Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки

Рябь. Глава 7

Категория: Романтика
Столовая собой представляла огромное пространство с высокими потолками, арочными окнами, обеденными столами и вдобавок специальным местом на втором ярусе. Там обычно отшивались F5.

У них все по-особенному.

Никто не смел подниматься на второй ярус без разрешения парней из F5.

Хьюга Неджи наслаждался зеленым чаем Шен Пуэра в своем излюбленном кресле с высокой спинкой, подлокотники которого были обиты мягкой тканью, а ножки выполнены в виде лап льва. Сай обычно сидел напротив своего напарника, в таком же кресле. Шикамару даже ленился сидеть на чем-то, потому полулежал, одежка его всегда была измята, помята и не в очень хорошем виде. Наруто, которого в данный момент тут не было, все время — абсолютно всегда — сидел за белым массивным столом и поедал свой наилюбимейший рамэн. Это была любовь с первого укуса, жившая до сих пор.

Учиха Саске как император восседал на белоснежном диване с высокой спинкой, ножки которого были выполнены с элементами резьбы, а также с отделкой под золото. Сам Учиха был одет в черный блейзер из плотной шерстяной ткани с крупными металлическими пуговицами на рукавах и полах. В нагрудном кармане виднелся край от полосатого галстука — вещи, что должна быть абсолютно у каждого ученика. Под пиджаком приталенная белая хлопковая рубашка с открытым воротом. Низ состоял из темных, слегка облегающих брюк и замшевых мужских туфель. Брюнет читал какую-то легкую книгу, и по-видимому, она была не столь интересной, раз обращал внимание на все происходящее вокруг, а особенно на Узумаки Наруто, который куда-то делся.

— Он отлучился за очередной порцией доширака, — заметив взгляд Саске, решил высказаться Сай, одетый в курительный замшевый пиджак.

— Ясно, — черные глаза снова перешли на книгу.

Не то, чтобы эти пятеро были друзьями, обстоятельства вынудили их общаться. Крутиться вокруг одного человека. Не сказать, что быть в числе F5 круто, но в этом были свои плюсы, некоторые — не будем называть имен — находили некоторое наслаждение, прибывая на верхушке пирамиды, путь и в таком недолгосрочном союзе, ведь школа имеет свойство когда-то кончаться, а обычаи и традиции всегда, либо меняются, либо исчезают.

Узумаки Наруто был из таких, который не любил концовки. Хорошие или плохие — не имеет значение. Наверное, потому, своей жизнью в школе он особо ценил. Как и Шикамару, он не придавал значение пирамиде, был со всеми на короткой ноге, и потому, как потом заметит Сакура, одноклассники, да и другие студенты, не сторонились его как других ребят из F5 — того же Шикамару, который просил оставить его в покое, или Сая, который распугивал окружающих своей шокирующей прямотой или грозный на вид Хьюга Нейджи, один взгляд на которого хотелось развернуться обратно и убежать куда подальше. Отличался лишь бесстрастный Учиха, которому школьная жизнь была тем, через что нужно пройти. И как можно скорее.

***

Тем временем Сакура бежала в столовую, следуя наставлениям Хинаты — действительно, большинство учеников шли именно туда. Есть хотелось ужасно, и как можно было забыть чудесный обед Джуна? Ну ничего, как вернется домой — все слопает, чтобы брату обидно не было!

В столовой Сакура зазевалась. Видимо, этой школе есть чем удивить, и, если не своими правилами, так интерьером. Как заметила Сакура, кабинеты были обустроены со всеми удобствами, но вот столовая! Восхищение пропало при взгляде на цены. У Сакуры глаза на лоб полезли. Детское питание Акио стоит и то дешевле! А те гроши, что она взяла, хватит лишь на несчастную булочку без никаких добавок. Купив маленькую булку хлеба, Сакура, понурив голову, пошла обратно. Век бы не видеть эту столовую!

Сакура ела на ходу, игнорируя чужие взгляды, а также студентов, что спешили поскорее отобедать. И все, столовая красивая, вон какой потолок! Сакура снова загляделась. Она смотрела по сторонам, разглядывала учеников и думала, что они, в одинаковой форме, ничем не отличаются друг от друга. И где тут вышеупомянутая пирамида? Может, вот в тех подростках, что нагло оттолкнули впереди стоящих парней? Или в тех девушках, что группами сидели за столом? Ничего из ряда вон выходящего нет.

Сакура заметила лестницу, ведущая куда-то на верх, скорее всего на второй этаж. Но почему туда никто не поднимается, даже стороной обходят? Совсем чуть-чуть, но видно, что там кто-то есть. Пытаясь лучше разглядеть, Сакура прищурилась, и не уловила момент, когда какой-то бугай толкнул ее в плечо. Она отшатнулась, не удержалась и навалилась назад. Сзади еще кто-то стоял, да еще и с подносом. Она налегла на поднос, тот накренился и все одержимое потекло ей по спине. Спину и поясницу обожгло кипятком, и Сакура от боли даже не поняла, что кричит. Перед тем как упасть в обморок, она подумала, что даже после кесарево сечения она не испытывала такой боли.

***

Она пришла в себя, лежа на животе. На кровати в школьном медицинском кабинете — Сакура определила по запаху. В кабинете было светло и очень прохладно, а легкая простыня не укрывала от холода.

— Проснулась уже? — донесся до Сакуры учтивый голос медсестры. Та подошла к лежащей и отодвинула край простыни. — Сильно ты обожглась, но не волнуйся, я обработала так, что даже покраснений не останется. У меня рука легкая!

Сакуру это не обнадежило, сейчас она боялась сделать лишнего движения. Спина неприятно горела, но охлаждающие пластыри смешивали ощущения от боли, да еще в кабинете было по медицински прохладно. Сакура озябла. Лифчик был расстегнут, бретели свободно свисали с плеч.

Медсестра тем временем снова укрыла спину девушки, и продолжая о чем-то щебетать, одновременно что-то перебирала из шкафа.

— Мальчик-то как перепугался. Вносит тебя, а глаза огромные-огромные, я уж думала, что двух пациентов придется лечить.

— Мальчик? — переспросила Сакура.

— Да, светленький такой. Еле его выпроводила. Зато вот потом принес тебе кофту, чтоб голой домой не пошла, а то от твоей блузки ничего не осталось, пришлось ее разрезать, чтобы быстрее раны обработать. Ты уж извини.

Сакуре блузку было совсем не жалко, она думала о том, что до дома еле доковыляет. Брату что ли позвонить? Шин поворчит, но как миленький за ней придет после того, как придется еще забрать Акио из детсада.

О, Ками-сама, Акио!

— Которое время? — заволновалась Харуно.

— Уже второй час пошел. Я позвонила твоим родителям, они скоро должны за тобой приехать. А пока я заполню твою карту. Как тебя зовут? Из какого ты класса?

Отвечая на вопросы медсестры, Сакура была недовольна, что кому-то из родителей придется за ней приехать. Не хотелось их отвлекать, они тоже на новом месте работы, и тут она… в первый же день отличилась! Да еще и увечьем обзавелась, хотя медсестра ее уверяет, что ничего не останется. Хотелось бы, а то один шрам уже есть, и на всю жизнь.

Сакура забеспокоилась, вдруг медсестра увидела шрам от кесарева? Он находится довольно низко — на надлобковой области, практически у линии трусов, «улыбочкой» в двенадцать сантиметров. Со временем шрам совсем поблекнет, а пока он был бледно-малинового цвета и контрастно выделялся на светлой коже. Но Сакура быстро успокоилась, поняв, что юбка так же высоко сидит на талии, как и раньше, так что для беспокойства нет причин.

За ней пришла мама. Обеспокоенно огляделась вокруг себя, затем на дочь глянула и немного побледнела. Сакура поспешила успокоить мать, та хоть и была крепким орешком, но довольно нервной. Ей помогли одеться: сначала застегнули лифчик, а затем облачиться в оставленную незнакомым мальчиком черно-оранжевую кофту, которая была слишком большой. Но это даже было плюсом, по крайней мере ткань не касалась чувственной кожи спины.

— Как ты так умудрилась, Сакура? — охала Харуно-сан, поворачивая руль авто.

— Не знаю, мам, — лежа на заднем сидении на животе и поднятыми ногами вверх, вздыхала Сакура. Можно подумать она специально себя ранила. — Извини, что доставила неудобства.

— Прекрати! Мои детки всегда на первом месте, ты-то должна знать! Сама мать!

И тут Сакура спохватилась.

— Мам, а Акио кто возьмет из сада?

— Я за ним поеду, раз уж от работы отвлеклась. Надо и бабушке с внучком нянчиться.

Харуно Мебуки было до сих неловко осознавать, что является бабушкой. Практически три года назад она была готова к тому, что, возможно, Сора нагуляет ребенка, молодой как-никак, да и возраст подходящий — двадцать два! Но шоком стала беременность Сакуры. От самой здравомыслящей из всех детей, от самой толстокожей… И надо отдать должное, чудный внучок получился. Тот негодяй, что обесчестил их дочь (а она была невинной, Мебуки была уверена) был с хорошими генами, чистый японец, хоть на этом спасибо. Хорошо хоть болячкой какой не заразил, а то любит молодежь без резинки любви придаваться, а потом удивляются, откуда всё выскакивает.

Мебуки даже рада, что внучок появился, ведь Сора до сих пор неженатым ходит. А маленький Акио стал символом того, что Мебуки выполнила свой долг женщины — вырастила детей, а те вырастут своих детей и так будет продолжаться из года в год. Так же Акио явное доказательство того, что время неумолимо идет вперед, никого не щадя. Она помнит, как держала на руках новорожденного Сору, а ей тогда было всего девятнадцать лет. И вот теперь они с Кизаши почувствовали свой истинный возраст, почувствовали, что время безжалостно идет вперед.

И все же, четырнадцать лет — это не возраст для родов. Саура должна была быть обычной девушкой, которая наслаждается своей школьной жизнью. Но вместо школьных занятий и фестивалей, вместе подруг и парней — памперсы, крики по ночам, кормление грудью и море стресса. Что уж говорить о послеродовой депрессии, еле выкачали Сакуру, которая мало что соображала и накидывалась чуть ли не на каждого. Даже ее братьям пришлось набраться терпения и быть более солидарными по отношению к сестре.

Но все это позади.

***

Добрались до дома быстро. Харуно-сан помогла дочери дойти до ближайшей мягкой поверхности — гостиничного дивана — и собиралась поехать за Акио. Но для начала снабдила Сакуру мягкими подушками, стаканом холодного чая и пультом от телевизора; только потом со спокойной душой уехала.

Сакура же, культурно матерясь, как можно более удобно устроилась на животе, положив ладонь под шею, а второй рукой орудуя пультом. Остановишь на кокой-то мыльной дораме, грустно вздохнула. Не так она себе представляла жизнь старшеклассницы. И черт ее дернул поступить в эту мега-крутую школу, где ошиваются малолетние маньяки, обитают группировки и до сих пор существует система рабства? А F5? Это вообще из рода фантастики. Неужели школы в Токио уже не те, что раньше?

Хината сказала, что она не принадлежит ни к одной группе из пирамиды. Этот алфавит сам по себе смешон, интересно, кто придумал? А директор знает, что у него творится в школе, прямо под носом? Хотя, вспомнив директора…

Сакура уже подумывала перевестись в более нормальное место, но, если честно, ее заинтересовала эта школа. Чуть-чуть. Да и после двух с половиной лет затворнической жизни, то, что сейчас происходит — слишком необычно, и не менее интригующе. Сакура — рациональный и трезвомыслящий человек, но доля разнообразия ей пойдет на пользу. Потому она решила немного повременить, вот так, лежа на диване и лелея свою боль, которая практически не чувствовалась благодаря охлаждающей мази, что профессионально нанесла школьная медсестра. Или это пластырь так действует?

Около двадцати минут Сакура пыталась понять суть дорамы, но потом бросила это дело. Мама с Аки должны были давно быть дома, детский сад не так уж и далеко находится, тем более, что Харуно-сан на машине.

Но вот звякнули ключи, и в дом ворвались топот маленьких ножек и острых каблуков. Маленький мальчик, неловко разувшись, вбежал в комнату. Увидев Сакуру, кинулся к ней.

— Ка-чан! — тихо протянул он, касаясь маминой протянутой руки. — Ба сказала, что тебе больно. Больно?

— Нет, малыш, — улыбнулась Сакура, — уже не больно. Мне дали волшебное лекарство, после которого ничего не болит!

— Правда?

Это маленькое чудо так о ней беспокоится.

— Правда.

Она взяла маленькую ладошку в свою и мягко поцеловала.

— Теперь мне еще лучше, — она чуть отодвинулась, чтобы Акио смог подойти ближе. — Как у тебя прошел день?

Он слегка насупился, потеребил носочком пол.

— Нормально.

— Что-то случилось?

Он отрицательно качнул головой.

Сакура мало в это верила, но решила не лезть далеко. Он мальчик умный, хоть и маленький еще. Но она знала точно, что ему как ей было не легко в новом месте. Хотя Сакура сомневалась, что в детском саду такой же беспредел, как и в ее школе.

— Хорошо, иди переодевайся. Кушать хочешь? И думаю, что сегодня ты погуляешь с бабушкой или… почитаешь с мамой книжку на диване?

***

Вечером за одним столом собралась вся семья. Джун приготовил онабэ, который получился восхитительно вкусным! Сакура, полупадая, все же смогла сесть за стол, но стул перевернула спинкой к груди. Хоть к вечеру спина больше не болела, но неприятная натянутость все же присутствовала. Даже Акио оживился, мучая Шина миллионами вопросов, на которые тот не любил отвечать, но послать племянника никак не мог. Пусть у Сакуры и была повреждена спина, но вдарить брату она всегда будет в состоянии.

— Как школа, Саку? — осторожно спросил Джун, чем удивил сестру.

— Нормальна, — ответила, — школа как школа.

— Да, расскажи подробнее, — встрял отец. — Мне интересно.

— Нам интересно! — вставила Мебуки-сан.

Сакура вздохнула. Ну что она могла сказать?

— Школа очень… многообещающая! — протянула она, молясь найти подходящие эпитеты, чтобы не спугнуть родителей; если папа еще поймет, но мама вооружится тесаком и поедет разбираться со всеми, включая директора, учителей и учеников. — Там так красиво! — да, такая тема отлично отвлечет от «главного». А какая столовая, в Киото я такого еще не видела.

— Да? Тогда все отлично, — улыбнулся отец, отхлебывая бульона.

— Кизаши, какое «отлично»? — возмутилась мама, подкладывая мужу из мультиварки рис. — Главное — учеба!

— И это тоже, — согласился он, благодарно принимая от жены тарелку. — И как учеба? Учителя, одноклассники, друзей нашла? Кто там у вас классный руководитель?

А у них есть классный руководитель? Что-то Сакура это пропустила. Так что она назвала первого попавшегося учителя.

— Хатаке Какаши. Он ведет историю. Я не всех учителей видела, но они довольно нормальные, по английскому очень… воодушевляющий и убедительный, а еще красноречивый. Музыку у нас ведет директор… довольно комично. Еще была биология. Класс слишком холодный, а учитель… спокойный, тихий… с чувством юмора. Довольно… милый, — мда, не лучший синоним.

— Милый? — переспросил Шин, нашедший разговор интересный. — Он что, один из тех молодых учителей, в которых влюбляются все девушки?

Ну, Сакура не назвала бы Оричимару таким учителем (особенно молодым), она вообще сомневалась, что хоть одна девушка в него влюблена.

— Нет, Шин, ему едва за сорок,. я так думаю. Но преподаёт он хорошо — четко и по теме. Я пыталась записаться на его курс по биологии, но мест нет. И все равно посоветовал написать заявление, мол, вдруг место появится. Я очень хочу попасть на эти курсы, не хотелось бы ездить к черту на куличики только ради биологии.

— Да, это точно, — согласилась Харуно-сан. — Ты все же напиши, вдруг место окажется свободным. А если нет, придется тебе ездить, все равно надо, если хочешь поступить в хороший университет. Может, найдешь курсы при Тодае?

— Мам, это слишком далеко, — заметила Сакура. — И дорого.

— Ой, можно подумать, что курсы вашего биолога дешевле обойдутся, — протянул Шин, облокотившись о спинку стула. Акио уже восседал на его коленях и спокойно дрыгал ножками. — А что насчет химии?

— Не знаю, еще не видела даже, я ж в медпункт попала. Так бы узнала чего.

— Ясно-понятно, — закончил разговор Шин.

Через час братья зажали сестру в пустой гостиной.

— Мы все знаем! — сказали в один голос.

Их вид был довольно грозный, если не считать, что Джун злился как ребенок, так что его вид скорее смешил, чем пугал. А вот Шин умел навести страху, прямо как настоящий хулиган.

— Не поняла, — действительно не поняла Сакура.

— Колись, сестренка!

Нет, это точно дежавю. Когда братья окружили ее, но это было давно, и братьев на два больше.

— Не буду я колоться! — огрызнулась Сакура, отпихивая Шина, но тот быстро вернулся обратно. — И вообще, о чем вы?

— Твоя школа. Не надо делать из нас дураков, мы — не предки!

— Шин, ты только что оскорбил наших родителей, — заметил Джун.

Шин вздохнул.

— Сори, довольны?

Джун же вновь сосредоточился на Сакуре.

— Это правда, что в вашей школе F5?

Брови Сакуры взлетели вверх, от удивления, конечно же.

— Да… — прошептала. — но откуда ты знаешь?

— В Инсте сообщили. Я как только обмолвился, что моя сестра в «Коноху» поступила, так сразу гробовая тишина. Один выпускник твоей школы мне все в ужаснейших подробностях рассказал. Про ваши законы, статусы и F5. Так это правда?

— Честно, это звучит как бред, — вставил Шин, сложив руки на груди. — Кто в наше время такое придумывает? Только тупые богачи.

— Шин, мы тоже обеспеченные, — вновь заметил Джун. — И теперь ты оскорбил всех нас.

— Так что со школой? — не терпелось Шину.

— Не, ребят, вы осознаете, что не все знаете, а?

— Сакура, не томи.

— Да нечего говорить, школа как школа. Обычная такая.

— Тебя избивали?

— Что? — не поверила Сакура своим ушам. — Нет, Джун, конечно нет!

— А спина — это что, тест на профпригодность?

— Меня обожгли кипятком, Шин, я же рассказывала. И я не врала. Да, школа странная, не спорю. Но я там всего один день, ничего толком не поняла. Я даже с одноклассниками нормально не общалась! А единственная девушка, с которой у нас могла сложиться дружба — изгой! И я даже не знаю, — она помолчала. — Меня правда не избивали, не травили, и не мучили. Я бы не дала себя в обиду, вы же знаете.

Братья чуть успокоились.

— Да, знаем. Но не можем не беспокоиться, — добавил Джун, беря сестру за руку. Этот нежный жест растопил воинственность Сакуры, потому она от всей души поблагодарила братьев и посоветовала пока не волноваться.

— Все только впереди.

— Это точно, — заметил Шин, после чего они разошлись.

--------------------------------------------
http://s011.radikal.ru/i317/1608/50/343ae388269e.jpg
Утверждено Aku
Migellanostra
Фанфик опубликован 02 августа 2016 года в 20:40 пользователем Migellanostra.
За это время его прочитали 799 раз и оставили 0 комментариев.