Чтобы можно было писать в чате нужно войти в свой аккаунт.
Страница 2 из 2«12
Форум » Наруто Клан и Люди » Ролевые » Во что бы то ни стало (Повеселимся ~)
Во что бы то ни стало
Лукас, в упор глядя на Ланиуса, был бесконечно рад выпавшему шансу. Хоуэлл совсем забыл о Джулли, которой, по его мнению, нехило прилетело. Он уже было собрался стереть палача в пух и прах, как неожиданно ему перекрыла дорогу пленница. Она что было мочи вдавила подошву сапог в живот Ланиуса, и тот, вскрикнув, влетел в стену. Сполз по ней, жалобно поскуливая и держась за живот. Похоже, имперка получила от этого такое же удовольствие, какое получил и Лукас. Она одарила сопляка презрительным взглядом и бросила:
– На взаимность я всегда отвечаю взаимностью. Пощечину, так и быть, прощу. На первый раз.
После действий мага вся злость будто испарилась, канула в бездну. Она повернулась и выжидающе глянула на Хоуэлла. «Ждёшь моей реакции?». Пусть Джулли успела лишить его сна, вывести из себя и причинить немалую боль, но она хотя бы подняла ему настроение. Командир усмехнулся и, обойдя стихийницу, схватил Ланиуса за шкирку и потащил к дверям. Палач опасливо косился на него. Когда Хоуэлл, развернув его к себе лицом, нахмурился, тот вздрогнул.
– Ещё раз ослушаешься, и я размажу твои мозги по стенке так, что отодрать не смогут.
Голос звучал грубо и угрожающе. Ланиус, в страхе вобрав ртом воздух, дёргано кивнул и пулей вылетел из допросной. Быть может, если бы имперка не налетела на палача, то Командир убил бы его к чёртовой матери. Это, наверно, было к лучшему. Хоуэлл, обернувшись, застал Джулли, держащуюся за бок. Маг нахмурился и двинулся к девушке, но та настороженно глянула на него. Лукас немного потянул уголки губ и, вытянув руку вперед, выдал:
– Залечу, – мужчина сделал шаг вперед и поманил мага к себе рукой.
Кажется, эта идея не особо понравилась девушке, и она отрицательно помотала головой. Хоуэлл, тяжко выдохнув, закатил глаза. Ему совсем не хотелось уговаривать её, но нужно было удостовериться, что этот выродок ничего ей не сломал. Командир быстро приблизился и буркнул:
– Отказ не принимается. Приподними топ и подними голову.
Джулли удивленно вскинула бровь и дёрнулась, когда мужчина, взяв её за подбородок, чуть притянул к себе. Он прижал пальцы к сухим губам и, раздраженно дёрнув раненым, пульсирующим плечом, тут же залечил разбитую губу. Лукас в ожидании глянул на имперку и встретился с её взглядом. Он понимал, что, если она не выполнит его просьбу, придётся сделать это самому. Но маг приподняла топ, открывая взгляду плоский животик и внушительный синяк, который в скором времени сменит цвет и станет ещё более внушительным. Хоуэлл осторожно скользнул ладонью, стараясь на задевать синяк. Расслабился, поняв, что рёбра не переломаны, и, практически не прикладывая усилий, позволил синяку исчезнуть. «Что ж, этот день я запомню надолго».
– Твоя еда, кстати, на столе.
А он и забыл, как наспех бросил её на стол перед тем, как приложил о него головой этого Ланиуса. «Мне даже понравилось!» – насмешливо подметил Командир, жестом приглашая пленницу к трапезе.
Отредактировала dedly_illness - Понедельник, 14 апреля 2014, 23:25
Девушка продолжала выжидающе смотреть на Лукаса. Ну, и что он предпримет? Кинется защищать недоделанного выродка или примет ее сторону? С одной стороны, с чего бы? Кто она ему такая, чтобы защищать? Безродная девица из враждебной Империи, да еще и пленница. Он же избавится от кучи проблем, если убьет ее. А в живых стихийницу оставлять нет смысла. Она все равно ничего не скажет. Никому. Она дура, что ли? Вроде еще может разумно мыслить. А значит, зеленоглазому и всем остальным, включая в первую очередь Ланиуса, придется выкусить.
С другой же стороны - достаточно было вспомнить об объятиях, и вся уверенность улетучивалась. Черт возьми! Этот стихийник, простите за каламбур, действовал совершенно стихийно. Откуда Джулли знать, что он выкинет уже через секунду? Он мог удивить даже ближайших друзей, чего уж там говорить обо всех остальных. И что же ей делать, черт возьми? Против мага ей не выстоять, тем более в такой ситуации. А больше брюнетка выходов и не видела. Если он на нее накинется...
Впрочем, опасения оказались безосновательными. Маг усмехнулся, обошел несколько удивленную девушку стороной и, приблизившись к распластавшемуся на полу слизняку, схватил того за шкирку, а после потащил к выходу из камеры.
- Ещё раз ослушаешься, и я размажу твои мозги по стенке так, что отодрать не смогут.
Брюнетка мстительно улыбнулась в спину Ланиусу, а спустя секунду, не издав ни звука, согнулась пополам от боли между ребрами. Вроде ничего не сломано, но эта сволочь силы совсем не рассчитывала. Вот уж кто точно убил бы, не задумываясь. Хотя в этом раунде проиграл все же он. Главное, чтобы он не заявился к ней в отсутствие Лукаса или стражи вообще. Тогда действительно у стихийницы могут возникнуть проблемы. Странно, но сейчас пленница видела в своем тюремщике не опасность или угрозу, а защитника. Докатилась. Комичная ситуация, не правда ли?
Расправившись с Ланиусом, зеленоглазый обернулся, наблюдая, как Джулли корчится от боли. Нахмурился и сделал шаг по направлению к ней, но волшебница тут же вскинула голову, настороженно за ним наблюдая. Что, неужели-таки решил продолжить экзекуцию? Но нет, снова девушка ошиблась. Стихийник просто вытянул руку вперед, словно показывая, что не причинит вреда, и негромко пробормотал:
- Залечу.
Стихийница мотнула головой, тряхнув волосами, свободным водопадом падающими на спину. Ага, как же, дуру нашел. Она не знала, какое наваждение напало на мага в прошлый раз, что он исцелял на ней последствия своей необузданной ярости, но девушка по-прежнему прекрасно помнила, что они враги. А если будет ему доверять, то так быстро с жизнью распрощается.
Лукас же, однако, тяжело вздохнул, закатил глаза и быстро приблизился к Джулли. Последняя напряглась.
- Отказ не принимается. Приподними топ и подними голову.
Пленница снова хотела было помотать головой, но мужчина, устав ждать, сам все сделал. Имперка замерла и затаила дыхание, стоило магу взять ее за подбородок, привлечь к себе и положить пальцы на ее разбитую губу. Стихийница выдохнула, когда по устам скользнуло тепло, мгновенно залечивая царапину.
Но куда большее смущение ее ждало, когда тюремщик бесцеременно потянул ее кофту вверх. Слава богу, что приподнял он ее до талии, не выше. Осмотрев внушительный синяк, мужчина удовлетворенно кивнул и исцелил последствия удара ноги. Стихийница продолжала настороженно за ним наблюдать.
- Твоя еда, кстати, на столе, - сообщил Лукас. Брюнетка так и не сдвинулась с места.
- Почему ты помогаешь мне? - негромко поинтересовалась она. - Мы вроде как враги, ты ненавидеть меня должен и стараться всячески сломать, а ты кормишь, лечишь и от придурков защищаешь.
Имперке действительно хотелось знать ответ на этот вопрос. Она на самом деле не понимала мотивации мага. Зачем все это, если он, вполне возможно, будет первым, кому прикажут ее пытать? Мужчины такие странные... А если он надеется, что от его доброго отношения девушка растает и выдаст ему всю интересную информацию об Империи, то ошибается. Здесь волшебница не могла никому доверять. Кроме разве что себя.
Вспомнив о кофте, пленница решила ее поправить и тут же заметила жадный взгляд Лукаса, скользнувший по ее животу. Имперка напряженно выпрямилась и нахмурилась. Ну и чего он уставился, спрашивается?
Semper te amabo...
~~~

I will no hide from what`s inside of me
Мужчина уже было собрался уйти и, конечно, завалиться спать хотя бы на оставшиеся полчаса, но пленница озадачила его. Подобного вопроса мужчина не ожидал, ибо считал, что Джулли подобное волновать не должно. Лукас замер и свёл брови к переносице, сосредоточившись.
– Почему ты помогаешь мне? – Хоуэлл почесал затылок и неоднозначно пожал плечами. – Мы вроде как враги, ты ненавидеть меня должен и стараться всячески сломать, а ты кормишь, лечишь и от придурков защищаешь.
«И почему, спрашивается, я ей помогаю?». Мужчина обернулся, устало глянул на дверь, теряя надежду на сон, и повернулся обратно к Джулли. Она, скрестив руки, ждала ответа. Вот только сам Лукас не знал его, посему сжал губы в тонкую полоску и моментально отключился от реальности, отдавшись в плен собственным мыслям. Он бы так ещё достаточно долго сидел, находясь в прострации и вылавливая там ответ, но имперка вежливо покашляла, заставила вернуться на землю.
– Ломать и ненавидеть? О, нет, этого я не обязан. Хватает вокруг придурков, занимающихся этим, – Лукас потёр переносицу, зажмурив глаза. – Считай, что это милосердие, – он пожал плечами и дёрнул рукой, оглядывая пленницу. Она рассматривала часть татуировки, которую не скрывала одежда.
Похоже, девушка тоже была не против хорошенько отоспаться. Об этом говорили синяки под глазами и, в общем-то, усталость, выдаваемая выражением лица. «Ей-то, может, это и удастся, а мне ещё сдавать, мать его, отчёт Перси. Отчёт, который я до сих пор не написал. Перси, который выводит меня своей тупость. Весёлый денек, однако». Командиру вообще претит мысль об постоянных отчётах, но, увы, Перси по праву занимал трон, а значит, Хоуэлл не мог его игнорировать. Не мог и ненавидел так же, как и бОльшая часть людей и магов королевства. В который раз за эту ночь маг направился к дверям, но стихийница и в этот раз его остановила.
Кажется, мужчина и сам не знал ответа на данный вопрос. Он задумался, нахмурив брови, взгляд стал отрешенным. Лукас молчал, словно обдумывая слова пленницы. Может, она не видела и не понимала очевидных вещей, но она действительно не могла понять, зачем тюремщику ей помогать. Сказать, что он преследовал собственную выгоду? Да нет, глупости. Что девушке отдать ему? В том-то и дело: нечего. Информацией, как уже выяснилось, Джулли не будет делиться даже под пытками. По всему выходило, что он бы ничего не потерял, убив ее. Даже сохранил бы себе нервы.
Но то ли стихийница чего-то не понимает, то ли что-то здесь не так... Вновь некстати вспомнились объятия, но особа отмахнулась от этих воспоминаний. Маг-то наверняка об этом не задумывается, а она почему должна?
Наконец, спустя энное количество времени, стихийник сподобился ответить:
- Ломать и ненавидеть? О, нет, этого я не обязан. Хватает вокруг придурков, занимающихся этим. - "На Ланиуса намекает, не иначе", - подумалось девушке, но вслух она ничего не сказала. Внимание почему-то привлекла татуировка мужчины. Ее-то волшебница и таранила внимательным взглядом, рассматривая. Внезапно захотелось провести пальцами по загадочной вязи, будто стараясь ощутить эту самую паутинку полос, тянувшихся от плеча до запястья. Да что с ней происходит? С каждом разом желания становятся все более странным.
Качнув головой, Джулли приказала себе прийти в себя и не отвлекаться на пустяки. Действительно, что это с ней? Все чаще ловит себя на мысли, что засматривается на тело мага и вспоминает об объятиях. Пора уже это прекращать, пока не превратилось в манию.
- Считай, что это милосердие, - добавил стихийник, чуть помолчав. Девушка пожала плечами, а в глазах был явный скепсис, но вслух она, понятное дело, не сказала ни слова.
Так они и стояли некоторое время молча. Лукас снова развернулся, чтобы уйти (Джулли видела его тоскливый взгляд, брошенный на дверь), но внезапно посмотрела на свою недопостель, чуть нахмурившись. Может, попросить? Не убьют же ее за такую просьбу. По крайней мере, брюнетка на это надеялась. Испытывая незначительные муки совести из-за того, что снова придется задерживать мага, пленница все же привлекла его внимание. Ее саму удивило, как глупо сейчас звучал ее голос - негромко и почти нерешительно. И это она-то гроза Иммперии? Ха!
- Хм... спасибо за то, что защитил перед этим козлом. - Мужчина обернулся вновь и внимательно посмотрел на стихийницу. Его брови поползли вверх. Да что там - девушка и сама не ожидала от себя каких-либо извинений. Делала она это крайне редко и явно не перед врагами. Наверное, этот случай - всего лишь исключение. - Я не знаю, какие у тебя мотивы, но пока что, видно, ты не собираешься меня убивать. - "Но информацию об Империи я тебе все равно не выдам!" - И раз уж пошло такое дело... Я могу попросить об услуге?
Мужчина молча смотрел на имперку, ожидая продолжения. Джулли расценила молчание, повисшее в воздухе подобно густой патоке, как согласие.
- Мне нужна подушка, - чуть опустив голову, выдала пленница. Как же глупо, наверное, она сейчас выглядела! Враг и пленник просит мага Королевства о... подушке! Вот уж новость. Чуть осмелев, волшебница продолжила: - На этом тюфяке, знаешь ли, из рук вон плохо спать. Все равно я не смогу сделать из подушку оружие, верно? Разве что перьями защекочу до смерти, - чуть усмехнулась особа.
Осталось только дождаться ответа. Неумолимо клонило в сон. Да, этот день был чертовски трудным.
Semper te amabo...
~~~

I will no hide from what`s inside of me
– Хм... спасибо за то, что защитил перед этим козлом.
Хоуэлл обернулся и внимательно посмотрел на имперку. Он был достаточно сильно удивлен, поскольку считал, что девушка не очень часто позволяет себе подобное. И, конечно, он был уверен, что от неё он этого не услышит. Лукас кивнул, не отрывая внимательного взора от пленницы.
– Я не знаю, какие у тебя мотивы, но пока что, видно, ты не собираешься меня убивать. И раз уж пошло такое дело... Я могу попросить об услуге?
«Услуга?!». Сначала Командиру показалось, что ему это просто-напросто послышалось, но позже до него дошло, что это не сон и не галлюцинации. Джулли заинтересовала мужчину, даже очень заинтересовала. Она говорила с таким лицом, будто собиралась попросить его отпустить её и убить себя, чтоб проблем было меньше. Он выжидающе глянул на мага.
– Мне нужна подушка. На этом тюфяке, знаешь ли, из рук вон плохо спать. Все равно я не смогу сделать из подушку оружие, верно? Разве что перьями защекочу до смерти! – усмехаясь, выдала стихийница.
Хоуэлл еле подавил приступ смеха и, нервно прокашлявшись в сжатый кулак, плавно кивнул. «Будет тебе подушка». Мужчина развернулся и вышел, улыбаясь и надеясь, что достаточно быстро добудет подушку. Здесь, в штабе, сейчас их могло попросту не хватать из-за раненых и тех, кто решил переночевать в этом месте.

– Ричи, мне нужна подушка. – Устало выдал Лукас, практически ложась стойку охранника.
– Командир, я думал она у Вас есть, – выдал охранник, добродушно улыбнувшись и подскочив с места. – Сейчас же принесу.
– Она не мне, Ричи, – пробормотал Хоуэлл, потирая шею, и добавил: – Для пленницы.
Мужчина, обогнув стол, выудил из широкой штанины большую связку ключей и принялся их перебирать. Нашёл нужный ключ, открыл подсобку и достал подушку, всё так же улыбаясь.
– Ох, в этот раз вы слишком балуете. Вам бы поспать, – растерянно пробормотал Ричи, отдавая подушку. – Но мне понравилось, как вы вышвырнули Ланиуса за дверь! Когда он проходил мимо, у него дрожала нижняя губа.
Командир задорно улыбнулся и, приняв подушку, одобрительно похлопал Ричи по плечу. Мужчине было уже за пятьдесят, но душой он никогда не старел. Всегда был бодр и весел, часто поднимал настроение Лукасу, хорошо работал. Он нравился Хоуэллу, а это многого стоило.

Командир склонился к Джулли, внимательно её разглядывая. Лукасу казалось, что его не было не так уж и долго, но имперка не дождалась. Заснула, сжавшись на тюфяке. Она красива и, конечно, сильна. Во сне выглядит более нежной, более податливой. Хоуэлл старался присечь возникшую симпатию, но пока получилась... никак не получалось. Командир осторожно, стараясь не разбудить, приподнял голову имперки и пристроил под неё подушку. Он замер, вглядываясь в её умиротворённое лицо. Слишком поздно понял, что склонился слишком близко и уже дышит ей в губы. «Какого хрена ты творишь, Хоуэлл?! Она враг!» – рассудок протестовал. Ещё немного и... Штаб тряхнуло, на улице раздался крик и что-то вроде взрыва. Мужчина быстро выпрямился и, отупстив пленницу, резко развернулся. В комнату влетел один из подчиненных и, ошалело оглядев сонную имперку и Командира, прохрипел:
– На нас напали, Командир!
– Кто?! – зарычал Лукас, бросаясь на улицу.
– Это они, Командир! Те, что были с пленницей на драконах!
«Я разберусь с этим! Чёрт бы их побрал». Мужчина вылетел на улицу, готовясь к очередному бою. Зря они вообще сунулись в королевство.
Мужчина усмехнулся и, прокашлявшись в кулак, дабы не расхохотаться, вышел из камеры. Девушка же продолжала тупо стоять посреди помещения, не зная, чем себя занять, пока ждет мага. Да, собственно, у нее и вариантов-то не было. Если отбросить все остальное, плен - весьма скучная штука. Хотя если это такое психологическое воздействие, не считая пыток, то весьма и весьма действенное. Ну вот стоит она одна посреди камеры - а дальше что? Пленница даже хотела сесть на пол в ожидании Лукаса, но взгляд сам собой упал на тюфяк. Он всяко удобнее будет. Хотя, конечно, не идет ни в какое сравнение с мягкой и удобной кроватью. Но где ей такую найти? Пора бы уже привыкнуть к своему новому статусу. К тому, что она пленница и что не видать ее удобства и комфорта как своих ушей. Было бы глупо рассчитывать, скажем, на мягчайшую постель с шелковыми простынями, вкусную еду и теплую ванну с водой, в которой плавают лепестки роз. Хех, какие только мысли не придут в уставшее сознание.
Сначала пленница села на тюфяк, а потом вытянулась во весь рост. Дыхание тут же выровнялось, стало более глубоким, и брюнетка и сама не заметила, как провалилась в сон. По крайней мере, она уже не различала реальность и иллюзию и ошибочно принимала последнюю за настоящее время. Перед мысленным взором тут же всплыли лица тех людей, что она видела во сне раньше. Джулли тихонько что-то пробормотала и перевернулась набок, сжавшись. Кто эти люди? Почему они вот уже второй раз ей снятся? Несмотря на то что лица были очень и знакомыми и, пожалуй, даже родными, стихийница однозначно ни разу не встречалась с незнакомцами. Ни не поле боя, ни просто так. Она их видела впервые. Или нет? Да черт возьми, что же это такое?! Почему с этим пленением у нее появилось так много вопросов, на которые она не может найти ответов? И даже более того - стали появляться такие вещи или события, о которых она раньше понятия не имела. Например, Джулли не знала, что ее, как, собственно, и всех магов, можно подвергнуть гипнозу. Еще один пример - что брюнетка способна на проявление милосердия. И последний пример - эти люди, второй раз являющиеся ей, стоит только заснуть. Как ей в одиночку разобраться со всеми этими проблемами, что навалились нежданно? Она ведь даже не знает, с чего начать, за что взяться. От напряженных раздумий заболела глава. И девушка, царапнув ноготками по ткани тюфяка, окончательно провалилась в царство Морфея, крепко заснув.

***

Разумеется, она проворонила тот момент, когда в комнату вернулся Лукас с подушкой. И не почувствовала, как он аккуратно, стараясь не разбудить, приподнимает ее голову, подкладывая подушку. Но отпускать ее мужчина не спешил. Пленница же сейчас была занята совсем другими мыслями и ничего не осознавала, что касалось реальности. Губы чуть приоткрыты, дыхание слегка рваное - стихийница мучительно старалась вспомнить, откуда она помнит лица этих людей. А голова болела все сильнее. Даже во сне это было ощутимо. Имперка негромко вздохнула, привлекая внимание мага, и заерзала на неудобном и вообще-то жестком тюфяке, пытаясь устроиться поудобнее. А тюремщик продолжал удерживать на весу голову пленницы, неосознанно склоняясь все больше. И вот уже его горячее дыхание опаляло губы пленницы. Девушка, поморщившись от головной боли, наконец-то проснулась. И тут же замерла, широко распахнув глава и с безмерным удивлением смотря в зеленые глаза мага, сейчас необычайно задумчивые. Джулли была психологически не готова к такому, а потому впала в самый настоящий ступор, не зная, куда себя деть. Жизнь к таким ситуациям ее не готовила. Может, еще не поздно вернуться в тот сон, пусть и полный недомолвок и вопросов? Там хоть не надо думать, как себя вести, - там подсознание само все решает. А здесь... весьма двусмысленная ситуация.
Маг наклонился еще ниже, почти соприкасаясь лбами с имперкой, как вдруг здание неслабо тряхнуло, и мужчина тут же напряженно выпрямился. Джулли, соскользнув с тюфяка, больно приложилась головой о каменный пол и негромко застонала. В камеру вбежал один из подчиненных Лукаса и что-то прокричал командиру. Тот, что-то зарычав, выбежал следом. Следом ринулась и волшебница. Единственное, что она поняла из короткого доклада, - штаб-квартиру атакуют ее знакомые. Те, кто был с ней. Аргон и Ворон! Возможно, еще и Лиерра, хотя вряд ли девушка смогла бы бросить дела Империи. Но она не могла позволить погибнуть товарищам! Однако пыл имперки сдержал магический барьер. Брюнетку отбросило назад. Пленница бессильно саданула кулаком по полу, разбив костяшки в кровь.
- Только попробуй убить их! - прорычала девушка, обращаясь, конечно же, к отсутствующему Лукасу.

***

- Аргон, не переусердствуй! - предупредил Ворон, точным магическим ударом отправляя одного стражника, не успевшего и пикнуть, к праотцам. Напарник же в это время осыпал твердокаменное здание градом молний. Отвлекшись, он едва не получил стрелой в глаз и тут же превратил несчастного лучника в мокрую лужицу - это все, что от него осталось. Аргон повернулся к Ворону.
- Я не позволю им ее пытать!
Ворон лишь тяжело вздохнул. Это была глупая затея - двое магов-стихийников, открывших доступ ко всем пяти силам природы, отправились поистине на смертельную вылазку, не обговорив это с Даном. Аргон бушевал и бился в истерике, потому что Джулли находилась в плену и не известно, что там с ней могли сделать и как неволя повлияет на стихийницу. А вдруг к ней рукоприкладство применяют?! Конечно, маловесомые аргументы, но в конце концов беловолосый маг заявил, что отправится в одиночку спасать подругу. Конечно, Ворон не мог отпустить его одного, а потому теперь они единым фронтом, ведомые одной целью, методично уничтожали штаб-квартиру, молниями, огнем и землей выбивая из здания огромные глыбы камня. Воины Королевства, видимо, этого совсем не ожидали, потому что сейчас под летающими драконами двух сильнейших магов Империи бегали лишь разрозненные группки людей, не одаренных магией, да пара волшебников с двумя-тремя стихиями. Аргон уже мысленно праздновал победу: если так будет продолжаться и дальше, они без труда освободят Джулли.
И наконец-то появился он. Тот самый маг, что похитил напарницу. Его Аргон узнал бы из тысячи. Зеленые глаза свирепо сверкали, и беловолосый, бесконтрольно зарычав, направил своего дракона почти перпендикулярно земле, навстречу противнику. Существо разинуло пасть и усеяло местность огненными шарами. Пара снарядов попала внутрь здания, раздался взрыв, паника среди стражников еще больше усилилась. Огненные заряды полетели также и в голову зеленоглазого мага, и Аргон усилил эту атаку любимой молнией. Да, даже драконы в "миниатюре" могли извергать огонь, причем делали они это не хуже своих более крупных собратьев. Если не сказать, что лучше.
- Отдай Джулли! - заорал Аргон, стремительно приближаясь.
Их отношения нельзя было назвать любовными. Но и дружескими тоже нельзя. Что-то среднее? Да и это не совсем точно. Одно время они любили друг друга как брат и сестра - нежно и трепетно, однако постепенно чувства Джулли к Аргону переросли в просто дружескую привязанность, а вот отношение к напарнице у товарища изменило полярно свою направленность. Чувства стали более глубокими, более искренними. Но не любовь. Аргону нравилось тело девушки, однако он больше заботился о ее душе, если можно так выразиться. Да, вот такие вот странные отношения. Но не любовь. И Аргон не позволит, чтобы Джулли кто-то пытал и пленил!..

***

Внезапно совсем неподалеку раздался взрыв, половина прутьев была погнута или вовсе сломана, а пленницу отбросило назад, припечатав к стене. Отколовшийся от железной перегородки кусок металла больно рассек кожу лба, и глаза тут же оказались залиты кровью. Девушка выругалась, рукавом кофты пытаясь оттереть кровь с лица и зажимая царапину. Она сразу же узнала стиль боя. Аргон. Ребята действительно пришли ее спасать.
- Аргон, мать твою... - прошипела имперка, по-прежнему прижимая ладонь ко лбу, но кровь продолжала сочиться. - Больно же!
Semper te amabo...
~~~

I will no hide from what`s inside of me
Только попробуй убить их!
Лукас раздраженно отмахнулся от слов Имперки. «Только попробовать убить? Пфф. Сами сунулись, и нечего за них переживать». Было не до выяснения отношений: Хоуэллу нужно было спасать не только своих подчиненных, но и остальных, находящихся в штабе. Спасать нужно было даже задницу пленницы, которая на месте точно сидеть не будет и на тюфяк спать не уляжется. Здание вновь тряхнуло, и Командир прибавил ходу, желая расправиться со всем как можно скорее. Уставший, истощенный организм требовал заслуженный отдых, который, по-видимому, наступит не скоро. Проблем прибавит и сопляк Перси, вечно ноющий, что все должны перед ним отчитываться. «Потребует объяснений - врежу!» – твёрдо решил для себя Командир. Он-то был уверен на все сто, что никто не вступится, даже учитывая статус "короля" Перси.
Лукас, едва не пробив дверь и свирепо сверкнув глазами, выскочил на улицу, интенсивно гоняя энергию по организму. Главное - не отключиться в самый важный момент и не истощить запас энергии. Мужчина и решить ничего не успел, как один из имперцев ринулся к нему на своём драконе. Хоуэлл цокнул, отскакивая в сторону, и, заметив краем глаза огненные шары, прибегнул к помощи земли. Отбиться-то он отбился, а вот штаб-квартиру защитить не успел: раздался мощный взрыв, а за ним громкие крики. «Чёрт бы вас побрал!» - Хоуэлл зарычал и устремил взгляд зелёных глаз на врага.
Отдай Джулли! – грозно выдал беловолосый.
Закатай губу, – Лукас ухмыльнулся, – и проваливай.
Маг зло закричал и вновь ринулся к Командиру, но он, предугадав поведение противника, в самый последний момент резко уклонился, уходя в сторону, и мощным потоком воздуха сбил мага с его питомца. Не было времени тупить, посему мужчина бегом направился к поднимающемуся противнику. Меч легко выскользнул из ножн и уже буквально через секунду был подставлен к горлу белобрысого. Убивать его не хотелось, но даже дурак поймёт, что если на войне не убьешь ты, то убьют тебя.

Отзывайте своих ящериц, – бросил Хоуэлл, бегло оглядываясь. Второй противник пропал из виду; Лукас напрягся, готовясь в любую минуту отразить отаку со стороны. Белобрысый расхохотался, как умалишенный ушлёпок, и, что-то невнятно пробормотав, сбил Командира с ног. Такого поворота событий маг не ожидал.
Верни нам Джулли!
«Чёртов псих!» – Хоуэлл раздраженно выдохнул и, размахнувшись, хорошенько врезал имперцу, тем самым сбросив его с себя. Что ж, так просто от них не избавишься. Радовало лишь то, что второй противник не лез, и то, что пока нигде не было видно Джулли. «Надеюсь кто-нибудь додумался её вырубить!» – бегло подумал мужчина, отбивая атаки белобрысого мага.
Отредактировала dedly_illness - Четверг, 03 июля 2014, 23:05
Аргон совершенно не ожидал, что от его атаки, по всем канонам бывшей внезапной, уклонятся. Разумеется, это привело стихийника в еще большую ярость, хотя, казалось, куда уж больше. Может, стоило послушать Ворона, который что-то до сближения противников кричал и к чему-то призывал? Наверное. Кстати, где он?
Бегло оглянувшись, Аргон понял, что напарник пропал из виду, и коротко выругался. А зеленоглазый маг Королевства поставил земляной блок от огня питомца блондина, что лишний раз задело его за живое. Да как он смел! От него, от великого Аргона, не уходил еще никто! Можно было, конечно, посчитать это хвастовством и пустой бравадой перед врагом, но стихийник ничуть не приукрашивал действительность. Его на самом деле называли так простые обыватели, которые если и не видели его, так были наслышаны уж точно. Великий Аргон, непробиваемый Ворон, милосердная Лиерра и неприступная Джулли. И без последней команда уже не была командой. Они обязаны спасти ее из лап Королевства! В том, что она не выдаст ни одного секрета Империи, Аргон был уверен, но не хотел даже представлять, как ее пытают. Тогда его тело начинало действовать автоматически, стремясь только к одному - спасти подругу. Беловолосый был готов положить жизнь ради нее. А может, все-таки любовь?
На его же требование вернуть стихийницу противник усмехнулся, уверенный в победе:
- Закатай губу и проваливай.
Не контролируя себя, Аргон ринулся в бой вновь, но враг уклонился и потоком воздуха сбил его с дракона. Выругавшись, беловолосый не очень мягко приземлился и тут же почувствовал у шеи холодную сталь. Зеленоглазый. Силен, ублюдок. Хотя Джулли ему не победить.
- Отзывайте своих ящериц, - посоветовал маг, напрягаясь. Что, тоже не нашел поблизости Ворона? Если захочет, брюнета никогда не найти. Лишь Лиерре это всегда безошибочно удавалось практически мгновенно. Да только ее здесь нет. Однако Аргон еще не закончил. Ловкой подсечкой он сбил мужчину с ног и безумно расхохотался, хотя хотелось едва не выть.
- Верни нам Джулли!
Противник неслабо врезал Аргону, заставив его стиснуть зубы от боли, и отбросил от себя, поднимаясь на ноги. Беловолосому это надоело, и он призвал свою силу и пошел в атаку уже магическую. Враг умело ставил блоки и отражал удары, но стихийник не сдавался: либо он, либо его. А он сейчас сражается не за себя.
- Аргон! - закричал Ворон откуда-то сверху, и к беловолосому поспешила подмога в виде его напарника и двух драконов - его и брюнета. С помощью стихии воздуха паря над землей, Аргон устремился к своему питомцу. Он почти достиг мифического животного, почти... Как его грудь пронзили с десяток стрел, состоящих из чистого огня. Маг взвыл от боли, опора из воздуха под ним мгновенно обрушилась, и он на скорости полетел к земле, однако его питомец, издав зловещий рев, подхватил своего хозяина на мощную спину. А после, рыкнув еще раз, но уже как-то горестно, начал поливать землю огнем, вызывая пожары то тут, то там. Аргон забыл о защите. Устремился к дракону и позабыл, что он на войне. Ну, он старался... Эту битву выиграл зеленоглазый маг. Увы, она стала для беловолосого последней... Атака врага была слишком неожиданной.
Во взгляде Ворона вспыхнула тьма, и он окружил пространство промозглым воздухом, а потом вызвал сильнейший ливень, создав вокруг себя мощную защитную сферу, из-за которой его и назвали непробиваемым. Проходя через воронку ледяного ветра, капли дождя превращались в снег, что стремительно сковывал землю льдом. Немногочисленные охранники замерзали, почти сразу покрываясь корочкой льда, которая постепенно становилась все толще. А дракон погибающего Аргона продолжал изрыгать пламя, превращая замерзших охранников в обгорающие факелы, исходящие паром. Практически все погибли, осталось от силы человек десять. И только тогда Ворон успокоился. Он приблизился на своем летуне к питомцу Аргона, а хозяин харкал кровью и все силился что-то сказать, но из обожженной изнутри груди вырывались лишь нечленораздельные хрипы.
- Это за моего друга, - холодно отчеканил Ворон, распространяя свою сферу и на Аргона, и на его дракона. Обращение было адресовано непосредственно зеленоглазому. - И за Джулли. Учти, маг Королевства, мы еще вернемся. Это не конец. В следующий раз все будет иначе.
Тон брюнета не оставлял сомнений в правдивости слов. В следующий раз все действительно будет иначе.

***

- Не-ет! - яростно закричала Джулли, вырываясь из стальной хватки двух стражников, которые схватили ее за руки и пытались связать, чтобы та не шумела, а также заткнуть рот кляпом. Правда, несчастные не подозревали, что брюнетка охвачена яростью. Освободив одну руку, она врезала кулаком одному стражнику в солнечное сплетение, перебивая поток кислорода в легкие и повергая того на пол, другой с силой получил коленом в живот и тоже рухнул наземь. Девушка, схватив мужчин за волосы, шарахнула головы друг о друга, вырубая сразу обоих, и тут как раз в камеру ворвался очень уставший, но разъяренный Лукас, видимо привлеченный шумом. Стихийница резко обернулась, пылая праведным гневом. Она не знала наверняка, но чувствовала: Аргон убит. Этого она магу не простит. Даже без магии она отомстит ему - задушит или, отыскав огнестрельное оружие, пустит ему пулю в лоб. Были бы с ней ее клинки, заряженные магией... Имперка зарычала от ярости: - Ты убил Аргона!
Она не спрашивала - утверждала и обвиняла. Все четверо стихийников были тесно связаны между собой. И сейчас темноволосая чувствовала, что частичка ее души погибла. В глазах стояли злые слезы. Маг молчал.
Semper te amabo...
~~~

I will no hide from what`s inside of me
Хоуэлл поглубже вдохнул, отбивая последнюю атаку Имперца и не позволяя себе расслабиться: это бой не на жизнь, а на смерть. И сейчас, замечая краем глаза дракона белобрысого, Лукас в очередной раз убедился, что бить нужно в полную силу. Противник, прекратив атаковать, призвал магию воздуха и ринулся к своему питомцу. «Вот оно!» – мужчина резко выдохнул, вскидывая руки к небу. Блондин, видимо, и думать забыл о защите, посему летел сейчас к своему огнедышащему зверьку совершенно беззащитный. Лукас резким движением направил руки в сторону мага и ударил. Ударил как можно сильнее, высвободив добрую половину сил, дабы огненные стрелы достигли цели. И они достигли, застали противника врасплох. Маг взревел, выгнувшись в спине так, как это делают пораженные люди, и полетел вниз на бешенной скорости. Вот только дракон не дал ему упасть. Издав грозный рев, он начал горестно изрыгать огонь. «Достал!» – Капитан устало дёрнулся, но не позволил себе расслабиться: рядом кружил ещё один противник.
Тот, второй маг, явно был в бешенстве. Долго не думая, он принялся уничтожать людей Лукаса. От той кучи людей, яростно защищавших штаб и Королевство, ничего не осталось. Хоуэлл был готов истошно кричать, стараться защитить ребят и уничтожить мага, но сил совсем не осталось. Он смог спасти лишь пару парней и себя.«Ослаб...» – раздраженно подумал маг, пряча за собой ещё совсем молодого полумёртвого мальчишку. Он выиграл бой, но не войну.
– Это за моего друга и за Джулли. Учти, маг Королевства, мы еще вернемся. Это не конец. В следующий раз все будет иначе.
Хоуэлл, столкнувшись с взглядом противника, нахмурился: маг не врал. Всё только начинается. И прежде, чем весь этот ад прекратился, Лукас успел подумать лишь о том, что Джулли попытается его уничтожить.

Как только медики подоспели, Командир, оставив выживших, разъяренно поспешил на крики. Да, он совсем не сомневался, что кричала пленница. Она, должно быть, уже знает. Знает и ненавидит. Но Лукас очень надеялся, что это не так. Когда он, влетев в камеру, увидел, как Джулли вырубила его ребят, то ещё больше разозлился. Вот только не на девушку, а на самого себя. Имперка, вся раскрасневшаяся и со слезами на глазах, взревела:
– Ты убил Аргона!
Как-то глупо осознавать, что ты, взрослый и сильный мужик, мнёшься перед пленницей и не можешь ничего сказать. А сказать-то, кажется, и нечего. Маг устало прикрыл глаза, чувствуя всю ту бурю эмоций, которую сейчас переживала Джулли.
– Да, убил. И если бы были силы, то, черта с два, смог бы спасти своих ребят! – грозно выдал мужчина. – Это война. Здесь только одно правило: убей или будь убитым.
Девушка на секунду затихла, глубоко вздохнув, и тряхнула головой, будто надеялась, что это сон. Джулли разрыдалась, явно наплевав на то, что перед ней стоял враг. И сейчас она могла бы кинуться на него, попытаться убить голыми руками, но она просто смотрела на мужчину с такой ненавистью, что ему захотелось провалиться сквозь землю. Провалиться, лишь бы не видеть всего этого. Он, схватив со стола наручники, блокирующие силу, надел их на руки Имперки, которая даже не думала сопротивляться. Решив, что её лучше оставить, маг направился к выходу, устало бросив:
– Завтра тобой займутся. Постарайся не убить никого, ладно?
Командир прекрасно понимал, что она попытается. Назло. Чтобы отомстить. И он окончательно решил, что займётся ей сам. Пусть даже это будет ужасно тяжело.
Джулли в ответ на свое обвинение не услышала ни оправданий, ни взаимных наездов. Маг просто долгое время молчал, сверля пленницу задумчивым взглядом и, кажется, не находя слов. Да и что тут говорить, когда и так все понятно? После довольно долгого визуального контакта мужчина устало прикрыл глаза. Выглядел он измученным. Но это не волновало девушку. Будь она в силах, убила бы его даже в таком состоянии. Лежачего не бьют? Плевать.
- Да, убил. И если бы были силы, то, черта с два, смог бы спасти своих ребят! Это война. Здесь только одно правило: убей или будь убитым.
Все это зеленоглазый произнес на одном дыхании, грозно и яростно. Интересно, останься у него сейчас силы, он бы ударил девушку? Вероятнее всего, да. Более того - не исключены и пытки. Но пленницу это не трогало. Пока она может связно выражаться, а не скулить после пыток, как побитая собака, и действовать соразмерно своей воле, а не чужому навязанному желанию, она должна выудить всю информацию о Королевстве. У Лукаса спрашивать что-либо не вариант, он, похоже, знает все ее методы. Но другие-то не такие проницательные... В голове созрел безумный план, и имперка намеренно склонила голову, длинными темными прядями пряча мелькнувший в глазах мрачный всполох. Будто магия снова в ней проснулась, несмотря на сковывающие ее браслеты. Тем лучше. Враг перед ней, в двух шагах - нападай! Но нападать было рано. Чужачка все равно не выйдет победительницей из этой схватки, ведь она физически слабее, а магию сейчас не вернуть. Мразь предусмотрела все варианты развития событий. Молодец. Но ему невдомек, что слабая и беззащитная девушка что-то задумала. Да кроме того - намерена в ближайшее время осуществить свой план. Но сейчас предстояло разыграть последний спектакль. Хотя притворялась ли стихийница? Вряд ли. Она по-прежнему ощущала в груди пугающую пустоту, даже вопреки тому, что связь с остальными товарищами, оставшимися в Империи, - Вороном и Лиеррой, - лишь укрепилась. Но ниточка, ведущая к Аргону, утеряна безвозвратно... Необходимо время, чтобы примириться с потерей близкого товарища, соратника и однокомандника. Но у Джулли этого времени просто не было. Она будет действовать сейчас.
Вновь вспомнив об Аргоне, пленница разрыдалась, спрятав лицо в ладонях, плечи ее тряслись от плохо сдерживаемой ярости. Взгляд, полный истинной ненависти и направленный на зеленоглазого, не сулил ничего хорошего. И маг это понимал. Увидев в глазах такой вихрь чувств, он, судя по всему, подумал, что в одних сковывающих браслетах правды нет, и решил обезопасить себя еще и наручниками, также блокирующими силу и взятыми со стола. Он подошел к пленнице и быстро сцепил ее тонкие запястья, вновь разрывая дистанцию. Боится... Чудно. Магесса не сопротивлялась захвату. Плевать. Плевать, что с ней сделают. Осуществлению плана наручники не помешают.
- Завтра тобой займутся. Постарайся не убить никого, ладно?
Не успев вытереть слезы, стихийница желчно рассмеялась и одним пальцем показала, что думает о подобного рода просьбах. Как минимум еще одна жертва будет на ее совести. И минимум - ключевое слово. За Аргона она убьет много больше.
Тяжело вздохнув, зеленоглазый наконец покинул камеру, оставив пленницу одну. За те два часа, что чужачка пролежала на тюфяке, бессмысленно уставившись в потолок, никто ее больше не посетил. Поняв, что прождала уже достаточно, магесса одним движением вскочила на ноги и пинком отправила тюфяк почти вплотную к стене. Затем подняла обе руки - спасибо наручникам - к груди и расстегнула еще несколько пуговиц сверху на темной рубашке, обнажая соблазнительную ложбинку и край черного бюстгальтера. А после пальцами взъерошила длинные волосы, выпуская их из плена резинки, и намеренно стянула обтягивающие штаны до бедер. Жалобные слезы в глазах, губы чуть дрожат, личико бледное - и все готово. В Джулли умерла великая актриса.
Закончив приготовления, стихийница подошла к двери и прислушалась. Вроде все тихо. "Лишь бы не наткнуться на Ланиуса или, того лучше, Лукаса..." Убедившись в том, что никто не собирается к ней зайти, девушка, действуя на свой страх и риск, тихонько постучала в дверь. Затем еще и еще. Для пущего эффекта даже негромко всхлипнула. Наконец небольшой отсек для охраны, предназначенный для того, чтобы убедиться, что с пленницей все в порядке, открылся, и девушка столкнулась взглядом с охранником, настороженно за ней следящим. "Пора..."
- Пить... - прошептала пленница, томительно медленно облизывая губы. Охранник ошалело замер. - Пожалуйста... Я очень хочу пить...
Имперка двумя руками рванула ворот рубашки, будто он ее душил, и тем самым открыла еще больший обзор на грудь. Охранник послушно уставился в предложенный вырез, нервно сглотнув. А после перевел взгляд на личико брюнетки.
Его взгляд стал масленым и ну-очень-плотоядным.
- Ты ведь понимаешь, что я просто так не дам тебе флягу... Как насчет оплаты?
Есть. Охранник оказался достаточно тупым и клюнул на примитивное соблазнение. Теперь все зависит от поведения чужачки.
- А кто сказал, что я не готова предоставить то, что ты желаешь?.. - слабо улыбнулась магесса, скользя пальцем к ложбинке между грудями. Дверь незамедлительно открылась, являя охраннника в полный рост, с оружием и флягой на поясе. Невооруженным взглядом было видно, что охранник... в полной боевой готовности. Джулли попыталась скрыть усмешку. - Но сначала фляга.
Мужчина нетерпеливо отстегнул флягу и бросил ее пленнице, после чего прошел в камеру и захлопнул за собой дверь, замыкая ловушку, в которую он сам же и угодил. Его жадный взгляд скользил по подтянутой фигуре имперки, пока она пила. На самом деле жажда ее не мучила, но являлась лишь предлогом. А теперь десерт.
Несколько капелек прохладной воды стекли по подбородку и устремились вниз. Охранник проследил взглядом за влагой, уткнулся в одежду и зарычал, набрасываясь на стихийницу. Девушка ловко уклонялась от поцелуев, одновременно таща мужчину к тюфяку. Опрокинув стражника и усевшись сверху на колени, волшебница будто нечаянно поерзала, бедром ощущая напряжение несчастного, и, склонившись к самому уху, прошептала:
- Расскажи мне все...
И охранник рассказал, выкладывая всю подноготную о Королевстве и ощущая горячие ладони брюнетки на себе. Он уже буквально исходил слюной, и девушка поняла, что пора заканчивать. Иначе, не ровен час, ее точно изнасилуют. Соблазнительно улыбнувшись, пленница приблизилась к губам стражника, и тот, мечтательно прикрыв глаза, лишь крепче прижал к себе стройное тело, ожидая "сладенького". Хотя вряд ли следующие действия были тем, на что он рассчитывал. Чужачка запустила пальцы в волосы мужчины и с силой шарахнула его головой о стену, на которую он облокотился, на всякий случай зажав рот рукой. Несчастный захлебнулся криком и мгновенно потерял сознание, но был все еще жив. Хотя Джулли и не рассчитывала на один удар. Она снова приложила сластолюбца о стену головой, послышался треск. Девушка честно не стала разбираться, что это было - голова или стена. Но охранник был уже мертв. Она встала, брезгливо спихнула с тюфяка тело и пошла мыть руки. Теперь она располагала всей доступной информацией о Королевстве: количество гарнизона, есть ли подкрепление, сколько магов, насколько они сильны, куют ли кузнецы заряженное магией оружие - словом, все.
Semper te amabo...
~~~

I will no hide from what`s inside of me
Только добравшись до душа, Лукас осознал, как сильно вымотан. Тело неприятно ныло, а совсем недавно раненную руку ломило так, будто пленница и не оказывала нужную тогда помощь. Сейчас, когда всё более-менее улеглось, обшарпанный душ с ледяной водой и жесткий матрас казались роскошью. Ещё в душе, подставляя бледное лицо под струю воды, Хоуэлл ощутил непозволительную слабость в ногах и чуть не рухнул на когда-то белый кафель. Сначала мужчине казалось, что как только его голова коснётся подушки, то рой раздражающех мыслей вытеснит из головы блаженную и лёгкую пустоту, и он не сможет уснуть. На деле же всё было просто: он отключился сразу же после того, как упал на хлипкую казённую кровать, которая под его весом лишь жалобно заскрипела, но, как ни странно, не развалилась.
Полноценно выспаться Командиру не дали, посему он, проспав не больше четырёх часов, сейчас направлялся к Перси. Бобби нагнал уже у лестницы, ведущей в зал совещаний, и, радушно похлопав Лукаса по здоровому плечу, начал говорить:
– Как ты относишься к заговору и свержению щенка с престола? – заговорщицки выдал Бобби и задорно подмигнул, игнорируя хмурых охранников, стоящих у стены.
– Он захлебнётся в своём же дерьме прежде, чем мы до него доберемся.
Советник лишь довольно кивнул и замолчал, решив, видимо, что Хоуэлла итак нехило потрепало за последние дни. Но он явно не мог и подумать о том, что Лукас мысленно поставил пометку у темы с заговором, дабы после серьезно её обдумать. «И до чего только я докатился?!» – Командир раздраженно фыркнул. Об этом, наверно, стоило подумать раньше, но долгое отсутствие друга маг заметил только сейчас.
– Где Аларик? Он не попадался мне после первой битвы.
– Решил, что и без него справимся. Сопит в подушку или развлекается в баре. Чёрт его знает, Хоуэлл.
Мужчины задержались у массивных дверей лишь на пару секунд, а потом, не постучав, вошли. Круг Советников, как оказалось, уже был в сборе. Даже поганный Перси в этот раз не опоздал, что не могло не удивлять.
– Что ж, посмотрим, что нам по этому поводу скажет наш Командир! – Лукас мысленно сомкнул руки на тоненькой шее Перси, дерзко улыбнулся и начал вещать.



– Она раздробила его голову о стену, – мрачно пробурчал маг, – и никто даже не заметил.
Аларик в очередной раз тяжело вздохнул и попытался впарить отнекивающемуся приятелю выпивку. Кто бы мог подумать, что за столь короткий промежуток времени произойдёт столько всякого дерьма? Что погибнет и пострадает столько людей. Никто, вероятно.
– Не стоило возлагать столько надежд на новобранцев. Да и эту девку мы недооценили! – злобно забормотал Аларик, передёргивая плечом. – Оставил бы ты её на Ланиуса. Кому какая разница, что с ней потом станет? Наших ребят никто не пожалел.
Хоуэлл промолчал.


– Если ты не будешь сопротивляться и всё расскажешь сразу, то я не буду далеко заходить.
Пленница упрямо сжала губы в тонкую полоску и состроила недовольную мину. Лукас закатил глаза. Его всегда учили, что нужно доводить пытку до конца и не жалеть сил, невзирая на пол пленника. Но никто не говорил, что делать в случае, когда при виде того самого пленника внутри что-то щёлкает и руки отказываются брать орудие. Хоуэлл решил начать с малого, посему Имперка уже была привязана за разведенные в стороны руки и полураздета. Минимум - пятнадцать ударов плетью. Дальше - больше.
Лукас не любил повторять дважды, но больше он не любил пытать, чтобы добыть нужную информацию. В какой-то момент мужчина даже решил, что Ланиус справился бы лучше, но потом быстро отогнал назойливую мысль. Свист плети, взметнувшейся в воздух, разорвал недолгую тишину. Командир не скупился на силу и, стиснув челюсть, старался игнорировать мерзкий звук лопающейся кожи. Раз за разом щелчки плети отдавались эхом в ушах, и на тринадцатом ударе Джулли не стерпела. Крик ударил по ушным перепонкам, а маг чудом не выронил плеть.
Отредактировала dedly_illness - Воскресенье, 14 сентября 2014, 19:43
Как только девушка закончила вымывать руки (ей было противно прикасаться к сластолюбивому охраннику, поэтому нетрудно представить, каких трудов ей стоило сдержать себя и не убить сразу), она взглянула на мертвеца и помрачнела. Она добилась того, чего хотела, и было это, конечно, бесчеловечно. Но будем считать, что погибший стражник отдал дань тому мужику, что хотел пытать Джулли, - он наверняка был мастером своего дела (читай: садистом и извращенцем) и запытал до смерти не одного пленника. Поэтому особых угрызений совести брюнетка не испытывала. К тому же, как оказалось, никто здесь не отягощен моралью, считая это лишним. С одной стороны, это правильный принцип на войне, с другой... Все это было неправильно, и стихийница прекрасно понимала, что многочисленными убийствами она душу свою не очищает. Но Королевство убило ее друга детства, убило Аргона - и приходилось быть жестокой. За друзей она и сама готова сложить голову.
Оттащив тело стражника в угол камеры и вновь несколько раз вымыв руки, стараясь избавиться от едкого чувства брезгливости, кажется, навсегда впитавшегося в кожу, девушка перевернула грубый тюфяк (опять же, ей было противно лежать там, где она убила человека собственными руками) и легла, прикрыв глаза и борясь с чувством подкатывающей тошноты. Шутка ли, в одной комнате (или камере) находиться с трупом и при этом делать вид, что все нормально!
Перед смертью волшебница решила выспаться, так как она понимала, что сегодня ее, скорее всего, убьют - учитывая, что она сделала со стражником и каким образом. Хотя детали, как ей удалось его заманить в камеру, останутся, конечно, при ней, а труп уже ничего не расскажет. Поправив одежду и снова сцепив волосы в хвост, магесса забылась тревожным сном, свернувшись эмбрионом.
И снова ей снились те лица, что преследовали ее во всех кошмарах, и снова Джулли постоянно ворочалась с боку на бок, силясь проснуться, но не имея на это сил. Незнакомые люди окружали ее, а потом их силуэты сгорали в огне, и девушка отчаянно кричала в беспамятстве, зовя на помощь, но никто не спешил помогать людям, которые, как казалось имперке, были ей очень дороги. А потом ее кто-то похитил и после очень долго пытал, избивая несчастную до полусмерти. И снова, словно на плохой пленке, пленница звала на помощь, и снова в ответ слышала лишь тишину. А после она не помнила ничего.
Тихо вскрикнув, стихийница подскочила, но ее тут же прибило к тюфяку магической волной. Воздушный поток рассек нежную кожу на шее и лице, и магесса тихо зашипела.
- Ах ты сука! - взревел незнакомый ей мужчина, которого она, впрочем, видела при столкновении с армией Королевства. Взгляд его был направлен на погибшего стражника, а потом переместился на нее, и в глазах незнакомца брюнетка увидела лишь ненависть. Потом, не говоря больше ни слова, мужчина с силой ударил пленницу в живот, выжимая из груди отчаянный крик, полный боли, и сила удара отбросила девушку к стене, о которую пленница приложилась головой. Резкий наплыв боли выбил из ее легкий весь имевшийся в доступе кислород, и Джулли "уплыла" в небытие, слыша лишь грязные ругательства вослед.

***

Когда Джулли начала приходить в себя, то ей снова захотелось потерять сознание. Царапины на шее и лице, уже подсохшие, неприятно щипало, живот пульсировал болью, распространявшейся по всему телу. А руки почему-то начали неметь. С трудом подняв голову, волшебница обнаружила, что ее руки прикованы к скобе, видневшейся на потолке, а ноги бессильно болтаются, едва-едва касаясь пола. "Пытать, значит, будут", - вяло прошелестело в голове, и голова снова упала на грудь. Желание пленницы сбылось - она вновь потеряла сознание.

***

В следующий раз брюнетка очнулась на куда более значительное время. Пришел ее мучитель, и почему-то стихийница совершенно не удивилась, увидев мрачного, как гроза, Лукаса. Видимо, ему обо всем доложили. А ему доложили, что девушку уже немного "обработали"? Ногами. Ах да, магу же плевать. Магесса слабо усмехнулась, и мужчина нахмурился еще больше.
- Если ты не будешь сопротивляться и всё расскажешь сразу, то я не буду далеко заходить.
Пленница закусила губу, чтобы не рассмеяться от абсурдности ситуации. Враг пытается ее спасти! Чушь какая. Да и она бы рада сопротивляться, но как? Она прикована к потолку и буквально ничего не может сделать. Ничего, мать вашу так! Сопротивляться?! Брюнетка почувствовала, что еще немного - и у нее случится истерика.
А еще она ощущала холод. Оглядев себя, насколько позволяло незавидное положение, имперка усмехнулась. Рубашку с нее содрали, открывая внушительный фиолетовый синяк на животе, который в некоторых местах даже почернел. Джулли вновь поморщилась от боли. Спасибо, что хоть бюстгальтер оставили.
- Мне вот что интересно, маг, - игнорируя предложение Лукаса, начала девушка. - Тебе рассказали, что я убила стражника, и наверняка еще чью-то смерть приплели на мою душу. А тебе хоть кто-нибудь рассказывал, с каким мстительным удовольствием пытал меня? Если останусь жива, я обязательно скажу спасибо твоему приближенному. Хотя вряд ли.
По глазам мужчины пленница сразу поняла, что он ей не поверил. Не поверил ни одному слову и молча зашел ей за спину. Ну да, конечно, она ему врет. И синяк на животе сама себе заделала, угу. Она же любит причинять себе боль. Приготовившись к пытке морально, но не физически (при мысли о новой боли тело судорожно сжималось), волшебница стала ждать.
А ждать долго не пришлось. Послышался свист плети, и Джулли зажмурилась. Первый же удар рассек резинку на волосах, отчего кудри в беспорядке рассыпались по спине и груди, и опалил кожу на затылке и шее, наверняка оставив там хорошие царапины. Пленница почувствовала, как что-то влажное стекает по затылку, и ей стало дурно, а чтобы не закричать, она с силой прикусила губу и сжала руки в кулаки. Второй удар адски обжег спину, и девушка мучительно замычала, прокусывая губу до крови. Но не закричала. Третий удар заставил ее вцепиться руками в цепь, на которой она висела, обламывая ногти. Четвертый удар, пятый, шестой... Стихийница искренне не понимала, как она до сих пор не закричала и все еще пребывала в сознании. Ей казалось, что спина давно уже превратилась в кровавое месиво, а каждый новый удар дробил уже позвонки. Хотя вряд ли все обстояло так трагично. Так просто ее не убьют. Десятый удар, одиннадцатый, двенадцатый... От боли волшебница все же потеряла на секунду сознание, но новый свист плетки мгновенно привел ее в чувство и заставил громко, отчаянно закричать. Перед затуманенными от слез глазами почему-то проносились события из сна, когда ее пытали примерно так же, а потом вкололи в вену какую-то дрянь, полностью отшибая память о прошедшем. Было или не было? Да какая, собственно, разница.
Четырнадцатый удар выбил из уст имперки тихий стон, и она возненавидела себя за слабость. Сколько ее закаляли физически - и все без толку. Ее самообладание дало ощутимую трещину, если не исчезло окончательно, и теперь становилось все труднее сдерживать боль. И не взмолиться о пощаде. И, наконец, пятнадцатый удар. Джулли выгнулась дугой, пронзительно вскрикнув: кажется, хлыст рассек ей мышечные ткани. Из окровавленных и искусанных губ, вместо признания, вырвалось лишь тихое:
- Я... не... скажу...
А после магесса не помнила уже ничего, так как в очередной раз за этот дьявольский день потеряла сознание.
Semper te amabo...
~~~

I will no hide from what`s inside of me
– Мне вот что интересно, маг, тебе рассказали, что я убила стражника, и наверняка еще чью-то смерть приплели на мою душу. А тебе хоть кто-нибудь рассказывал, с каким мстительным удовольствием пытал меня? Если останусь жива, я обязательно скажу спасибо твоему приближенному. Хотя вряд ли.
Лукас поморщился: в голову тут же пришёл образ мёртового новобранца, лежавшего на столе патологоанатома. Кто бы мог подумать, что за столь короткое отсутствие Хоуэлла Джулли успеет убить одного из охранников и отхватить за это же? «Приближенному?» – Лукаса передёрнуло. Вот только было не время задавать вопросы, так что Командир лишь посильнее сжал в руках плеть, надеясь, что позже Аларик будет говорить на чистоту. Почему-то верить словам Имперки сейчас было крайне тяжело.
Было ужасно трудно и неприятно раз за разом наносить удары, рассекать кожу и смотреть, как кровь медленно стекала к ногам пленницы. Эти чувства казались чем-то странным и необъяснимым, учитывая то, что Лукас и убивал, и пытал. Ему и раньше приходилось пытать шибко настырных пленников, но тогда враги сдавались достаточно быстро. Достаточно для того, чтобы Командир не начал превращаться в Ланиуса. Как вообще это может доставлять удовольствие? Быть может, всё дело в мерзкой и затравленной натуре короля пыток? Вне своей территории он и слова лишнего не может сказать, если понимает, что его за это по стенке размажут.
– Я... не... скажу... – Джулли говорила тихо, но чётко. Мужчину значительно озадачила выносливость Имперки, и в голову прокралась неприятная мысль о том, что придётся продолжать. Придётся. Зайти. Дальше.
– Зря ты меня не послушала, женщина! – Лукас раздраженно шикнул и подошёл к дверям. – Эй, парень, принеси пару полотенец.

Девушка тяжело дышала и явно не спешила приходить в сознание, что не радовало. Но при всём этом Командир был впечатлен закалкой и дерзостью мага. Что ж, так он хотя бы поймёт, чего стоит ожидать от врага.
Джулли вскрикнула и выгнулась дугой, стоило магу полить свежие раны солёной водой. Он на своей шкуре испытал всю гамму ощущений, которую дарил подобный вид пыток. Мучитель переждал пару минут и повторил действие, надеясь, что, быть может, Имперка сломается.
– Готова ответить на мои вопросы?
Пошёл ты, – Джулли презрительно сверкнула глазами, – козёл.
Хоуэлл, тяжело вздохнув, в очередной раз повторил свои действия, сделал пару шагов назад и заговорил:
– Аларик оставил синяк?
Сам додумался, или подсказал кто? – Хоуэлл внимательно следил за мимикой девушки, склонив голову к левому плечу. Всё же она была удивительно сильна и... интересна? Да, пожалуй, так.
– Сколько у вас дееспособных магов?
Нежелание отвечать Лукас утопил в солёной воде. Потом ещё раз. Ещё. Ещё и ещё. Но всё, что он получил, - упрямое молчание и хриплые стоны боли. Он бился о скалы её непоколебимости ещё около четырёх часов, но в конечном счёте просто не выдержал и, грозно поджав губы, освободил пленницу, швырнул в неё пару полотенец и ушёл. Он просто больше не мог уподобляться Ланиусу и игнорировать невесть откуда взявшееся чувство вины. «Меня тошнит от самого себя!» – зло подметил мужчина, направляясь в подвал. Там, как обычно, обитал король пыток. Уродец натачивал серп, когда объявился маг.
Надо же, Командир, вы всё же пришли! Я Вас ждал, Лукас.
– Займись девчонкой. – Холодно бросил маг, желая поскорее убраться из обители этого психа и заглушить чем-нибудь вопящую совесть. Да, конечно, угрызений совести только не хватало для полноты картины. Но раз уж с Имперкой не вышло по-хорошему, то придётся действовать по-плохому. Но сначала мужчина поговрит с Алариком. Серьёзно поговорит.
Джулли пребывала в сладком небытии, забыв о пережитой в реальности боли и о страданиях. Она качалась на волнах забытья, чувствуя приятную легкость во всем теле. Она действительно ощущала себя невесомой. Вот только руки почему-то сильно затекли. Однако пробуждение был худшим на ее памяти. Девушка хрипло вскрикнула и выгнулась дугой, когда ее раны на спине начали заливать горячей водой. Да ладно бы простой водой - в нее явно добавили не меньше пуда соли. Сыпать соль на рану - о да, стихийница ощутила всю силу этой фразы на своем израненном теле. Будь она слабее, обязательно бы попросила о пощаде. Уже после двух-трех ударов плетью она бы сдалась и все выдала. Но нет, волшебница даже если бы и хотела, не смогла рассказать. И сама не знала почему. В такие моменты ее язык будто прилипал к небу, а губы словно склеивались намертво. В общем - те еще ощущения. Магесса никогда не расколется, как бы ее ни пытали. Она сильная. Правда, за такую силу она обычно платила одиночеством, пока не появился на ее пути Аргон и Ворон с Лиеррой... Но теперь первого больше нет. Стоит ли жалеть себя?
- Готова ответить на мои вопросы? - подал голос Лукас из-за спины брюнетки. Та фыркнула и, если бы могла, показала бы одним пальцем, что думает по этому поводу. И откуда у нее осталась дерзость? Казалось бы, сейчас ее голос должен был бы измениться на заискивающий, чтобы вымолить у мага прощение. Ответ прост: пленница черпала силу из ненависти к ее мучителю, коей было предостаточно. А значит, никакие пытки ее не сломают, даже если придет тот самый "Король пыток", которым стражники уже успели "испугать" Джулли. Лицо исказила презрительная усмешка. На самом деле ей было плевать, кто и как возьмется ее пытать. В голове возник безумный план. Но прямо сейчас она не может его осуществить. Вот бы скинуть вторые наручники, блокирующие силу... Одни браслеты ей нипочем, но со вторыми она действительно бессильна во всех смыслах.
- Пошел ты, - отчетливо проговорила имперка, унизительно чувствуя, как глаза подозрительно заблестели. Она сильная в душе, но вот тело отчаянно противостояло против новой порции соленой воды. - Козел.
Девушка многообещающе улыбнулась. Если собрались выбить из нее всю информацию, королевской бравой гвардии придется здорово постараться. А значит, только поэтому ее оставят в живых. Это самое важное. А увечья... Говорят, шрамы украшают. Ну и что, что она девушка?
Лукас остался недоволен ответом, а потому еще пару раз облил девушку соленой водой, а стражники подтаскивали все новые ведра. Обведя мутным взглядом охранников, магесса мысленно запомнила их лица: понадобится для мести. И снова ведро соленой воды на спину. Пленница зашипела от боли, чувствуя, что еще немного - и тело просто отключится от этой боли. Похоже, Лукас не знал, что если множество раз повторять одну и ту же пытку, тело начнет привыкать к однородной боли и в итоге перестанет на нее реагировать. Что ж, тем лучше для Джулли.
- Аларик оставил синяк? - вдруг спросил мужчина, осматривая критическим взглядом тело имперки. На некоторое время он прервал свое занятие и сделал пару шагов назад. Второй раз уже волшебнице хотелось легким движением руки обозначить ответ. Жаль только, руками ей сейчас не пошевелить.
- Сам додумался, или подсказал кто? - язвительно ответила имперка вопросом на вопрос. Интересно, этого твердолобого мага способно хоть что-то пробить?
- Сколько у вас дееспособных магов? - неожиданно задал вопрос волшебник, почти с надеждой ожидая ответа. И уже в третий раз брюнетка пожалела, что ее руки надежно прикованы к невысокому потолку. Так как руками (а вернее - пальцами) сейчас не передать всех своих чувств, пленница хрипло рассмеялась, одобрительно качая головой и понимая, что ненависть усилилась в несколько раз. Лукас играет с огнем. В буквальном смысле.
Поняв, что Джулли не ответит, зеленоглазый начал топить свое недовольство в соленой воде, выливаемой на брюнетку. И стихийница часа через полтора подобной экзекуции поняла, что больше не чувствует боли. Разумеется, открытые раны на спине и на затылке давали о себе знать, да и тело горело как в аду от соленой воды. Но сознание уже абстрагировалось от боли, поняв, что в ближайшее время она не прекратится. А посему пора бы привыкнуть. Тело по-прежнему выгибалось от боли, даже стоны иногда вырывались из крепко сжатых уст. Но глаза - они были ледяными. Похоже, волшебница в мыслях погребла Лукаса под тонной снега и льда.
И в таких мучениях прошли четыре часа. Так, по крайней мере, было по ощущениям самой имперки. А вот Лукасу уже надоело биться о гранитную стену неприступности. Зло цыкнув, он отцепил руки девушки от скобы в потолке, и пленница упала к его ногам. Круто развернувшись, маг вылетел из камеры, напоследок кинув ей полотенце.
- Как благородно! - вслед прокричала волшебница. Кое-как поднявшись на дрожащих ногах, она начала разминать руки и вообще тело, чувствуя, как сильно оно затекло. Правда, ноющие раны на спине откровенно мешали. И не исцелить себя... Из-за последствий плетки она не могла ни нагнуться толком, ни корпус повернуть. И зеркала нет, чтобы хотя бы протереть раны. Поэтому, плюнув, брюнетка швырнула махровую и бесполезную материю в открытое сейчас окошко для стражников в двери. Снаружи послышалась глухая ругань, когда полотенце приземлилось прямо на вспотевшую физиономию. Девушка усмехнулась.

***

Прошло не больше получаса с момента ухода Лукаса, и все это время Джулли лежала на животе на опротивевшем тюфяке, пытаясь успокоить зуд в спине. Вот маг, вот спасибо! Удружил, сволочь. Однако вскоре пленница поняла, что зеленоглазый был вполне толерантным и, можно сказать, лишь щекотал ее плетью...
В камеру подобно вихрю влетел сиявший, как начищенная монета, мужик, которого некогда имперка впечатала с ноги в стену. И, похоже, сейчас она сполна за это ответит. Видать, он и есть прославленный "Король пыток".
- Представляешь, Лукас отдал мне тебя! - восторженно протрещало королевское отребье. - Я Ланиус, кстати. Перед смертью ты должна знать мое имя. Передавай привет в аду всем имперцам, которые погибли от моей руки!
В руках у Ланиуса оказалось полотенце, которое Джулли недавно выбросила. Внезапно оказавшись рядом и обдав пленницу запахом пота и впитавшейся в само его существо крови, отчего последняя резко позеленела, приобретая цвет нежнейшего салата, мужчина плотной материей пережал рот имперки и вместо того чтобы завязать полотенце - перекрестил углы так, что в глазах потемнело. Голову сжало будто в тисках, и ошеломленная таким напором брюнетка повалилась на каменный пол. Ланиус будто этого и ждал, он схватил стихийницу за волосы, заставив ее замычать от боли, и потащил к стене. В стене еще давно девушка заметила скобы, идентичные тем, что торчали в потолке. У Королевства, видимо, много способов пытать. Подтащив к стене, мужчина потянул длинные пряди вверх, заставив имперку, взвившись, чуть приподняться. Он перехватил ее руки и вдел тонкие запястья через скобу, перетягивая их еще и цепью. А полотенце король пыток использовал наподобие кляпа. Теперь Джулли была в позе, простите, раком и не могла пошевелиться. И, похоже, Ланиус действительно знал толк в пытках. Что-то крикнув стражникам, он подождал пару минут, пока те начнут исполнять приказ, а потом... Девушка отчаянно закричала от огненной боли, после того как откровенный кипяток, подогреваемый, похоже, с помощью магии, обжег ее изодранную спину. Однако из горла вырвалось только жалкое мычание. Два ведра повторили судьбу первого, и волшебница изо всей силы дернула руками, пытаясь освободиться. Она говорила, что тело привыкает к однообразной боли? Да, но у Лукаса вода, можно сказать, была еле теплой, хоть и соленой. А здесь - настоящая огненная вода. И она заливала все тело, особенно спину. Соленые песчинки, впитавшиеся в волосы, отчего те теперь висли подобно паклям, начали стекать вниз вместе с водой, и глаза откровенно защипало. Или это от слез? Да какая разница, собственно. Но боль была адской.
Джулли снова и снова дергала скобу, но все было тщетно. И Ланиус, в отличие от Лукаса, знал, что тело быстро привыкает к однообразной пытке. Поэтому, отозвав стражников обратно, он взял со стола что-то вроде наждачки и вернулся к измученной стихийнице, которая находилась уже на грани потери сознания.
- Это будет больно, - почти нежно прошептал он, вытаскивая полотенце из сцепленных болью челюстей магессы. Наждачка прикоснулась к ранам на спине. И стены камеры сотряс отчаянный вскрик имперки. Кажется, его слышали далеко за пределами камеры.
Semper te amabo...
~~~

I will no hide from what`s inside of me
Сюжет заморожен.

Сюжет разморожен.
Semper te amabo...
~~~

I will no hide from what`s inside of me
За окном грозно выл ветер, заставляя оголённые сучья деревьев раздражающе скрестись в окно. В зале совещаний было мрачно, накалённая атмосфера неприятно давила, только подливая масло в огонь. Даже охрана, стоявшая у входа в зал по ту сторону дверей, была явно напряжена. Но все эти факторы уже давно слились в одно и совсем прекратили раздражать советников и Лукаса: дебаты были в самом разгаре. А сам Хоуэлл был близок к попытке цареубийства.
– Число солдат после столкновения в лесу и нападения на наш штаб уменьшилось как минимум вдвое, – раздраженно зашипел Командир. Всё-таки этот Перси был редкостным тупицей! Разве нормальный правитель, столкнувшись с такими отчаянными воителями Империи, додумался бы до попытки повторной атаки? Не прошло даже трёх дней, основной процент опытных солдат и магов-стихийников, имеющих в своём арсенале по две-три стихии, всё ещё наблюдались в госпитале. Совершенно глупо бы было сейчас со стороны Королевства ввязываться в очередное сражение: исход очевиден. И он явно не в пользу Королевства.
– Подумайте головой, если в ней имеется ещё хоть что-то, кроме звенящей пустоты, – продолжил Хоуэлл, взбешённый надобностью растолковывать простейшие истины новому Королю, не скупясь на сарказм и явное пренебрежение должностью мерзкого щенка Перси. – Так мы отправимся на верную погибель и собственноручно отдадим наши земли, наших людей, наш скот и нашу честь врагу!
Заткнитесь! – заверещал Перси и стукнул кулаком по круглому столу, однако тут же сморщился и отдёрнул руку. – Как Вы смеете дерзить?! Да я вас всех, я вас...
Бобби, рыжий чертяга Бобби, ненавидящей короля едва ли не больше, чем Командир, прижал широкую ладонь к своему большому животу и в голос, отчего его живот затрясся, расхохотался. Он откинул голову назад и даже комично похлопал раскрытой ладонью по колену, тем самым показывая всю абсурдность слов Перси.
Что, правитель, избавитесь от нас и отправитесь собственноручно защищать Королевство? Вскарабкаетесь на коня без чьей-либо помощи, возьмёте оружие в руки и покажите весь скудный запас своих сил? – мужчина даже приподнялся и чуть поддался вперёд, чтобы этот щенок смог различить издёвку в громком голосе. – Может быть, бросите нас в темницу замка и найдёте ещё лучшего Командира, чем Лукас?
Ох, как же понравился Командиру вид Перси, ошарашенного речью Бобби: вены на его тощем, овальном лице вздулись, он весь побагровел и покрылся красными пятнами, неприятно сморщив лицо. Казалось, его голова вот-вот взорвётся от гнева и негодования, ни капли не скрываемых им.
Убирайтесь! Пошли вон отсюда! – взорвался король, в припадке злости спрыгивая с массивного кресла и цепляясь тонкими руками за полы одежды. – И молитесь, чтобы я не послал палачей по вашу душу!
Бобби вновь захохотал, толкнул другого советника, хихикающего рядом, в бок и, круто развернувшись на месте, отправился за Хоуэллом, с довольным видом отправившегося к дверям. До чего же жалок был их новый Король. Хотелось немедля ринуться к его столу и выблевать на него всё, чтобы съедено утром. Потому что от желчи и вида этого незрелого юноши нестерпимо тошнило. А Хоуэлл вместе с кругом советников молился, чтобы никто и никогда не узнал о предводителе их Королевства. Иначе их мгновенно сживут со света.




Кабинет, в котором обычно маг занимался отчётами и прочими важными бумагами, был расположен не так далеко от допросной камеры, чтобы иметь честь не слышать постоянные отчаянные вопли и стенания пленников и не различать голос поганого Ланиуса. Командир искренне недоумевал, откуда в его жизни столько чокнутых выродков и почему он вынужден терпеть их. Но пока деваться было некуда, и Лукас, читая отчёты медиков о состоянии его войск, морщился каждый раз, когда стены штаба сотрясали слащавый голос мастера пыток и крики Джулли, непонятно каким образом ещё прибывавшей в сознании. Командир пусть и не участвовал в столь неприятном процессе, как пытка Имперки, но всё равно чувствовал себя так, будто с головой окунулся в помои.
Как этот треклятый урод может испытывать такой кайф от процесса пытки? – неосознанно выдал мысль мужчина, откладывая в сторону очередную бумагу. «Прав был Аларик, – мысленно устало подметил Лукас. – Этот "Король пыток" совсем больной на голову!». Надо признать, что Джулли хорошо поработала над плечом мага – оно теперь еле заметно ныло и подзатянулось, уже не доставляя такой сильный дискомфорт. Ещё немного, и о случившемся на поле боя будет напоминать только шрам, который, несомненно, останется с Лукасом до конца жизни.
По ушам неприятно резанул очередной крик магессы, и мужчина тяжело выдохнул, зажмурился и отложил смятую ранее в руке бумагу в сторону. Для него было ужасно странно, что он, как это было раньше, уже не может не обращать внимание на боль врагов. Да, конечно, он считался с солдатами Империи и, как это было в лесу, хоронил и их, если предводители их войск не удосуживались заняться погибшими. Но сейчас отчего-то было чертовски тяжело держать себя в руках и подавлять нарастающую внутри бурю эмоций, чтобы, перевернув стол и выбив к чертовой матери дверь, не рвануть в допросную и не превратить Ланиуса в сплошное месиво. От голоса Джулли, звеневшего в ушах, на душе скреблись кошки.
С этим нужно что-то делать. Нет, не так. С этим нужно делать что-то прямо сейчас. Сию же минуту. Командир, игнорируя внутренний голос, твердивший, что, мол, девчонка - не его дело, отправился в допросную.
Отредактировала dedly_illness - Понедельник, 13 апреля 2015, 00:06
Ричи, только принявший пост и связку ключей от камер, нахмурился и заткнул уши. Даже солдаты, шнырявшие туда-сюда с различными поручениями, на секунду замирали и опасливо поглядывали на дверь, за которой явно творилась только одному Ланиусу понятная чертовщина. Казалось, весь штабы слышал срывающийся голос пленницы, разбивающийся о стены и проникающий в самые дальние углы штаба. Это уже давно надоело каждому, кому пришлось переступить этой ночью порог штаба, но никто не решался прекратить адские муки мага. Нет, страха перед «Королём пыток» не было и в помине. Подчинённые боялись, что это будет неугодно Командиру.
Но когда тот, протаранив дверь своего кабинета и одарив Ричи тяжёлым взглядом, направился к допросной, все солдаты, вся вселенная уже знали, что будет дальше. И облегчение в совокупности с решительным чувством справедливости заполняли каждую клеточку обитателей этого места: наконец-то треклятый Ланиус за всё поплатится сполна.
С каждым шагом оказываясь всё ближе и ближе к самой, должно быть, грязной и тёмной в переносном смысле комнате, Лукас ощущал пульсирующий в теле гнев. Ощущал, как от желания немедля придушить этого мерзкого сопляка покалывало подушечки пальцев. Мужчину от дверей отделяли пару шагов, и он, не долго думая, сконцентрировал энергию в руках и рвано дёрнул всё ещё саднящей рукой. Ему не хотелось, чтобы этот помешанный на пытках и чужой боли выродок попытался сбежать, потому, тихо снеся с петель дверь и воспламенив её, при помощи стихии воздуха не позволил металлу соприкоснуться с полом и неминуемо привлечь внимание. Хоуэлл лишь краем глаза заметил, с каким отвращение на него взглянула Джулли своим замутнённым взглядом.
Командир! – крякнул Ланиус, схваченный за шкирку. Лукас без особых проблем оттащил психа от замученной девушки и с нескрываемым отвращением приложил выродка головой о стол. Тот в свою очередь неопределённо взвизгнул и попытался вырваться, однако Командир повторил действие. Возможно, не участвуй Хоуэлл в войне между Королевством и Империей и будь он простым штатским, то непременно бы тут же вывернул желудок наружу от увиденного. Командир прекратил таранить головой Ланиуса стол лишь на секунду, да и то только для того, чтобы убедиться, что девчонка ещё жива. Её вид оставлял желать лучшего.
Командир, прошу Вас! – всхлипнув, истерически заверещал король пыток, хватаясь руками за одежду Хоуэлла и пачкая её кровью. Командир скривился и, повторив предыдущее действие для пущей профилактики, швырнул выродка в стену. Начал наступать и поджал губы, столкнувшись с восхищёнными и одновременно запуганным взглядом любителя пыток.
Не можешь ничего поделать, когда противник не связан по рукам и ногам? – хмыкнул Командир, стискивая руку в кулак и тем самым сжимая на бледной шее Ланиуса невидимые тиски. «Всё верно, Ланиус, я пробрался в твоё сознание, завладел твоим телом» – углубляя гипноз, прошипел в своём сознании Лукас, видя, как восхищение в глазах вредителя сменяется отчаянием.
Не хочется умирать?
Вода, стекая со стен тонкими, извивающимися змейками, начала скапливаться под ногами еле стоящего Короля пыток. Он тонкими, длинными и некрасивыми пальцами цеплялся за шею, впивался в неё ногтями и раскарябывал до мяса, надеясь избавиться от перекрывших драгоценный кислород тисков. Но всё было напрасно, а вода всё продолжала мочить его одежду и волосы и собираться вокруг ног. В ту же секунду, как только достаточное количество воды поглотило тело Ланиуса во что-то, смутно напоминающее капсулу, Хоуэлл пустил молнии. Еле-еле заметные, но даже их силы было достаточно, чтобы убить вредителя.
Смотря, как Король пыток бьётся в конвульсиях, Командир не думал ни о том, как будет объяснять своё поведение Королю Перси, ни о том, что никакого ликования и прочих радужных эмоций от убийства гада внутри нет. В голове витала лишь одна мысль, вызывающая у мужчины презрение к самому себе. «Ты превращаешься в него!» – твердило сознание, заставляя Лукаса стискивать руки в кулаки и яростно поджимать губы. И мысль эта казалось столь правдивой, что непременно хотелось сию же минуту подвергнуть себя участи погибшего.
Такого с ним, с Командиром, не случалось ни единого разу. Чтобы он-то и потерял контроль над собой? Да никогда! Но всё – по закону подлости или сговору вселенной – рано или поздно случается.

Всё ещё прикованная к стене пленница застонала и практически незаметно дёрнулась. Лукас поспешил помочь. Освободил Имперку от связывающих пут и быстрым движением уложил на живот, понимая, что действовать нужно как можно быстрее. Повернув к себе окровавленную голову Джулли, Командир наотмашь влепил ей пощечину.
Очнись, идиотка! – зашипел мужчина, принимаясь отдирать от спины прилипшие волосы и куски будто пожёванной кожи. – Да очнись ты!
Как бы глупо это не звучало, но девушка, будто по велению волшебной палочки, поморщилась и начала приходить в сознание. Тихо застонала и дёрнулась, когда Лукас прижал широкие ладони к месиву, на месте которого должна быть спина, и принялся лечить. Всё ещё ходя по краю между очередным обмороком и реальной жизнью, девица захныкала.
Если ты немедленно не придешь в себя, я тебя сам запытаю! – зарычал Хоуэлл. Он легко перевернул её на спину и влепил ещё одну пощечину, а после крикнул в коридор, сам не понимая кому, грозное «воды!». Он, конечно, мог бы и сам раздобыть её быстро и просто, но его драгоценный запас сил нужен был Имперке. Его, как ни странно, послушались – низкорослый парнишка, расплёскивая на ходу воду, широко шагая мчался по направлению к допросной.
Хватит... – тяжко засопела маг, – я... не могу...
Командир прищёлкнул пальцами и цокнул, явно не собираюсь дать помереть на его руках какой-то имперской нахалке и не особо понимая, к чему именно относились слова девушки. Он пустил через её тело слабый заряд тока, отчего та дёргнулась и ошарашенно распахнула глаза. Тут и юноша с ведром подоспел. Всучив ведро Командиру, он с неподдельным интересом наблюдал, как тот, продолжая поддавать в тело пленницы целебную энергию, то и дело отвешивал ей пощечины, а потом и вовсе опрокинул на неё ведро воды. И надо признать, что действия его хоть и смотрелись в спешке не особо действенно, но эффект всё-таки возымели: Имперка взвизгнула и резко села. Ухватилась руками за запястья Лукаса, зашлась в громком кашле и едва не провалилась обратно в забытье.
Вот так, – с облегчением выдал мужчина, хлопая ладонью по только залеченной спине Имперки, – дыши, дыши.
Юноша поспешно удалился, разглядев в углу труп палача и побоявшись злить Командира. А тот лишь продолжал хлопать трясущуюся в его руках Джулли. Он кашляла долго и протяжно, но стоило ей только более-менее прийти в себя и восстановить дыхание, как магесса, резко вскинув голову и заехав со всей дури Лукасу в подбородок, мёртвой хваткой вцепилась в одежду мужчины и мучительно закряхтела:
Ты... ты!
И Лукас, молясь всем богам, которых смог вспомнить, пожалел, что вообще ворвался сюда, что спас врага и убил своего подчинённого. Но Имперка сделала то, чего он никак не ожидал: она поблагодарила.
Форум » Наруто Клан и Люди » Ролевые » Во что бы то ни стало (Повеселимся ~)
Страница 2 из 2«12
Поиск: