Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки

Второй после Мадары

Категория: Трагедия/Драма/Ангст
Второй после Мадары
Фраг­мент I.

And if I fall and crash and burn
At least we both know that I tried
And as I crawl those lessons learned
Yeah they remind me I survived
And I've been hurt and I've been scarred
At least I know that I'm alive
And If I fall and crash and burn
At least we both know that I tried

© Lifehouse - Crash And Burn


Смер­ка­лось. На бе­регу ре­ки ле­жал че­ловек, за­кинув ру­ки за го­лову и гля­дя в не­бо. От наг­ревшей­ся за день во­ды бы­ло душ­но, по­это­му он ле­жал раз­де­тый по по­яс пря­мо на зем­ле. Фи­оле­товый плащ ва­лял­ся ря­дом.

Со сто­роны мог­ло по­казать­ся, что он прос­то от­ды­ха­ет, ес­ли бы его грудь и жи­вот не пе­ресе­кали вну­шитель­ные ра­ны, из ко­торых бе­жала кровь.
Пе­ри­оди­чес­ки мор­щась, Оби­то прис­лу­шивал­ся к ощу­щени­ям. Бла­года­ря реф­лектор­но­му ка­муи, он уже мно­го лет не ис­пы­тывал фи­зичес­кой бо­ли. Вспо­минал, ка­ково это. При­выкал.
Нес­мотря на то, что ещё де­сять ми­нут на­зад он от бо­ли ед­ва не за­дыхал­ся, это всё рав­но не мог­ло срав­нить­ся с от­ходня­ком пос­ле вос­ста­нов­ле­ния по­лови­ны те­ла во­сем­надцать лет на­зад.
От боль­шой по­тери кро­ви на­чина­ло тем­неть в гла­зах. Од­на­ко пе­ревя­зывать ра­ны Оби­то не пы­тал­ся не из чис­то­го ма­зохиз­ма. Он прос­то по­нятия не имел, что с ни­ми де­лать. До об­ре­тения ка­муи все его ра­ны бин­то­вала Рин. "Где же ты те­перь, Рин? Я и так столь­ко лет без те­бя дер­жался..."
Си­рота, ни­ког­да не знав­ший ро­дите­лей, по­теряв­ший в три­над­цать единс­твен­но­го дру­га и глаз, вы­нуж­денный из-за нес­час­тно­го слу­чая мно­го лет про­вес­ти вда­ли от до­ма и в кон­це кон­цов наб­лю­дать смерть лю­бимой, - у не­го не бы­ло ни­кого, кто мог бы по­забо­тить­ся о ны­неш­них по­резах. Ко­му во­об­ще бы­ло бы де­ло до его здо­ровья.
"Оби­то, ни­ког­да не прячь от ме­ня свои ра­ны... Я всег­да бу­ду приг­ля­дывать за то­бой..." - гул­ко от­да­вал­ся в го­лове стро­гий и за­бот­ли­вый го­лос Рин. Оби­то тя­жело вздох­нул и зак­рыл гла­за. Нас­то­ящие ра­ны бы­ли внут­ри.
Сто­ило на се­кун­ду от­клю­чить­ся, как пе­ред ним пред­ста­ло не­дав­нее.
Вспыш­ка све­та, ос­ле­пив­шая ша­рин­ган, - ла­па Де­вятих­восто­го - ког­ти по гру­ди - не ус­пе­ва­ющее за этим ка­муи... Оби­то вздрог­нул и час­то за­мор­гал.
Хо­рошо, что в пос­ледний мо­мент его всё-та­ки ус­пе­ло вы­кинуть. Не­ожи­дан­но для са­мого се­бя он пе­ремес­тился сю­да.
Пос­ледние пол­ча­са Оби­то пы­тал­ся здесь хоть нем­но­го прий­ти в се­бя. А где-то да­леко про­дол­жа­лась вой­на...

Влаж­ная зем­ля при­ят­но ос­ту­жала спи­ну. Хоть Оби­то и до­гады­вал­ся, что пос­тра­дала спи­на не мень­ше, а мо­жет, и боль­ше, и что влаж­ной зем­ля бы­ла не ина­че как от его же собс­твен­ной кро­ви, он не мог зас­та­вить се­бя встать. Бу­дет за­раже­ние... Да и чёрт с ним.
Он и сам не знал, где тот доб­ро­душ­ный, энер­гичный, вос­торжен­ный ре­бёнок в на­уш­ни­ках и оран­же­вых оч­ках. С го­дами его ду­ша прев­ра­тилась в кро­вавое ме­сиво из тос­ки, мес­ти, жес­то­кос­ти, оди­ночес­тва, тем­но­ты и бо­ли. И да­же об­раз Рин, пе­ри­оди­чес­ки всплы­ва­ющий из па­мяти, не мог зас­та­вить лу­чить­ся то, что под рёб­ра­ми. Единс­твен­ное, что все эти го­ды на­поми­нало Оби­то о том, что он ещё жив, бы­ло чувс­тво бо­ли. Она не ос­тавля­ла его ни на се­кун­ду, ско­выва­ла лёг­кие, гор­ло и до­бав­ля­ла в го­лос хри­пот­цу. Он умер не под за­валом. Он умер на об­ры­ве, в лу­же кро­ви, с тем­но­воло­сой де­воч­кой на ру­ках.
Рань­ше его час­то прес­ле­дова­ла эта кар­ти­на. Осо­бен­но ночью. По­том, ког­да нер­вы ста­ли сов­сем ни к чёр­ту, он стал ло­жить­ся спать толь­ко ког­да пол­ностью вы­мота­ет­ся, или не ло­жил­ся во­об­ще.
В ка­кой-то мо­мент Оби­то об­на­ружил, что дро­жит от хо­лода. В гла­зах то и де­ло воз­ни­ка­ют яр­кие вспо­лохи, пе­реме­жа­ясь с тем­но­той. Сел раз­мять за­тёк­шую по­яс­ни­цу - изоб­ра­жение мгно­вен­но по­вело в сто­рону - сно­ва от­ки­нул­ся на­зад. Пло­хо де­ло. На лбу выс­ту­па­ет ис­па­рина, воз­дух всё ещё ду­шен, с тру­дом про­тал­ки­ва­ет­ся в лёг­кие, - зна­чит де­ло не в по­годе. Ка­жет­ся, это при по­тере кро­ви свы­ше оп­ре­делён­но­го объ­ёма на­чина­ет зно­бить...
Вяз­кие мыс­ли кое-как уда­лось нап­ра­вить в нуж­ную сто­рону. Где ис­кать по­мощи? Сто­ит ли во­об­ще ис­кать? Ка­ков шанс, что его поп­росту не добь­ют? Да и ра­ди че­го жить? Воз­можно, ес­ли бы это слу­чилось рань­ше - не будь ка­муи, обя­затель­но слу­чилось бы - Оби­то то­же цеп­лять­ся за жизнь бы не стал. Буд­то бы Рин, ухо­дя, на­роч­но ос­та­вила ему ман­гё­кё в ви­де ка­муи. Что­бы не­ук­лю­жий Оби­то боль­ше не по­лучал ран. Ведь ле­чить его бу­дет не­кому...
Толь­ко бла­года­ря Рин он жил все эти го­ды, толь­ко бла­года­ря Рин он ре­шил ста­рать­ся вы­жить и сей­час. Кто зна­ет, дей­стви­тель­но он ей был не­без­разли­чен, или она прос­то опе­кала его, как дав­не­го дру­га и то­вари­ща по ко­ман­де. Что-то под­ска­зыва­ло Оби­то, что и тут Ка­каши его обо­шёл: да­же сер­дце Рин у не­го ук­рал... От од­но­го вос­по­мина­ния о взгля­де, ко­торым она смот­ре­ла на Ка­каши, Оби­то скру­чива­ло, и ка­залось, что у не­го вы­рыва­ют од­но реб­ро за дру­гим.
Грудь, спи­ну и пле­чи жгло ог­нём. По­хоже, ра­ны глу­бокие. Кто с та­кими спра­вит­ся? В ка­кой де­рев­не силь­ная ме­дицин­ская часть, да что­бы поб­ли­же, да что­бы То­би-Оби­то-Ма­дару не зна­ли? Да что там, хоть ка­кого-ни­будь ме­дика бы... На­дол­го сил на ка­муи не хва­тит. Он во­об­ще сом­не­вал­ся, хва­тит ли. Бли­же все­го Ко­ноха. Ага, точ­но, там-то ему, ко­неч­но, по­могут. "Здрас­те, я Учи­ха Оби­то. Ну, ге­рой де­рев­ни, умер двад­цать лет на­зад. Поч­ти. Нет, не поч­ти двад­цать, а поч­ти умер. Нет-нет, это не я вой­ну ус­тро­ил. По­хож, на­вер­ное, прос­то. Вы­лечи­те ме­ня, по­жалуй­ста, и я пой­ду даль­ше ва­ших уби­вать", - пок­ривлял­ся он мыс­ленно на ма­нер То­би.
Не­весе­ло ус­мехнул­ся - и тут же по­пер­хнул­ся кровью. Вы­тер ку­лаком под­бо­родок. Лип­кое, крас­ное. Фу.
К чёр­ту плащ и мас­ку. Тог­да, мо­жет, не уз­на­ют.
- Ка­муи!..
____________________

"Чёрт, как же боль­но!.."
Оби­то уда­рил­ся бо­ком и пле­чом о де­ревян­ный пол. Сил не хва­тило ма­тери­али­зовать­ся по-че­лове­чес­ки. Сплю­нул кровь.
В обе сто­роны - пус­той ко­ридор. И что те­перь?
Скон­цен­три­ровав­шись изо всех сил на том, что­бы встать, Оби­то не за­метил да­же приб­ли­жа­ющих­ся ша­гов, гул­ко от­да­ющих­ся от стен боль­ни­цы.
Толь­ко ког­да его роб­ко тро­нули за пле­чо ("Боль­но!"), он пос­пешно раз­вернул­ся. От рез­ко­го дви­жения по­тем­не­ло в гла­зах. Па­ра се­кунд уш­ли на то, что­бы ста­били­зиро­вать кар­тинку.
На не­го смот­ре­ла ма­лень­кая ры­жево­лосая де­воч­ка лет две­над­ца­ти со стран­ной вы­сокой при­чёс­кой. Раз­гля­дев в по­лум­ра­ке на ли­це нез­на­ком­ца шра­мы, де­воч­ка ин­стинктив­но от­пря­нула. Од­на­ко че­рез не­кото­рое вре­мя убе­дилась, что нез­на­комец аг­рессии не про­яв­ля­ет, и, бо­лее то­го, по­качи­ва­ясь, ед­ва дер­жится на но­гах. Сде­лала глу­бокий вдох. Заж­му­рилась. Вы­дох­ну­ла. Сно­ва от­кры­ла гла­за, при­няв серь­ёз­ный вид, и од­новре­мен­но зас­та­вила се­бя сде­лать шаг впе­рёд. "Нас учи­ли, что нин­дзя-ме­дик не дол­жна это­го пу­гать­ся. Нуж­но по­мочь че­лове­ку".
- Пой­дём­те со мной, я вас от­ве­ду в при­ём­ное от­де­ление.
И ни од­но­го воп­ро­са.
Оби­то вы­дох­нул. Спа­сение!

В при­ём­ном бы­ла су­мато­ха. Ра­неных бы­ло столь­ко, что ник­то не об­ра­щал на не­го вни­мания. Они бы­ли вез­де - у стен, на ка­тал­ках, стуль­ях, да­же прос­то на по­лу. Оби­то уже сми­рил­ся с тем, что уме­реть ему здесь, так как оче­редь до не­го точ­но не дой­дёт. А меж­ду тем уже нет сил да­же сто­ять. Что­бы ещё хоть на се­кун­ду сох­ра­нить рав­но­весие, он прис­ло­нил­ся лбом к сте­не. Прох­ладно, при­ят­но.
К счастью, де­воч­ка, по­хоже, от­неслась к сво­ему дол­гу да­же от­ветс­твен­нее, чем нуж­но. Она ре­шитель­но по­дёр­га­ла сво­его по­допеч­но­го за шта­нину (бо­же, спа­сибо, что не за пле­чо!), от­че­го мок­рый лоб Оби­то ед­ва не сос­коль­знул со сте­ны. Спа­ситель­ни­ца по­тащи­ла его ку­да-то сквозь тол­пу, яв­но зная нуж­ное нап­равле­ние. Оби­то уже не ви­дел, ку­да шёл, го­лова рас­ка­лыва­лась, он ста­рал­ся хо­тя бы не рух­нуть пря­мо на ра­неных.
Тол­па пе­рес­та­ла стис­ки­вать с бо­ков.
Пос­леднее, что он слы­шал: "Ос­то­рож­но!.." - и гром­кий удар его собс­твен­но­го те­ла об пол.
____________________

Гла­за силь­но щи­пало. Чёрт, по­чему оба?
А, да. Рин­не­ган.
Бес­толко­вая вещь.
От ша­рин­га­на про­ку боль­ше. То же ка­муи. А тут что - Де­сятих­востым по­мыкать? Ну и мно­го он с ним до­бил­ся?
Оби­то столь­ко лет но­сил на ле­вой сто­роне ли­ца то мас­ку, то по­вяз­ку, что ни­как не мог при­вык­нуть, что сно­ва ви­дит обо­ими гла­зами.
Не спе­ша их от­кры­вать, он сде­лал нес­коль­ко глу­боких вдо­хов. Ды­шать всё ещё боль­но, умо­пом­ра­читель­но боль­но.
Приш­лось раз­ле­пить ве­ки, тер­пя яр­кий, ре­жущий свет. Пер­вое, во что ут­кнул­ся взгляд: ка­кой-то че­ловек в бе­лом пос­пешно раз­вернул­ся и вы­шел в дверь. То­роп­ли­вые ша­ги, приг­лу­шён­ный дверь­ми го­лос:
- При­шёл в соз­на­ние. Анес­те­зию?
- Ес­ли толь­ко есть лиш­няя. И не боль­ше пя­ти ку­бов. Нам на сво­их бе­речь на­до, - вто­рой го­лос жен­ский, ко­ман­дный.
"Что зна­чит "сво­их"? Уз­на­ли?.. Чёр­тов я иди­от! С ша­рин­га­ном ре­шил спря­тать­ся. Буд­то Учих не по паль­цам пе­рес­чи­тать. И с рин­не­ганом! Кон­че­ный я иди­от..." - с тос­кой и злостью зак­лю­чил Оби­то.
Меж­ду тем жен­ский го­лос про­дол­жал:
- Ес­ли Са­кура не за­нята, по­ручи­те ей. Сом­не­ва­юсь, что кто-то ещё за­хочет с ним во­зить­ся. А она Учих вро­де лю­бит. Мо­жет, не от­ка­жет­ся.
Толь­ко тут Оби­то осоз­нал, что его ру­ки и но­ги чем-то плот­но за­фик­си­рова­ны. По­шеве­лить не уда­ёт­ся. Мо­лод­цы, обе­зопа­сились. Сил на ка­муи, ра­зуме­ет­ся, ещё дол­го не бу­дет.
По­хоже, кровь ос­та­нови­ли - по бо­кам боль­ше не те­чёт. Да и го­лова ра­бота­ет чуть по­луч­ше. Вот толь­ко всё те­ло ад­ски но­ет, а на гру­ди как буд­то вов­се нет ко­жи - так силь­но боль­но.
Прош­ло не мень­ше двад­ца­ти ми­нут, - каж­дая из ко­торых для Оби­то тек­ла, как веч­ность, - преж­де чем по­яви­лась ро­зово­лосая де­вуш­ка в бе­лом ха­лате и со шпри­цем в ру­ке. Ви­димо, упо­мяну­тая Са­кура.
- Дав­но не ви­делись, - взгляд ме­чет ог­ненные стре­лы, рот ис­крив­лён в ед­кой ус­мешке.
- Ммм? - единс­твен­ное, что Оби­то мог вы­давить, преж­де чем за­дох­нулся от бо­ли.
Ка­жет­ся, за­деты лёг­кие - вот по­чему так боль­но го­ворить и ды­шать, - дош­ло до не­го.
Уви­дев, как стра­даль­чес­ки ис­ка­зилось ли­цо па­ци­ен­та, Са­кура нем­но­го смяг­чи­лась и прог­ло­тила сле­ду­ющую за­готов­ленную из­дёвку. В её гла­зах за­ис­кри­лись жа­лость и бес­по­кой­ство. Да и во­лосы у не­го вбли­зи... сов­сем как у Сас­ке. И гла­за... То есть глаз.
- Где боль­нее все­го? - го­лос уже мяг­че, но стро­гость ни­куда не де­лась.
Оби­то кив­нул на грудь.
- По­сере­дине? Вы­ше? Ни­же? На паль­цах по­кажи.
Не без тру­да Оби­то ра­зог­нул два паль­ца на ле­вой ру­ке. Пра­вая всег­да слу­шалась ху­же.
- Зна­чит, вер­хняя треть.
Да­же не ос­та­нав­ли­ва­ясь, что­бы при­мерить­ся, де­вуш­ка про­фес­си­ональ­ным дви­жени­ем пе­ревер­ну­ла шприц, вве­ла иг­лу в боль­шую мыш­цу гру­ди, чуть вы­ше ле­вого сос­ка, и быс­тро, со­вер­шенно не боль­но, вы­пус­ти­ла ле­карс­тво. "Поч­ти в сер­дце", - по­дума­лось Оби­то.
- Гла­за сле­зят­ся. Пред­по­лагаю, от пе­ренап­ря­жения... Хо­тя луч­ше бы они во­об­ще ни­ког­да не от­кры­вались, - в её го­лосе звяк­нул ме­талл. Са­кура са­ма сму­тилась сво­ей гру­бос­ти. – Но раз уж я здесь, ос­мотрю, - она не­уло­вимым дви­жени­ем из­влек­ла из кар­ма­на ха­лата не­боль­шой фо­нарик и приб­ли­зилась к ли­цу Оби­то.
В пер­вое мгно­вение её бро­ви дрог­ну­ли - жа­лость - од­на из двух эмо­ций, ко­торую ви­дел Оби­то при пер­вом пря­мом взгля­де лю­дей на своё ли­цо. Вто­рая - страх. Ли­бо жа­лость, ли­бо страх. А ча­ще - сна­чала страх, за­тем жа­лость. Как пра­вило, Оби­то на это бы­ло пле­вать. Прос­то та­ким об­ра­зом мож­но бы­ло де­лать вы­воды о том, кто пе­ред ним.
От­дать дол­жное Са­куре - это вы­раже­ние воз­никло все­го на до­лю се­кун­ды и мгно­вен­но - про­фес­си­ональ­но - сме­нилось серь­ёз­ной сос­ре­дото­чен­ностью. Стра­ха не бы­ло. Де­вуш­ка по­вида­ла вся­кое.
Оби­то под­дался, Са­кура не­надол­го ос­ле­пила его фо­нари­ком. Сна­чала ша­рин­ган. Рин­не­ган смот­ре­ла доль­ше. У Оби­то за­тек­ла шея, он по­ёр­зал. И вне­зап­но осоз­нал, что боль час­тично от­сту­пила. Боль­ше не хо­чет­ся уме­реть во вре­мя каж­до­го дви­жения.
Бла­года­ря это­му те­перь Оби­то мог под­нять го­лову и пос­мотреть, что с ра­нами. Поч­ти весь торс пе­ребин­то­ван. Во­семь­де­сят про­цен­тов бин­тов блес­тят крас­ным.
Всё вре­мя с мо­мен­та за­вер­ше­ния изу­чения его глаз и по­ка он се­бя рас­смат­ри­вал, Са­кура нап­ря­жён­но и за­дум­чи­во вгля­дыва­лась в его ли­цо. Ка­залось, она пы­та­ет­ся при­нять ка­кое-то ре­шение и при­киды­ва­ет ва­ри­ан­ты.
Оби­то прер­вал её раз­мышле­ния.
- Са­кура?.. - дож­дался кив­ка. - Ска­жи, по­чему я... ещё жив? - го­лос сов­сем хрип­лый, чу­жой.
"Раз ты до сих пор не по­пытал­ся сбе­жать, зна­чит, с чак­рой по­ка проб­ле­мы", - раз­мышля­ла Са­кура. Про­цесс при­нятия ре­шения был за­вер­шён.
- Ска­жи спа­сибо. Но не мне. В лю­бом слу­чае, ра­но ра­ду­ешь­ся. Сей­час я сде­лаю пе­ревяз­ку и пос­мотрю, что там. Нас­коль­ко я знаю, ран ник­то не про­мывал.
Оби­то тер­пе­ливо пе­ренёс сня­тие бин­тов, хоть Са­кура и не це­ремо­нилась. Со­бытия на по­ле боя всё от­чётли­вей прос­ту­пали в её па­мяти. Впер­вые в жиз­ни ей хо­телось не об­легчить стра­дания па­ци­ен­та, а уси­лить. А ещё луч­ше - свер­нуть ему шею. За всё, за всех.
Но бы­ло по­ка нель­зя.
Сде­лав глу­бокий вдох, Са­куре приш­лось взять се­бя в ру­ки.
Ра­ны выг­ля­дели пло­хо. Глу­бокие V-об­разные бо­роз­ды ши­риной с пол-ла­дони: две на гру­ди, од­на на жи­воте, тя­нут­ся от пле­ча до пле­ча. За ис­клю­чени­ем бе­лой по­лови­ны тор­са, всё ещё кро­вото­чат. Поч­ти та же кар­ти­на на спи­не, толь­ко вдо­бавок кровь сме­шана с зем­лёй. Её столь­ко, что не вид­но, есть ли вос­па­ление.
"На­вер­ное, труд­но это тер­петь", - не­воль­но по­сочувс­тво­вала Са­кура, на мгно­вение за­быв, что пе­ред ней убий­ца. Убий­ца Нед­жи, убий­ца Чет­вёрто­го. Встрях­нув го­ловой, она сно­ва воз­ро­дила в се­бе злость.
С по­мощью губ­ки и та­за с во­дой Са­кура смы­ла столь­ко зем­ли, сколь­ко смог­ла, ос­таль­ное сма­зала ан­ти­сеп­ти­чес­кой смесью. За­пах­ло мя­той.
На про­тяже­ние всей об­ра­бот­ки и пе­ревяз­ки Оби­то шум­но ды­шал, скри­пел зу­бами и один раз да­же сор­вался, зас­то­нал. Не­щед­рая анес­те­зия толь­ко на­поло­вину из­бавля­ла от бо­ли.
Пе­ретя­нув све­жие бин­ты по­туже, Са­кура опус­ти­ла на не­го зе­лёный ого­нёк ла­доней. Нуж­но бы­ло ста­рать­ся под­ле­чивать ми­нималь­но, что­бы не по­дарить из­лишка чак­ры.
Оби­то ус­та­ло зак­рыл гла­за. Вдруг ос­трая стран­ная мысль коль­ну­ла соз­на­ние: "Ин­те­рес­но, что с Ка­каши?" С сом­не­ни­ем пос­мотрев на Са­куру - сто­ит ли что-то спра­шивать - Оби­то ре­шил, что не из­вес­тно, нас­коль­ко пло­хо он бу­дет со­об­ра­жать, ког­да обез­бо­лива­ющее отой­дёт. По­это­му луч­ше сей­час.
Но вслух ска­зал дру­гое.
- Что Ма­дара?
Са­кура ус­та­вилась на не­го. По­том хмык­ну­ла.
- Как ви­дишь, ес­ли бы твой при­ятель до­бил­ся сво­его, он бы те­бе по­луч­ше цу­ки­ёми по­дарил, чем сей­час, не так ли?
Оби­то по­мор­щился. Это-то он уже и сам по­нял. Прог­нав из го­ловы тут же выс­коль­знув­ший об­раз де­воч­ки с фи­оле­товы­ми та­ту­иров­ка­ми на ще­ках, - что­бы не за­выть в го­лос, - он не сдал­ся:
- Убит?
- Ис­чез. Вмес­те с Ха­шира­мой-са­мой. Вско­ре пос­ле те­бя.
- А Ка­каши? - вы­палил Оби­то.
Са­кура в изум­ле­нии смот­ре­ла на не­го. Это чу­дови­ще бес­по­ко­ит­ся о ком-то?
- С ка­ких это пор те­бе ин­те­рес­но?
Оби­то не знал, что его вос­по­мина­ния во вре­мя раз­го­вора с На­руто про­читал не толь­ко ли­сёныш: по чак­ре пос­ледне­го они са­ми со­бой тран­сли­рова­лись всем от­ря­дам ар­мии ши­ноби. Ес­ли бы он знал, то при­шёл бы в ужас. Од­на­ко со­пере­живал ему так или ина­че один лишь На­руто. Что ещё бо­лее уди­витель­но, по­тому что кровь его ро­дите­лей бы­ла на ру­ках То­би. То­би. Не Оби­то, То­би. Так ему по­чему-то хо­телось ду­мать в тот мо­мент. Хо­тя во вре­мя тех со­бытий с То­би его по­ка ещё род­ни­ла толь­ко мас­ка.
Са­кура, как и все, бы­ла в кур­се. Ей нис­коль­ко не бы­ло жал­ко маль­чи­ка в оран­же­вых оч­ках, од­на­ко по­чему-то прес­ле­дова­ло не­лов­кое чувс­тво, что нель­зя упо­минать, что она о нём зна­ет. Как буд­то да­же чу­дови­ще не зас­лу­жива­ло та­кого об­ра­щения с ос­татка­ми его ду­ши.
Вне­зап­но Са­кура по­чувс­тво­вала, что чак­ра Оби­то ста­ла рас­ти. Не те­ряя ни се­кун­ды и сох­ра­няя не­воз­му­тимое вы­раже­ние ли­ца, она опус­ти­ла ру­ку в кар­ман ха­лата, из­влек­ла ма­лень­кий инъ­ек­тор и с не­боль­шо­го раз­ма­ха точ­ным дви­жени­ем вве­ла жид­кость в его пле­чо.
Од­на­ко инъ­ек­тор не­ожи­дан­но лег­ко уто­нул в пле­че вмес­те с её ру­кой и вот­кнул­ся в мат­рац. На прос­ты­не уве­личи­вал­ся мок­рый оре­ол пре­пара­та. Преж­де чем Са­кура ус­пе­ла со­об­ра­зить, что слу­чилось, ни­куда не дев­ший­ся Оби­то про­шеп­тал:
- Поп­ро­буй­те ещё раз...
За­пас­но­го с со­бой не бы­ло. Чу­дом взяв се­бя в ру­ки и сох­ра­нив внеш­не спо­кой­ствие, Са­кура за­яви­ла па­ци­ен­ту, что сей­час вер­нётся. Уже в ко­ридо­ре она за­куси­ла гу­бу и ус­ко­рила ша­ги.

По­ка Оби­то ва­лял­ся и пред­вку­шал но­вую до­зу анес­те­зии, в дру­гом кон­це ко­ридо­ра, нес­лы­шимый для не­го, про­ис­хо­дил раз­го­вор.
- Цу­наде-са­ма, как се­бя чувс­тву­ет Ка­каши-сен­сей? Ес­ли мо­жет пе­ред­ви­гать­ся, он мне сроч­но ну­жен. Пе­редай­те, по­жалуй­ста, пусть по­дой­дёт к две­ри па­латы и ждёт мо­его сиг­на­ла. Ес­ли сен­сей не в сос­то­янии, тог­да столь­ко ан­бу, сколь­ко в по­ряд­ке. Луч­ше не мень­ше де­сяти. Это сроч­но. Вре­мени на объ­яс­не­ния нет.
- Хо­рошо, Са­кура. Ши­зуне!..

Зах­ва­тив из ла­бора­тории на вся­кий слу­чай все инъ­ек­то­ры с нуж­ным пре­пара­том, ко­торые наш­ла, на об­ратном пу­ти Са­кура уви­дела у две­ри па­латы уже ждав­ше­го её Ка­каши. Тот сто­ял, прис­ло­нив­шись к сте­не. Выг­ля­дел он из­мождён­ным. Из-под ру­кава вид­не­лось за­бин­то­ван­ное пред­плечье. Не го­воря ни сло­ва, она по­каза­ла на свой ле­вый глаз. Ка­каши кив­нул.
Заж­му­рив­шись и пред­вку­шая не­доб­рое, Са­кура тол­кну­ла дверь.
_____________

Фраг­мент II.

- Я уж ду­мал, ты не вер­нёшь­ся. Не хо­тел ис­пу­гать. Слу­чай­но выш­ло. Чес­тное сло­во.
Оби­то сам се­бе ус­мехнул­ся. В кон­це его из­ви­нитель­ной ре­чи толь­ко «То­би хо­роший» не хва­тало.
Са­кура за­мер­ла в две­рях и дваж­ды мор­гну­ла. Как буд­то ошиб­лась па­латой. Оби­то удив­лённо вздёр­нул бровь.
С за­дер­жкой в па­ру се­кунд она на­конец-то от­мерла:
- Я смот­рю, те­бе уже ве­село, - скри­вилась. - Зна­чит, ле­карс­тво не нуж­но.
- Нуж­но! - боль сно­ва на­рас­та­ла, Оби­то ка­тего­ричес­ки не хо­тел воз­вра­щать­ся в то сос­то­яние бес­по­мощ­но­го кус­ка мя­са с рас­плав­ленны­ми моз­га­ми.
Он ви­дел, как она прит­во­ря­ет­ся - из вред­ности, яс­ное де­ло, - что не­хотя дос­та­ёт из кар­ма­на инъ­ек­тор, и идёт к не­му. Нель­зя су­дить её за это, она ни­чего ему не дол­жна. Вдруг стран­ная вспыш­ка в го­лове: бе­лая сте­на, ка­кая-то де­вуш­ка с чёл­кой и мо­лоч­ны­ми гла­зами...
Преж­де чем Оби­то ус­пел нах­му­рить­ся, пле­чо ужа­лил инъ­ек­тор. А спус­тя нес­коль­ко мгно­вений всё - Са­кура, дверь, свет из ок­на - схлоп­ну­лось в од­но тём­ное пят­но.
_________________

"Сра­бота­ло!" - убе­дилась Са­кура и с об­легче­ни­ем вы­дох­ну­ла.
- Ка­каши-сен­сей, - нег­ромко поз­ва­ла она.
Ка­каши рез­ко во­шёл, од­на­ко дверь за ним зак­ры­лась не сра­зу. Из-за его спи­ны в про­ём не­реши­тель­но заг­ля­дыва­ла Хи­ната.
- Са­кура-чан... Я нуж­на? Ме­ня Хо­каге-са­ма пос­ла­ла...
Са­кура хлоп­ну­ла се­бя по лбу.
- Вхо­ди, Хи­ната! Ко­неч­но, ты нуж­на. Я дол­жна бы­ла са­ма об этом по­думать.
_________________

Как же на­до­ела эта чер­но­та.
Пос­ледни­ми яр­ки­ми пят­нышка­ми в его жиз­ни бы­ли си­рене­вые щё­ки Рин. С тех пор всё бы­ло тём­ное, глу­хое, душ­ное. Да­же сол­нце ос­ве­щало Оби­то све­том, се­рым как тряп­ка. Ни­какие гла­за не мог­ли из­ме­нить этот филь­тр.
Од­на­ко эта чер­но­та чем-то от­ли­чалась. Оби­то не сра­зу по­нял, что ру­ки боль­ше не при­вяза­ны. "Это ли­бо очень хо­рошо, ли­бо очень пло­хо..."
Бо­ли то­же не бы­ло.
Оби­то под­нял ру­ку, что­бы на­конец-то с нас­лажде­ни­ем по­чесать лоб, и нат­кнул­ся на по­вяз­ку ши­риной от но­са до бро­вей.
По­нима­ние нах­лы­нуло вмес­те с лип­ким ужа­сом, слов­но ока­тило ле­дяной во­дой.
"Нет... Не­уже­ли..."
Не бы­ло ни­каких сом­не­ний. У не­го не бы­ло шан­са это­го из­бе­жать.
Ко­ноха ока­залась ум­нее, чем мож­но бы­ло по­думать, ког­да он оч­нулся при­вязан­ным к кро­вати.
Пе­рес­тав кон­тро­лиро­вать се­бя, Оби­то зас­ку­лил от от­ча­яния.
Ни­како­го ка­муи. Те­перь он нав­сегда за­перт здесь. Да­же не в этом из­ме­рении, а в этой чер­но­те, в кро­шеч­ной ка­мор­ке сво­его дос­тигше­го апо­гея пер­со­наль­но­го ада.

Прош­ло мно­го вре­мени, в те­чение ко­торо­го Оби­то мыс­ленно ме­тал­ся от од­но­го спо­соба са­мо­убий­ства до дру­гого. Кро­вать про­мок­ла от по­та или от кро­ви из ран, его тряс­ло.
Вдруг чья-то ру­ка кос­ну­лась его лок­тя.
Оби­то за­мер и прис­лу­шал­ся, нас­коль­ко поз­во­лял гул в вис­ках.
- Как ты?
Оби­то мол­чал.
- Я при­нёс те­бе кое-что...
Го­лос зна­комый, но он не сра­зу осоз­нал, чей. Что-то твёр­дое лег­ло в его ру­ку. Оби­то ос­то­рож­но ощу­пал. Не мо­жет быть. Оч­ки! Его дет­ские оч­ки. Он столь­ко про­вёл с ни­ми вре­мени, что ни­ког­да бы не ошиб­ся, сколь­ко лет бы ни прош­ло.
- Ка­каши...
Вне­зап­но Оби­то со­вер­шил не­хит­рое от­кры­тие - без глаз нель­зя пла­кать. Хо­телось выть от тя­жес­ти бес­си­лия.
- Это жес­то­ко, Ка­каши... За­чем они мне те­перь?
- Прос­ти, Оби­то. Я ду­мал... - дол­гое мол­ча­ние. - Я хра­нил их всё это вре­мя. Сам не знаю, за­чем сей­час взял с со­бой.
____________

Фраг­мент III.

Ка­каши с детс­тва наб­лю­дал за людь­ми. Не то что­бы спе­ци­аль­но - об­ла­дая спо­кой­ным ха­рак­те­ром, он прос­то ус­пе­вал за­мечать по­лез­ные в жиз­ни ве­щи, ми­мо ко­торых бо­лее взбал­мошные ро­вес­ни­ки про­носи­лись ура­ганом, под­ни­мая стол­пы пы­ли. Под­ме­тив что-то од­нажды, Ка­каши ак­ку­рат­но скла­дывал это в ко­робоч­ку в го­лове под наз­ва­ни­ем "пра­вила", его лич­ную кол­лекцию прин­ци­пов. Од­ним из пер­вых важ­ных наб­лю­дений бы­ло то, что ни­ког­да нель­зя про­яв­лять сла­бость. Иног­да она да­ёт ка­кие-то си­юми­нут­ные при­виле­гии, од­на­ко в пос­ле­ду­ющем неп­ре­мен­но об­ра­ща­ет­ся про­тив те­бя. Отец ни­ког­да не зап­ре­щал ему пла­кать, ссы­ла­ясь на то, что "маль­чи­кам нель­зя". Ка­каши сам в этом ра­зоб­рался, гля­дя на дру­гих де­тей.
К мо­мен­ту пос­тупле­ния в ака­демию Ка­каши ус­пел убе­дить­ся, что все вок­руг жи­вут как по­пало. Со­вер­ша­ют глу­пос­ти на каж­дом ша­гу, де­ла­ют что-то нас­толь­ко лиш­нее, что у не­го в го­лове не ук­ла­дыва­лось, как и по­чему они не за­меча­ют оче­вид­ных ве­щей.
Да­же отец пе­ри­оди­чес­ки де­лал что-то та­кое. В эти мо­мен­ты Ка­каши мог толь­ко, зас­тыв на мес­те, не­до­умён­но на не­го смот­реть. Иног­да ему ка­залось, что это он дол­жен вос­пи­тывать от­ца, а не на­обо­рот. Но вслух Ка­каши та­кого ни­ког­да не про­из­но­сил.
Да­же ког­да отец со­вер­шил са­мую боль­шую ошиб­ку в сво­ей жиз­ни.
С тех пор Ка­каши, нап­ро­тив, ста­рал­ся как мож­но мень­ше об­ра­щать вни­мание на лю­дей. Ина­че так не­дол­го бы­ло и вов­се ра­зоча­ровать­ся в жиз­ни. Ес­ли бы вы­яс­ни­лось, что рав­нять­ся со­вер­шенно не на ко­го. Ка­каши бы­ло бе­зопас­нее ду­мать, что всё же в этой жиз­ни есть к че­му стре­мить­ся.
Ког­да их рас­пре­дели­ли по ко­ман­дам, во­лей-не­волей сно­ва приш­лось об­ра­щать вни­мание на ок­ру­жа­ющих. От это­го за­висел ус­пех мис­сий.

И на­чалось ежед­невное ра­зоча­рова­ние в ми­ре.

Со­коман­дни­ки ока­зались чу­дом - не по­зави­ду­ешь. Бес­по­лез­ная дев­чонка из кла­на ки­ноло­гов (ка­жет­ся, имен­но у них та­кие зна­ки на ще­ках). Ну­левое тай­дзю­цу. Рав­но как и ген­дзю­цу. У неё да­же со­баки не бы­ло! Из нин­дзю­цу толь­ко ка­кие-то ме­дицин­ские тех­ни­ки, в ко­торых и не­об­хо­димос­ти-то не воз­ни­кало: Ка­каши без­рассуд­но не дей­ство­вал и из сра­жений вы­ходил поч­ти что нев­ре­дим. Единс­твен­ное, ку­да ху­до-бед­но сгож­да­лась её чак­ра - за­тяги­вать ца­рапи­ны вто­рому го­рю на Ка­каши­ну го­лову, Учи­хе. Хо­тя кто зна­ет, мо­жет, он и не про­тянул бы ни од­ной мис­сии, ес­ли б эта дев­чонка с ним не нян­чи­лась. Их воз­ня на­поми­нала Ка­каши "доч­ки-ма­тери", по­это­му как толь­ко это на­чина­лось, он ста­рал­ся ку­да-ни­будь са­мо­ус­тра­нить­ся, что­бы не стош­ни­ло.
Ка­каши втай­не на­де­ял­ся, что его как луч­ше­го из вы­пус­ка вско­ре сно­ва пе­реве­дут в ко­ман­ду пос­тарше, но вре­мя шло, и на­деж­да выб­рать­ся из дет­ско­го са­да та­яла.
Учи­ха, ма­ло то­го, что был бес­толко­вый, не­ор­га­низо­ван­ный и со­вер­шенно не имев­ший ин­стинкта са­мосох­ра­нения, но ещё и плак­са. Вот это­го Ка­каши вы­носить не мог. Пос­ле нес­коль­ких се­кунд сту­пора при ви­де его оче­ред­ных слёз ("Да как мож­но так се­бя вес­ти? Что за сла­бак? Не­уже­ли он не по­нима­ет, как жал­ко выг­ля­дит?! И мне с ним по­беж­дать дру­гих ши­ноби? Да кто его ис­пу­га­ет­ся?!") Ка­каши до скри­па в зу­бах сдер­жи­вал­ся, что­бы не дать ему под­за­тыль­ник ("Да­ром что Учи­ха! Ни ог­ня, ни ген­дзю­цу!").
Дей­стви­тель­но, ко­ман­да по­доб­ра­лась что на­до - дев­чонка-ки­нолог без со­баки и Учи­ха без ша­рин­га­на. Ка­каши все мис­сии тя­нул на се­бе.

Кто знал, что по­том до­роже этих дво­их ему ни­кого не бу­дет... Но толь­ко ког­да они са­ми пе­рес­та­нут су­щес­тво­вать.
_________________

Он был го­тов пок­лясть­ся, что пле­чи пе­ребин­то­ван­но­го поч­ти с ног до го­ловы Оби­то зна­комо дрог­ну­ли. В го­лове Ка­каши слов­но взор­ва­лась бом­ба хвос­та­того. Так ста­ло ог­лу­шитель­но, не­пере­носи­мо стыд­но.
Пос­ле все­го, что слу­чилось за эти во­сем­надцать лет, Ка­каши и в го­лову не мог­ло прий­ти сло­во "плак­са" по от­но­шению к дру­гу. Ша­рин­ган, рин­не­ган, чёрт зна­ет сколь­ко все­го ещё - Оби­то дей­стви­тель­но прев­зо­шёл Ка­каши, прев­зо­шёл их всех. Да­же Ми­нато-сен­сея. Он ед­ва не срав­нялся с Ри­кудо-сан­ни­ном... Ка­каши ни на се­кун­ду не сом­не­вал­ся, что ник­то ни­ког­да боль­ше не ви­дел его слёз. Его сла­бость не об­ра­тилась про­тив не­го, а сде­лала его та­ким силь­ным, что - хо­рошо это или пло­хо - весь мир как сле­ду­ет трях­ну­ло. Что бы де­лал он сам без час­ти этой си­лы Оби­то?..

А те­перь тут Ка­каши с эти­ми оч­ка­ми... Ка­кого чёр­та он во­об­ще су­нул­ся? Что за иди­от­ский пос­ту­пок?

- Мне прав­да жаль, Оби­то...

Прош­ло не мень­ше двух ми­нут, преж­де чем тот от­ве­тил.

- Я знаю.

Сно­ва дол­гое мол­ча­ние.

- У те­бя все по­вяз­ки про­мок­ли... Я по­зову ко­го-ни­будь из ме­диков, - од­на­ко в ту же се­кун­ду Ка­каши вспом­нил, что по­ка Цу­наде-са­ма не пнёт ко­го-ни­будь, ник­то не спе­шит по­могать Оби­то. Это для не­го он приз­рак прош­ло­го - то, что ос­та­лось от луч­ше­го дру­га. Для ос­таль­ных - монстр. Воп­ло­щение не­навис­ти. - Хо­тя нет, луч­ше я сам, ес­ли ты поз­во­лишь.

Он нем­но­го вла­дел на­выка­ми эле­мен­тарной ме­дицин­ской по­мощи. За го­ды ра­боты в оди­ноч­ку при­ходи­лось да­же нес­ложные ра­ны за­шивать на са­мом се­бе ед­ва ли не пря­мо в бою.
Оби­то кив­нул:

- Спа­сибо.

Ка­залось, ему всё рав­но. Он слов­но был где-то не здесь, не­мате­ри­ален, буд­то ка­муи воп­ре­ки все­му всё ещё бы­ло ему дос­тупно.
Во вре­мя пе­ревяз­ки Оби­то не про­ронил ни сло­ва. Од­на­ко к кон­цу её соз­да­лось впе­чат­ле­ние, что он как-то стран­но по­весе­лел.

- Ка­каши? По­жалуй­ста... Рас­ска­жи мне о Рин.

Хлоп. Пу­зырёк с де­зин­фи­циру­ющей жид­костью не удер­жался в ру­ках Ка­каши и те­перь блес­тел ос­колка­ми на по­лу.

- Я до сих пор не знаю, сколь­ко вре­мени про­вёл в том гро­бу с Ма­дарой. - Оби­то по­мор­щился. - А ведь Рин всё это вре­мя бы­ла жи­ва... Бы­ла ря­дом с то­бой. Рас­ска­жи что-ни­будь! Что угод­но! О мис­си­ях. Что она го­вори­ла? Из­ме­нилась ли она? - пос­ле мол­ча­ния: - Что ви­дел вмес­то ме­ня... твой ша­рин­ган?

Улыб­ка. Стран­ная улыб­ка. Как тог­да: нед­ви­жимый, при­жатый кам­нем, уже по­дарив­ший свой "по­дарок", он улы­бал­ся...
У Ка­каши хо­лодок про­бежал по спи­не. По­вину­ясь си­юми­нут­но­му по­рыву, он рез­ко по­дал­ся впе­рёд всем те­лом и схва­тил Оби­то за пле­чо - ма­тери­ален ли он, не ис­че­за­ет ли из его жиз­ни сно­ва.
Оби­то скри­вил­ся. По­хоже, Ка­каши пе­рес­та­рал­ся.

- Не знаю, Оби­то... Го­вори­ли, меж­ду мис­си­ями Рин ухо­дила на­дол­го гу­лять од­на. На за­дани­ях она бы­ла нем­но­гос­ловна, но вни­матель­на к дру­гим, как и всег­да. Од­нажды об­молви­лась, что Цу­наде-са­ма всё ча­ще её хва­лит пе­ред Треть­им, го­ворит, что у неё та­лант. Ес­ли чес­тно... Это она по­доб­ра­ла твои оч­ки. И хра­нила их... То­же она. Я - по­том.

Ка­каши смот­рел в пол. Он бы и под уг­ро­зой ги­бели не рас­ска­зал Оби­то об их не­лов­ком по­целуе: Рин не­ожи­дан­но приб­ли­зилась и... О том, как од­нажды она за­мёр­зла и, поп­ро­сив раз­ре­шения, всё де­журс­тво при­жима­лась к не­му, си­дяще­му на де­реве и ох­ра­ня­юще­му их с Ми­нато-сен­се­ем сон... О том, как её гла­за всег­да чуть доль­ше ос­та­нав­ли­вались на его ли­це, чем нуж­но...
Но кое о чём он не мог не рас­ска­зать.

- На­вер­ное, те­бе всё-та­ки нуж­но знать это. Мне же это из­вес­тно от Ми­нато-сен­сея. Спус­тя три дня пос­ле той мис­сии... Рин приш­ла к не­му и поп­ро­сила соб­рать ко­ман­ду сен­со­ров для по­ис­ков. Сен­сей был в тот мо­мент сна­ряжён на важ­ное за­дание, Тре­тий не дал раз­ре­шения от­ло­жить ни на час. Он ска­зал, что ко­ман­да на по­ис­ки тво­его... те­бя уже от­прав­ля­лась и вер­ну­лась ни с чем. Ей ру­ково­дил Дан­зо. - Ка­каши пе­ревёл дух. - Имен­но с тех пор Рин на­чала гу­лять од­на за пре­дела­ми де­рев­ни. Иног­да мне ка­жет­ся, что она ис­ка­ла... И что оч­ки у неё от­ту­да. Ведь ког­да мы вы­бира­лись из той ямы, я дер­жал её за ру­ку, у неё их точ­но не бы­ло.

Ка­каши вы­дох­нул. Он не мог се­бя зас­та­вить пос­мотреть на Оби­то, как буд­то тот мог сквозь по­вяз­ку про­читать на его ли­це не­выс­ка­зан­ное.
Ког­да он все же под­нял гла­за, то по­нял, что не зря бо­ял­ся. Гу­бы Оби­то бы­ли плот­но сжа­ты, бро­ви под­ра­гива­ли. Он был в ярос­ти.

- Как. Ты. Мог. От­пускать её од­ну?! За пре­делы де­рев­ни?! Ты дал сло­во!!!

___________

- Оби­то! По­жалуй­ста! - взмо­лил­ся Ка­каши.

Что-то в его го­лосе не­ожи­дан­но мгно­вен­но ос­ту­дило Оби­то. Он всё ещё шум­но ды­шал, но боль­ше не хо­тел не гля­дя схва­тить Ка­каши за гор­ло и ку­да-ни­будь швыр­нуть.

________

Так стран­но бы­ло об­ра­щать­ся по име­ни, это­му име­ни, не к кам­ню, а к че­му-то жи­вому. Не­объ­яс­ни­мо, но нес­мотря на все смер­ти зем­ля­ков, сквозь ко­торые пе­ред Ка­каши прос­ту­пал те­перь об­раз дру­га, он буд­то чувс­тво­вал там, внут­ри из­ра­нен­но­го, ис­ка­лечен­но­го те­ла то­го, кто бесс­трас­тно об­рёк на ги­бель по­лови­ну ши­ноби Ко­нохи, что-то жи­вое. Слов­но сквозь бро­ню жес­то­кос­ти, бес­силь­ной ярос­ти, стра­дания и не­навис­ти ед­ва уло­вимо про­бива­лось ог­ненное си­яние улыб­ки то­го не­ук­лю­жего жиз­не­радос­тно­го Учи­хи.
Осо­бен­но ког­да он про­из­но­сил имя Рин.
_________

Оби­то ре­шил, что хва­тит на се­год­ня се­бя пы­тать но­вой ин­форма­ци­ей та­кого ро­да, - внут­ри и так что-то за­ныло, за­шеве­лилось, ещё чуть-чуть, и бу­дет нес­терпи­мо, - а по­тому сме­нил те­му:

- Сколь­ко дней я уже здесь?
- Око­ло трёх.

Ого. Трёх.

- А это?.. - вмес­то оз­ву­чива­ния страш­но­го вслух Оби­то по­казал на свою го­лову.
- Се­год­ня ут­ром.

"Зна­чит, я был в от­ключ­ке два дня? Или эта... ме­дик... вче­ра при­ходи­ла? Чёрт, лад­но, раз­бе­рём­ся с этим поз­же".

_________

Фраг­мент IV.

Из-за от­сутс­твия све­та он по­терял счёт вре­мени. Вре­мя сгус­ти­лось в вяз­кую тя­гучую мас­су, Оби­то ба­рах­тался в ней, как му­ха, и с каж­дым вдо­хом, с каж­дым сто­ном всё боль­ше то­нул. А вслед за ним, слов­но при­кован­ная к не­му цепью, шла ко дну на­деж­да ког­да-ни­будь выб­рать­ся.
Пус­то­та вок­руг, пус­то­та внут­ри. Раз­ба­вить ви­дения из мо­лотом сту­чав­ше­го в вис­ки прош­ло­го бы­ло не­чем. Тем­но­та раз за ра­зом за­сасы­вала Оби­то в свои кош­ма­ры, лишь из­редка от­пуская от­ды­шать­ся.
В эти ко­рот­кие мо­мен­ты он поч­ти с нас­лажде­ни­ем вос­при­нимал от­да­ющу­юся в кос­тях, кис­ло­той разъ­еда­ющую мыш­цы и про­сачи­ва­ющу­юся сквозь ко­жу в бин­ты боль. Да­же го­лова рас­ка­лыва­лась поч­ти при­ят­но. Это бы­ло луч­ше по­доб­но­го его пре­дыду­щей мас­ке кру­гово­рота мно­гок­ратной под­ряд, из­во­дящей его до пре­дела смер­ти Рин.
Со дня то­го жут­ко­го про­буж­де­ния в тем­но­те анес­те­зию ему боль­ше не вво­дили, ос­та­вив на рас­терза­ние всей на све­те бо­ли. Со­чувс­твие кон­чи­лось. Оби­то их не ви­нил, лишь креп­че стис­ки­вал зу­бы.
Од­новре­мен­но под по­вяз­ка­ми страш­но че­салось. Так, что хо­телось лезть на стен­ку. Рин всег­да го­вори­ла, что ес­ли че­шет­ся, зна­чит за­жива­ет. Оби­то смут­но до­гады­вал­ся, что тут не обош­лось без пре­иму­щес­тва кле­ток Ха­шира­мы. Вряд ли в ином слу­чае ему бы ещё приш­лось ды­шать. Од­на­ко спа­сибо Ма­даре за весь этот ад го­ворить не хо­телось. Кто его во­об­ще про­сил. Сам Оби­то бы пред­по­чёл уме­реть тог­да, ког­да ему бы­ло по­ложе­но. Судь­ба яв­но пы­талась его убе­речь от ещё бо­лее худ­ше­го, по­ка Ма­дара ей не по­мешал.
Во вре­мя то­го, как сам то­же вос­ста­нав­ли­вал­ся в гос­пи­тале, Ка­каши при­ходил ре­гуляр­но. Сна­чала при­носил ка­кую-то еду, но уз­нав, что Оби­то уже дав­но в ней не нуж­да­ет­ся (чёрт с то­бой, всё же спа­сибо, Ма­дара), пе­рес­тал. Оби­то уже жа­лел, что приз­нался в этом. Мо­жет быть, тог­да он при­ходил бы ча­ще — и ча­ще вы­дёр­ги­вал его из цеп­ких объ­ятий кош­ма­ров.
Пе­ри­оди­чес­ки чьи-то ру­ки ощу­пыва­ли его, пе­ревя­зыва­ли. Ред­ко, го­раз­до ре­же, чем при­ходил Ка­каши. Оби­то точ­но не мог ска­зать, Са­кура это или нет: здо­ровать­ся с ним не ут­ружда­лись, о са­мочувс­твии не спра­шива­ли.

Вско­ре Ка­каши на­чали да­вать мис­сии, он мог не по­яв­лять­ся по нес­коль­ко — ка­жет­ся, дней. Су­щес­тво­вание Оби­то всё боль­ше ста­ло по­ходить на цу­ки­ёми Ита­чи. В быт­ность Ака­цуки он пот­ра­тил не­мало вре­мени на изу­чение спо­соб­ностей соп­ле­мен­ни­ка, дви­жимый, в ос­новном, от­ча­ян­ной за­вистью. Его ша­рин­ган так и не смог до­вес­ти ген­дзю­цу до та­кого уров­ня, с Су­саноо и ама­тера­су и вов­се бы­ло ни­как, по­это­му Оби­то Ита­чи втай­не не­долюб­ли­вал. Борь­ба с этим пре­иму­щес­твом на­поми­нала ему его веч­ные дет­ские по­пыт­ки прев­зой­ти Ка­каши, в свя­зи с чем внут­ренне при­води­ла его поч­ти что в бе­шенс­тво. Од­на­ко с ви­ду Оби­то при­ходи­лось ос­та­вать­ся аб­со­лют­но хлад­нокров­ным, ка­ким и над­ле­жало быть гла­ве ор­га­низа­ции, бла­го мас­ка об­легча­ла эту за­дачу.
Он не раз по­видал, что про­ис­хо­дит с жер­тва­ми Ита­чи, ко­торым не пос­час­тли­вилось удер­жать­ся в его цу­ки­ёми хо­тя бы три се­кун­ды. Од­на­ко на се­бе про­верить да­же в лёг­кой фор­ме и ра­ди ин­те­реса всё же не ре­шил­ся. Что-то под­ска­зыва­ло, что до­верять до кон­ца Ита­чи вряд ли ра­зум­но. В от­ли­чие от са­мого Оби­то, ко­торо­му его нес­частье при­дава­ло сил, Ита­чи про­из­во­дил впе­чат­ле­ние че­лове­ка, нес­час­тно­го до пол­но­го без­разли­чия к сох­ра­нению собс­твен­ной жиз­ни, до пол­ной бес­прин­ципнос­ти в от­но­шении все­го, что не ка­салось Ко­нохи. Оби­то, по­хоже, в по­нима­нии Ита­чи был вы­нуж­денным, не­об­хо­димым злом. Лиш­ний раз ока­зывать­ся пе­ред ним без­за­щит­ным не хо­телось. Од­на­ко Оби­то смог сос­та­вить до­воль­но пол­ное впе­чат­ле­ние о его спо­соб­ностях и без не­пос­редс­твен­но­го учас­тия.

И он го­тов был пок­лясть­ся, что выг­ля­дело его цу­ки­ёми имен­но так.

Вре­мена­ми собс­твен­ный ра­зум иг­рал с ним нас­толь­ко злые шут­ки, что на­чина­ло ка­зать­ся, буд­то пе­ревя­зыва­ет его не оче­ред­ной бесс­трас­тный ме­дик, а са­ма Рин. Её неж­ные ру­ки сколь­зи­ли по те­лу Оби­то, где нуж­но — грея чак­рой, где мож­но — гла­дя. Эти лас­ки гра­ничи­ли с тем, о чём три­над­ца­тилет­не­му маль­чи­ку со­весть не да­вала и меч­тать.
Оби­то ре­шил, что луч­ше бу­дет та­ким ви­дени­ям от­да­вать­ся до кон­ца, пусть на кра­еш­ке соз­на­ния и про­дол­жа­ла бо­лез­ненно пуль­си­ровать мысль о не­ре­аль­нос­ти про­ис­хо­дяще­го. В эти мо­мен­ты он был нас­толь­ко же нес­терпи­мо счас­тлив, нас­коль­ко му­читель­ным нас­ту­пало по­том от­рез­вле­ние от оче­ред­но­го ви­дения с мол­ни­ей, прон­за­ющей сер­дце Рин.

И вот это, пос­леднее, пов­то­рялось, пов­то­рялось и пов­то­рялось. Буд­то он мог за­быть!

В кон­це кон­цов обес­си­лен­но­му этой пе­рема­лыва­ющей ду­шу мя­соруб­кой Оби­то уда­валось за­быть­ся тя­жёлым, как ог­ромный ка­мень, сном.

__________

Фраг­мент V.

Из от­кры­того, ви­димо, на­рас­пашку ок­на тя­нуло дож­дём. По­хоже, Ка­каши, ухо­дя, за­был зак­рыть. Пос­ледние двое су­ток сто­яла ужас­ная жа­ра, и вот не вы­дер­жа­ла, взор­ва­лась, раз­ле­тясь в раз­ные сто­роны лив­нем. От­ча­ян­но скри­пела швы­ря­емая вет­ром ту­да-сю­да ра­ма. Кап­ли до­лета­ли до ли­ца Оби­то, он рас­се­ян­но сли­зывал их с губ. Встать и зак­рыть ок­но не бы­ло сил. Оби­то тер­пел, мёрз, ста­рал­ся от­влечь­ся и по­думать над сво­им по­ложе­ни­ем, по­ка го­лова бы­ла на ред­кость яс­ной. Стра­тегия ни­как не хо­тела вы­рисо­вывать­ся, он пе­реби­рал и заб­ра­ковы­вал ва­ри­ан­ты один за дру­гим.

Скрип­ну­ла дверь.
Ти­шина.
Два ос­то­рож­ных ша­га.
Ещё скрип.
Щел­чок мяг­ко зак­ры­ва­ющей­ся две­ри.

- Я при­нес­ла те­бе во­ды... - ти­хий, как буд­то не­уло­вимо зна­комый го­лос. - Бо­же, как здесь хо­лод­но!

Звук зак­ры­ва­емо­го ок­на.
Что про­ис­хо­дит?

- Как ты?

На те­бе. Не­уже­ли в этом го­лосе слы­шит­ся за­бота?
С ле­вого бо­ка мат­рац чуть про­сел. Оби­то по­чувс­тво­вал, как что-то при­жалось к его бед­ру, да так и ос­та­лось.

- Се­год­ня отец ска­зал, что моё бу­дущее в ка­чес­тве ши­ноби под воп­ро­сом... Я сов­сем заб­ро­сила тре­ниров­ки... - Го­воря­щая, ка­залось, и не жда­ла от­ве­та на пре­дыду­щий воп­рос. Буд­то са­ма с со­бой.

У Оби­то внут­ри что-то неп­ри­ят­но коль­ну­ло. Сквер­но ощу­щать се­бя ме­белью. Меж­ду тем вол­не­ние на­рас­та­ло.

- Я очень приз­на­телен, но... я вас знаю?

Пос­лы­шал­ся звук рез­ко втя­гива­емо­го воз­ду­ха. Вы­дох не пос­ле­довал.
Оби­то ждал. Се­кун­да, две, три, пять... Да что та­кое.

- Про­шу про­щения. Толь­ко не ухо­дите.

Что-то кос­ну­лось его паль­цев. И вне­зап­но креп­ко сжа­ло.

- На­конец-то!

Тут уже Оби­то сов­сем обал­дел. Стис­нул ку­лак вто­рой ру­ки, впил­ся ног­тя­ми в ла­донь. Глю­ки пе­реш­ли на но­вый уро­вень? Нет, вро­де боль­но.

- Я всё ещё не по...
- Тсс!

В ко­ридо­ре ста­ли раз­ли­чимы гул­кие ша­ги. Де­вуш­ка бес­шумно вско­чила с кой­ки и буд­то рас­тво­рилась во влаж­ном воз­ду­хе па­латы.
Ша­ги ми­нова­ли дверь Оби­то и мед­ленно уто­нули в глу­бине ко­ридо­ра. Сно­ва дол­гая ти­шина. Толь­ко он уже ре­шил, что окон­ча­тель­но спя­тил, и ед­ва не вы­ругал­ся вслух, как тот же го­лос про­шелес­тел:

- Де­жур­ный... Об­ход в де­сять ча­сов. Сов­сем за­была.

Зна­чит, Оби­то лиш­ний раз да­же не про­веря­ют. За­пом­ним, при­годит­ся. Грус­тно, прав­да, ко­неч­но. Так что же это за по­сети­тель­ни­ца?

- Я чувс­твую се­бя ду­раком. Пред­ставь­тесь, по­жалуй­ста.

Де­вуш­ка хи­хик­ну­ла.

- А я Хь­юга Ха­наби. Очень при­ят­но!

___________

Фраг­мент VI.

— Кай­тен! — за­виз­жа­ла Ха­наби, и го­лубой вихрь взмет­нулся вок­руг неё.
Де­воч­ка ос­та­нови­лась и за­си­яла ши­рокой счас­тли­вой улыб­кой, од­новре­мен­но пы­та­ясь от­ды­шать­ся. Во­лосы при­лип­ли к влаж­но­му лбу.

Хи­аши удов­летво­рён­но смот­рел на дочь. Всё-та­ки Нед­жи ус­пел пос­та­вить ей ни­как не да­ющий­ся кай­тен. Окон­ча­тель­но до­вела до ума его она, ко­неч­но, са­ма, по­ка Хи­аши с пле­мян­ни­ком сра­жались в ря­дах ар­мии Аль­ян­са. Бы­ло вре­мя, ког­да он ед­ва не ра­зоча­ровал­ся в обе­их до­черях. Од­на­ко это поз­во­лило ему по-дру­гому взгля­нуть на пле­мян­ни­ка. Он приз­нал, что по­мощь Нед­жи прос­то не­об­хо­дима ему для тре­ниро­вок обе­их нас­ледниц. Не толь­ко Хи­наты. Иног­да гля­дя на серь­ёз­но­го, сдер­жанно­го, не по го­дам та­лан­тли­вого пар­ня он ви­дел в нём сы­на, ко­торо­го у не­го ни­ког­да не бы­ло. Хи­аши в глу­бине ду­ши чувс­тво­вал не­кото­рую ви­ну за то, что Нед­жи рос зам­кну­тым. В детс­тве он час­то был бо­лее чем строг с ним, да­же од­нажды при­менил си­лу прок­ля­той мет­ки… Од­на­ко Хи­аши ус­по­ка­ивал се­бя тем, что всё так или ина­че пош­ло пле­мян­ни­ку толь­ко на поль­зу, что муж­чи­на, а тем бо­лее ши­ноби, и дол­жен быть та­ким: нем­но­гос­ловным, соб­ранным, вдум­чи­вым и упор­ным.
«Прос­ти, ме­ня, Хи­заши… Я сно­ва ни­чего не смог пре­дот­вра­тить. Нед­жи дос­то­ин на­зывать­ся тво­им сы­ном. Моя семья нав­сегда ос­та­нет­ся в не­оп­латном дол­гу пе­ред тво­ей».
Из грус­тных мыс­лей Хи­аши вы­дер­нул звон­кий го­лос. Дочь сос­ре­дото­чен­но ста­ралась сло­жить ка­кие-то пе­чати, смеш­но мор­ща нос и по­могая се­бе ком­мента­ри­ями всех дей­ствий вслух. Или она об­ра­щалась к не­му? ..

— Ха­наби? — де­воч­ка встре­пену­лась и вы­жида­тель­но за­мер­ла. Зна­чит, не ему. — Твои тре­ниров­ки ста­ли по­казы­вать хо­рошие ре­зуль­та­ты. Про­дол­жай в том же ду­хе.

Хи­аши нап­ра­вил­ся к вы­ходу из тре­ниро­воч­но­го за­ла, на­мере­ва­ясь при­лечь от­дохнуть. Прош­ла все­го не­деля с тех пор как его вы­писа­ли из гос­пи­таля, и все­го две со дня нас­тупле­ния вне­зап­но­го пе­реры­ва в вой­не. Окон­ча­ни­ем ник­то это на­зывать не смел, слиш­ком неп­ред­ска­зу­емые по­пались про­тив­ни­ки и слиш­ком вне­зап­но они от­сту­пили. Не по­хоже это бы­ло на ко­нец. Хо­тя го­ворят, что од­но­го из вра­гов всё же взя­ли в плен. И да­же яко­бы со­бира­ют­ся пре­дать опы­там Оро­чима­ру… Зме­еоб­разный ну­кенин не­ожи­дан­но пе­ремет­нулся на сто­рону Ко­нохи, чем зас­лу­жил неч­то вро­де вре­мен­но­го про­щения, и око­лачи­вал­ся те­перь где-то поб­ли­зос­ти. Хо­дили слу­хи, что он да­же бы­ва­ет не­ред­ким гос­тем в ре­зиден­ции Хо­каге-са­ма. Дол­жно быть, это бы­ла ложь, по­тому что из-за ог­ромно­го ко­личес­тва ра­неных Пя­тая це­лыми дня­ми про­пада­ла в гос­пи­тале. Вклю­чать бь­яку­ган Хи­аши ме­дика­ми бы­ло на не­кото­рое вре­мя стро­жай­ше зап­ре­щено, по­это­му убе­дить­ся во всём са­мому по­ка не по­луча­лось. Да Хи­аши и не стре­мил­ся. На­вер­ное, ска­зывал­ся воз­раст, но хо­тя бы на ко­рот­кое вре­мя ис­то­во хо­телось вы­кинуть из го­ловы всё, что свя­зано с вой­ной.

За­метив, что отец ухо­дит, Ха­наби при­уны­ла, но при­род­ная не­посед­ли­вость уже че­рез ми­нуту под­хва­тила её за шкир­ку и вы­кину­ла на ули­цу. От из­бытка энер­гии ак­ти­виро­вав бь­яку­ган и пред­ста­вив, что прес­ле­ду­ет це­лую груп­пу вра­жес­ких ши­ноби, Ха­наби стре­митель­но при­пус­ти­ла по нап­равле­нию к боль­ни­це, вы­тянув­шись впе­рёд и от­ве­дя пря­мые ру­ки за спи­ну для быс­тро­ты. Ей не тер­пе­лось пох­вастать­ся ус­пе­хами пе­ред сес­трой.
_________

Бла­года­ря то­му, что отец ещё не от­ка­зал­ся от на­мере­ния сде­лать Ха­наби в бу­дущем гла­вой кла­на, её уде­лом бы­ло до­маш­нее обу­чение. Од­на­ко это мяг­кое наз­ва­ние со­вер­шенно не со­от­ветс­тво­вало ко­лос­саль­ным наг­рузкам, ка­ких не зна­ли под­раста­ющие ши­ноби в Ака­демии. Клан Хь­юга ко все­му под­хо­дил серь­ёз­но и об­сто­ятель­но, до вой­ны очень мно­гие тре­ниров­ки про­водил для неё сам отец. Жи­вая и лю­боз­на­тель­ная Ха­наби стра­дала от де­фици­та об­ще­ния с ро­вес­ни­ками. Все ос­таль­ные де­ти Хь­юга обу­чались в Ака­демии, а её од­но­годок в кла­не и вов­се не бы­ло. Меж­ду тем в её день бы­ло упа­кова­но столь­ко тре­ниро­воч­ных ча­сов, что ка­залось, он им мал и ско­ро лоп­нет, как ре­зин­ка. Нед­жи и Хи­ната бы­ли час­то за­няты на мис­си­ях, од­на­ко иног­да всё же уда­валось их где-ни­будь дос­тать и ок­ку­пиро­вать хо­тя бы на па­ру ча­сов. Тог­да Ха­наби бы­ла счас­тли­ва, при­думы­вала ку­чу за­нятий и та­рато­рила без умол­ку, стре­мясь вып­леснуть все свои мыс­ли, на­коп­ленные за вре­мя раз­лу­ки.
На­чало Чет­вёртой Ми­ровой Вой­ны оз­на­мено­валось для Ха­наби ве­личай­шим ра­зоча­рова­ни­ем — нес­мотря на то, что она бы­ла все­го на два го­да млад­ше Хи­наты, ко­торой толь­ко не­дав­но стук­ну­ло сем­надцать*, на вой­ну её не взя­ли. Она впа­хива­ла как прок­ля­тая, она ста­ралась быть луч­шей сре­ди мо­лодых ши­ноби в кла­не, хо­тя бы пос­ле Нед­жи. Но от Хо­каге пос­ту­пил чёт­кий при­каз: все, кто млад­ше шес­тнад­ца­ти, ос­та­ют­ся ох­ра­нять Ко­ноху. Вре­мена, ког­да де­тей от­прав­ля­ли во­евать, дав­но прош­ли — наз­ло Ха­наби. А ей ведь уже в этом го­ду бу­дет шес­тнад­цать! .. Нес­пра­вед­ли­во.
Од­на­ко очень ско­ро Ха­наби об­на­ружи­ла в сло­жив­шей­ся си­ту­ации плю­сы. Во-пер­вых, тре­ниров­ки боль­ше не но­рови­ли отоб­рать у неё всё сво­бод­ное вре­мя. Бо­лее то­го, они ста­ли его про­дол­же­ни­ем — и толь­ко. Все её сен­сеи от­пра­вились на фронт. Ха­наби уп­ражня­лась тог­да, ког­да са­ма счи­тала нуж­ным. Ей дос­та­вало са­мос­то­ятель­нос­ти и от­ветс­твен­ности для то­го, что­бы не ле­нить­ся, и ув­ле­чён­ности — для то­го, что­бы не те­рять ин­те­рес к са­мораз­ви­тию. Од­на­ко сколь­ко те­перь бы­ло сво­боды для но­вых дел и прик­лю­чений!
Во-вто­рых, сте­ны квар­та­ла боль­ше не бы­ли прег­ра­дой. Рань­ше ей не раз­ре­шалось на­дол­го по­кидать их пре­делы (Хь­юги ещё не оп­ра­вилась от двух по­хище­ний стар­шей до­чери гла­вы кла­на), но те­перь сле­дить за ней ста­ло поч­ти не­кому, и Ха­наби ак­тивно и са­мозаб­венно ис­сле­дова­ла де­рев­ню. Ло­вила де­ловые стай­ки мел­ких, ко­торым до­вери­ли пат­ру­лиро­вание Ко­нохи, и важ­но ими ко­ман­до­вала, пе­ри­оди­чес­ки при­пуги­вая бь­яку­ганом. Вре­мя от вре­мени ус­тра­ива­ла им мас­со­вые со­рев­но­вания, за­ливис­то ухо­хаты­ва­ясь над их нин­дзю­цу. Ма­лыш­ня не оби­жалась, они чувс­тво­вали в ней ли­дера, ко­торый чуть умень­шал пус­то­ту по­кину­тос­ти их сей­час мно­гими взрос­лы­ми. Па­ру раз Ха­наби да­же по­пыта­лась сна­рядить эк­спе­дицию на­ружу — да хо­тя бы в лес — од­на­ко выб­рать­ся уда­валось лишь ей од­ной. Мел­кие то ли бы­ли ещё слиш­ком не­ук­лю­жи, то ли бо­ялись быть за­мечен­ны­ми и на­казан­ны­ми, а по­тому не слиш­ком ста­рались. Ник­то не приз­на­вал­ся вслух, что не хо­чет быть по­хищен­ным или уби­тым вра­жес­ки­ми ши­ноби. Ска­зать та­кое зна­чило опо­зорить­ся пе­ред сверс­тни­ками. Ха­наби этой гор­достью мел­ких мыс­ленно вос­хи­щалась. Са­ма она то­же бо­ялась за род­ных, но не за се­бя, и чуть что — пу­лей бы вы­лете­ла на фронт, на под­мо­гу. Да­же ес­ли бы это оз­на­чало ос­лу­шать­ся опос­ты­лев­ше­го уже при­каза.
Но из де­рев­ни всё ка­залось мир­ным и спо­кой­ным, стар­шие ес­ли и по­луча­ли но­вос­ти с фрон­тов, то не по­дава­ли ви­да. Всё, что Ха­наби зна­ла — что вой­ну объ­явил ста­ричок-ну­кенин Учи­ха Ма­дара, ро­дона­чаль­ник ко­нохов­ских Учих. И что тол­ком не яс­но, как он до сих пор жив и что у не­го за вой­ско, но боль­шим оно вряд ли мо­жет быть. Са­ма Ха­наби втай­не счи­тала бь­яку­ган го­раз­до мо­гущес­твен­нее ша­рин­га­на, по­это­му всег­да ус­ме­халась на­пыщен­ности Учих и мно­го раз пред­став­ля­ла, как по­яв­ля­ет­ся на по­ле боя и од­на с лёг­костью раз­но­сит в пух и прах это­го Ма­дару.
___________

Сто­ило толь­ко вой­скам вер­нуть­ся в Ко­ноху, как ло­вуш­ка кла­ново­го квар­та­ла сно­ва зах­лопну­лась, кро­вожад­но чав­кнув, прог­ло­тив Ха­наби и за­кусив её сво­бодой. На­селе­ние Ко­нохи за­мет­но по­реде­ло, но с ра­нены­ми Ха­наби стол­кнуть­ся не ус­пе­ла — их не­замед­ли­тель­но пе­реп­ра­вили в боль­ни­цу.
Из­вестие о смер­ти Нед­жи зас­та­вило Ха­наби ощу­тить, слов­но пря­мо над её ухом уда­рили в гонг, и от это­го зву­ка весь её мир вок­руг на­чал осы­пать­ся, как шту­катур­ка со стен. Он кро­шил­ся, кро­шил­ся мно­го дней.
В кон­це кон­цов ок­ру­жа­ющее прос­транс­тво ста­ло на­поми­нать мя­тую бу­магу. Буд­то все де­кора­ции сжа­ли в ком­ки, что­бы выб­ро­сить, как не­удав­ши­еся ри­сун­ки. Спус­тя не­делю Ха­наби спох­ва­тилась, на­шари­ла кар­тинки в му­сор­ном вед­ре сво­его пыль­но­го от­ча­яния и кое-как раз­гла­дила их, что­бы хоть чем-то зак­ле­ить пус­то­ту вок­руг. По­лучи­лось пло­хо: крас­ка на них об­лу­пилась и по­тус­кне­ла, а на не­из­гла­див­шихся сги­бах и вов­се от­сутс­тво­вала. Но по край­ней ме­ре ста­ло не нас­толь­ко про­моз­гло, как бы­ло.
По­нем­но­гу на­чиная при­ходить в се­бя, Ха­наби ста­ла ощу­щать из­ме­нения ат­мосфе­ры в де­рев­не. Нап­ря­жение, за­пах скор­би в воз­ду­хе дос­тигли сво­его апо­гея и ста­ли раз­мягчать всё вок­руг ка­ким-то на­ведён­ным, не­ес­тес­твен­ным без­разли­чи­ем — в том чис­ле сте­ны квар­та­ла. Все бы­ли тре­вож­но за­няты сво­ими де­лами, за Ха­наби так и не был тол­ком ус­та­нов­лен стро­гий прис­мотр. Раз­ве что Хи­ната зап­ре­тила со­вать­ся в гос­пи­таль, ска­зав, что за от­цом она там дос­та­точ­но прис­матри­ва­ет, его ско­ро вы­пишут, а ужа­сы вой­ны Ха­наби сто­ит стре­мить­ся не ви­деть как мож­но доль­ше. Ха­наби не хо­телось пе­речить и расс­тра­ивать сес­тру, она бы­ла счас­тли­ва, что та вер­ну­лась жи­вой, и не ста­ла соз­да­вать ей лиш­них проб­лем.
Пос­ле вы­пис­ки от­ца ни­чего не из­ме­нилось. Его обыч­ная, ещё «до­во­ен­ная» отс­тра­нён­ность при­об­ре­ла от­те­нок по­терян­ности: он, ка­залось, поч­ти не за­мечал не толь­ко Ха­наби, но и во­об­ще ни­чего вок­руг. Сколь­зил по до­му как при­виде­ние — ещё чуть и чуть — и бу­дет хо­дить сквозь сте­ны. Ха­наби на­до­еда­ло бол­тать­ся по квар­та­лу и она пе­ри­оди­чес­ки миг­ри­рова­ла за пре­делы, уже не бо­ясь встре­тить соп­ро­тив­ле­ние род­ни. Из сум­бурных рас­ска­зов нем­но­гих бо­лее или ме­нее под­ле­чен­ных и уже вы­писан­ных оче­вид­цев ма­ло что бы­ло по­нят­но. Ма­дара ока­зал­ся не Ма­дарой, вер­ну­лись от­ступ­ни­ки Оро­чима­ру, Учи­ха Сас­ке, вос­кре­шены и уби­ты мно­жес­тво быв­ших Ка­ге, во­дили хо­рово­ды, в ко­го толь­ко не все­ля­ясь, хвос­та­тые де­моны, при­чём-то там был ка­кой-то Лун­ный План… У Ха­наби го­лова шла кру­гом, соз­да­лось впе­чат­ле­ние, что все ши­ноби бы­ли раз­бро­саны по раз­ным фрон­там или час­тям фрон­тов, по­тому ис­то­рии не вя­зались. Она всё пы­талась встре­тить ка­кого-ни­будь бо­лее или ме­нее адек­ватно­го рас­сказ­чи­ка, но те, кто наб­лю­дал эпи­центр со­бытий (ес­ли та­ковой был), ли­бо на­ходи­лись сей­час при смер­ти, ли­бо бы­ли страш­но за­няты и со­вер­шенно не по­пада­лись на гла­за. Хи­ната же воз­вра­щалась до­мой за­пол­ночь и сра­зу за­сыпа­ла. Го­ворить о вой­не она от­ка­зыва­лась нап­рочь.
Ха­наби вер­ну­лась к тре­ниров­кам, они по­мога­ли при­водить мыс­ли и эмо­ции в по­рядок. Сов­сем не­дав­но стал поч­ти иде­аль­но уда­вать­ся кай­тен, что на ка­кое-то вре­мя и вов­се вве­ло её в эй­фо­рию. На вол­не бу­шу­ющей энер­гии Ха­наби да­же рис­кну­ла при­тащить от­ца и уго­вори­ла его пос­мотреть. Она чувс­тво­вала се­бя пя­тилет­ней де­воч­кой, изо всех сил ста­ра­ющей­ся зас­лу­жить гор­дость па­пы. И — о, счастье! — пре­ус­пе­ла в этом.
__________

На вхо­де в гос­пи­таль ра­зог­навша­яся Ха­наби чуть не впе­чата­лась в как раз по­кида­ющую его Мо­эги — дев­чонку из ко­ман­ды вну­ка Треть­его, од­ну из мел­ких, с кем она за­бав­ля­лась в Ко­нохе во вре­мя вой­ны. «Стран­но, это ведь бы­ло сов­сем не­дав­но…» — прон­зи­ла мозг не­пово­рот­ли­вая мысль.

— Ой. А ты что тут де­ла­ешь?
— Я… По­могаю, Ха­наби-сан. Я же ме­дицин­ские тех­ни­ки изу­чаю…

Ха­наби ок­ругли­ла гла­за. Зна­чит, ма­ляв­кам мож­но тут, а ей нель­зя?

— А ес­ли… без тех­ник? Ну то есть прос­то ру­ками? Как ты ду­ма­ешь, мне раз­ре­шат по­могать? — приз­на­вать­ся ма­лыш­не в том, что в кла­не Хь­юга по­чему-то ма­ло ко­го учат ме­дици­не, да и то спе­цифи­чес­кой, бы­ло неп­ри­ят­но. Но очень об­ра­дова­ла заб­резжив­шая пер­спек­ти­ва про­водить по­боль­ше вре­мени с сес­трой.

Мо­эги за­дума­лась.

— Во­об­ще все ирь­ёни­ны пос­то­ян­но жа­лу­ют­ся на то, что нам не хва­та­ет рук. По­это­му, ду­маю, лю­бая по­мощь бу­дет не­лиш­ней. К то­му же, у те­бя бь­яку­ган! Ты мо­жешь ви­деть чак­ру! — она вос­торжен­но улыб­ну­лась. — Но луч­ше те­бе всё-та­ки спро­сить ко­го-то из стар­ших…
— Ты Хи­нату не ви­дела? — пе­реби­ла уже мыс­ленно убе­жав­шая впе­рёд Ха­наби.

Мо­эги опять по­мед­ли­ла пе­ред от­ве­том. Пя­тая точ­ка Ха­наби уже тре­бова­ла прик­лю­чений и страш­но раз­дра­жалась та­кой не­опе­ратив­ности.

— Ка­жет­ся, я ви­дела её на вто­ром эта­же… Но не уве­рена. Ха­наби-сан, спро­си у де­жур­но­го на вхо­де, он обыч­но в кур­се, за кем ка­кие па­латы…

Не­тер­пе­ливо кив­нув, Ха­наби ис­чезла в две­рях гос­пи­таля.

________________to be continued____________________
Утверждено Nern Фанфик опубликован 30 июня 2015 года в 22:04 пользователем monkey.
За это время его прочитали 790 раз и оставили 2 комментария.
+1
Sombelly добавил(а) этот комментарий 19 июля 2015 в 17:35 #1
Sombelly
Доброго времени суток.
Я очень люблю Обито, я сострадаю ему, я чувствую к нему какую-то особенную связь. И я была крайне заинтересована, когда увидела, что кто-то точно так же, возможно, как и я, любит этого персонажа. О таких, как он, пишут мало, и чаще всего не очень деловито, либо вовсе опровергая все каноны, раздувая столько ООСа, сколько умещается на печатном листе.
Но я бы сказала вы со своей задачей справились.
Вы сумели заинтересовать, вы смогли оправдать ожидания от прочтения шапки, и это на самом деле не так часто встретишь в данное время, как-то все фикрайтеры будто вымерли. Чего-то все время не хватает, что-то да не так, не по душе.
Слог. Об этом хотелось бы поговорить больше. Читать приятно. Читать легко. Но какая-то нестыковочка идет. Раз уж вы все-таки делаете уклон более на художественный стиль, как-то более возвышенный, старайтесь не использовать такие низкие слова как "отходняк", если только это не диалог или мысли персонажа. Я на этих моментах неприятно морщилась, может, это и недолго, но все же было, и общее впечатление малость принижает. Не стоит смешивать такое.
Что мне точно понравилось, так это смешание слов рассказчика с мыслями самого персонажа. Я очень люблю такой ход, сама им частенько даже злоупотребляю, но все же это кажется мне абсолютно естественным и приятным. Главное - это правильно этим ходом воспользоваться. У вас получается.
Порадовало течение событий. Я не могу сказать о каком-то сюжете, потому что не хочу ожидать многого, чтобы быть потом разочарованной. Но что точно меня радует, так это действие, которое происходит. Оно есть, есть движение, а не одночастные мысли персонажа о том, как мир несправедлив, и упущение развития событий вслед уходящему концу. Типа хэппи енда, а читатель в дураках - что произошло, никто не понял, но вроде как все хорошо, за исключением того, что прочитано двадцать страниц, а из них действия лишь страницы на полторы, куда входило "он подумла, он ушел, он пришел".
Какое еще замечание. Я немного пропустила общие действия манги, хотя, в целом, все еще не выпала из общей ситуации, не совсем уверена, что помню точное определение и предназчание "камуи". НО ЧТО ТОЧНО МНЕ НЕ НРАВИТСЯ, что вы в начале текста то и дело упоминаете о нем, прям, не знаю, сосредоточились на этом слове гораздо больше, чем на самом персонаже. Масло масленное, используйте его меньше, что ли.
В общем, мне понравилось, я с удовольствием прочитаю продолжение, когда вы его напишите.
С ув. ваш читатель.
0
monkey добавил(а) этот комментарий 19 июля 2015 в 19:27 #2
Как же приятно читать такие отзывы!
Рада, что мы с Вами единомышленники) Действительно, всё так и есть, я жуткий обитоман и меня тоже всегда разочаровывает крайне малое количество фанфиков о нём, таких, каких хотелось бы))
Обновила, включив продолжение. Надеюсь, оно Вам понравится)))
Что касается «отходняка». Меня ужасно не устраивает это слово, оставила его в тексте до лучших времён, когда придёт в голову подходящая замена с тем смыслом, который я пытаюсь передать.
«Смешение слов рассказчика с мыслями самого персонажа» - обожаю этот приём. Кстати, не всем он по душе почему-то.
Я рада, что Вы пишете, что у меня нет перебора с лирикой и недостатка экшна. Да, я, пожалуй, скорее не эпик, хотя стараюсь уравновешивать тексты в эту сторону. Однако всё же меня больше интересуют мысли и чувства персонажей. Поэтому боялась за возможный некомфорный для читателя перекос в эту сторону. Рада, что этого не случилось))
Камуи – техника переноса самого себя/вещей/людей в другое измерение. Благодаря автоматическому бессознательному переносу и возвращению отдельных частей тела туда и оттуда, Обито в бою почти неуязвим. По поводу частого повторения, пожалуй, согласна, спасибо за замечание))

Ещё раз благодарю за отличный отзыв!!!