Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Фанфики по Наруто Трагедия/Драма/Ангст Тень правды — 1: Борьба за проклятый город. Глава 2. Трудности в пути

Тень правды — 1: Борьба за проклятый город. Глава 2. Трудности в пути

Категория: Трагедия/Драма/Ангст
Глава 2. ТРУДНОСТИ В ПУТИ.


Путь долог, труден, полон тайн,
Людей, что точно мир другой.
Покинув земли, родной край,
Готовься к трудностям, друг мой.


— Это мы должны спрашивать… кто ты.
Свет, что шёл от фонаря, был неровным, пламя свечи, горевшей внутри бумажного абажура, постоянно металось из стороны в сторону. Сакура не расслаблялась и нахмурилась, едва увидела его — такие фонарики делали на праздники, их развешивали по дому, украшали, создавали светлую “домашнюю” атмосферу… Увидеть его в сырой пещере было по меньшей мере странно.
— Не думала, что здесь есть ещё кто-то, кроме меня. — Голос у гостьи звучал надломленно, хрипло, будто недавно та чуть не сорвала его.
Фонарь чуть качнулся, девушка посветила на них, лучи сразу выхватили всю в мелких веточках и земле одежду, вооружение за спиной в подсумках, одна из куноичи — в этом сомнений не было — и вовсе была в маске. Сами они пытались разглядеть новоприбывшую, но удалось заметить лишь синие или же голубые волосы, спутанные, явно давно не мытые, длиной до лопаток, не перехваченные резинкой или в косе — распущенные. Да и кожа была светлая, пусть и не было видно всего — во всей этой тьме и неверном освещении легко ошибиться. Только заметили, что облачилась неизвестная в модную ныне тёмно-синюю кофту с короткими рукавами и чёрные штаны, ноги красовались в черневших в этой тьме сандалиях.
Ниндзя чувствовали чакру в стоящей напротив девушке. Несомненно, это куноичи. Нормальный человек не будет плутать под пещерными сводами и набредать на тупики, нормальные люди сидят в городах и зарабатывают деньги, которые кровавыми не назовёшь.
— Так кто ты такая? — настороженно спросила незнакомку Тсубаки. Бой в пещере никому не принёс бы выгоды — только лишние проблемы.
— Вам необязательно это знать, люди из Харуно, — девушка уже разворачивалась идти обратно, когда едва не получила пару кунаев в спину, но вовремя отскочила, да и ещё сумела удержать фонарик.
— Я задала тебе вопрос. — Тсубаки вытащила последний кунай, не выдавая, однако, волнения. — Ты знаешь, что мы — Харуно. Ты же…
Синеволосая посмотрела на кунаи, потом повернула лицо к ним. Взгляда её всё так же не было видно, только всё равно складывалось впечатление, будто она ко всему равнодушна. Даже губы не дрогнули в усмешке или ухмылке, движения же оставались прежними — ничего лишнего. Неровный свет на миг выхватил янтарные, с медно-оранжевым отливом глаза, но скоро они вновь пропали во тьме.
— Если не хотите, чтобы вас узнавали, Харуно, прячьте свои гербы. Люди не так плохи в геральдике, как шиноби могут думать.
— Ответь на вопрос.
— Что ж… Хорошо, представлюсь я союзному клану, который на помощь, однако, не пришёл.
— Помощь? — сдвинул брови Наото. — Харуно не получали никаких известий! Союзников у нас двое — Узумаки и Хаюми. И если первый уничтожен, то вторые уже третий-четвёртый день не отвечают!
— Не отвечают? — переспросила синевласка, но, чуть помолчав, неожиданно представилась. — Я из клана Хаюми, Харуно… — Подняв фонарь выше, она посветила, дав себя рассмотреть: довольно высокая, с синими до лопаток волосами, янтарными холодными глазами, светлой кожей. Её можно было назвать красивой — всё при ней, и силой она не обделена, тренированное тело заметил каждый. Их имён она не знала, и обратилась по имени клана: — Харуно-минна-сан*… Вы заблудились?
Тсубаки с облегчённым вздохом опустила кунай и вернула оружие на место:
— Хаюми… Я уж думала, враг…
Та в ответ лишь невозмутимо пожала плечами:
— Я вполне могла оказаться врагом. Правильно сделали, что атаковали меня.
— Постойте, — выступила вперёд Сакура. — Это всё, конечно, прекрасно, но что вы сами тут делаете, Хаюми-сан? Мы оказались здесь из-за погони, вы же запыхавшейся или хотя бы уставшей не выглядите. — «Только голос почти сорван…»
— Я? — в голосе послышалось напускное удивление. — Я просто исследовала эти пещеры, в которых собралась жить ближайшие несколько дней.
— То есть… — заговорил Наруто, — ты знаешь отсюда выход?
— Я только что оттуда.
— Ого, это же хорошо! — обрадовался парень, переглянувшись с братьями Харуно, на лицах которых тоже отразилась радость. — Ты не могла бы проводить нас дотуда, Хаюми-чан?
Все некоторое время молчали, Хаюми же не торопилась с ответом. Наруто спокойно ждал ответа, как и рядом стоящие ниндзя, куноичи, однако, не слишком доверяли нежданной гостье. Слишком неожиданно она появилась, слишком внезапно оказалась союзником, слишком много навалилось для одного раза.
— “-чан”? — мрачно переспросила куноичи. — Я попросила бы следить за словами, Харуно-сан. Я вас впервые вижу, как и вы меня, и не думаю, что звать меня столь ласково — уместно. Я лишь прошу о взаимном уважении. Более того, вы все младше меня.
Она и правда выглядела старше года на три точно. Наруто нахмурился, казалось, даже обиделся:
— Ну как хоче… хотите, Хаюми-сан, — выделил он обращение, отвернувшись в сторону и сложив руки на груди. — Мне, в принципе, без разницы.
— Наруто, успокойся, — зыркнула на него Сакура. — Хаюми-сан, он прав, вы не могли бы проводить нас до выхода? Мы были бы очень признательны.
— Я знаю только один выход отсюда, — ответили им и развернулись так, что стало ясно сразу — ждать их явно не собирались.
Не став заставлять ту ждать, шиноби пошли за Хаюми, которая уже скрывалась в недрах пещеры вместе с единственным здесь источником света. Праздничный фонарик мерно покачивался в такт шагам куноичи, остальные не выходили вперёд неё, не желая попасть туда, куда никто не пойдёт. Обстановка не располагала к дружественным разговорам, но о них никто и не помышлял — не та для них ситуация. Однако никто из них долго не молчал. Тсубаки шла рядом с Хаюми, когда поинтересовалась:
— Хаюми-сан…
— До убежища моего относительно недалеко, — не дала договорить куноичи, видимо, решив предугадать вопрос.
— Относительно недалеко? Спасибо за информацию, но мне бы хотелось узнать и ещё кое-что… Почему вы находитесь здесь, а не в своём поместье? Задание?
— Видимо, вы ещё ничего не знаете.
Сакура нахмурилась. Этот ответ не понравился никому — слишком неопределённо.
— Что это значит, Хаюми-сан?
Им ничего не ответили, продолжили молчать и идти вперёд. Тсубаки переглянулась с сестрой, братья незаметно проверили оружие, единственный же здесь Узумаки, которого приняли за Харуно, только сдвинул брови, но тоже ничего не сказал. Возможно, им не хотят рассказывать конкретно здесь — быть может, их подслушивают. В их мире возможно всякое, Наруто знал это — повидал уже пару извращений ниндзя. Одни только вживлённые в тела техники чего стоят.
Прошло, наверное, несколько часов, прежде чем они дошли до небольшого закутка с выходом наружу. Выход был несколько клыкастый, так можно было описать небольшие скалы, что будто стремились друг к другу, да недотягивались. Хаюми остановилась у небольшого кострища, поставив фонарик прямо на него, остальные сгрудились рядом.
— Теперь можно и поговорить, — кивнула будто самой себе синеволосая девушка. — Мне очень интересно, что в этих пещерах забыли люди клана Харуно. Это необычно — такие, как вы, больше любят свет, к тому же, смысла идти через незнакомые пещеры не вижу.
— Эти пещеры хорошо прячут чакру, — устроилась на камне Тсубаки. — Нам надо было скрыться от Хьюга.
— “Было”? — чуть прищурилась собеседница. — Вы уверены, что стоит говорить об этом в прошедшем времени?
Харуно-старшая нахмурилась. На миг повисла тишина, которую разорвала всё та же куноичи-сенсор:
— Согласна. Они ждут нас снаружи… но вряд ли услышат.
Недоверчивость несколько мешала им говорить о секретах свободно, но поделиться сведениями с союзником можно, бед не принесёт. Ниндзя устроились поудобнее вокруг кострища, кто на камне, кто просто сел на землю, опершись на кривые сталагмиты. Здесь было уже не так сыро, как в недрах пещеры, но и света не хватало. Наруто чуть прищурился:
— Солнце идёт на закат.
— Хаюми-сан, — посмотрела на ту Сакура. — У нас для вас неприятные новости.
Та почти никак не отреагировала, будто слышала что похлеще уничтожения Узумаки и раскола Харуно. Девушка сохраняла прежнюю невозмутимость на протяжении всего рассказа о случившемся — хотя Наруто еле сдерживался от комментариев, вновь молчаливо клянясь отомстить. Однако никто так и не узнал, кому мстить-то надо.
— Кстати говоря, Хаюми-сан, добавлю: для всего мира Узумаки мертвы. Вы меня не видели и вообще не знаете, — улучив момент, вставил своё слово один из выживших.
— Мертвы для всего мира? — казалось бы, равнодушно переспросила та. — Что ж, понятно.
— А как вы здесь оказались и почему?
— Расскажу позже, сейчас надо избавиться от Хьюга. Кажется, они приблизились достаточно, чтобы нас слышать, — Хаюми неторопливо поднялась на ноги. — И для лучшего сообщения — зовите меня Конан. Моё имя покороче фамилии будет.
— Я Тсубаки.
— Сакура.
— Катсура, а это мой брат Наото.
— Наруто.
— Закончим на этом. — Харуно тоже поднялась с камня.
Конан деловито поправила подсумок с оружием, после чего потянулась, как довольная кошка, разминая немного затёкшие мышцы. Чакра врага пусть и слабо, но чувствовалась, и даже такой сенсор, как Наруто, понял, что последние их слова эти белоглазые слышали. И поспешил себя похвалить, что не назвал здесь свою фамилию, иначе за ним точно началась бы охота. Как хорошо, что внешне он пошёл в отца, в человека клана Намиказе, а от матери лишь характер.
Хаюми перешла на напряжённый шёпот:
— В дне пути отсюда — Отофоку, движемся к этому городу. Но сначала, пожалуй, избавимся от Хьюга, пару дней будем путать следы.
— Отофоку, значит, подождёт…
— Нам вообще-то надо к дедуле Фукуто, — заметил Наруто, после чего повернулся к союзнице: — Конан-сан, отсюда до поместья У…
— Девять километров. Так что направление — север. Уведём Хьюга подальше от них…
Тсубаки всё это время молчала, тщательно сканируя местность на чакру. У выхода из пещер камень не так уж хорошо прятал их энергию от вездесущего бьякугана, но её настораживало не только это. Снаружи их, конечно, ждали враги, но если сначала преследователей было трое, то сейчас сенсорика выдавала двух противников — Учиха среди них не оказалось. Иллюзия? Или же шаринган — как она прозвала Учиха — и правда отстал? Люди этого треклятого клана почти поголовно мастера генджутсу, их улучшенный геном — великое доджутсу — это позволял.
Наото поёжился от ветра, что прогуливался по пещере и морозил кожу. Солнце ушло с этих краёв, снаружи царили сумерки, в пещерах же и того хлеще темнело. Будить чакру, чтоб согреться, Наото понимал — не надо, Хьюга как раз по поиску чакры специалисты.
— Учиха среди них нет.
— Нам же легче. По сигналу уходим. Фонарь оставим здесь, снаружи он будет лишь мешаться.
Ниндзя не спешили и старались не делать резких движений — шли так, как шли бы обычно. Несмотря на то, что и они сами, и враги их уже знали друг о друге, Конан, да и не она одна, считала, что провоцировать атаку лучше не надо. От джуйкена Хьюга будут одни проблемы, лучше заставить врага потерять их из виду.
Когда пещеры остались позади, Сакура и Конан дружно вдохнули посвежевший, как им показалось, воздух, почти без той влажной сырости, царившей внутри каменных стен. Парни переглянулись, и в следующий миг все бросились прочь к северу. Туда же, где только что стояли Харуно, врезалась концентрированная чакра, такая, что оставила в земле пару приличных вмятин. Чертыхнувшись, белоглазые метнулись следом.

С того момента минуло три дня. Всё это время шли переговоры с Намиказе, где и обсуждался вопрос об Узумаки, и Минато с Кушиной даже толком не отдохнули, хотя им и предоставили для этого день. Волнение, беспокойство, непрестанный стресс не давал их душам покоя, казалось, что завтра же случится что-то ужасное, но каждый раз завтра наступало, а ужасного не происходило… Самое ужасное, сказала мужу однажды Кушина, уже случилось. И теперь работы постоянно было невпроворот, хлопот хватало, и сейчас Минато возвращался к Узумаки с вестями о решении старейшин Намиказе. Кушину он оставил в безопасном поместье родного клана.
Оттолкнувшись от ветви, Минато прыгнул вперёд, схватившись за другую ветку. Та прогнулась, зато смягчила прыжок, дорога шла легко и без проблем. Погода радовала — листва хоть и прятала солнце, зато оно не слепило глаз, приятная прохлада облегчала путь. Без мыслей ни о чём, спокойно, будто слившись на краткие мгновенья с природой, Минато тенью нёсся к Узумаки. Он пролетал как раз рядом с дубравой, когда… не увидел этой самой дубравы.
С коротким притопом остановившись на крепкой ветви, мужчина удержался на дереве, недоумённо, а после внимательно глядя на непонятные обломки и будто обгорелые куски дерева, отдалённо напоминающие какие-то конструкции. Это не сгоревший лес…
— Здесь же поместье Хаюми…
В несколько прыжков приблизившись к поместью, Намиказе спрятался в древесных кронах, пытаясь понять, что к чему. Напряжённый взгляд неторопливо изучал местность, не хотелось верить в то, что эти руины раньше были чьим-то домом. Нет, более того… домом их союзников. Минато пробежал бы мимо, если бы не исчезнувшие непонятно куда гиганты, что скрывали за собой поместье Хаюми — раньше здесь высились огромные, раскидистые в кроне деревья, такие же, однако, как и все остальные. Ниндзя всегда говорят: “Хочешь спрятать дерево — спрячь в лесу”.
— Что здесь произошло? — шёпотом протянул Минато. — М?
Посреди всех этих руин один как перст стоял какой-то парень. Сначала показалось, что это шатен, так падал свет, но, приглядевшись, шиноби понял, волосы у незнакомца тёмно-красные, тёмно-красные и жутко напоминающие причёску — прямые до плеч — одного из выживших Узумаки. На нём был однотонный дорожный плащ бордового цвета, обувь же… стандартные сандалии, такие удобны в бою и широко пользуются ниндзя. Этот парень шиноби? Это он всё здесь устроил?! Нет, покачал головой Минато. Огня уже нигде не было, возможно, из-за вчерашнего ливня. Значит, сгорело оно ещё день назад. Вряд ли этот парень сжёг здесь всё, это почти невозможно.
«Почти», — мысленно добавил он и затаился, скрыв чакру так, что его почувствовал бы разве что опытный шиноби, у которого к чакросенсорике генетическая предрасположенность. На незаметность Намиказе никогда не жаловался.
— Что… — донеслось до него. — Что здесь произошло?..
Парень вздрогнул:
— Конан? Конан! — стоило ему о ней вспомнить, как сразу же кинулся к обломкам, перепрыгивая через первые головёшки и крупные почерневшие куски дерева. От рисовой бумаги сёдзи почти ничего не сохранилось, поместье меньше всего напоминало себя самого. Парень без устали искал кого-то, откидывал в сторону сложившиеся шалашом бруски, чуть ли не копался в земле в тщетных поисках. Эта картина будто пропиталась отчаянием, странной надеждой, которая едва видным огоньком тлела во тьме. Ищущий же не замечал ничего, с губ снова сорвалось: — Конан!
Минато понятия не имел, кого он звал — плохо знал клан Хаюми. Ниндзя чуть сузил глаза и тут же спрыгнул вниз, перекувырнувшись перед самым приземлением. Поднявшись, мужчина хотел было подойти к парню, когда неожиданно понял, кто перед ним:
— Узумаки Нагато? — недоверчиво спросил у себя Минато.
— Чёрт! — в сердцах выругался Нагато, на эмоциях пнув валявшуюся рядом деревяшку. — Надо найти Конан… Надо найти Конан… — Похоже, её трупа он не нашёл.
Минато кинулся Узумаки наперерез, не собираясь отпускать его просто так, без ничего — ситуация складывалась странная, ведь у Хаюми Нагато должен был быть ещё дня два назад, если не все три. Узумаки едва не ударил, когда его дёрнули за плечо.
— М? — вздрогнул Нагато, остановив кулак у головы увернувшегося уже шиноби. — Минато-сан?
— Да, это я, Нагато. Что ты здесь делаешь? — отпустив его, спросил Намиказе. — Ты должен был всё успеть ещё два-три дня назад.
Последнее слово будто пошло на дно — такая тишина прозвучала в ответ. У Узумаки были тёмно-карие, почти чёрные, глубокие глаза, Минато даже показались слёзы. Нагато наклонил голову, пряча взгляд за длинной чёлкой, тень упала ему на лицо. Всё это только нагнетало обстановку, но скоро парень ответил, голос его был глух, подавлен:
— Я… Это я виноват. Я не пришёл вовремя… Последние три дня я… два дня был в плену у Учиха, третий же — скрывался от них.
— Пошли в лес, отсюда подальше, — печально посмотрев на остатки чужого дома, Минато повёл союзника прочь. — Легче рассказать будет. Тебя пленили Учиха?
Чуть помолчав, парень ответил внезапно глухим голосом:
— Да.

Чем больше Нагато отдалялся от родного поместья, тем больше свободы чувствовал, будто разорвал старые связи, зато стремится к новым – и это чувство ему не нравилось. Он ещё помнил ад пятидневной давности, кожа до сих пор горела от тогдашних ожогов, а в ушах трещали искры. Мимо, сквозь листву, промелькнуло озеро, но Узумаки не стал там останавливаться даже чтоб пополнить наполовину пустую флягу.
- …Узумаки уничтожены?! – внезапно раздалось откуда-то снизу.
Нагато остановился, в следующий миг метнувшись к другому укрытию и пряча чакру как можно глубже. Голоса он не узнал, значит, вряд ли союзник. Парень нахмурился, услышанное ему не нравилось, обычный люд ещё не слышал об этом.
Однако повисла поразительная тишина. Никто больше ничего не сказал. Нагато успел подумать, что говорившие ушли, и уже собирался спуститься проверить, когда внезапно ощутил врага за спиной, тут же развернувшись и выставив блок. Мощным ударом его сбили с ветви, парень, пролетев мимо пары деревьев, чуть не встретил ствол третьего спиной, но вовремя сгруппировался и с ветви вскинул взгляд на врагов.
- Красные волосы? – сдвинул брови один из них – светлокожий брюнет с растрёпанными волосами.
- Узумаки? – хмурился второй.
Нагато внимательно следил за противниками – все они, все трое оказались одеты в одну и ту же форму: тёмно-синие плащи, обычные, такие же, как у него самого, штаны и закрытые сандалии. У некоторых виднелся бандаж, обхватывающий голени, может, и голеностоп тоже. Герб клана наверняка вышит на спине, так что пока он не знал, чьи перед ним шиноби.
- Вы сами кто будете? – прищурился Узумаки, но тут же отпрыгнул в сторону, чудом успев уйти от атаки.
Клинок с силой перерубил ветвь, дерево с листвой полетело вниз, противник же вскочил на обрубок, подбросив рукой корпус. Нагато вздрогнул и тут же моргнул, переведя взгляд ниже – он заметил глаза этого парня. Перед ним Учиха, четверо Учиха с шаринганом!
- Это плохо… – пробормотал он, выхватывая по три куная в руки и метая в противников.
Пока те уклонялись и отбивались, парень успел скрыться в листве, бесшумно летя прочь отсюда. Деревья поражали своим однообразием, но ниндзя понимал куда лучше другого, не военного человека – ниндзя различат его следы, оставь он после себя хоть что-то, потому и старался стать тенью полностью. Это было не так просто, как на словах – Нагато если и скрывался от погони, то раз десять за всю жизнь. Опыта, читай, никакого.
До ушей долетел свист, и в следующий миг парень пригнулся, в сальто приземляясь на ветвь и оборачиваясь. Эти четверо от него так просто не отстанут! Нагато быстро сложил печати и уже собирался выдуть струю воды, но возникший перед лицом Учиха помешал, резко полоснув по горлу кунаем. Захлебнувшись в крови, ниндзя не успел упасть с ветви как с хлопком исчез в дымке. Учиха раздражённо нахмурился и активировал шаринган.
«Это было где-то здесь…» – двигался обратно к озеру Нагато.
Ему повезло, что рядом плескался источник воды, с такой мыслью шиноби скрылся внизу, едва слышно приземляясь на илистом берегу. Здешняя влага играла ему на руку, и когда Учихи приближались, снизу на них летел водяной дракон:
- Suiton: Suiryudan no Jutsu*!
Трое метнулись в стороны, дракон же погнался за одним из них. Герб клана Учиха разорвало на части, кровь плеснулась на красный полукруг, дракон же стремительно исчезал вместе с покорёженной заменой. Нагато выхватил кунай, парировав атаку и тут же, удерживая оружие, перехватив врага за руку:
- Что от меня надо Учиха?
Ему не ответили, лишь глянули за спину, будто оттуда атакуют, но Нагато знал, что это не так. Резко присев, Узумаки прокрутился, резко выпрямив ногу, но противник в сальто ушёл от подножки, когда ему вслед метнули три куная. Уйдя и от них, Учиха насмешливо фыркнул:
- Неужто ты думал, что?.. – В следующий миг грянули взрывы, парня же швырнуло в воду.
Подскочив к озеру, Нагато вскинул руки:
- Suiton: Futto Nagare*! – и резко опустил их в прибрежную воду, от которой пошла сначала мелкая, потом всё более и более сильная рябь – и скоро озеро кипело.
- Ублюдок! – со спины летел на него другой, меч Нагато отбить не успевал…
- Не убивай его! – рявкнули справа, клинок же развернули тупой стороной.
Сталь с силой дала по шейным связкам, тело оглушила резкая боль, от которой Нагато едва не упал на колени. Рядом с ними остановились другие двое, третий ошпаренный едва не ударил его, когда из воды вылез. Нагато нахмурился, когда посмотрел в глаза Учиха, лишь в последний момент осознав ошибку:
- Tsukiyomi!
В тот же миг мир обернулся красно-чёрными тонами, солнце стало луной, голубое – алым, белое – чёрным, а чёрное – белым, всё перевернулось, перемешалось, сложилось обратно во что-то другое и застыло будто навек. Узумаки тут же рванулся в сторону и сразу понял, что не может двигаться, только куда-то поворачиваться, но не идти.
- Что?
- Ты уже в моём мире.
«Что это ещё за техника? – никак не мог понять Нагато. – Техника шарингана? Мощная иллюзия… Нам об этом не докладывали… Сами не знали?» Под ним алела бездна, лишь по сторонам чернели клыкастые скалы, будто готовые накинуться в любой момент – этот искажённый мир давил со всех сторон. Где-то летали воробьи, одного из которых внезапно схватил ястреб. Когтями он разорвал его, другие воробьи разлетелись в стороны, но скоро поспешили обратно – и воробей за воробьём, каждый “впитался” в ястреба, с каждой птичкой становившегося всё больше и больше. Силуэт походил на человеческий, но им не являлся – пусть и проявилось лицо его врага:
- Я хотел бы поговорить с тобой, Узумаки.
- Никакой я не Узумаки, ублюдок, – яростно сощурился Нагато, мысленно велев себе успокоиться.
- Клан Узумаки был полностью вырезан пять с лишним дней назад.
Ниндзя сжал кулаки, взгляд потяжелел пуще прежнего, он лишь надеялся, что это не заметят, впрочем, понимал, как эти надежды пусты. Ему не повезло нарваться на элитный отряд, четверо его одолели. Теперь следовало думать, как отсюда выбираться… Клонов он не оставил, значит, был лишь один вариант. Но сначала лучше и правда выслушать этого типа…
- И что с того? – пытаясь унять ярость во взгляде, как можно спокойнее поинтересовался шиноби.
- Ты – Узумаки, бессмысленно это отрицать. Мой вопрос таков: кто уничтожил Узумаки?
- Не знаю.
- Ты выжил в той резне, не может быть, чтоб ты не знал.
- А вдруг я во время той резни был на миссии? – пожал Нагато плечами, изо всех сил пытаясь не яриться. – Или я гостил у союзников? А может, я и устроил ту резню? В мире нет ничего невозможного, особенно в нашем.
«Надо было применить ту технику… Сейчас я её не использую, чёрт. Значит, будем импровизировать…» – сосредоточенно размышлял Узумаки.
- Не ври – ты был во время резни, это по глазам видно. В твоих же интересах всё мне рассказать, Учиха вам помогут!
Помощь от столь сильного клана лишней не была бы… но Нагато никому, кроме своих, не доверял – этих же парней впервые видел. Чёрно-красный мир на миг свернулся в трубку, но тут же стал прежним. Тело резко сотряс кашель, сухой, мучительный кашель, глотку нещадно драл воздух, казалось, что он задыхается… когда же всё успокоилось – примерно через минуту – Учиха спокойно возвестил:
- Могу свернуть мир ещё раз. Отвечай правду, Узумаки.
- Я бы не сказал правду, если б не знал, что ты в неё не поверишь.
Мир вновь свернулся и развернулся, и так повторялось ровно до тех пор, пока Нагато не прохрипел:
- Я всё равно ничего другого не скажу. Потому что правду сказал давно.
Если бы эта правда ударяла по его клану, он ни за что бы её не сказал, но эта не несла в себе ничего – ни пользы, ни вреда. Иллюзорный мир шипел, переливался чёрными красками, облака сворачивались и разворачивались, казалось, абстракцию мнут и разминают, будто недовольны своим творением. Так поэт постоянно мнёт листки и кидает на пол, а потом разворачивает и перечитывает, перечитывает, перечитывает… Странная пытка, но она выжала из него все силы. Скоро его пленили и связали, чтоб не сбежал.
Шиноби уже были достаточно далеко от озера, воду которого Нагато мог бы использовать. Пленник же не сопротивлялся, наоборот, смиренно шёл с ними, хотя порой казалось, что он что-то задумал.
Они остановились на полянке, всю окружённую небольшими деревцами.
- Что с ним делать будем? Сенсоров-чтецов среди нас нет…
- Да-а, память его мы не прочтём. Но можем договориться насчёт этого с Мадарой-сама. Думаю, он вышлет кого-нибудь.
- Ты думаешь? – с сомнением протянул третий, с каштановыми волосами. – Мадара-сама?
- Да, – кивнул тот, второй, с длинными иссиня-чёрными волосами. – Его поразила новость об уничтоженном клане. Решили всё проверить. Конечно, если б это было не так, Мадара-сама не стал бы тратить людей, как бы он подумал, попусту. Такаши, отправишь? – спросил он четвёртого, того, кто ничего не сказал, ответив сдержанным кивком.
Чтоб не терять время, которого и так не было, Учиха написали, что будут на севере Страны Огня – наверняка чтоб не показывать потенциальному беглецу своё поместье. Нагато напрягся пуще прежнего как только услышал это – на севере у него дел не было никаких – даже если освободится, уйму времени потеряет. После того же, как взявшийся будто из ниоткуда – хотя наверняка долгосрочная иллюзия – ястреб улетел доставлять послание, отряд вместе с пленным скрылся в лесу. Узумаки же ругал неожиданную слабость – до этого же думал, что достаточно силён, пусть и надо улучшать навыки.
Узумаки сумел сбежать, но от погони не избавился – к этому моменту прошло примерно два дня. Первое время парень пытался понять, что же от него понадобилось людям столь влиятельного клана, но потом пришёл к достаточно убедительному, чтоб существовать, выводу: интерес к Узумаки и его странному, необъяснимому уничтожению всё оправдывал. Вспомнились слова кого-то из этих Учиха, что глава их клана заинтересовался этим…
Бечёвки же попались крепкие, к тому же, кажется, они провели по ним чакру, так что свобода всё отдалялась и отдалялась… Но клан Узумаки не зря славился своей особенной чакрой – Нагато резал вражью энергию своей, но шло всё очень медленно. Будь он Хьюга – освободился бы сразу же, хотя не каждый белоглазый может выбрасывать чакру не только с рук, но и со всего тела.
Верёвки ослабли, но не разрезаны – так он оценивал обстановку, когда засадный отряд Учиха остановился на передышку. Это был тот самый момент, которого он ждал два дня… Мито его учила использовать за раз несколько техник – так враг не сразу поймёт что к чему. Техника клонирования без печатей оказалась весьма сложной в исполнении, но скоро за деревом скрывалась точная копия военнопленного. Ещё мысленных усилий и чакры… Через некоторое время Нагато поменялся с клоном местами. Еле сдержав облегчённый вздох, ниндзя как можно тише шагнул назад и замер. Учиха ничего не заметили. Сделал ещё несколько тихих шагов – и скоро развернулся и тенью скрылся в хвое.
Прошло примерно полчаса, когда Нагато таки остановился. Вокруг всё ещё царила хвоя. Сосновый бор приятно щекотал нос смольным ароматом – не зря многие любят хвойные леса. Но вот передвигаться по ним было куда сложнее, нежели по деревьям лиственным. Нагато остановился средь густой хвои и осторожно выглянул из-за ствола, глядя на лес и пытаясь понять, заметили ли пропажу враги. Но никого видно не было.
- Не буду в это верить – лучше себя поберегу.
Не став ждать противника, ниндзя не сразу отправился к Хаюми, как говорила ему миссия, но решил попутать им следы. Возможно, и очень даже вероятно, его будут преследовать, а это обернулось бы большими неприятностями. Сейчас Нагато был слабее одного-единственного Учиха, который его одолел, пленив в иллюзии. От клона информации не поступало – иначе настоящего мог засечь тот самый сенсор, встретиться с которым планировали Учиха.
В таком напряжении прошла вся ночь, какую он путал вражьим ниндзя следы. Поначалу было сложно, но здесь ему подфартило – пошёл дождь, да непростой, а целый ливень! Будто боги рыдали над их многострадальным миром. Молнии сверкали, и постоянно громыхало, но Узумаки не останавливался – у него не было времени, ведь недавно исчез клон. Ночь же заканчивалась. И только после этого, уже утром он отправился к Хаюми – путь до них занял долгие полдня. И вот впереди уже виднелись… руины… Жалкие обугленные остатки некогда прекрасного поместья…


Тяжёлое безмолвие сильно давило на психику, но времени размениваться на мелочи не было – а по сравнению со всей ситуацией это именно мелочью и выглядело. Намиказе погрузился в мрачную задумчивость, поимка и плен Нагато могли значить лишь то, что теперь Учиха в курсе о последних выживших. Нагато быстро заморгал и опустил голову так, что бордовые в тени волосы скрыли и второй глаз.
- Вчера шёл сильный ливень, – еле разомкнул челюсти он. – Поместье же сгорело, значит, до вчерашней ночи.
Минато серьёзно смотрел на него – и взгляд его был понимающий, понимающий, что беды только начинаются:
- Мертвы все?
- Я не нашёл трупа Конан. – Пустой, как и прежде, голос. – Она может быть жива…
Узумаки резко стиснул зубы так, что заходили желваки. Сердце, казалось, сжалось и разжалось вместе с кулаками. И пусть всё скрывалось волосами, Намиказе понял и так – парню охота кричать от боли, тревог и страха, от той страшной ненависти, что потихоньку рождается в душе шиноби – порой и ему самому хотелось рыдать.
- Мы должны доложить о ситуации Фукуто-сама и Мито-доно, – озвучил первую задачу Намиказе, Нагато в ответ лишь сухо кивнул, и скоро ниндзя уже скрывались в шелестящей от вездесущего ветра листве.
Им повезло, что день был погожий, ведь времени и так не хватало. Оба шиноби не обращали внимания на усталость физическую, пытались игнорировать и тревожные воспоминания, что никак не оставляли их в покое. Врагов нигде не ощущалось, Минато же был сенсором хорошим, недаром ведь его считали новой легендой, которой надо лишь показать себя. До поместья Узумаки шли считаные километры, скоро ниндзя перешагивали сгоревшие сёдзи и тщетно пытались не дышать воздухом, что насквозь пропах пеплом. Нагато почти не обращал на это внимания, больше сейчас думая об уничтоженных Хаюми.
- Я припозднился на два дня, – будто спокойно констатировал факт Нагато, проходя по почти целому коридору.
- Зато сейчас время сэкономили. Прошло всего полдня, а обычно на путь уходит часов восемнадцать.
Быстро пройдя по пустующему поместью, Минато и Нагато постучались лишь для галочки и вошли в импровизированный кабинет – однако сидел там один лишь старейшина, Мито-доно уже не было. Не став спрашивать об этом старика, шиноби задвинули двери за собой и без прелюдий отчитались. Фукуто в конце лишь нахмурился:
- Значит, будем подбираться не к Учиха, а к Сенджу. За ними север Страны Огня, за их врагами – юго-запад, так что теперь вы оба знаете, куда двигаться. Сейчас же следует отдохнуть от дороги. И уничтоженный клан Хаюми… Мы не можем тратить силы на поиски выживших – у нас попросту нет людей. Свободны.
Минато спокойно покинул кабинет, в котором остались старейшина и Нагато – всего лишь один из выживших, никакого особого места в клане никогда не занимавший. Парень стойко выдержал взгляд Фукуто-сама, строго спрашивавшего, зачем тот остался. Невооружённым глазом было видно – он устал, но что понадобилось ему от единственного оставшегося в живых советника? Выглядел Нагато настроенным серьёзно, взгляд же было не прочитать – чёлка всё прятала.
- И что же понадобилось тебе, Нагато?
- Я найду выживших клана Хаюми – одна из них, возможно, жива, – стараясь держать тон ровно, заявил шиноби старейшине. С него сухо потребовали:
- Доказательства?
- Её труп не найден. Если есть выжившие, надо их найти, и как можно скорее! Не найден труп куноичи, но даже если это женщина, всё равно шиноби, и её силы могут нам пригодиться…
- У клана Узумаки нет ни людей, ни времени заниматься почти бесполезными поисками, к тому же, финансов нанять сторонние силы практически не осталось. Одна Хаюми погоды не сделает.
Нагато резко сжал кулаки. Упёртость этого старика начинала раздражать, но нельзя поднимать на него голос – это значит непочтение, неуважение, так к старейшинам Совета не обращаются… Но что осталось от этого самого Совета?! Ничего, только один старик, который слишком привык к власти, и злость уже прорвалась в участившемся дыхании:
- Вот так просто… Вы вот так просто оставите собственных союзников?! – вскинул на него взгляд ниндзя. – При всём уважении, Фукуто-сама, я не собираюсь сидеть сложа руки и смотреть, как уничтожают кланы! Следующими могут стать Харуно, а они, насколько я понял, сейчас далеко не едины и слабее себя прежних. И они предадут нас ещё легче, если мы оставим другого своего товарища. Ресурсы есть! Я – ваш ресурс. Дайте мне миссию. И я выполню её без сучка без задоринки. Клянусь на крови Узумаки, что течёт в моих жилах – я выполню задание!
Фукуто молча отвечал ему серьёзным взглядом, но замечалось в нём и что-то смутное, будто старейшина впервые за долгое время сомневался в собственном решении. Он никогда не позволял какому-то молокососу поднимать на него голос, но здесь даже не успел отреагировать. Где тот научился такому красноречию или же это эмоции помогли, советник не знал, но и понимал – это неважно. Парень говорил правильные вещи, не беря в расчёт последствия – ведь Нагато могли призвать и на другое задание.
- Ты поклялся на своей крови, Узумаки Нагато, – напомнил ему Фукуто. – И если провалишь задание – станешь изгоем, ты понимаешь это?
- Понимаю, – решительно кивнули в ответ.
Фукуто, чуть помолчав, продолжил:
- Что ж, в таком случае дам тебе другую миссию, которую ты обещал выполнить. Заглянешь к Такахаши за товаром – надо обновить оружие. На них у нас средств достаточно, здесь список. Так, где же он был… – и повернулся к скопленным бумагам, что стопками лежали на невысоком столе сантиметров в пятьдесят высотой. – По поводу Хаюми решишь сам, но сначала выполнишь приказ.
- Слушаюсь.
- Вот список. Сначала задание, потом – своя инициатива.
Боле ничего не говоря, шиноби принял неожиданную миссию и неслышно, так, как его родители учили, покинул помещение. Задвинув же за собой сёдзи, он сразу понёсся к выходу, попутно спрятав список в подсумке, где хранился и свиток для запечатывания – покупок явно будет много, парень догадывался об этом, пусть и не смотрел ещё товары. На задание Нагато выдвигался сразу же, не желая тратить попусту время – а отдохнуть и в гробу можно. Силы ещё находились, не все ушли на Учиха и до поместья Такахаши должно было хватить – то скрывалось в северных горах Страны Огня, как раз рядом с рудниками.

- Так, следы мы Хьюга запутали – это хорошо, – полусонно повторила Тсубаки, шагая рядом с синеволосой куноичи из Хаюми. – Но я так и не поняла, зачем нам в Ото-о… – зевнула она, – …фоку…
- Ну… – протянул Наруто, – хотя бы для того, чтоб отдохнуть с дороги…
- …и провизией запастись, – холодно добавила Конан.
- И вообще, нам нужны спальные мешки…
Вся группа шла медленно и, казалось, уставшая, такая, что даже остановись напротив враг – они сражаться бы не стали. Не спать несколько дней и путать следы преследователям мало кому понравилось, особенно после бессонного дня до этого – пусть потом и было всё относительно нормально. Но это могла быть очередная иллюзия, в конце концов, нет в мире ничего объективного, кроме самого мира.
Катсура и Наото переглянулись и дружно повернулись к всё ещё позёвывающей старшей Харуно:
- А разве мы не спали недавно?
- Ну не выспалась я, преступление, что ль? – тут же огрызнулась Тсубаки.
- А чего ты на нас зубоскалишь? – нахмурился Катсура.
- Так, замолчите все трое, только поссориться нам не хватало, – быстро встала между ними Сакура, многозначительно глянув на каждого соклановца. – Да и идти нам относительно недалеко.
Город уже виднелся на горизонте, надо было только до него дойти – всего лишь пара жалких километров. Они два дня путали врагам следы, потом еле отоспались с переменным дежурством – никто не противился вахтовому методу – и два дня шли до Отофоку. Порой Сакура и сама поражалась человеческой живучести, а крепости Наруто никто уже не удивлялся – Узумаки же, они все выносливые.
- Может, отдохнуть немного? – остановившись рядом с небольшой полянкой, спросила Хаюми и оглянулась на товарищей. – Что думаете?
Никто против не был, и полчаса-часик, никто точное время не засекал, шиноби давали телам отдохнуть – а те порядочно затаскались за пять напряжённых дней. Отдых казался чем-то нереальным, почти эфемерным, и сейчас даже Наруто подумал, что на миг исполнилась его самая заветная мечта, только потом это чувство быстро пропало. Вспомнилось то, что у них силы-то и вытягивало – грязь мира шиноби, война. А слабеть на войне от бессонных ночей – всё равно что плевать на собственную шкуру.
Отдых, однако, быстро закончился.
- Времени у нас нет, – пробормотал Наруто, поднимаясь на ноги. – Все, поднимаемся! У нас полно дел!
- Все, похоже, только этих слов и ждали, – улыбнулась Сакура, тоже вставая и оглядываясь на остальных, готовящихся в недолгий путь до города. – Кстати, кто-нибудь знает Отофоку хоть сколько-нибудь? Я, например, ни разу там не была.
- Не волнуйся, – прошла мимо сестры Тсубаки. – Я знаю этот город. Немало миссий в нём прошло.
Скоро не оставалось и следа того, что здесь отдыхали шиноби – заметать следы их научили отменно. Трава чуть покачивалась на ветру, что изредка пускал по полянке лёгкую рябь, и казалось, там кто-то спрятался. По ветвям пробежались пара белок, оттуда же слетело несколько листочков, которые подхватил озорной ветер и унёс их дальше, бросив на полпути. Ниндзя же скрывались вдали – их ждал город Отофоку, незнакомый никому из них, кроме одной-единственной старшей куноичи.
И кто бы что ни говорил, а дойти до Отофоку труда не составило. Город был аккуратный и шумный одновременно – как-никак, один из самых больших центров Страны Огня. Именно здесь отоваривался господин феодал, его замок стоял не так далеко от Отофоку. Однако входить в него никто не торопился – не с Узумаки, герб на спине которого так и кричал об его происхождении. Враги вполне могли быть и в городе, несмотря на то, что сейчас опасности никакой не грозило. Сакура посмотрела на сестру:
- Наруто надо другую одежду.
- А это обязательно? – влез парень. – Я могу превратиться в кого-нибудь другого.
- Смена одежды будет надёжнее – чакра же нужна и для боя.
- Разумно, – отметил Катсура, чуть задержав взгляд на фамильных гербах Харуно, вышитых у куноичи на спинах. – Кстати говоря, помните слова Кизаши-сана? Сомневаюсь, что они относились только к Узумаки – нам тоже не помешает скрываться.
- Я сейчас в магазин. Тсубаки-нээ-сан, пойдёшь со мной? Ты говорила, что знаешь город.
- Пойду.
Наото сразу понял, что хочет сделать брат, и тоже полез в рюкзак, сняв его со спины. Через некоторое время он извлёк из его недр небольшой свёрток, который в развороте оказался обычным дорожным плащом – бежевого цвета, с красной линией по кайме. Конан окинула плащ равнодушным взглядом, про себя отметив, что ей тоже не помешало бы скрываться. Накидки вручили сёстрам Харуно, которые собирались скоро вернуться, после чего остальные направились к раскинувшейся недалеко отсюда полянке.
- Конан-сан, – позвал девушку Наруто. Та не откликнулась, но сбавила шаг, теперь идя наравне с Узумаки. – Вы говорили, что расскажете, что делали в тех пещерах. Нам, конечно, повезло, что вы там оказались, иначе до сих пор бродили бы незнамо где, но всё же…
- Лучше расскажу, когда все соберутся – чтобы не повторяться. Скажу только: быть последней из кого-то – очень опасно.
Слова эти мгновенно заставили парня вспомнить о своём клане снова, хотя он и не забывал о случившемся. То безнадёжное и зловещее, мстительное настроение возвращалось, ненависть снова пыталась открыть глаза, и Наруто нахмурился, пытаясь загнать эти чувства обратно в клетку. Ниндзя – это человек, способный вытерпеть всё, так и Извращённый Отшельник говорил. Не может же он посрамить собственного наставника! Пусть и было сложно сдерживаться.
Хаюми прошла на полянку за братьями Харуно, что сразу же повалились в траву отдыхать снова – казалось, им осточертел весь мир ото всей этой дороги. Улыбнувшись уголками губ, но быстро скрыв всё за невозмутимостью, куноичи заприметила мощное дерево, под которым и решила устроиться вздремнуть. Солнце успело немного надоесть, тень казалась лучше света. А Наруто уже уселся под первым попавшимся деревцем, листвой шелестящим свою невесомую песню. И на сей раз опасности в шелесте не звучало – лишь умиротворённость.
Цари такая гармония во всём мире – и счастью было бы место. С такой мыслью Конан прикрыла глаза, расслабляя тело, что ласкала приятная тень.
В отличие от своих товарищей по отряду, Тсубаки и Сакура не отдыхали, а пытались незаметно для иногда попадавшихся в городе ниндзя пройтись по магазинам одежды в поисках одного-единственного дорожного плаща.
- Наруто и правда плох в превращениях?
- Не то чтобы плох, но контроль чакры тот ещё, – ответила сестре младшая. – Нет, он, конечно, работает над этим, но даже я не в пример лучше.
- Ну да, как же себя не похвалить-то, – дружелюбно усмехнулась Тсубаки, заходя в магазин. – Наруто же не привереда? Будет носить то, что ему не по нраву?
- Не привереда, но вкус у него есть. Ну, например… вряд ли он оденет что-нибудь ярко-розовое.
- Нашла что в пример приводить! – оглянувшись на Сакуру, притворно ужаснулась Харуно. – Я б такое тоже не надела! И не “оденет”, а “наденет”. Одевать можно только кого-то.
- Ой, хоть к словам-то не придирайся.
- А ты язык учи. Помогает, знаешь ли.
- Зануда.
- Какая есть.
Когда сёстры вернулись к команде, те уже успели вздремнуть – как-никак, почти час прошёл. Купили они четыре дорожных плаща – на них уже были накидки, остальным тоже следовало спрятать герба. Одеяния походили на те плащи, что красовались на розовласых куноичи, и никто против не был. Можно было, конечно, не идти всем отрядом за той же провизией, но выходить-то из города всё равно с другого конца, а так хоть лишний путь делать не будут.
- Вообще, Отофоку – красивый город, если не оглядываться постоянно за спину, – говорила им Тсубаки, останавливаясь перед прилавками с едой. – О шести концах города на холмах воздвигли по святилищу Великому*, и ведут к ним белокаменные лестницы. Если нанять экскурсовода, многое можно узнать о городе и его истории.
- Змей здесь тоже достаточно, хотя если их не замечать… – отвечала сестре Сакура, когда послышался голос Хаюми:
- Змеям лучше не глядеть в глаза – заворожат.
Обычный, казалось бы, разговор, но любой ниндзя улавливал подтекст: если “постоянно оглядываться за спину” – “не терять бдительности”, если “змей здесь достаточно” – “хватает и врагов”, если “змеям лучше не глядеть в глаза” – “лучше врагам бить со спины, пока не ударили в спину тебя”. Но несмотря на всё это, магазины полнились разнообразной едой, город не прибеднялся, как-никак, сам феодал здесь отоваривается. Мирные люди знали о распрях и понимали, что сами их остановить не смогут, и в большинстве своём война не мешала им жить – пока не сражались рядом с ними.
- Идём, – после покупок Тсубаки вновь повела группу за собой.
Если уж скрываться от врагов, так делать это сносно и не использовать чакру у них на глазах. Поплутав немного по переулкам, шиноби остановились в одном из них. Оглядевшись по сторонам, куноичи повернулась к остальным – те уже вытащили по запечатывающему свитку. Еды набрали прилично, так, что хватит на неделю вперёд, и нести это богатство в сумах не собирались – слишком тяжёлый груз тормозить путь будет.
Сложив несколько простых печатей, Конан заставила пищу, которую охватила чакра, обратиться дымкой и неторопливо впитаться в бумагу, формируя иероглиф. Иероглиф печати был там и раньше, только зримыми чернила сделала чакра. Аналогично поступили все остальные и уже собирались покидать переулок, как внезапно Тсубаки резко крикнула всем приготовиться – в следующий же миг, не успел никто ничего понять, их атаковали.
Двое неожиданно появились у Наруто за спиной, Узумаки с размаху развернулся и ударом в живот отбросил от себя одного, второго же, замахнувшегося на него ниндзя-то, пинком сбила на землю Сакура, приземлившись рядом с другом. Тсубаки сразу же отпрыгнула назад, формируя несколько печатей и с силой врезая кулаком по земле, пустив по ней чакру и расколов техникой поверхность. От трещины сбежали все ниндзя, зато Конан и братьев Харуно оставили в покое – с последних успели сдёрнуть плащи.
Все стояли наготове, не сводя с противников внимательных взглядов. Тсубаки держала ниндзя-то на уровне глаз, в отражении клинка следя и за обстановкой за спиной, её младшая сестра встала рядом с Узумаки, вместе с ним готовясь к защите и нападению – кунаи зрили врагам в грудь. Наото сразу понял, с первой же атаки их, что оппоненты силой не обделены, и распечатал оружие – им оказался простой длинный шест. Его старший и более сдержанный родственник вооружился привычным руке ниндзя-то, которым сражалась и старшая куноичи Харуно. Противники же все поголовно использовали мечи ниндзя, Тсубаки и Катсура оценили – клинки хорошие, кованные мастерами оружейного дела. Но ситуацию ухудшала форма, в которую облачились враги – чёрная, непроглядная, помогающая скрываться во тьме подобно хамелеонам. Они казались настоящими тенями, даже лица их скрывались за масками, оставляя открытыми лишь глаза. И никаких гербов.
Наруто необычно на них отреагировал, странно для всех, но не для себя: эта форма напоминала… Глаза его резко расширились, зубы заскрипели в страшном оскале, кулаки сжались сильнее прежнего – так же, как и сердце, что заколотилось о грудную клетку с силой, будто способной кости пробить. Сакура резко выдохнула, большими глазами зыркнув на напарника, Узумаки честно попытался успокоиться – он вспомнил слова подруги: “…мы от всех избавимся, только делать это надо спокойно”. Сакура была права. К тому же ещё ничего не доказано…
- Восемь… Без гербов, в масках, в чёрном… – пробормотала Конан, резко сдвигая брови и негромко интересуясь: – Охотники на шиноби?
- Называйте нас, как хотите, но вы должны умереть.
Соглашаться с этим никто не стал, вновь ринувшись в бой. Наруто сразу метнул во врага кунаи, которые тот отбил и бросился в атаку – Узумаки занял обе руки противника, блокируя удар, когда из-за спины его выпрыгнул клон. Клон не использовал нинджутсу, решили биться скрытно от всего города. Охотник вскинул взгляд на клона, когда последнего сбил на землю другой в чёрном, резко полоснув ниндзя-то по груди, тот с хлопком исчез, хотя скоро врагу пришлось спасаться от ударной силы Харуно-младшей.
- Вы пожалеете о том, что пришли по наши души. – Конан резко вскинула руки к небу, и вокруг вихрем завертелись обрывки бумаги.
- М? – оглядывались по сторонам охотники, когда одного из них подхватил вихрь и сразу же укутал в бумагу, перебивая тому дыхание.
- Раз желаешь кому-то смерти, – смотрела на него Хаюми, – значит, и сам к ней готов.
Клан Хаюми хоть и был малочислен, пусть от него сейчас почти ничего и не осталось, но способности свои он сохранил – и слабыми их никто не назовёт. Охотники не стали ждать, когда бумажные лезвия нацелятся на них, и трое занялись синевласой куноичи – оставшаяся половина взяла на себя более слабых.
Двое из охотников были уже мертвы, живые же прижимали ниндзя к стене – открывать свои способности ещё больше никто из них не хотел. Тсубаки вздрогнула, наткнувшись спиной на кого-то, но это оказалась Сакура, что тоже держала оружие наготове.
- Охотники на шиноби – те же самые наёмники. Надо оставить одного живым.
- Нет, Сакура, надо сначала выжить, а потом думать об остальном.
- Только дилетанты болтают во время боя! – атаковал их враг.
Тсубаки тут же перехватила клинок, лезвием смотрящий на противника, когда из-за спины того внезапно появился неизвестный – и взмахнул мечом, рассекая охотнику спину от плеча до поясницы. Вскрикнув, раненый мешком свалился на землю, едва не сломав себе руку при неудачном падении. Рядом с ним с глухим притопом приземлился крепкого телосложения незнакомец в чёрном плаще, скрывавшем лицо под капюшоном – и хрипы валявшегося в грязи охотника прервала его же сталь.
Вздрогнув, куноичи снова встала наизготовку – она не знала этого парня. Он, однако, на них не отреагировал, невозмутимо дав отмашку. Сакура удерживала руки охотника, улучив момент и бросив того через бедро на землю, в следующий же миг в его горло мягко вошла сталь. Выдернув меч, неизвестная в чёрном плаще отряхнула клинок, после метнувшись к другим – и Сакура с ней. В прыжке размахнувшись, она с боевым кличем врезала охотнику с мечом, да так, что тот отлетел на добрые десять метров, сбив собой товарища, тут же напоровшегося на короткий меч третьего незнакомца. Тот недовольно цокнул:
- Всё же Великие Мечи Воды намного лучше.
- Суйгетсу, не отвлекайся.
- Да-да.
Куноичи в чёрном резко оглянулась – за выжившей и отступавшей троицей метнулись двое её сокомандников, сама же она после обернулась к напрягшимся перед нежданными гостями шиноби. Больше всех хмурилась и недоумевала Харуно Тсубаки, чей клинок смотрел на неё.
- Джуго, – посмотрела она на напарника, – ищи других охотников.
- Уже.
- Ты… – послышался голос Тсубаки – в нём так и звенело напряжение. – Карин? – Очень уж чакра знакомая…
Куноичи в чёрном ничего не ответила, только неторопливо пошла к Наруто. Парень недоверчиво следил за каждым её шагом, так и не опустив кунай. Он видел выбившиеся из-под капюшона малиновые локоны, но всё ещё не верил, что может вот так столкнуться с сестрой.
- Да, я Карин, – скинула та капюшон.
Карин ничуть не изменилась, разве что волосы косо обрезала, да во взгляд вернулась осмысленность – не виднелось там прежней пустоты. Наруто с таким удивлением уставился на сестру, что, казалось, даже забыл о тех, кого секунду назад преследовать собирался. Вторая Узумаки решила это проигнорировать и уже хотела было что-то сказать, когда брат чуть ли не накинулся на неё:
- Ты что здесь делаешь?!
- Это я у тебя хотела бы спросить! – тут же нашлась куноичи, сердито фыркнув.
Пару секунд все молчали.
- Карин, надо поговорить, – постаравшись взять себя в руки, парень подцепил сестру под руку и отвёл ту в сторону.
Тот, которого назвали Джуго, не двигался, но Наруто чувствовал на себе его взгляд. Попробуй он навредить Карин – и пусть даже не собирался этого делать – этот парень его живым не оставит, это чувствовалось. Всё усиливалось и тенями, царившими в переулке, в котором витала и металлика крови. Несколько трупов уже не могли слышать, что здесь происходит и о чём говорят, но все верили – упокоенные души бессмертны, а значит, и от них надо скрываться.
- Карин, – хмурился Наруто, вспоминая совещание. – Что ты здесь делаешь? Кто эти люди?
- Насчёт этого не беспокойся, Наруто, у меня своя миссия, и, поверь, я лучше тебя знаю, что делаю, – отвечала ему кузина.
- Своя миссия? Вряд ли ты боевая единица, скорее…
- Именно, – прервала его Карин. – Остальное объясню позже. Сейчас вам лучше идти с нами, город полон врагов. Кстати говоря, это, – кивнула она на напарника, – Джуго.
- Ну и успела ты вляпаться за четыре-то дня…
- Позже.
Переглянувшись, все негласно согласились с Узумаки – отдых им сейчас не помешает, да и надо узнать, что случилось с этой красновласой. Сакура посмотрела на Тсубаки, но та не сводила взгляда с Карин и будто не замечала младшей сестры. Старшая Харуно росла куда недоверчивее неё – никто не знал, чем сейчас занимается одна из выживших Узумаки – а после раскола клана уже никому не верила. И это недоверие чувствовалось, вот только игнорировалось.
- Идём, Тсубаки-нээ-сан.
Тем временем Карин уже не стояла рядом с Наруто, а говорила о чём-то с новым своим братом по оружию. Последний тоже не стал скрывать лица, откинув начавший мешать капюшон – Джуго оказался обычным рыжеволосым крепышом с добродушным лицом, такие даже подозрений не вызовут, будто профессия ниндзя не наложила никакого отпечатка. И это тоже напрягало – подобное давно стало феноменом, редкостью. Конечно, если это добродушие – не маска.
- Куда мы идём? – Когда все вышли из пропахшего кровью переулка, никто этого до сих пор не знал.
- На базу одного человека, – спокойно разъяснила Карин. – Его зовут Орочимару. Предупреждаю: крайне неприятный тип.

*все из Харуно
*Элемент Воды: Техника Водяного Дракона
*Элемент Воды: Кипящий Поток
*Великий здесь – Будда.
Утверждено Mimosa Фанфик опубликован 12 мая 2014 года в 04:16 пользователем Shaman-QueenYu.
За это время его прочитали 407 раз и оставили 0 комментариев.