя! - хлесткая пощечина швырнула её на пол.
- Молчи, и получай наслаждение. Никто тебя не тянул за руки, теперь будешь платить за своё поведение. - подняв её с пола, он толкнул девушку к стеллажу, заставив упереться в него грудью, и несколько раз оценивающе хлопнул по упругим ягодицам, и резко сдернул с неё брюки вместе с трусиками.
- Ммм, как у нас тут всё интересно, - ладонь мужчины скользнула между ножек, обнаружив там недвусмысленную влагу, равно как и его ладонь, мягко ласкавшая женскую грудь чувствовала, как сосочек неумолимо твердеет, а дыхание девушки всё глубже и глубже...
- Оу, девочка соскучилась по мужской ласке? - он провел влажным пальцем по её губам, заставив её слегка расставить ножки, чтобы не получить ещё один традиционный удар.
- Тебе это нравится, вижу же. Будешь хорошей девочкой?
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
Пощёчина обожгла ей щёку, и она глухо простонала, падая на холодную поверхность пола.
- Молчи, и получай наслаждение. Никто тебя не тянул за руки, теперь будешь платить за своё поведение.
Рывком подняв её с пола, Ультран припечатал её лицом и грудью к стеллажу, заставив выгнуться и прекратить свои тщетные попытки высвободиться, а затем звонко ударил по обнажённым ягодицам, вынудив Лину стиснуть зубы. Однако после мужчина стал на удивление ласков, хоть и всё так же требователен.
- Ммм, как у нас тут всё интересно, - ехидно проговорил он, когда его неожиданные ласки возымели позорный для Малис эффект. Если бы он продолжал её бить, унижать, орать - тело бы не реагировало настолько рьяно, но контраст, это грёбанное сплетение грубости и нежности против воли заставляло возбуждаться. - Оу, девочка соскучилась по мужской ласке?
Он провёл по её устам влажным пальцем, но девушка лишь сильнее сжала губы и отвернулась в другу сторону, когда оружейник заставил шире раздвинуть ноги. Его запах мужчины нещадно бил в нос зашкаливающей дозой феромонов, и голова Лины медленно, но верно шла кругом, глуша тем самым разъярённую и уязвлённую гордость. Её дыхание становилось глубже, а глаза всё чаще закатывались от наслаждения, а не отвращения, но насильнику знать об этом вовсе не полагалось. Помогал псионный барьер.
- Тебе это нравится, вижу же. Будешь хорошей девочкой?
- Боже, да заткнись ты, - не выдержала Малис, неосознанно прогибаясь в спине ещё больше. - Просто сделай, что хочешь, и отвали от меня. Уверена, это не займет много времени, импотент хренов... Мнхх...
Два пальца резко вошли в её лоно, вынудив запрокинуть голову назад.
- Ты мне настолько омерзителен, что, ей-богу, меня сейчас блеванёт, не обессудь, - но продолжить Лине никто боле не позволил. Властная рука сжала её волосы на затылке, а спустя миг она почувствовала его губы у себя на шеи, что безжалостно оставляли на нежной коже багровые отметины засосов.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
- Боже, да заткнись ты. Просто сделай, что хочешь, и отвали от меня. Уверена, это не займет много времени, импотент хренов... Мнхх...- легкий смех оруженийка раздался около самого ушка, обжигая дыханием тонкую шею.
- Чувствуешь ты будто выставила щит вокруг своего разума? И ощущение, будто чьи то ледяные пальцы коснулись этой защиты, и она единственная, что не дает чужому разуму вцепиться в твой рассудок и вырвать душу из тела. Но эта преграда зависит от твоей силы воли, и от твоего состояния, - мужчина убрал руку от лона девушки, сосредоточившись на груди. Было ещё рано спускаться вниз, можно было половить нужные настройки на чувствительных точках.
- Ты мне настолько омерзителен, что, ей-богу, меня сейчас блеванёт, не обессудь - мужчина смеется.
- Врешь же. Мне не нужна телепатия, чтобы узнать что ты действительно испытываешь, твое тело само это говорит, да и в любой момент я могу просто смять твою защиту, - ледяные пальцы сжались вокруг тонкой сферы женской защиты, сжимая её. Легко и неумолимо, словно шарик из фольги - Или же незаметно скользнуть сквозь неё, словно змей и отравить ядом твое сознание - защита не треснула, и никуда не делась, но ледяные пальцы угрожающе огладили сознание, уже будучи под щитом.
- Вся твоя бравада, напускное отвращение. Лишь попытка скрыть реальное желание. Даже твоя ненависть которую ты изображаешь напускная, - ладони сжали упругие плоды до приятной боли, которая отозвалась мелодичным стоном наслаждения и одновременно с этим ледяные пальцы разума просто смяли женскую защиту как обертку конфетки - Я ведь вижу твои реальные чувства, даже те, что ты сама в себе не открываешь, пытаясь закрыть даже для себя. Тебе нравится это всё, ты возбуждаешься зная что тебя бесцеремонно ласкают чужие руки. Тебе нравится твое новое состояние, эта свобода от постоянных амбиций клана, свобода от постоянной борьбы. - ладонь сознания словно нашла какой то регулятор и выкрутила его на максимум. Девчонка изогнулась в его руках, и стон невероятного наслаждения вырвался наружу, отодвигая ненависть назад, и его шёпот. Одновременно сладкий как мёд, который просто затекал в душу, заставляя женское тело просто дрожать от одного этого голоса.
- Страх, возбуждение, ненависть, злость, агрессия - всё это заставляет твой псионный потенциал усиливаться но стать неконтролируемым. Псионик в ярости гораздо сильнее чем спокойный как лёд, но он уже не хозяин своей силе, он может потерять себя. Любое собственное ощущение вдесятеро бьет в обратную сторону, долгие годы нужны чтобы научиться избавлять себя от этих последствий. - и тут мужчина перестал ласкать девушку. Просто перестал её трогать, доведя до предоргазменного состояния, до почти невозможности воспринять реальность как данное из за дикого желания, накопившегося за многое время.
Он хотел чтобы она сама сделала шаг навстречу.
- Можешь идти, если хочешь.
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
- Я ведь вижу твои реальные чувства, даже те, что ты сама в себе не открываешь, пытаясь закрыть даже для себя. Тебе нравится это всё, ты возбуждаешься зная что тебя бесцеремонно ласкают чужие руки. Тебе нравится твое новое состояние, эта свобода от постоянных амбиций клана, свобода от постоянной борьбы.
На какое-то мгновение Лина потерялась в реальности, краем сознания понимая, что сейчас она полностью в его власти. Его руки ласкали, губы дразнили, а слова парализующим ядом проникали в её артерии. Ультран что-то сделал, и тело моментом пробило сладостной негой, почти достигнув вершины наслаждения.
Ещё, я хочу ещё...
- Страх, возбуждение, ненависть, злость, агрессия - всё это заставляет твой псионный потенциал усиливаться но стать неконтролируемым. Псионик в ярости гораздо сильнее чем спокойный как лёд, но он уже не хозяин своей силе, он может потерять себя. Любое собственное ощущение вдесятеро бьет в обратную сторону, долгие годы нужны чтобы научиться избавлять себя от этих последствий.
- Ах ты ублюдок, - задыхаясь, проговорила Лина. - Учить меня вздумал? Сделай ты это пару минут назад, глядишь, и архивы были бы целы...
До оргазма оставалось всего ничего, но мужчина внезапно остановился, освобождая её руки и отходя на пару шагов назад.
- Можешь идти, если хочешь, - проговорил он, вырывая тем самым громкий неудовлетворённый вздох из груди девушки.
Вот же сволочь... - подумала Лина, и сама толком не понимая, когда это вдруг захотела продолжения. Ноги подкосились, и она медленно съехала на пол, глубоко и прерывисто дыша.
- Что, не понравилось быть насильником, да? - прошипела она, глухо рассмеявшись. - Старик, не прикрывай свою импотенцию благими намерениями, такой финал был вполне предсказуем.
Она рассмеялась громче, с вызовом смотря на мужчину снизу вверх.
Чего он хотел, чтобы она умоляла его? Чтобы ползала на коленях, прося убийцу своих родных отыметь её по полной программе?
Глупец...
Пусть тело горело нещадно, пусть разум требовал немедленной разрядки, но её гордость... Её гордость никогда бы не позволила молить о плотских утехах. Тем более молить об этом мужчину, которого она ненавидела.
- Ты мне всю одежду изорвал, болван. Дай хоть что-нибудь, чем можно прикрыться, а иначе меня по дороге в мою комнату раз пять изнасилуют. Думаю, у твоих охранников в этой сфере получше тебя будет.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
- Что, не понравилось быть насильником, да? Старик, не прикрывай свою импотенцию благими намерениями, такой финал был вполне предсказуем. - мужчина спокойно опустился в свое кресло.
- Не в моих моральных устоях принуждать женщин используя силу. Ты просила обучения - я начал тебя обучать. И первое, что ты должна в этом варианте усвоить - ни одна сила не панацея на сильного найдется более сильный. И да. Если хочешь проверить мою потенцию, то дверь в спальную вон там - он ткнул пальцем за плечо, где тут же развернулся один из книжных шкафов, открывая дверь в обставленную в цветах золота и черного спальню, где виднелась кровать способная уместить на себе целый гарем.
- Ты мне всю одежду изорвал, болван. Дай хоть что-нибудь, чем можно прикрыться, а иначе меня по дороге в мою комнату раз пять изнасилуют. Думаю, у твоих охранников в этой сфере получше тебя будет. - мужчина рассмеялся, и нажал на селектор.
- Гор прикажи восстановить секции три, четыре и пять архива полностью в бумажном варианте.
- А что случилось?
- Тебя не касается. Меня не беспокоить до распоряжения. - его глаза беспрестанно изучали девушку, которая даже не пыталась прикрыться. Его взгляд словно физически продолжал ласкать упругую плоть, впрочем, почему словно, если упругая плоть сжимается под действием невидимых рук, и даже отсюда он ощущал её эмоции. Ненависть конечно проснулась, но не отодвинула на задний план горячие искорки разгоравшиеся между стройных ножек. Если она думала, что так легко избавится, то ошибалась. Зря она не читала желтую прессу. Иначе бы знала, насколько изобретателен оружейник, бывший мечтой чуть более чем ста процентов гламурных красавиц.
- Ты просишь без уважения, как говорил некий дон Корлеоне. А теперь девушка мы с вами поговорим о вежливости и моем великодушии, и начнём экзекуцию с самого начала. Вы меня похитили, но я вместо того чтобы поубивать вас всех на месте согласился на вас работать. Вы же, думая что я ничего не узнаю решили меня убить. И опять таки я никак не отреагировал, просто сбежав на свободу, и не моя вина, что вы сопротивлялись. Далее я из чистого великодушия трачу уйму кредиток на то чтобы вылечить тебя и вернуть к полноценной жизни, за это получаю ежедневное хамство и ни цента почтительности. И опять в награду за это меня снова пытаются убить развив в себе способности. Я снова трачу кучу денег чтобы вылечить тебя, но не услышав ни единой благодарности за это слышу лишь оскорбления и упреки. Скажи мне, девчонка. Ты пришла просить, чтобы я научил тебя пользоваться силой, которую сам же в тебе разбудил - он сделал паузу глядя в глаза девушке - А теперь скажи неужели трудно попросить вежливо и без хамства? Если тебе надоело жить - я прямо сейчас пущу тебе пулю в лоб, и мне за это ничего не будет, потому что ты уже официально мертва. Ты называешь меня стариком, импотентом, убийцей, сволочью и ещё парой сотен нелицеприятных названий. Тебе так хочется, чтобы я действительно стал этими названиями? - последние слова сквозили ледяной угрозой...
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
Его взгляд ласкал почти физически, и оттого тело Лины с удвоенным остервенением просило его, этого грёбанного Ультрана, ведя неравный бой с девичьей гордостью. Пока побеждала гордость, но надолго ли?
- Ты просишь без уважения, как говорил некий дон Корлеоне. А теперь девушка мы с вами поговорим о вежливости и моем великодушии, и начнём экзекуцию с самого начала. Вы меня похитили, но я вместо того чтобы поубивать вас всех на месте согласился на вас работать. Вы же, думая что я ничего не узнаю решили меня убить. И опять таки я никак не отреагировал, просто сбежав на свободу, и не моя вина, что вы сопротивлялись. Далее я из чистого великодушия трачу уйму кредиток на то чтобы вылечить тебя и вернуть к полноценной жизни, за это получаю ежедневное хамство и ни цента почтительности. И опять в награду за это меня снова пытаются убить развив в себе способности. Я снова трачу кучу денег чтобы вылечить тебя, но не услышав ни единой благодарности за это слышу лишь оскорбления и упреки. Скажи мне, девчонка. Ты пришла просить, чтобы я научил тебя пользоваться силой, которую сам же в тебе разбудил. А теперь скажи неужели трудно попросить вежливо и без хамства?
Не перебивая мужчину, Малис выслушала его до конца, а затем, глухо рассмеявшись, медленно поднялась на ноги. Взор оружейника мазнул по стройным бёдрам, и вновь тело прошибли трепет и желание. После Лина неторопливо подошла к Ультрану и, наклонившись к нему настолько близко, насколько это было возможно, пристально посмотрела в его глаза. Затем осторожно заправила его выбившуюся тёмную прядь за ухо и прошептала:
- Ну давай я тебе ещё отсосу в знак почёта и уважения за спасение...
- Если тебе надоело жить - я прямо сейчас пущу тебе пулю в лоб, и мне за это ничего не будет, потому что ты уже официально мертва.
- О, как мило. - Лина огляделась и взяла в руки пушку, что до этого висела на его поясе, потом приставила её дулом к своему лбу. - Валяй, Ультран. Хотя постой, давай лучше так... - Девушка приоткрыла рот и кончиком языка провела по всей длине ствола, после погрузила его себе в рот. Одно движение пальца, и она труп, но мужчина не спешил расправляться с ней. Лишь его взгляд потемнел то ли от похоти, то ли от гнева, Лина ещё не могла с уверенностью читать эмоции, а затем, рывком вырвав пушку из жаждущего ротика, убрал её куда подальше. Малис рассмеялась.
- Ты называешь меня стариком, импотентом, убийцей, сволочью и ещё парой сотен нелицеприятных названий. Тебе так хочется, чтобы я действительно стал этими названиями?
- Не строй из себя благодетеля. Признаю, мой брат оказался тупицей, и похищать тебя было не очень хорошей идеей, но уверяю, никто тебя убивать не собирался. Да даже если и собирался, то и убил бы за это Джонатана. Джонатана, а не мою сестру, не моего младшего брата, который и силой-то не обладал! - Она сорвалась, не властвуя боле над своей эмоциональной нестабильностью. По щекам потекли слёзы, которые, как бы ни старалась, она не могла унять.
Плакать перед НИМ было позорно. Более чем позорно!
Но, чёрт возьми, всё накопившиеся за эти месяцы стремилось выйти наружу.
- Ненавижу тебя, Ультран! Всей душой ненавижу! - прошипела она, стараясь взять себя в руки, что, впрочем, ей в конечном итоге удалось. Наконец собравшись с силами, Лина обернулась к нему и, вновь приблизившись, прошипела:
- Обучи меня контролировать эту силу, - запнулась, но затем всё же продолжила: - Пожалуйста. Пожалуйста, обучи, и я клянусь, что не причиню тебе больше проблем и вреда.
Лихорадочно блестящий взгляд опустился на его губы, и она сама толком не поняла, как стала неумолимо приближаться к ним. Приближаться, мысленно всей душой желая, чтобы он остановил её.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
- Валяй, Ультран. Хотя постой, давай лучше так... - мужчина с ледяным спокойствием наблюдал за этим не лишенным эротизма зрелищем, однако давить на спуск не спешил. Так и подмывало швырнуть эту девчонку на стол, распять среди чертежей и отыметь всеми возможными способами, но он держал себя в руках, ибо закалку псионика никуда не деть, и контроль за эмоциями у Ультрана был железным.
- Не строй из себя благодетеля. Признаю, мой брат оказался тупицей, и похищать тебя было не очень хорошей идеей, но уверяю, никто тебя убивать не собирался. Да даже если и собирался, то и убил бы за это Джонатана. Джонатана, а не мою сестру, не моего младшего брата, который и силой-то не обладал! - однако оружейник остался глух к этому, справедливо полагая, что поступил правильно. В конце концов бандитов он жалеть не собирался. И видимо девчонка почувствовала его равнодушие, что вывело её из себя ещё сильнее.
- Ненавижу тебя, Ультран! Всей душой ненавижу! - однако и это черствого мужчину с образованием врача и профессией оружейника не проняло, и он продолжал любоваться округлыми ягодицами которые тонкая ткань рельефно обрисовывала. Он и не успел заметить, как она оказалась в сантиметрах от него.
- Обучи меня контролировать эту силу. Пожалуйста. Пожалуйста, обучи, и я клянусь, что не причиню тебе больше проблем и вреда. - он лишь позволил легкой улыбке тронуть его губы, и легко кивнул, прежде чем женские губы коснулись его. Девчонка дернулась словно от удара током, слишком поздно сообразив, что целует того, кто ненавистен ей больше всего...
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
Её словно ударило оголенным электрическим проводом, когда она осознала, что, собственно, делает.
Чёрт возьми, она целовала его! Целовала Ультрана!
Лина в ужасе отшатнулась от него на пару шагов назад, но реакция мужчины его не подвела. Вцепившись в её запястье, он не позволил девушке увеличить между ними расстояние.
- Отпусти! Дай мне уйти! - в панике кричала Малис, пытаясь вырваться, но оружейник лишь улыбался, кажется и не собираясь её освобождать. - Пожалуйста... Отпусти!
Она не хотела быть с ним, - не хотела! - но тело так безжалостно предавало её, желая этого мужчину прямо здесь и сейчас.
Будто бы прочитав всё то смятение, что царило сейчас у неё в голове, Ультран крепко обхватил её щёки ладонями и... поцеловал. Ни грубо, ни нежно, скорее требовательно. Лина вздрогнула и изо всех сил дёрнулась, упираясь в его грудь ладонями и всё ещё стремясь освободиться, но запах похоти, что исходил от оружейника, дурманил рассудок с каждым мигом всё сильнее.
- Дай мне... уйти, прошу, - почти уже молила та, но, получив пару секунд назад невербальное "да", Ультран отпускать не собирался и отстранился лишь для того, чтобы поцеловать вновь, более напористо, а затем опять и снова, пока сопротивляющееся тело Лины не обмякло, а затем и вовсе неуверенно стало отвечать. Её холодные пальцы сначала неуверенно дотронулись до его щёк, а после неуместно робко проследовали дальше, запутавшись в тёмных прядях. Затем притянула Ультрана ближе, углубляя поцелуй, а потом и вовсе не заметила, как обхватила его руками, остервенело прижимая к себе, окольцовывая его торс своими ногами, изгибаясь в спине от каждого его прикосновения.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
- Дай мне... уйти, прошу, - он не отпустил. И не собирался, ожидая пока его яд подействует в полной мере. Тот яд, который он вливал в неё капля за каплей с тех пор, как он вообще увидел её. Невидимая паутина, прочнее алмаза, окутывала её с ног до головы, и она не понимала этого, словно обжигаясь о него каждый раз, но опять, как мотылек летела на пламя свечи, чтобы опалить себе крылья. Женщина гораздо хуже контролирует свое тело, особенно если к нему уже несколько месяцев никто не прикасался. И вот почувствовав на себе сильные и властные ладони, оно предало свой разум, отдаваясь на волю инстинкту и желанию, отдаваясь ему, и уже сама целовала его, перекинув ножку через кресло, обняла его, и сжала так, что в боках заныло, целуя ещё сильнее. Он двинулся вперед, снося со стола чертежи и бумаги, отрываясь от женских губ, лишь для того чтобы ласкать всё тело, покрывая хаотичными поцелуями то тонкую шею, то ключицы, полную грудь, твердые виноградинки сосков, ложбинку между упругими холмами, а периодически сжимал их вместе, чтобы покусывать сразу оба сосочка, слушая стоны иногда прерывавшиеся то просьбой прекратить это безумие и отпустить её, то наоборот, просьбами не останавливаться и ласкать сильнее и дальше, ощущая как стройные ноги то скрещиваются на его спине, то вытягиваются в струнку, превращая женщину в натянутую тетиву, но ниже идти он не спешил, так и не касаясь тонкой ткани брюк, лишь единственный раз скользнув по ней ладонью, чтобы убедиться в том, что ткань уже промокла насквозь. Ему хотелось, чтобы она сама сделала шаг навстречу, взяла в руки инициативу.
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
Лина и не заметила, как оказалась опрокинута на стол, а ценные чертежи, что по крайней мере несколько минут назад ещё таковыми являлись, ворохом посыпались на пол. Важность теперь представляли исключительно его руки, настойчиво ласкающие её, его губы напористо целующие тело, его запах, опьяняющий так сильно.
- Остановись... Остановись... - задыхалась она, а он и не думал прекращать, доводя до исступления, до почти нестерпимого жара между ног. Внутренней стороной бедра Малис уже чувствовала возбуждение оружейника, лишний раз удостоверяясь, что насчет мужского бессилия она погорячилась, но в то же время она начинала злиться оттого, что тот медлил, растягивая никому не нужную сейчас прелюдию на мучительные минуты.
- Ну же... Давай уже... - прошипела она, когда пальцы Ультрана лишь мимолётно провели по ткани, прикрывающей её изнывающее лоно. И именно тогда, когда она уже была готова на всё, он прекратил эту сладостную пытку, слегка приподнимаясь и с превосходством взирая на неё сверху вниз, но при этом не отходя, так и продолжая находиться в плену её стройных ножек.
- Обломить меня вздумал? - приглушённо рассмеялась Лина, прикрывая глаза ладонью. В висках пульсировало нещадно, щёки горели, а дыхание было прерывистым. Мужчина усмехнулся, а затем потянул её наверх. Перейдя в положение сидя, Малис уткнулась носом в его плечо и пару секунд сидела так, собираясь с мыслями. - Ждёшь, что я тебя молить начну, да? - спросила она, всё так же упираясь лбом в его ключицу. - Так перебьёшься.
Лина подняла голову и встретилась с ним взглядами. Сейчас тот излучал лишь желание, привычного равнодушия или же угрозы в его глазах на удивление не было. Признаться, от этого взгляда внизу живота тут же всё болезненно заныло, требуя немедленных ласк.
- Я тебя уговаривать не собираюсь. - Девушка осторожно притянула его к себе и прошлась вереницей едва ощутимых поцелуев вдоль его шеи, постепенно переходя на ключицу. Затем аккуратно взяла его ладонь и, поднеся к своим губам, немедля погрузила его указательный и средний пальцы себе в рот. Прошлась по всей их длине языком, а после, освободив из влажного плена, торопливо опустила вниз, безмолвно требуя, чтобы он теперь ласкал там. Исключительно там.
Почувствовав холодящее ощущение его пальцев на своей возбуждённой точке, она с надломом вздохнула, а затем провела ладонью по его паху, добираясь до пуговицы на штанах и с неким нетерпением расстегивая её, чтобы после бесстыдно погрузиться пальцами за ткань брюк и ощутить пылающий жар его плоти.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
- Обломить меня вздумал? Ждёшь, что я тебя молить начну, да? Так перебьёшься. - но ответом был лишь смех.
- Я тебя уговаривать не собираюсь - он ещё раз смеется. Прикосновение женского языка, его пальцы погружаются в приятное тепло, но он не спешит выполнять то, чего она просит. Рука коснулась ткани, но не совершала, ни единого движения, равно как и её рука метнувшаяся к его брюкам была остановлена.
- Маленькая и неопытная девчонка. - он смеется, покусывая нежную кожу около самого ушка - Рвешься вперед, спешишь куда? Это удовольствие, что я тебе доставляю, и ты мне не меньше, куда более приятно, чем банальный секс. В одном ты права. Я старикан - аккуратные пальцы оружейника тем временем поигрывались с грудью Лины словно с музыкальным инструментом, где каждая нота - стон или вскрик. - Не осознаешь что это означает? Не ты первая в моих руках, я люблю игры. Медленное растягивание удовольствия. Это как великолепного вкуса коктейль. Можешь выпить его залпом, или медленно потягивать. Медленно-медленно, по глоточку, как и это удовольствие. Оно разливается по телу. Медленно-медленно, и ты уже не успеваешь осознать, что он тебе сносит голову. - его кубы снова касаются женской груди, только руки снова ловят женские ладони, маниакально тянущиеся к его плоти, и на этот раз с силой прижимают к столу - Успеешь ещё с ним наиграться, наслаждайся, или я тебя свяжу и буду играться ещё дольше, как тебе угроза? - смех его сопровождается криком боли-удовольствия, когда он резко сжал пальцы на упругой плоти...
- Это Паутина, моя хорошая.
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
- Маленькая и неопытная девчонка.
Он прикусывает её ухо, а Лина лишь блаженно улыбается, изгибаясь в спине почти до хруста, лишь бы быть сейчас ближе к нему.
- Помимо тебя у меня был лишь один мужчина, и я горжусь этим. Я не шлюха, чтобы к двадцати годам быть опытной в подобной сфере, старикан, - добираясь на сей раз до уха Ультрана, шепчет она, а затем словно послушная ученица прикусывает его мочку белыми зубками.
- Рвешься вперед, спешишь куда? Это удовольствие, что я тебе доставляю, и ты мне не меньше, куда более приятно, чем банальный секс. В одном ты права. Я старикан. Не осознаешь что это означает? Не ты первая в моих руках, я люблю игры. Медленное растягивание удовольствия. Это как великолепного вкуса коктейль. Можешь выпить его залпом, или медленно потягивать. Медленно-медленно, по глоточку, как и это удовольствие. Оно разливается по телу. Медленно-медленно, и ты уже не успеваешь осознать, что он тебе сносит голову.
- Говоришь так, будто бы любовью со мной заняться вздумал, а не банально поиметь, - говорит она, вновь усмехаясь, забираясь дрожащей от нетерпения ладонью под ткань его рубашки, требовательно оглаживая натренированный торс. Касаться его отчего-то было приятно, хотя нутро мисс Малис всё ещё и сопротивлялось подобным ощущениям.
А он вновь доводил до исступления, лаская её грудь и представая перед ним совершенно другим: не угрожающим, не равнодушным, не ненавистным. И Лина с прискорбием мысленно отметила, что сейчас, в данную минуту он кажется ей... красивым.
Руки против воли вновь потянулись к его штанам, но оружейник и на сей раз остановил.
- Успеешь ещё с ним наиграться, наслаждайся, или я тебя свяжу и буду играться ещё дольше, как тебе угроза?
- Ну ты и ублюдок, Ультран, - прошипела Лина, снова притягивая его к себе и погружаясь в томительно-долгий, развязный и потому самый сокровенный поцелуй в её жизни.
Так странно, даже Джея, которого она любила всей душой и сердцем, она не хотела настолько, как хотела сейчас его убийцу.
- Это Паутина, моя хорошая.
- И всё-таки я тебя до невозможности ненавижу, - уже не сдерживая стонов, хрипит девушка, непроизвольно скапливая на своём теле статическое электричество, которое ломанными голубоватыми линиями начинает скользит по её полуобнажённому телу.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
- Помимо тебя у меня был лишь один мужчина, и я горжусь этим. Я не шлюха, чтобы к двадцати годам быть опытной в подобной сфере, старикан,- мужчина рассмеялся.
- Ну значит у тебя есть возможность научиться не только псионике, - с намеком заметил Ультран, оцениваще взвешивая тяжелые груди в ладонях, периодически сжимая их до приятной боли.
- Говоришь так, будто бы любовью со мной заняться вздумал, а не банально поиметь, - ремешок прошелестел по ткани её брючек, и прочно связал тонкие запястья за спиной. Глаза оружейника зловеще сверкнули, и он начал буквально мурлыкать медовым голосом, ласково массируя женщину, но не трогая изнывающее лоно.
- Банально поиметь? Я же сказал что люблю играться. Я люблю смотреть, ощущать. Люблю медленную игру тел, нежные женские руки и губы на своем теле, люблю когда женский рассудок сгорает в моих руках дотла, не оставляя ничего кроме желания. Люблю когда женщины медленно раздеваются лаская себя, или танцуя, люблю их целовать, чувствуя горький мед их губ, нежную кожу шеи - он спустился на шею и ниже, - мягкость и упругость груди, и возбужденную твердость сосков, люблю слушать их стоны и крики, мольбы взять их и мольбы прекратить, когда они словно лук в руках стрелка изгибаются, и наконец не набрасываются на меня словно голодные львицы, но и тут я не даю им свободы, пока в их глазах не остается разума, а лишь похоть и желание. И ты не представляешь, насколько это приятно - девушка прикрыла глаза от наслаждения, и наверное так и не заметила, что лежит уже не на столе а на той самой кровати.
- И всё-таки я тебя до невозможности ненавижу
- Скоро возненавидишь ещё больше... - руки мужчины наконец легли на влажную ткань брюк, но стон явно показал, что просто ласки сквозь ткань только доливают масла в огонь, не принося женщине избавления.
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
- Скоро возненавидишь ещё больше... - прошептал он, и, кажется, от его шепота голова пошла кругом ещё сильнее.
- Больше уже невозможно, Ультран, - ответила Лина, пропуская через сковывающий её ремешок несильный разряд тока и без труда превращая его в прах. Освободившаяся правая рука тут же легла поверх его ладони, которая ласкала сквозь ткань изнывающее лоно, и слегка нажала на неё, чтобы ласки стали интенсивнее. - А я и не знала, что ты настолько романтичен, но, признаться честно, на данный момент твоя романтичность мне нахрен не сдалась.
Свободной рукой она притянула его ближе, для нового поцелуя, а второй ладонью почти принудила мужчину проникнуть под влажную материю, достигнув заветной точки.
- Хочу понять, способен ли ты на страсть... - проговорила она, когда оружейник внезапно оказался сверху, а она машинально обхватила его бёдра стройными ножками, прижимая ещё ближе, задыхаясь от ощущения его затвердевшей похоти рядом с собой. Её руки забрались под ткань его рубашки и потащили наверх, избавляясь от ненужной уже одежды. Тепло его тела, его запах сводили с ума, распаляя юное тело ещё больше, а потому мисс Малис изгибалась ещё сильнее, чтобы телесный контакт с каждой новой секундой был ещё ощутимее.
- Устраивай свои игрища потом, когда утолишь мой голод. Я и так ждала слишком долго, болван, - прошипела она, без преувеличение сгорания от болезненного желания.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
- Хочу понять, способен ли ты на страсть... - он смеется, когда его руку насильно перемещают под ткань, но он жесток - сделав пару движений он снова убирает руку.
- Способен, но страсть это скучно. Неужели ты не ощущаешь, как ярко реагируешь ты на каждое мое прикосновение. Не видишь то, что вижу я, как мучительно отзывается в тебе каждое прикосновение.
- Устраивай свои игрища потом, когда утолишь мой голод. Я и так ждала слишком долго, болван, - хлопок по упругим ягодицам казалось только поджёг страсть ещё больше - стон не напоминал стон боли, скорее стон извращенного наслаждения.
- Не забывай ты тут в роли жертвы, и сейчас свои желания удовлетворяю я. Войди просто во вкус. Чувствуешь эту пружину, ты горишь, дрожишь, но тебе это дико нравится. - он улыбается, касаясь тонкой кожи шеи губами, целуя, покусывая кожу, целуя губки, и слушая её дыхание, но откинулся на спину, дав ей немного власти.
- Ладно, я щедр. Можешь взять то, что тебе хочется.
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
- Не забывай ты тут в роли жертвы, и сейчас свои желания удовлетворяю я. Войди просто во вкус. Чувствуешь эту пружину, ты горишь, дрожишь, но тебе это дико нравится.
- Прекрати копаться у меня в мозгах, - сердито шепчет Лина, поддаваясь бедрами наверх, ещё сильнее вжимаясь в его пах. Его губы и руки, кажется, везде, обжигают, ласкают, распаляют ещё больше. И оттого до омерзения хорошо. До невозможности.
- Ладно, я щедр. Можешь взять то, что тебе хочется.
Слова Ультрана доходят с секундной задержкой, и лишь то обстоятельство, что он откинулся на спину, заставляет девушку осознать смысл сказанного.
О Боже, наконец-то...
Словно бы оголодавшая тигрица Малис немедля седлает его и с юношеским нетерпением пытается расстегнуть брюки. Руки непослушные и дрожат, а оружейника это только забавляет. На фоне она слышит его приглушённый смех.
- Напомни, отблагодарить тебя за такую щедрость, - не унимает сарказм Лина и мысленно молиться Богам, чтобы он её не оттолкнул за это. И наконец... Наконец его плоть оказывается у неё в руках, горячая и пульсирующая, настолько желанная, что перехватывает дыхание и сохнет во рту.
Ультран не сопротивляется даже тогда, когда она медленно, словно бы стараясь прочувствовать каждый оказавшейся в ней сантиметр, опускается на его член, упираясь дрожащими ладонями в его твёрдую грудь.
Там внизу немного больно, её сексуальный опыт совсем скуден и вдобавок ко всему перерыв составлял полгода, но она доведена до такого предела, что почти не осознает болезненность. Уверенное движение бёдрами, и тут же изо рта вырывается хриплый стон некоего облегчения, ещё одно движение, и дико хочется, чтобы сильные мужские руки обхватили ягодицы и задали свой темп, но...
Мужчина неподвижен, его ладони расслабленно покоятся на её бёдрах, и Лина злиться.
По её коже то и дело проскальзывают слабые разряды тока, которые так и норовят усилится под натиском её внутреннего гнева.
Почему ты бездействуешь?!
Не этого она хотела, и поэтому злиться ещё больше.
- Ну же, давай, - говорит она ему, наклоняясь ближе к его лицу. - Иначе я уйду...
Бёдра работают всё быстрее, и предпосылки оргазма постепенно нарастают тугой пружиной внизу живота.
Отлично, она и без него справится великолепно!
Лина закрывает глаза и немного откидывается назад, слегка меняя положение и давая отдых слегка уставшим ногам, когда...
Апогей почти разрывает её сознание в клочья, когда сильные руки обхватывают её талию, подминают под себя и двумя размашистыми движениями мужского тела доводят до почти смертельного восторга, вынуждая с силой изгибаться в спине и судорожно держаться за спинку кровати.
На несколько секунд Малис начисто забывает кто она, кто он и где она вообще находится.
Важность имеют лишь чувства.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
Смятение, желание, похоть - все это смешивалось в воздухе вокруг девушки. Получив разрешение, она голодной тигицей оседлала его, дрожащими от нетерпения пальцами пытаясь избавить его от ненужной одежды. И вот добивается своего. Волна разрядов проходит по телу, когда прохладные женские ладошки касаются его плоти, и спустя небольшое время они меняются на узкую влажную глубину. Такую манящую. Действительно девушка - так плотно сжала его, заставляя прикрыть глаза от накатывающего наслаждения. Она медлит, словно привыкая, желая прочувствовать в себе все до последней капли. Но вот он полностью внутри, и она начинает утолять свою жажду, постепенно увеличивая темп. Но сам он не двигается с места, расслабленно наслаждаясь её трудами и приятными движениями. Её эмоциями, смешивающимися в коктейль из непонимания, восторга, обожания, желания, ненависти, злости, ещё чего то. А он выжидает словно зверь в засаде, как гепард, караулящий антилопу перед броском.
- Ну же, давай. Иначе я уйду...
- Ты думаешь я отпущу? - он чувствует, как вспышка экстаза подбирается к ней, выбирая момент для самой грани, и срывается с места, буквально швыряя её на кровать и делая два сильнейших удара. Больше не требовалось, но он продолжал удары в бешеном ритме, продлевая дикий оргазм Лины ещё на несколько минут, пока она обессиленно не вытянулась на кровати. Однако сам мужчина был ещё не удовлетворен, и взявшись пальцами за сосок уверенно потянул свою нежданную ученицу к себе, намекая ясно на что...
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
Оргазм выпил последние остатки сил, и Лина устало повалилась на кровать, тяжело дыша.
- Вот это да... - едва слышно прошептала она, безучастно вонзаясь взглядом в потолок, но Ультран, кажется, и не думал давать ей и секунды покоя.
Безжалостно взявшись за её сосок, он потянул на себя, вынуждая девушку подняться. Малис на удивление послушно поднялась и обхватила его плечи дрожащими ладонями, прижимаясь к его шее сначала щекой, а потом губами. Разрумяненная, с потемневшим от желания взглядом и безумно, но приятно уставшая, она сейчас казалась донельзя беззащитной, хотя, впрочем, сейчас она таковой и являлась. Несмотря на всю свою язвительность, силу и выдержку, в моменты близости Лина остро нуждалась в нежности и не жалела отдавать ласку взамен. Именно поэтому ей так претило отдаваться мужчине, которого она ненавидела всей душой.
Её пальцы запутались в его волосах, а губы ненавязчиво исследовали ключицу, плечи и шею.
- Минутка нежности, - хрипло проговорила она, пытаясь придать голосу больше желчи, но получилось слабовато. - Спасибо, - неосознанно добавила Лина, спустя пару секунд. Оружейник не торопил, и за это Малис была действительно ему благодарна.
- Что дальше? - наконец оторвавшись от его тела, Лина устремила на него вопросительный взгляд.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
- Минутка нежности, спасибо, - сарказм явно не вышел, она просто лежала, приходя в себя. Ну да, ощущения совсем другие, хотя искушенному Ультрану они показались слегка пресноватыми. С другой стороны у него ещё много времени, чтобы сделать из этой девочки роскошную и страстную женщину.
- Что дальше? - он осторожно коснулся её губ.
- Согласись учиться так гораздо приятнее, чем медитировать десятками часов - легкий смех, его руки легко ласкают девичье тело, в то же время он пытается увидеть что тов её разуме.
- Мррр, чувствуешь лёгкое утомление? Хотя ты ощущаешь, что безумно устала, это не так. Твоё тело, великолепное, не спорю, питается псионной энергией, от неё же идут способности. - он на секунду коснулся её губ - Но это скукотища, к чёрту её. Попробуй найти в сознании плотину, которая держит твой потенциал. Представь как живительный ток из этого пруда течет в мышцы, наполняя их новой силой, смахни усталось словно пыль. - девчонке потреловалось несколько попыток, но получилось достаточно быстро. Это самый обычный способ накапливать энергию, но от мастерства зависит её уровень. Почувствовав, как молодое тело наливается новой силой, оружейник усмехнулся, и перевернулся, мягко вжимая женщину в кровать.
- Продолжим? - поцелуй не оставлял никаких пространств для возражений.
«Я воздвиг колонну над вратами города Циллидх, и освежевал всех драконов, что восстали, и повесил их кожи на колонну. Некоторых я замуровал в ее основании, некоторых насадил на шипы колонны, а других я привязал вокруг нее цепями из горящего льда… И отрезал я руки и ноги офицерам, благородным предводителям восставших… Многих пленных я сжег огнем, и многих других забрал живыми в свой дом как рабов. У некоторых я отнял пальцы, у других носы и языки, и многим выколол глаза, дабы все познали руку Векта».
– Аздрубаэль Вект
- Согласись учиться так гораздо приятнее, чем медитировать десятками часов. - Он обхватывает её щёки ладонями и дарит лёгкие поцелуи, в то время как она, опьяненная оргазмом, его запахом и им самим, вряд ли может возразить. Её пальцы неосознанно путаются у него в волосах, ресницы полуопущены, а дыхание тяжёлое, усталость клонит в сон немилосердно, и Лина впервые поражается тому, насколько она сейчас открыта и не защищена.
- Не на такое обучение я намекала, но... хрен с тобой, с учителем не спорят...
Если бы вчера ей сказали, что она вот так будет плавиться в руках оружейника, скорее всего, она бы убила наглеца, даже не задумавшись, но теперь...
- Мррр, чувствуешь лёгкое утомление? Хотя ты ощущаешь, что безумно устала, это не так. Твоё тело, великолепное, не спорю, питается псионной энергией, от неё же идут способности. то скукотища, к чёрту её. Попробуй найти в сознании плотину, которая держит твой потенциал. Представь как живительный ток из этого пруда течет в мышцы, наполняя их новой силой, смахни усталось словно пыль.
Понять его замысловатые речи до чертиков трудно, но Малис старается, как послушная ученица, пытаясь пробить платину у себя в сознании. В первые несколько секунд это кажется бредом и несусветной глупостью, потом - чем-то невообразимым, ибо под натиском легких касаний мужчины сосредоточиться не представлялось возможным, но ей всё же удается. Не с первой попытки, но всё же её тело начинает постепенно наполняться новыми силами, а желание разгораться в поистине пламя.
В тот момент, когда Ультран вжимает её в кровать, Малис вновь ощущает приятное тянущее чувство внизу живота и лишь сильнее прижимает к себе наставника.
- Продолжим?
- Вопрос риторический, - произносит Лина, выгибаясь ему навстречу и пылко отвечая на каждый поцелуй.
- Вы верите в единорогов?
- Это единственное, во что я ещё верю...


Вопрос? Ответ!
Форум » Наруто Клан и Люди » Ролевые » Война в Паутине (NC-21)
Страница 3 из 4«1234»
Поиск: