Наруто Клан Фанфики Романтика По ту сторону стены. 4. Реальность: шутки судьбы 2/2

По ту сторону стены. 4. Реальность: шутки судьбы 2/2

Категория: Романтика
Название: По ту сторону стены
Автор: MissYoko
Соавтор: Red_relict_48
Фэндом: Наруто
Дисклеймер: Кишимото
Бета: Sawarabi
Жанр(ы): Романтика, Драма, Повседневность, Hurt/comfort
Тип(ы): гет
Персонажи: Сасори/Ино, Темари/Дейдара - фоном.
Рейтинг: R
Предупреждение(я): AU, OOC
Статус: закончен
Размер: макси
Размещение: запрещено
Содержание: — Я не в состоянии измениться, — холодно произнес Акасуна, которого всегда задевали слова критики в адрес его искусства. Марионетки — его жизнь, вся душа, любовь в них. А она не понимает. Никто не понимает.
— Я не пытаюсь тебя изменить, это ты меня отталкиваешь, словно боишься, что если впустишь меня в свою жизнь, то все изменится, - выдохнув, Ино направилась в его сторону, подходя практически вплотную. – Каким бы ты ни был, я хочу быть с тобой, почему ты этого не видишь?
От авторов: Просим заметить, что авторов у фанфика ДВА. Оба усиленно работали над текстом, так что просьба никого вниманием не обделять.
И вот тут-то и случилось предсказанное: свет погас абсолютно во всем вузе. Закрыв глаза, Яманака попыталась абстрагироваться, представить, что она сейчас лежит в своей кровати под теплым пуховым одеялом, а не на этом диване в обществе Сасори. Мыслями она вернулась к ее тайному знакомому, который будет куда приятней этого типа. Она никогда еще ничего так не ждала, как предстоящего третьего свидания. Скоро она узнает личность человека, которому была готова отдаться так скоро. Да, ей тогда снесло крышу от его опьяняющей близости. С одной стороны она очень ждет, а с другой — боится продолжения. И больше всего ее волновало, что же все-таки выйдет из всего этого?

— Хорошо, что застряли не в лифте, — пробормотал Сасори, ни к кому собственно не обращаясь, и слез со стола.

К своему ужасу он пришел к выводу, что совершенно не хочет спать. Хоть он и считал себя жаворонком, но ложился всегда поздно, а иногда и вовсе зависал в мастерской до утра, совершенно не следя за временем. Но в мастерской есть свет и инструменты. Там он занимался работой, а не просто глупо пялился в угол, пытаясь придумать, как убить время. Ему бы сейчас хотя бы нормального собеседника, а не экспрессивную Ино, которая ужасно пыталась сдерживать отрицательные эмоции по отношению к нему. Ведь всего лишь два раза в жизни встретиться успели, а уже такая неприязнь друг к другу. Магия, определенно. Магия несовместимых по всем параметрам характеров.

— Лучше бы вообще с тобой нигде не застревала, — буркнула Ино и поежилась: в кабинете не так уж и тепло, как хотелось бы. — Зато я теперь понимаю, почему ты до сих пор один — ни одна девушка не выдержит такого, как ты, индюк напыщенный.

Эти слова слетели с ее языка быстрее, чем она успела подумать. Закусив нижнюю губу, Ино мысленно обругала себя за это. Вот нужно же было открыть рот, а? Могла бы и спящей притвориться, но вот проблема — сон так и не желал к ней приходить. А теперь они обязательно сцепятся языками. Но на правду же не должны обижаться? Так? Это же его логика. Вот и она ею сейчас воспользуется.

— Лучше быть напыщенным индюком, чем доступной шалавой, — презрительно фыркнул он, запуская в рот попавшееся на глаза печенье. Не любит он женщин, которые не видят той тонкой грани между «заткнуться сразу же» и «бесить до последнего». Длинный язык прекрасный пол совсем не украшает.

А один он лишь потому, что никогда себе девушки не искал. Его устраивало тихое существование наедине с искусством, когда никто не трогает, не указывает на то, что нужно делать. Акасуна сам распоряжается жизнью по своему усмотрению, учится на ошибках, отвечает за поступки. А вешать на себя еще и головную боль в лице девушки как-то не улыбалось.

— Лично никогда с такими не водилась и к ним не отношусь, поэтому не берусь судить, кем быть лучше, а кем нет. — Ее голос звучал спокойно и твердо, а вот обида шевельнулась в груди. — А вот ты, видимо, неоднократно с такими имел честь общаться, раз так смело можешь утверждать. — Сев, Ино посмотрела на силуэт Акасуна в темноте.

Сасори только хмыкнул на ее слова, пододвигая кресло к столу и забираясь в него с ногами, предварительно скинув кроссовки на пол.

— Предпочитаю вообще с людьми не общаться, а они все лезут и лезут. Наверное, я им чем-то интересен?

Скорпион и правда неоднократно замечал, что вокруг него обязательно кто-нибудь вьется, упорно называет его другом и постоянно куда-то тащит. Одним из них как раз был Тсукури, с которым они познакомились на одной выставке, где Сасори предложили роль жюри. Из всех представленных тогда бездарностей он отказывался кого бы то ни было выбирать, но на глаза ему попался пышущий энтузиазмом Дейдара, гордо представляющий всем желающим свои «поделки». И тогда отвязаться от общества Тсукури стало невозможно.

— Да? — вопросительно вскинув бровь, хмыкнула Ино. — Тогда какого черта сейчас не заткнешься? Спать вообще-то мешаешь.

— Заткнуться должна ты, сама ведь начала разговор, так что не разводи тут демагогию, — неприязненно ответил он уже в сотый раз, проклиная судьбу за то, что связала его с этой проклятой бабой. Так она еще и претензии ему предъявляет!

Девушка заметила, как Акасуна сел на кресло, на которое она так заботливо сложила костюм, чтобы не помять его, и тут же оказалась рядом с ним.

— Ты чего творишь! Там же мой костюм лежит! — Схватив Сасори за руку (а вот как она отыскала ее в темноте, останется тайной), Ино резко дернула его на себя, заставляя встать. Добравшись до костюма, девушка забрала его с кресла и переложила на стол. Повернувшись, она посмотрела на Акасуна, поджав губы.

— Ты же видел, что я его туда положила. — Подойдя к мужчине, девушка толкнула его в грудь. — Тебя вставляет портить мои вещи? Тогда платье испортил, его только выкинуть теперь можно, сейчас костюм!

— О да, в этом все женщины — заботятся только об одежде. И нет, не видел. Нет ничего интересного в том, чтобы смотреть в твою сторону. Слишком много чести. — Скорпион демонстративно уселся обратно в кресло и развернул его, благо что оно на колесиках, уставившись в потемневшее небо за окном. Да, вздремнуть не помешало бы, а эта пускай хоть на стенку лезет — ему плевать.

— Придурок, только и можешь, что отворачиваться. Трус! — последнее слово Ино произнесла со всей бурлящей в ней неприязнью к этому человеку.

Вернувшись к дивану, девушка легла на него, также повернувшись к Акасуна спиной и прижавшись к спинке дивана. Но вот клокочущая в ней злость не желала сдавать оборону перед сном. Зажмурив глаза, Яманака всеми силами пыталась заснуть, надеясь на то, что когда проснется, их уже вытащат из этого треклятого кабинета. И она больше никогда не увидит Сасори.

— Я же говорю: слишком много чести. Дорогая, нервы не восстанавливаются, а тратить их на тебя у меня нет никакого желания. От слова «вообще». — Сасори наконец с удовольствием вытянул ноги и чудом чуть не сполз с кресла на пол.

Порой приятно было чесать чужое ЧСВ против шерсти. Потом истерить, пытаясь доказать собственную значимость, придется не ему. Что-то, что его не касается, не имеет значения, чтобы обращать на это внимание. Травок бы сейчас каких-нибудь выпить и орешками закусить. Как выберется отсюда, так сразу устроит себе праздник жизни.

— Ой-ой, какие мы нежные, — парировала Ино и, повернувшись, издевательски посмотрела на его затылок. — Слушай, а ты часом не того? Может, тебе мальчики нравятся? Тогда я пойму, почему ты такой женоненавистник.

Поняв, что Сасори не планирует присоединиться к ней на диван, что несказанно радовало, Ино перевернулась на спину, подложила руки под голову и устремила взгляд куда-то в потолок. Закрыв глаза, Яманака вновь воззвала к желаемому сну, надеясь, что в этот раз он откликнется.

— А ты, значит, девочками интересуешься, раз уж тебя так волнует тема нетрадиционной ориентации? Ну и как, тяжело скрывать свои пристрастия? — Сасори криво усмехнулся, закатив глаза. Черт, какая ж распространенная это тактика в последнее время — пытаться пристыдить человека за его увлечения. Как там говорят, уважайте вкусы других? Нет, Акасуна, конечно, больше привлекают женские тела, как и должно было быть, но зачем устраивать лишние пикировки.

— Что ты, милый, я предпочитаю исключительно мужчин, — усмехнулась Ино и приподнялась на локтях, посмотрев на Сасори. — Но раз ты не отрицаешь, значит, я попала в точку. — Склонив голову набок, девушка с интересом посмотрела на Акасуна. — Слушай, а ты активный или пассивный? Пойми мой интерес только правильно, я впервые встречаю таких, как ты. Я слышала, что у вас довольно тонкая и ранимая натура. — Яманака уже готова была поверить в собственную версию. Он холодный, отстраненный и до сих пор один. Значит, что-то скрывает. А почему он не может скрывать такое?

— Я не отрицаю, чтобы потешить твое самолюбие. Очень занимательное зрелище, знаешь ли. Подойди поближе, хочу получше рассмотреть твою довольную мордашку, — проворковал он, чувствуя, как нервно задергалось веко.

Вот ведь… сука!

У него ведь тоже терпение не резиновое, и кулаки ужасно зачесались. Нет, бить он ее не будет. А проучить надо. Видимо, родители глупенькой блондинки халатно относились к ее воспитанию. Старших надо уважать, а не нарываться на конфликт с ними.

— Вот еще. — Фыркнув, Ино повернулась набок к нему спиной.

Подходить она к нему должна. Ему нужно, пускай сам и подходит. Она не собиралась плясать под его дудку. И так по одной его просьбе уже застряла с ним же в этом кабинете. Не, ну какой черт ее дернул? Нафига она вообще согласилась его провожать до кабинета ректора? Если бы знала, что все так обернется, послала бы его куда подальше. Хотя нет, нарисовала бы ему карту и вот с ней и послала бы, чтобы не заблудился.

Поняв, что рыбка на удочку клевать не собирается, видимо, оказалась чертовски упрямой, Скорпион тихо выбрался из кресла. Благо он не настолько тяжелый, чтобы под ним пол скрипел, да и ковер тут мягкий, ворсистый. Он в два шага преодолел разделяющее их расстояние, навалился сверху на Ино, отыскав на ощупь ее руки, и заломил их за спину, принося максимум дискомфорта и боли. Сам же уселся на сгиб коленей, чтобы не схлопотать потом пяткой в поясницу.

Вскрикнув от резкой и тупой боли в руках, Ино начала брыкаться, пытаясь вырваться. Но в таком положение это довольно трудно сделать — слишком сильная у Акасуна хватка, да и ноги он ей придавил собой.

— Ну что? Хочешь понять, что чувствует пассив? Тебе же это было ужасно интересно, — издевательски пропел он, радуясь, что хоть выплеснет все нехорошее настроение.

Да, пусть эта дама занималась боевыми искусствами, но и он не пальцем делан. Имеется у него опыт выживания в общаге, полной всяких отморозков, а тут какая-то хрупкая блондинка с шилом в одном месте, которое срочно надо выбить.

Его слова заставили девушку на мгновение притихнуть. Повернув голову, она с ужасом посмотрела на него. Да, фантазия у Яманака богатая и не всегда подбрасывает правильные картинки о возможных дальнейших действиях.

— Что ты собрался делать? — сдавленно и с испугом в голосе проговорила Ино и дернула руками, пытаясь вырваться, но желаемое не свершилось, а боль от ее действий только усилилась. — Отпусти! Мне больно! — Зажмурившись, девушка тихо простонала, ее дыхание уже начало учащаться от страха, а вот попой она предчувствовала что-то очень нехорошее.

— А как же мне больно от твоей клеветы! Прямо сердце разрывается. Думай о последствиях, дорогуша, — отозвался он, чувствуя, как сбилось дыхание, довольный тем, что наконец-то владеет ситуацией.

Перехватив ее запястья в одну руку, Скорпион принялся за стягивание лосин с на удивление упругой задницы вместе с трусами, уже предвкушая воспитательный процесс. Никогда его еще так не заводила мысль о том, чтобы кого-то проучить. И, наверное, что в вузе никого нет, пускай орет в свое удовольствие.

— Нет, — выдохнула Ино, чувствуя, как Сасори нагло стягивает с нее лосины и трусы. – Нет! — закричала она и еще сильнее стала сопротивляться его действиям.

Девушка пыталась вывернуться, перевернуться, выбраться из-под него, но каждая ее попытка не увенчалась успехом. Удары сердца гулом раздавались в ушах. Сознание туманилось от страха, а в кровь выбрасывался адреналин. Она уже не чувствовала боли в руках — желание вырваться, сбежать, спрятаться намного сильнее этого. Дыхание сбилось, а она не переставала брыкаться. Ино попыталась ударить его ногами, но этого ей не удалось сделать.

— Сасори, пожалуйста, не надо! — Повернув голову, Яманака посмотрела на мужчину, надеясь на то, что он все же передумает и отпустит ее.

— Слушай, ты думаешь явно не о том. — Услышав в ее голосе панику, он лишь развеселился. Нет, ну надо же, как языком всякую чушь молоть — это она может, а сейчас, видите ли, боится. — Я же уже говорил, что ты меня совершенно не привлекаешь.

Сасори пальцами обвел полукруги по каждой ягодице и двинул руку вверх, тронув на пояснице две ямочки. Кожа у Ино оказалась идеальная, без изъянов. Жаль, что Яманака оказалась такой язвой. Могла бы попозировать. Ну и черт с ней. Сглотнув, Ино притихла под ним, его слова немного ее успокоили. А от его прикосновений по телу пробежала странная дрожь, которая показалась девушки смутно знакомой. Но вот страх так и не отпустил. Все же она так и не знает того, что он задумал.

— Старших надо уважать — это раз, — он звонко шлепнул ее по правой ягодице, оставив красный след. — Всегда думай, о чем… — еще один хлопок, эхом пронесшийся по комнате, — ...и с кем говоришь. Это два. И не беси меня — это три.

От первого и неожиданного шлепка Ино вскрикнула, прогнувшись в спине. Закусив нижнюю губу и зажмурившись, она сдавленно простонала от второго. После третьего шлепка девушка сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Бил он ее несильно, она даже испытала от этого некое удовольствие. Но позволять ему подобное Ино не намерена. Вот еще! Она отродясь не получала по попе, даже от родителей.

— Продолжим? — прошептал Сасори ей в самое ухо, крепко прижавшись к ее телу своим.

— Отвали от меня, — глухо прорычала Яманака, повернув голову в его сторону и посмотрев ему прямо в глаза.

Под тяжестью его тела Ино труднее дышать. А дыхание и так сбито к чертям. Но это меркло в сравнении с тем дискомфортом, который она испытала в руках, и жгучим ощущением на своей заднице. Смотря в глаза Сасори, Ино рвано дышала через рот. Брыкнувшись под ним, она попыталась скинуть его с себя. Сасори вполне ожидал сопротивления, поэтому был готов к тому, что она начнет дергаться.

— Хорошо, — выпрямился он, удобнее устроившись на ее ногах и позволяя Ино вздохнуть. — Но сначала попросишь прощения. Первым ерепениться все-таки начал не я. Если что, у меня еще ремень есть. Он эффективней.

А все-таки ему даже понравилось. Быстро же с нее вся спесь ушла. А если бы он и правда решил ее изнасиловать? Стала бы она тогда предъявлять свои требования или бы тихонько сидела в углу и скулила? Что-то смутно подобное представляется. Зато теперь хоть маленький, но урок ей на будущее.

— И не подумаю, — рыкнула Ино и попыталась посмотреть на Сасори. — И только попробуй, я тебя потом креслом огрею, на котором ты сидел. — Брыкнувшись, девушка дернула руками. Она уже практически не чувствовала их от боли, их просто свело от нее. — Отпусти.

Выдохнув, Яманака зажмурила глаза. Такого унижения она еще никогда не испытывала. Он сам во всем виноват. Если бы не повел себя так с ней на выставке, то, возможно, и общение между ними сложилось по-другому. А поначалу Ино даже подумывала о том, что могла бы найти с ним общий язык, несмотря на изначальную неприязнь к нему.

— Сасори, мне больно, я уже рук не чувствую, — тихо проговорила девушка и уткнулась лицом в диван, а щеки ее запылали красным цветом и от смущения, и от злости.

— Извинишься, а я тебе отпущу руки и, ну так и быть, разомну. — Голос его был непреклонен. Если он ее просто так отпустит, то все это мероприятие потеряет смысл. Сасори чуть облегчил ей жизнь, распределив ее руки вдоль тела, но продолжая крепко держать за запястья.

Ино тихо застонала в диван, когда по рукам распространилось чувство расслабленности в мышцах. Выдохнув, она закусила нижнюю губу. Она не собиралась просто так сдаваться и извиняться перед ним. Ему тоже есть за что просить прощение. А раз он не планирует этого делать, то и она не станет.

Обычно если в жизни Акасуна встречал таких девушек, то старался с ними вообще не разговаривать и сводить все встречи к минимуму. Больно они проблематичные и требовательные. А это еще и блондинка. Нет, мозг в голове у светловолосых все-таки есть, но пользуются они им как-то избирательно. И черт, лучше бы ей не ерзать, тело у Сасори на подобного рода брыканий очень уж чувствительно. Руки-то тоже помнят гладкую кожу.

— Я себе язык быстрее откушу, чем перед тобой извинюсь, воспитатель чертов. — Кое-как совсем чуть-чуть приподнявшись, Ино посмотрела на Сасори. В ее глазах горела решимость и то, что она не собирается ему уступать. — Лучше отпусти по-хорошему.

— Вот теперь я верю, что ты могла бы сыграть Хиджикату. Он до последнего не сдавался. — Сасори усмехнулся, покачав головой.

Ну что за упрямое создание ему досталось? Трудно ей, видите ли, произнести одно несчастное слово, переступив через свою напускную гордость. Ну, раз уж ее устраивает такое положение дел, так почему бы не пойти дальше? Акасуна ведь несложно. Он разорвал этот убийственный контакт взглядами, опустил голову, склонившись над ее спиной. Посетовал, что теперь из-за его сердобольности руки оказались заняты сдерживанием ретивой девицы, и принялся зубами задирать майку выше, оголяя ее спину с четко прочерченным позвоночником и лопатками. Пришлось повозиться, но теперь-то можно разгуляться.

— Да пошел… — но договорить Ино не смогла: она резко втянула в себя воздух, а ее сердце пропустило удар, когда она почувствовала, как Акасуна задирает ее майку. — Что… что ты делаешь?

Сасори приник к гладкой коже губами, рвано целуя, оставляя за собой мокрый след, на который тут же дул. От ощущения его губ на своей коже Яманака прогнулась, пытаясь сильнее вжаться в диван и отстраниться от него. Он, что решил ее окончательно сегодня доконать? От его поцелуев по телу Ино пробежала дрожь, заставляя ее вздрагивать и еще сильнее учащать дыхание. Вот что ей стоит перед ним извиниться? И тогда этот кошмар для нее закончится, закончится это унижение. Но нет же, долбаная гордость ворчит, заставляя ее молчать и до последнего терпеть. Лишь бы с ее языка не сорвалось проклятое "извини", "прости". Только вот где эта грань последнего?

— Все еще сопротивляешься? Ну-ну, — улыбнулся он, двигаясь вверх к шее.

Не сдержавшись, Скорпион укусил ее за плечо, зажмурившись, и прислушался к ее телу, которое, несмотря на скверный характер хозяйки, послушно выгибалось под ним. Пахом он прижался к ее голым ягодицам и нарочно потерся об них, с трудом сдерживая рвущийся наружу смех. Ситуация показалась ему чертовски забавной. Было даже интересней, чем с той девушкой со «Стены», у которой такая же приятная кожа и длинные волосы.

Ино чуть ли не задохнулась, когда почувствовала, как в ее ягодицы упирается что-то твердое и горячее, скрытое за тканью джинс. Сасори целовал теперь ее в шею, вдыхая свойственный только ей запах. Это даже стало заводить. Все так же жмуря глаза, она отвернула голову, пытаясь не дать ему доступа к шее.

— А говорил, что я тебя не привлекаю, — хрипло прошептала Яманака и посмотрела на Сасори. Сейчас она может это сделать, ведь его лицо на одном уровне с ее. — А у самого уже стоит.

Выдохнув, Ино облизала свои губы, невольно переведя взгляд на губы Сасори. Она чувствовала, как ее тело охватывает жар, как по нему распространяется волнение от его близости, поцелуев. Подавшись странному порыву, девушка коснулась его губ своими и замерла. Что-то странное с ней творится, и подобное она уже испытывала там, на «Стене», с ее тайным знакомым на их втором свидании.

— Меня — нет, а вот тело продажная сволочь, — выдохнул он ей в губы, проведя по ним языком. Такое продолжение не входило в его планы. Хотел просто проучить. — А тебе не противно якобы с геем целоваться? Хочешь погубить мою ранимую душу? — Скорпион назло ей вернулся к шее, видя ранее, как Ино не нравятся его поцелуи. Видимо, место оказалось эрогенной зоной. Он отпустил ее руки лишь для того, чтобы крепче обхватить ее за плечи, ладонями добравшись до впечатляющей груди, которую тут же с нескрываемым удовольствием сжал.

Схватившись руками за подушку дивана, Ино дернулась вперед, прогибаясь в спине. Ее сердце неумолимо быстро забилось, а разум пытался захватить возбуждение. Она чувствовала, как теряется в его руках, и этого никак нельзя допустить. Что она вообще творит? Позволяет ему себя трогать, сжимать ее грудь и чуть ли не стонет от этого. Позволяет себя целовать и чуть ли сама к нему не льнет. Разве это правильно?

— Нет, — выдыхает, только вот непонятно, это ответ или же протест его действиям.

Правая рука скользит ниже от груди до живота, обольстительно медленно двигаясь по чувствительной коже. Сасори прислушивается к ее сбитому дыханию, целует выступающие позвонки, чуть прикусывая, пальцами чувствуя, что уже добрался до лобка.

— Если посмеешь лезть драться — скручу и продолжу, — жарко прошептал он, возвращаясь к ее уху. Пусть он и возбудился, но рассудка не потерял. Не хватало еще ему рандеву почти что с первой встречной. Да еще и без презерватива. — Поняла?

— Да, — кивнув, повернулась Ино в сторону мужчины. — Только остановись, — прошептала девушка и сглотнула, опустив голову. Ее предательское тело дрожит, желает продолжения, но разум забил тревогу, вырывая её из дурмана возбуждения. — Мы не должны, это неправильно...

Что, черт возьми, происходит? Почему она так дрожит в его руках? Почему вопреки всему хочет, чтобы он продолжал? Но она обязана его остановить. То, что сейчас происходит между ними — неправильно, недопустимо. Они ведь с такой ненавистью смотрели друг на друга. А его прикосновения такие нежные. А поцелуи опьяняющие. Нет, брысь дурь из головы. Это не должно зайти далеко.

— Прости, — выдохнула Ино, сжав руками подушку дивана, чувствуя, как ее тело трясет, а Акасуна все же услышал желаемое. Сасори чуть руки к потолку не поднял, восхваляя богов за здравый смысл.

— Умница. — Он улыбнулся, радуясь тому, что чудо все-таки свершилось, и она сдалась. Но ослаблять бдительность все равно нельзя, а то мало что ей в голову взбредет. Скорпион ловко скатился с нее, присаживаясь на край дивана. — Спокойной ночи, — с этими словами он поднялся и, ориентируясь только на свет из окна, отыскал полюбившееся кресло, с удобством в нем устроившись. Руки, однако, отчего-то дрожали. Сасори от этого раздраженно фыркнул. Одна нервотрепка. С одной стороны, Ино по идее должна притихнуть и дать им, наконец, вздремнуть до утра без истерик и скандалов, а то он за себя не отвечает.

Медленно сев на диване, Ино поправила одежду, закрывая ею важные места своего тела. Поднявшись с дивана, девушка, ориентируясь так же, как и Акасуна, по свету из окна, добралась до двери, которая вела в туалет. Зайдя в маленькое и темное пространство, Яманака на ощупь нашла раковину и тут же включила холодную воду. Подставив руки под прохладные струи, девушка сполоснула пылающее лицо, наклонившись к раковине.

Нервы-то сдают, и начинает выходить девичье. Вцепившись руками в раковину, Ино села на пол, сжимая челюсти, чтобы не услышал. По щекам потекли слезы, проклятые слезы. Только чего она плачет? Все же это из-за ее упрямства дошло до такого. Но обида и неприятное чувство унижения грызлось внутри. Но Сасори она этого не покажет. Поэтому Ино и делала все возможное, чтобы он ее не услышал.

Акасуна, услышав, как хлопнула дверь, только глаза закрыл. Пускай она что хочет делает, лишь бы к нему не лезла. Ну не руки же она на себя наложить решилась? Все-таки он ее лишь немного потрогал, помял, а не поимел. Мог бы еще на массаж расщедриться, Сасори ведь не злой на самом деле, просто вредный до жути. Скорпион расслабленно откинулся в кресле, пытаясь отключить уже мозг от глупых мыслей и заснуть. До утра еще прилично времени. Как только выберется отсюда, так сразу пойдет в актовый зал, нельзя же работу бросать.

Спустя какое-то время, наконец-то успокоившись, Ино вернулась в кабинет, тихонько закрыв дверь туалета. Добравшись до дивана, девушка легла на него, свернувшись в некий калачик и обхватив плечи руками. Ее все еще трясло, но не так сильно, и скорее от холода. Все же холодная вода не согревает. Но Бог с этим, можно перетерпеть. Закрыв глаза, Яманака с огромной радостью почувствовала, как сон забирает ее в свое царство. Это лучшее, что произошло с ней за сегодняшний день. А она так устала.

И завтра ей предстоит еще один трудный день. Родители шкуру с нее спустят за то, что она так внезапно пропала. Друзья достанут расспросами. А еще ректор наверняка всыпет выговор за их вандализм в его кабинете. Но зато она больше никогда не увидит Сасори. А пока идет подготовка к постановке, будет стараться держаться от него как можно дальше. Это она себе пообещала и точно выполнит.

Услышав ее размеренное дыхание, Сасори расслабленно выдохнул. Наконец-то привычная тишина, прямо как в его мастерской, приятный лунный свет из окна. А кресло все равно не слишком для сна удобное. Скорпион подался вперед, рукой нашарив на столе печенье. Со стороны он представил себя как огромного хомяка, который, пока хозяева спят, точит за обе щеки вкуснятину. Вроде здоровый мужик, а думает совсем не о том. Он тут себе, можно сказать, кровного врага нажил в лице отдельно взятой блондинки. Эх, до утра еще так много времени.

Прикончив чуть ли не всю пачку, он поднялся и выпрямился, заметив на столе сложенные вещи Ино, а затем недолго думая взял в руки хаори, которое по длине все равно что мини-одеяло. Конечно, он мог поступить совсем по-свински, но на нем, в отличие от Ино, рубашка с длинными рукавами, которая сохраняет тепло, а не тонкая белая майка. Закатив глаза, он приблизился к дивану, прислушиваясь к дыханию Яманака, и накрыл ее хаори. Подумав, плюнул на все и улегся с краю, прижавшись спиной к ее спине.
Утверждено ф. Фанфик опубликован 15 октября 2017 года в 15:09 пользователем MissYoko.
За это время его прочитали 73 раза и оставили 0 комментариев.