Наруто Клан Фанфики Трагедия/Драма/Ангст По тонкому лезвию мести. Глава 10.1 "Боль. Знаешь ли ты, что такое любовь?"

По тонкому лезвию мести. Глава 10.1 "Боль. Знаешь ли ты, что такое любовь?"

Категория: Трагедия/Драма/Ангст
По тонкому лезвию мести. Глава 10.1 "Боль. Знаешь ли ты, что такое любовь?"
Название: По тонкому лезвию мести
Автор: Decoysie
Бета: Simba1996
Жанр: Романтика, драма, ангст, юмор, психология
Персонажи/пары: в этой главе - Мидори, Кейтаро, Сакура
Рейтинг: R
Предупреждения: Смерть персонажей, насилие, ООС, ОС
Дисклеймеры: Сюжет мой, герои - Масаши Кишимото
Содержание: С момента последнего вздоха Учихи Саске прошло более 10 лет. Мир и спокойствие постепенно вернулись в Коноху, где уже подрастало новое поколение. Казалось, ничто не сможет нарушить это хрупкое равновесие... Но не перед бурей ли бывает затишье?
Статус: в процессе
От автора: Дорогие мои, вы дождались! Встречайте Сакуру двадцать один год спустя!)
В голове пульсировала только одна мысль — бежать. Бежать и не оглядываться. Бежать как можно быстрее. Бежать в стремлении спасти свою хрупкую драгоценную жизнь. Она мчалась, не разбирая дороги, к главным воротам Конохи, ощущая при этом болезненные удары нервно бьющегося сердца от каждого отзвука некогда любимого голоса позади неё.
— Мидори! Постой! Пожалуйста!
Мимолётно обернувшись и увидев дьявола, неуклонно приближающегося к ней, уже успевшего скрыть свою демоническую личину под маской, Мидори содрогнулась всем телом. Он нагонял её. Этот демон, восставший из преисподней, нёсся быстрее молнии, грозясь в любую секунду догнать и…
Наруто никогда не рассказывал ей о клане Учиха. Никогда. На каждый её подобный вопрос он неизменно вздрагивал и поспешно уходил в другую комнату, надолго запираясь в ней, а порой даже рыдая, тщетно стараясь приглушить стенания закушенным до крови кулаком.
Маленькая Мидори не понимала подобного поведения отца, напрасно обижаясь на скрытного родителя, пока в один прекрасный день Хината всё же не решилась провести с дочерью серьёзный разговор. Нет, она не рассказала ей о событиях довоенного времени или же о нападении Учихи на Коноху. Нет. Она не сделала этого просто потому, что знала, насколько важен был Саске для её любимого мужа. Хината не забывала об этом ни на мгновение, и пусть её сердце так и не смогло простить его за гибель отца и сестры, настраивать дочь против этого клана достопочтенная жена никогда бы себе не позволила. И именно поэтому она просто объяснила своей малышке, что для папы подобные расспросы являлись болезненными, заставляющими его израненную душу мучиться и страдать, неизбежно напоминая ему о прошлых душевных травмах, обидах и разочарованиях.
Юная Узумаки многое переосмыслила после разговора с матерью и ровно с того же момента утоляла жажду своего любопытства исключительно посредством третьих лиц: от мальчишек во дворе, от старушек в бакалейных лавочках, от престарелых шиноби, имеющих слабость к рассказам о войне. И именно благодаря этому Мидори знала о клане Учиха. Знала про Учиху Итачи и про Учиху Саске, про легендарного Мадару и не менее прославившегося Обито. Знала, сколько боли и разрушений клан принёс Деревне, Скрытой в Листве, и, конечно же, знала, что последнего из клана Учиха казнили более десяти лет назад. Да она и сама присутствовала на этой казни, тайком сбежав в тот день из дома и наблюдая за кровавым действом с ветки близлежащего дерева в компании Хару и Акено.
Так откуда же тогда у Хаттори шаринган?! Откуда он у него? Неужели он восставший из пепла Учиха, жаждущий отмщения за своих умерших соклановцев?
«Если произнести вслух имя этого проклятого клана, то Учиха Саске придёт за тобой…» — Она невольно стала проговаривать эту известную всем детям в Конохе страшилку, вынуждая своё тело неметь от возрастающего с каждой секундой страха.
Нет, этого просто не могло быть!
Но она же видела шаринган! Она видела его!
Девушка почти добежала до главных ворот, когда знакомая, некогда до боли желанная рука всё-таки смогла дотянуться до её плеча холодными пальцами и моментально обжечь её кожу слабым электрическим разрядом, срывая с губ куноичи панический вскрик беспощадно нахлынувшего на неё чувства безысходности. Из бьякугановых глаз градом хлынули слёзы, а тело сразу же стало ватным и до омерзения непослушным, от чего Мидори незамедлительно упала бы наземь, если бы не поймавшие её вдруг тёплые руки сокомандника, так неожиданно появившегося, словно бы из ниоткуда.
Хару бережно обнял напарницу и, грубым движением руки скинув ладонь Кейтаро с плеча возлюбленной, пронзил его ненавидящим взглядом.
— Ублюдок, что ты с ней сделал?! — заорал он, обнажая клыки, предостерегающе увеличившиеся в размерах, и больше напоминая сейчас разъярённого дикого зверя, нежели человека. — Почему она плачет?! — Парень сделал едва заметный знак Дайске, и верный пёс Инузуки, подобно хозяину, в момент ощетинился, утробно зарычав и заставив джонина невольно отойти на два шага.
— Она… Она увидела моё обезображенное лицо, — хрипло ответил Хаттори, переводя отчаянный взгляд на дрожащую всем естеством девушку; он до сих пор отказывался верить, что его клановое додзюцу могло вселять настолько невыразимый ужас. Однако спустя всего лишь мгновение горькая усмешка, так безжалостно пронзившая его душу насквозь, уже многое расставила на свои места, давая ему возможность наконец-таки понять. Понять то, что с самого детства пытался отрицать.
Так вот, значит, о чём говорил Какаши-сенсей! Вот, значит, как люди будут относиться к нему, узнай они правду…
Каким же он всё-таки был глупцом, ненароком подумавшим, что тот, в ком текла проклятая кровь клана Учиха, может быть достоин любви. Самым настоящим дураком, всего лишь на мгновение, но поверившим в эту несбыточную утопию о нормальной жизни обычного человека, а не изгоя, презираемого всеми. И даже она… Даже эта добрая солнечная девочка, так внезапно ворвавшаяся в покрытое коркой льда сердце, считала его демоном во плоти, боясь и ненавидя его душу и, конечно же, шаринган, который он так и не сумел приручить. Его извечное проклятье.
— Мидори, это правда? — Инузука прижал куноичи к себе чуть крепче и едва ощутимо провёл ладонью по её белокурым волосам в надежде успокоить растревоженную напарницу.
Девушка перевела обезумевший от страха взгляд на Кейтаро и, вновь неосознанно вздрогнув всем телом, неуверенно кивнула. Она и сама не понимала, почему подтвердила обман Хаттори. Может быть, из-за того, что боялась перечить воле этого исчадия ада, а быть может, просто потому, что туго соображала в данную секунду, абсолютно не отдавая себе отчёта в своих поступках и действиях.
— Мидори-химе, — бархатный низкий голос пронзил её множеством мельчайших иголок откровенной угрозы, от чего она невольно прижалась к Хару ещё сильнее, вынуждая джонина в очередной раз лишь горестно ухмыльнуться. — Я надеюсь, вы умеете держать язык за зубами…
— Эй, шёл бы ты отсюда, — раздражённо огрызнулся собаковод, пытаясь оградить девушку от посмевшего посягнуть на её душевный покой типа. Он так и знал, что эта чёртова миссия до добра не доведёт! — Ты ранен, вот и вали в госпиталь, а к ней… — он перевёл выразительный взгляд на сокомандницу, — к ней больше не приближайся. Понял меня, урод?
Кейтаро с силой сжал челюсти, так, что зубы заскрипели от столь сильного трения друг о друга, и попытался максимально глубоко вздохнуть в стремлении подавить предательски подступающие к горлу слёзы обиды.
Сколько ещё боли и презрения ему предстоит вынести? Хватит ли у него на это сил?
— Не приближусь, не беспокойся. Больше никогда… — он невольно запнулся, потому как на одно короткое мгновение боль в сердце стала практически невыносима, перебивая и без того рваное дыхание юноши, — больше никогда не приближусь.
Хаттори резко развернулся и быстрым шагом пошёл прочь, начиная исступленно убеждать себя, что боль пройдёт, что всякая боль со временем проходит — пройдёт и эта. Обязательно пройдёт, просто необходимо было немного подождать, совсем чуть-чуть, хотя бы до завтра… и обязательно станет легче.
Дождавшись, когда ненавистный шиноби отряда Анбу скроется из виду, Хару облегчённо вздохнул и, переведя обеспокоенный взгляд на юную принцессу, обхватил её бледные щёки своими тёплыми, всё ещё дрожащими от ярости ладонями.
— Неужели его физиономия настолько пугающая? — мягко улыбаясь и наслаждаясь временной покорностью девушки в своих объятьях, спросил молодой представитель клана Инузука, чувствуя, как пульс в артериях начинал зашкаливать до небес. Мидори медленно подняла на него ошеломлённый взгляд, а затем, резко зажмурившись, накрыла свой холодный мокрый от испарины лоб рукой.
— Я… — с трудом проговорила она онемевшими от страха голосовыми связками, — я ничего не понимаю, Хару. — Ладонь куноичи плавно переместилась со лба на щеку, а затем, мимолётно коснувшись пальцев напарника, скрылась в густых золотистых локонах. — Я ровным счётом ничего не понимаю…
Молодой человек успокаивающе погладил её виски, задыхаясь от какого-то странного чувства безграничного счастья, что шквальным ветром обрушилось на его многострадальное сердце, а после, игриво задев вздёрнутый девичий носик своим, чуть слышно спросил:
— Малыш, чего же ты не понимаешь? — вопрос прозвучал несвойственно для него нежно, участливо, мягко, но полностью погружённая в свои мысли Мидори этого даже не заметила.
Что-то внутри неё истошно кричало, остервенело вопило, что она не права, что она заблуждалась: грубо, непоправимо, фатально. Что-то в глубине её души буквально скручивалось безжалостной пружиной беспокойства, отдаваясь невыносимой пыткой во всём теле и с каждой секундой всё больше и больше убеждая юную куноичи в ошибочности своих суждений.
Но как? Как ей разобраться во всём этом? Где искать ответы? У кого?!
На несколько секунд Мидори даже задержала дыхание, не выдерживая тяжкого груза царившего в её голове хаоса, но потом каким-то непостижимым для неё образом ответ на последний вопрос всё же смог найти выход из этого безнадёжно запутанного клубка мыслей принцессы, отдаваясь гулким эхом от разрушающихся границ подсознания.
Да, был такой человек. Был!
Точно она не знала, мог ли он всё ей объяснить, но это было и не настолько важно, пока существовал хотя бы минимальный шанс понять истину произошедшего.
Устремив на напарника серьёзный взгляд и обходительно убрав его руки со своего лица, она твёрдо произнесла:
— Мне срочно нужен Какаши-сенсей.

***

Стройная, неимоверно привлекательная женщина с длинными розоватого оттенка волосами, повязанными в хвост и небрежно перекинутыми через плечо, стояла у окна и нервно курила, то и дело поглядывая на часы.
Без пяти двенадцать — уже скоро…
Едва заметно мотнув головой, она медленно поднесла тлеющую сигарету к губам и, зажмурившись на пару секунд от едкого дыма, что тут же попал в глаза, сделала очередную глубокую затяжку.
По правде сказать, она ненавидела этот день, ненавидела ровно настолько, насколько и ждала его каждый год, поэтому, любовно подправив размазавшуюся надпись на торте, Сакура вновь перевела сердитый взор на циферблат. Без четырёх минут…
Проклятье! Это чёртово время тянулось со скоростью улитки, раненой в своё скользкое тело!
Моментально одёрнув себя, она попыталась успокоиться. Нет, раздражаться явно не стоило. Просто надо было ещё немного подождать…
В надежде отвлечься от внутренних переживаний женщина перевела утомлённый взгляд на госпитальный двор, куда выходили окна её кабинета, и устало прошлась глазами по играющим на площадке детям.
Многие завидовали ей, и Сакура знала об этом. Её внешности, умениям, известности. Даже её идиотскому титулу «Розововолосой Богини», которым куноичи наградили после Четвёртой Мировой войны за медицинские навыки, тоже завидовали… Глупые! Она бы с радостью променяла этот дурацкий титул, внешность и знания всего лишь на одну мизерную частичку счастья, способную потушить этот не утихающий огонь обречённости, что чёрным пламенем горел у неё в груди который год подряд.
Тяжело вздохнув, Сакура с трудом оторвалась от играющих мальчишек и вновь посмотрела на часы. Сердце мгновенно оживилось, забившись раненой птицей о грудную клетку и грозясь в любую минуту вырваться из своего заточения, упав к её ногам. Двенадцать. Пора…
Она осторожно зажгла свечу на пироге и тихонько прошептала:
— С днём рождения, Кейтаро, — и вновь к горлу подкатил огромный ком невысказанных прежде материнских чувств, что неустанно тлели в её разваливающейся от нескончаемых тревог и печалей душе.
«Сколько ему сегодня?» — Женщина прикрыла глаза и дотронулась тыльной стороной ладони до лба, мягко помассировав его середину. Тяжкая усмешка не заставила себя ждать, мгновенно растянув её губы в кривоватой улыбке.
Да кого она, собственно, обманывала? Она могла не помнить, сколько лет ей, но вот сколько лет её сыну, Сакура вряд ли когда-нибудь забыла бы.
Двадцать один. Сегодня её сыну исполнился двадцать один год.
Неужели? Уже такой взрослый…
Руки предательски задрожали, неминуемо осыпая белый подоконник серыми хлопьями пепла, а лицо на миг озарилось искренним радостным удивлением.
О Боги, её Кейтаро сегодня исполнился двадцать один год!
В это было трудно поверить, но всё же это было именно так. Того маленького розовощёкого карапуза, которого она оставила в том проклятом доме посреди леса более двадцати лет назад, больше не существовало. Он уже давно успел превратиться в отважного, доброго, наверняка чертовски привлекательного молодого мужчину, даже и не догадывающегося о том, что его никудышная слабовольная мать, так и не сумевшая отстоять своё право находиться рядом с ним, всё ещё безмерно любила его и сгорала заживо от невыносимого желания когда-нибудь встретиться со своим дорогим ребёнком.
Двадцать один… Это было просто невероятно!
Да он и сам уже мог иметь детей, семью, любящую жену. Ками-сама, ведь мог же! Ох, как же хотелось знать буквально всё: где он сейчас, с кем он сейчас?
…Жив ли?
Сердце матери привычно защемило в груди, когда мысли посетил именно этот, самый тревожащий её душу вопрос. Больше всего на свете она хотела знать ответ именно на него, но затевать разговор с Какаши-сенсеем Сакура так и не набралась смелости. Она отчаянно боялась понять по отведённому в сторону взгляду учителя, что её мальчика, её ни в чём не повинного мальчика уже давно нет в живых, и только из-за того, что людская ненависть к клану Учиха за эти двадцать лет ни на йоту не уменьшилась.
— Ну вот опять! — недовольный возглас, раздавшийся где-то рядом, в ту же секунду выбил Харуно из тревожных мыслей и незамедлительно возвратил её в окружающую реальность. Она резко повернулась в сторону голоса и неотвратимо наткнулась взглядом на сердитые светло-голубые глаза своего неимоверно рыжего и такого же неимоверно веснушчатого ученика, в последнее время доставляющего ей одни только проблемы.
Так-так-так. Какие неприятности он доставит ей на этот раз?
— А, это ты, Мите-кун, — скептически начала куноичи, но осеклась, когда юноша бесцеремонно вырвал сигарету из её пальцев и, гневно затушив тлеющий табак о стеклянную пепельницу, выбросил в мусорное ведро… вместе с той же самой пепельницей, моментально разбившейся на множество мельчайших осколков.
«Вот же, гадёныш! Теперь придётся покупать новую!»
— Сакура… — женщина ещё раз удручённо глянула на разбившуюся стекляшку и, рассерженно изогнув бровь, устремила взор на парня, — …сенсей, ты… То есть… Вы же обещали мне больше не курить!
Харуно испытывающе смерила ученика грозным взглядом, а затем негодующе фыркнула.
— Когда это ты мне в мамочки успел заделаться? — злорадно произнесла она, с немалым удовольствием подмечая, как стушевался молодой медик.
— И ещё… Вы же обещали звать меня по имени, помните? — окончательно смутившись, промямлил молодой человек, на что Сакура мгновенно помрачнела и не удержалась от тяжёлого вздоха.
— Помню, Аскена, помню, — хотя лучше бы забыла и никогда об этом больше не вспоминала. Это ж надо было так напиться, чтоб сотворить такое! — Э-э-э, хочешь тортик? — пристыженно улыбаясь, проговорила «Богиня» и, стремясь переменить тему разговора, придвинула угощение ближе к ученику.
— Нет, спасибо, я не люблю сладкое, — ответил молодой человек, заслуживая недовольный хмык со стороны сенсея.
— Хм, кстати, а почему ты не в реанимации? Разве сегодня нет работы? — Сакура отрезала маленький кусочек пирога и перевела на ученика озадаченный взгляд.
Аскена стушевался ещё больше и, покраснев до кончиков ушей, виновато посмотрел на учительницу.
— Нет, работа есть, но…
— Но? — Харуно отправила лакомый кусочек в рот и сердито сдвинула брови. — Хочешь, чтобы я тебя премии лишила?
— Но, Сакура-сенсей, — слишком уж по-детски начал юноша, лишний раз напоминая женщине, что перед ней стоял совсем ещё желторотый юнец. Казалось, ему только-только стукнуло девятнадцать, впрочем, именно о том дне рождении она вспоминать и не хотела. — Мне очень захотелось увидеть вас, разве это плохо?
— Ками-сама, Аскена! Ты единственный в мире медик, способный исцелить любое ранение и оживить человека в момент его клинической смерти одной только чакрой. Ты хоть понимаешь, как важен для госпиталя?! — удивлённо воскликнула Сакура. — Так, повтори, что говорила тебе покойная Цунаде-сама!
Сердце невольно пропустило удар, когда она вспомнила свою не так давно умершую наставницу. Харуно ненавидела её всей душой, ведь именно по приказу Цунаде её разлучили с Кейтаро, но всё же, даже несмотря на это, Сакура уважала Пятую, бескорыстно отдававшую жизненные силы на благо родной деревни, неминуемо сокращая тем самым и свои года. Куноичи с грустью понимала, что она бы так никогда не смогла, и не из-за того, что цеплялась за своё жалкое и никому не нужное существование, нет, — просто значимость человеческой жизни для неё уже давно потеряла ценность, и работа выполнялась скорее машинально, нежели из стремления помогать людям.
— Ну, Сакура-сан, не начинайте, — взмолился тот, но сенсей была непреклонна.
— Я сказала: повтори! — безапелляционно отрезала Сакура, и бедному юноше пришлось подчиниться.
— «Аскена, тебя ждёт великое будущее»! — пробубнил он, заслуживая одобрительный кивок со стороны «Розововолосой Богини».
— Вот именно! Тебя ждёт великое будущее, Мите-кун! Ты давно превзошёл своего учителя, и я откровенно не понимаю, почему ты сейчас здесь, а не в реанимации?
— Потому что я люблю вас! — неистово воскликнул он. — И не делайте вид, что не знаете об этом!
«О боже, только не снова…» — Сакура постаралась подавить в себе тотальное раздражение и снисходительно улыбнулась молодому человеку.
— Аскена, это был всего лишь поцелуй, совершенно ничего не значащий. Он как бы говорил: «С днём рождения, Мите-кун»…
— Это для вас он говорил: «С днём рождения, Мите-кун», а для меня он значил многое! Я три ночи потом заснуть не мог!
«Ох, убейте меня и избавьте от этого позора!»
— Ну как? Как мне доказать, что я действительно люблю вас? — Аскена порывисто схватил женщину за руку, до боли впиваясь в её кожу пальцами.
— Аскена, уймись ради Бога!
— Выходите за меня! — выпалил юноша на одном духу, тут же съёживаясь от удивлённого взгляда своего сенсея. — Выходите за меня… замуж… пожалуйста… — съехав на полушёпот и окончательно лишаясь былой смелости, повторил он.
Сакура раздосадованно закатила глаза. Неимоверно захотелось треснуть этого юнца по его дурной башке, но рука отчего-то не поднималась провернуть подобное действо. Ну что за бред он нёс?!
«Так, надо бы поскорей отправить его на какую-нибудь длительную миссию, и куда-нибудь очень далеко!»
— Видишь ли, я уже была замужем и мне не особо-то и понравилось…
— Но я обещаю, что смогу сделать вас счастливой! Только поверьте в меня.
— Обещаешь сделать счастливой? — задумчиво переспросила она, будто бы пробуя эту фразу на вкус. Сакура вновь отвернулась от него к окну, отрешённо уставившись на больничный двор, и нервно вздохнула. Когда-то давно ей уже давали подобное обещание, в которое она так неосмотрительно решилась поверить.
Карису но Мико — бравый шиноби Песка, так неожиданно для всех ставший её первым и единственным мужем. Белокожий и темноволосый, с невероятно чёрными бездонными глазами, смотрящими прямо в душу, и крутым нравом настоящего бойца. Он был так похож на него, но, по сути же, Мико так и не сумел заменить ей того, память о ком хранилась в её сердце и по сей день.
У них даже могли бы родиться дети, если бы не те два выкидыша, которыми закончились её долгожданные беременности, и если бы не та злополучная миссия, сделавшая Сакуру вдовой.
Она не любила об этом вспоминать, не любила, потому что к горлу мгновенно подкатывал огромный ком невыплаканных доселе слёз, каждый раз отдающихся глухой болью у неё внутри и напоминающих о проклятом одиночестве, вечном и неизменном.
— А знаешь ли ты, что такое любовь? — хрипло спросила Харуно, не отрывая взгляда от играющих во дворе детей. Услышав в ответ гнетущую тишину, она вымученно усмехнулась. — Ты смог бы простить меня, причини я тебе боль? Сильную, невыносимую… Смог бы? — Она устремила на него вопрошающий взор.
Юноша промолчал, не зная толком, что ответить умудрённой жизнью женщине, и лишь понуро опустил голову.
— Если бы любил, простил бы, Аскена, простил. Спустя год, два, десять лет, двадцать. Всё равно простил бы. — Сакура вновь отвернулась от него и машинально потянулась к пачке сигарет, но на полпути всё же остановилась. — Во времена моей юности меня обидел один человек, которого я любила всей душой. Сильно обидел. Так обидел, что, думала, не прощу никогда. И даже в момент его смерти не проронила ни слезинки, но знаешь… По прошествии стольких лет я бы многое отдала за возможность хотя бы на миг, но увидеть его вновь живым. — Одинокая слеза плавно обогнула её не тронутую морщинами скулу и в следующую секунду огромной каплей упала на подоконник.
— Кхм, простите, можно? — внезапно раздавшийся со стороны двери голос заставил Аскену и Сакуру одновременно обернуться. В дверном проёме стоял шиноби отряда Анбу с практически полностью окровавленной рукой. — Меня направили к вам. У меня рука ранена, — робко пробормотал тот, не решаясь пройти дальше порога.
Женщина моментально скинула с себя налёт грусти и печали, мимолётно стерев с щеки след недавней слабости, и, устремив на молодого медика суровый взгляд, сердито произнесла:
— В реанимацию! Бегом!
Молодой человек спорить не стал — лишь грустно посмотрел на сенсея пронзительно голубыми глазами, а после незамедлительно удалился.
Проводив непутёвого ученика недовольным взором, Харуно равнодушно перевела его на Анбу и жестом указала на кушетку. Признаться, её начинали раздражать медсёстры на посту, которые с упорством продолжали направлять к ней пациентов, пусть и с пустяковыми ранениями.
— Проходи, присаживайся.
Юноша слегка неуверенно подошёл к кушетке и, скромно присев на самый её краешек, подставил раненое плечо медику.
— Хм, глубокий, — безучастно проговорила куноичи, дотрагиваясь до ранения рукой. Секунда — и по тонким пальцам прошёл ощутимый электрический разряд, заставивший её без промедления отдёрнуть руку. Она чуть слышно вскрикнула, а затем, наверное, впервые за долгое время приглушённо рассмеялась, прикрыв свой рот рукой и сама толком не понимая, что послужило тому причиной.
— Простите, это особенность моей чакры. Статическое электричество часто скапливается на поверхности моего тела, — начал оправдываться молодой джонин, немного испуганный подобной реакцией женщины.
— Ты кто такой? Не помню, чтобы у кого-нибудь в Конохе были такие особенности? — с трудом выговорила «Розововолосая Богиня», тщетно стараясь усмирить ту бурю эмоций, что так внезапно вспыхнула у неё в груди.
Да что же с ней такое? Почему улыбка не хотела сходить с её лица?
— Да, я совсем недавно поступил на службу в Коноху.
— Хм, прости. Обычно я так себя не веду, — вытирая неизвестно с чего появившиеся слёзы радости с уголков глаз, проговорила Сакура. — Коль уж ты новобранец, то мне придётся завести на тебя медицинскую карточку, но только после того, как мы расправимся вот с этим. — Она указала на его ранение, а спустя мгновение зелёный отблеск чакры уже залечивал порез. — Хм, говоришь, статическое электричество скапливается, а ты знаешь о чём это говорит?
Кейтаро молча помотал головой.
— Это говорит о твоей эмоциональной нестабильности. Я нечасто сталкивалась с таким, но всё же приходилось. Это особенно заметно у тех, чья стихия молния.
— Да, у меня именно эта стихия, — и почему голос этой женщины так успокаивал его душу и сердце, разливая где-то внутри такую необходимую ему сейчас… безмятежность?
И опять же Сакура не смогла сдержать улыбки, с неподдельным интересом начиная рассматривать своего пациента. На первый взгляд он был абсолютно непримечательным шиноби отряда Анбу, так же, как и все остальные, скрывающий своё лицо под причудливой маской, но отчего-то именно рядом с ним на её душе становилось непередаваемо легко и спокойно, словно бы многотонный груз, всё это время лежавший у неё на плечах, куда-то волшебным образом испарился, позволяя наконец-таки вздохнуть полной грудью.
— Ну вот, принимай работу. — Она отошла на несколько шагов и придирчиво оценила белёсый, практически незаметный шрам. Юноша так же перевёл взгляд на то место, где ещё совсем недавно был глубокий порез, и невольно поразился искусности медицинских техник.
— Здорово. Спасибо вам большое.
— Подвигай рукой. Онемения нет? — Хаттори послушно сжал и разжал ладонь, а затем слегка качнул головой.
— Нет, всё в порядке.
— А боль? Боль есть? — Сакура неосознанно придумывала следующий вопрос, только бы этот странный молодой человек подольше оставался рядом с ней.
Кейтаро прерывисто вздохнул, толком и не зная, что ответить медику, ведь боль была, но вовсе не физической.
— Нет, боли… нет…
— Ну что ж, — с разочарованием проговорила Харуно, в голове у которой отчаянно не находилось больше ни единого вопроса, — на сегодня я тебе прописываю отдых. Отправляйся домой и отлежись как следует, и, конечно же, постарайся не перенапрягать руку, хорошо?
— Да, конечно, — отозвался юноша, точно зная, что сегодня его рука получит заслуженный покой, ведь для того, чтобы держать бутылку с саке, слава Богу, у него была другая. — Спасибо ещё раз и… До свидания, — он поспешно встал и направился к выходу, но тёплая женская ладонь, так неожиданно схватившаяся за мужское запястье, остановила его. Они оба застыли в неподвижности, не в силах понять, почему их близость настолько приятна им обоим, а сердца стали до неприличия громко отбивать ритм доселе незнакомой песни, разбивая вдребезги образовавшуюся тишину пространства.
— Карточка, — осипшим от волнения голосом проговорила Харуно, — мне нужно завести на тебя карточку.
Кейтаро смущённо кивнул, неизбежно краснея от того, что совершенно успел об этом позабыть, но благо спасительная маска скрывала и этот факт.
Сакура нехотя отпустила руку молодого джонина и, торопливо подойдя к рабочему столу, достала незаполненный бланк.
— Скажи мне, пожалуйста, свою фамилию и имя, — по-деловому начала она, силясь унять своё разволновавшееся сердце.
— Хаттори Кейт…
— Сакура-сан!!! Там много раненых с миссии! Мы не справляемся! Аскена не справляется! Их очень много! — прокричала запыхавшаяся медсестра, влетевшая секундой ранее в кабинет.
Харуно резко подняла голову, а спустя всего лишь миг уже была возле двери.
— Хаттори, приходи ко мне завтра, хорошо? — и, не дожидаясь ответа, пулей вылетела из кабинета, снова устремляясь спасать чьи-то жизни. В ту секунду ей просто отчаянно хотелось верить, что завтра этот странный юноша непременно придёт к ней и она вновь сможет почувствовать ту неповторимую лёгкость в своём сердце, что сделала её пусть на одно короткое мгновение, но абсолютно счастливой.
Утверждено Однохвостая
Decoysie
Фанфик опубликован 19 Октября 2012 года в 20:23 пользователем Decoysie.
За это время его прочитали 1966 раз и оставили 13 комментариев.
0
Devilish_LM добавил(а) этот комментарий 20 Октября 2012 в 10:52 #1
Devilish_LM
Здравствуйте, автор!!!

Я так ждала, так ждала новой главы!!! И вот!!! Господи, я плакала и вскрикивала от переживаний!!! Как же всё печально.. Меня мучает лишь один вопрос, Кейто же ничего плохого не сделает из-за того, что Мидо такая глупая? Обидно будет, если мальчик по наклонной пойдёт из-за одной неудачи..
Эх, Сакура, Сакура.. в момент, когда она вспоминала, сколько лет её мальчику я разревелась... А когда она сказала, что мечтает хоть на миг увидеть Саске, я разревелась окончательно!
Ох, ну и блестящая глава! Искреннее спасибо вам за новую работу, за бурлящие через край эмоции и завязывающийся новыми элементами сюжет!!!

Желаю вдохновения и приятного настроения, D !! ))
Сказать спасибо за комментарий
0
Decoysie добавил(а) этот комментарий 20 Октября 2012 в 11:47 #2
Здравствуйте, Devilish_LM! Ох,спасибо вам за такой эмоциональный комментарий,мне очень приятно понимать, что все свои чувства я всё-таки смогла донести до своих читателей.
По какой наклонной пойдет Кейтаро вы несомненно узнаете уже из двух следующих глав)))но хочу встать на защиту Мидори, она вовсе не глупая, конечно у неё не гениальный мозг, не будем забывать чья она дочь))) но всё же, она просто испугалась, очень сильно, вот и сработал у неё инстинкт самосохранения)))
Спасибо ещё раз, такие комментарии пробуждают во мне неиссякаемое вдохновение)))
С уваж. Decoysie)
Сказать спасибо за комментарий
0
Miku-chan^^ добавил(а) этот комментарий 20 Октября 2012 в 19:51 #3
Miku-chan^^
Здравствуйте дорогая Decoysie!
Наконец-то долгожданное продолжение! Такая эмоциональная глава. В горле ком образовался, когда читала про то как для Наруто важен Саске, что он помнит и скорбит о друге. Что Сакура до сих пор любит Саске и надеюсь простила его.
Так жалко Кейтаро, ведь он понял, как к нему будут относиться люди если узнают правду. Но надеюсь Мидори все выяснит у Какаши и даст Кейтаро шанс.
Неужели Кейтаро и Сакура встретились?! Я так рада, что она до сих пор помнит о сыне. Но мне до сих пор непонятно как их разлучили... Видно, как Сакура пытается оттянуть момент их расставания, придумывая разные вопросы. Печально осознавать, что они провели в разлуке больше 20 лет, ведь если бы они были вместе, возможно бы были чуточку счастливее.
В общем глава мне очень понравилась и я вместе с Сакурой надеюсь, что Кейтаро придет!
Спасибо вам за главу, с нетерпением буду ждать следующей))
Сказать спасибо за комментарий
0
Decoysie добавил(а) этот комментарий 20 Октября 2012 в 20:04 #4
Здравствуйте, Miku-chan! Рада вас видеть))) Как разлучили Сакуру и Кейтаро?
После его рождения она провела с сыном три дня, а затем она вместе с Какаши вернулась в Коноху по приказу Цунаде. Признаюсь, всё это прозвучало мельком в первой главе, но надеюсь, этот момент я сейчас прояснила...
Спасибо огромное за комментарий, вы как всегда дарите мне море позитива и вдохновения!!!
Ваша Decoysie)))
Сказать спасибо за комментарий
0
ROSARIO) добавил(а) этот комментарий 21 Октября 2012 в 12:36 #5
ROSARIO)
Дорогая Decoysie, приветствую Вас! До безумия рада видеть Вас. До щемящей боли в сердце чувствую я дрожь, что проникает сквозняком под кожу. Не так уж и много работ, которые морозным холодом обволакивают кожу в ожидании чего-то всегда болезненного ранящего. Каждая работа ценна и прекрасна. Ваша работа – также бесподобна. Поверьте, я искренне счастлива, что Вы создаете такую работу также и о судьбе Саске и Сакуры, об их сыне! Я когда думаю об этом и анализирую все, что я вижу перед собою, эту жизнь, у меня прямо дух захватывает! Честное слово. Само по себе осознание того, что Саске пережил, что произошло с Сакурой, как его лишили жизни, бросает в дрожь, током прокалывающую ледяную корку разума, каких-то ненужных скептических анализов. Остается чистота ощущений – я знаю, я помню, что случилось с Саске. Его жизнь -кровавый водоворот, затянувший его на дно, утопивший его. Как печально, как больно, как прискорбно, что его путь имел такой конец. Да, он столько боли причинил Сакуре, и как же любовь.… Сколько лет она ждала, мечтала, искала, страдала, помнила, и в итоге что получила – сокрушающий удар, удар металлической палкой судьбы по сердцу. Он ушел, ее сына отняли, оторвали от сердца, не дали ей почувствовать всю силу и прелесть, и благодать материнской любви. Ей не дали ощутить сполна радость первых слов, первых шагов, первых маленьких, но важных достижений. Этой радости не было. Она - любя, должна была расстаться с собственным сыном, который сейчас такой взрослый, и, конечно же, безумно привлекательный…это говорит о том, что неоспоримая красота его отца также всегда будет оживлять разбитое сердце, и это восхитило меня.
И что меня восхитило, и заставило сердце разбитыми осколками обливаться кровью, и бабочку-душу светлой грусти возвысится над тлеющими руинами, так это тот момент, когда Сакура сказала, что простила Саске. Она простила ему все, даже то, что он сотворил. Когда она сказала, что многое бы отдала за то, чтобы увидеть его, мое сердце пропустило несколько ударов! Оно замерло, а потом забилось с бешеной скоростью! Это один из самых сильных эмоционально моментов вообще! Это ее осознание, разбитая судьба, подкрепленная настоящими испытаниями, настоящими потрясениями. Нет здесь игры и фальшивых ролей. Есть исповедь простившего сердца, до сих пор любящего сердца!
Неповторимый момент. Мы долго шли к нему в своих мечтах, болезненных мечтах, ведь Его нет, но желая услышать признание любящей его Женщины. Через года, попробовав забыть, попробовав полюбить другого, Сакура никак не может стереть из памяти любимые вечные черты. Черные глаза, не знающие света, волосы ночной мглы, фарфор белой кожи всегда стоят перед глазами – могущественный образ, дышащий манящим мраком. И никак его не забыть, ни с чьей помощью – это стиснуло сердце в железных тисках таких странных ощущений: боль и светлая радость, тяжелая легкость…
Неповторимо!
А момент встречи Сакуры и Кейтаро меня просто поразил чистотой, искренностью, настоящим переживаний. Электрический ток по рукам и не только – по сердцу. Они встретились! Это невероятно. Но он лишь начал называть свое имя…и тут его оборвали! Я тогда просто застыла, ведь оставалось еще немного, но ведь такова жизнь – она любит интриги, и они и вправду просто прекрасны.
Глубокая задумчивость, печаль, что застыли вокруг Сакуры, утяжеляя воздух, поразили меня. Оцепенение, вдумчивость, воспоминания, душевный монолог – в этом было столько горечи и боли, что сердце сжималось от тоски, от сострадания. Комната словно пропиталась этой выносимой болью. Это ощущение было просто невероятно реалистичным, невероятно. Я буквально видела этот образ красивой сильной женщины, таящей в душе осадок тяжелых утрат.
В ее словах было столько сердечного откровения, и сочувствия, и сожаления. И с помощью ее слов вновь можно понять, что значит любить по –настоящему. Я верю каждому слову – всепоглощающая нежность все еще щекочет раны, которые никак не затянутся, все еще льется дождь воспоминаний, а его шум ничем не заглушить. Она не сможет увидеть Его – и от этого отчаяния хочется провалится в бездну самообмана, чтобы хоть в фантазиях обнимать взглядом…
Мидори поддалась страху, да. Но в ее решении найти Какаши я увидела надежду на ее понимание. Судьба Кейтаро – словно ходьба по краю пропасти, когда один неверный шаг может стоить жизни. И это всегда держит в напряжении, неизменно.
Глава потрясающая! Она останется со мною в сердце богатством своих неимоверно естественных сильных эмоций, чувств. Я тронута до глубины души.
Огромное спасибо! И низкий поклон за тяжелый труд. Спасибо. Спасибо.
Сказать спасибо за комментарий
0
Decoysie добавил(а) этот комментарий 21 Октября 2012 в 15:46 #6
Здравствуйте, дорогая моя Rosario!!! Знаете я дала себе зарок, пока не увижу вашего комментария, вторую часть десятой главы не выставлю, ведь ваше мнение непередаваемо важно для меня, ваши эмоции служат для меня тем трамплином, от которого я отталкиваюсь при написании следующих глав!!Вы как всегда очень тонко прочувствовали всё то, что я хотела передать, а это значит, что пока то, что я задумала донести до читателя мне удается!!! Вы мой неизменный судья, дающий недюженные силы и, конечно же, вдохновение! Спасибо вам за это огромное и ждите в скором времени вторую часть!
Ваша Decoysie!
Сказать спасибо за комментарий
0
ROSARIO) добавил(а) этот комментарий 24 Октября 2012 в 02:42 #9
ROSARIO)
Спасибо Вам, дорогая Decoysie! Спасибо, спасибо!
Ваши слова имеют для меня огромное значение. Я чувствую и очень ценю их искренность, теплоту, спасибо Вам. Я счастлива, что знакома с таким замечательным человеком, я счастлива, что что могу поддерживать столь талантливого автора - это моя радость. Ваша работа сумела тронуть до глубины души, и я просто счастлива осознавать, что мое мнение столь ценно для Вас - это истинная награда и отрада. Благодарю Вас от всего сердца!
Сказать спасибо за комментарий
0
nastushasmile добавил(а) этот комментарий 22 Октября 2012 в 02:40 #7
nastushasmile
Здрпаствуйте,Decoysie.
Новая глава замечательная, и мне почти нечего добавить Вам в похвалу. Особенно после комментария ROSARIO). Скажу только, что меня очень позабавил новый персонаж Аскена и его признание Сакуре. Это было неожиданно и мне очень понравилось.
Отдельно хочу отметить ошибки вашей беты:
У кого их икать?(смешная очепяткаXD)
более двадцать лет назад(родительный падеж же)
ребенком,превзошел,полушепот,белесый,перевел,смущенно(везде нужна ё)
Сердце матери привычно защемило в груди, когда её мысли посетил именно этот, самый тревожащий её душу вопрос.(её 2 раза в одном предложении).
Но хорошо, что их немного и, в целом, они не портят Вашего стиля и нашего впечатления от произведения.
С уважением, nastushasmile.
Сказать спасибо за комментарий
0
Decoysie добавил(а) этот комментарий 22 Октября 2012 в 18:27 #8
Приветствую вас, nastushasmile!!! Знаете мне очень приятно, что вы начали баловать меня комментариями!!! А ещё вот именно сейчас я сижу и краснею от стыда за свои очепятки(((обычно перед тем как выложить я кропотливо проверяю текст несколько раз, а тут, видать, то ли расслабилась, то ли старею, то ли слепею...вообщем, за ошибки извиняюсь, и постараюсь впредь такие идиотские недочеты не допускать)))
Сказать спасибо за комментарий
0
Polinom добавил(а) этот комментарий 27 Октября 2012 в 13:31 #10
Polinom
Здравствуй, Decoysie!
Эх... времени не было у меня, что б вовремя прочитать и оставить свой комментарий для этой главы. Теперь все сказано уже другими людьми, которым не безразлично, что вы пишете. От себя скажу, что ваша работа мне доставляет большое удовольствие при чтении, так как стиль, логика и хронология событий строго выдержаны. Это очень радует. Превосходно переданы чувства героев. Все хорошее уже было сказано, я не очень люблю повторять за другими, хоть и аналогично думаю.
Что касается этой главы, то есть кое-какие моменты, которые хотелось бы отметить.
Во-первых, у вас имеется такая строчка:
"Даже эта ... девочка, так внезапно ворвавшаяся в его покрытое коркой льда сердце, считала его демоном во плоти…"
Исходя из написанного ранние, характер Кейтаро совсем не вяжется с тем, что написано тут. Данный персанаж - участлив, обожает сладкое (в особенности мед), в нем нет ни капли замкнутости и угрюмости, которые были присущи его отцу. Как раз эти строки так отлично подходят под описание Саски, а не его сына.
Во-вторых, немного удивлена, что Кейтаро такой наивный:
"Сколько ещё боли и презрения ему предстоит вынести? Хватит ли у него на это сил?"
Первый раз столкнулся с ситуацией и сразу же сделал вывод, что все его будут презирать и ненавидеть.
И еще дорогая,Decoysie, может вы сделаете ссылки к предыдущим и последующим главам? А то, не очень-то удобно искать предыдущие главы дабы вспомнить ваших персонажей или уточнить какую-либо деталь.
Сказать спасибо за комментарий
0
Decoysie добавил(а) этот комментарий 27 Октября 2012 в 14:25 #11
Здравствуйте, Polinom!!! Очень рада, что всё-таки получила от вас комментарий, очень его ждала и расстраивалась от того, что его не было))))
Насчет ссылок, если делать их сейчас, то боюсь материал не активируют повторно, просто не увидят мои исправления, поэтому, обещаю, что начну делать ссылки со следующих частей(((
Насчет ваших замечаний, то можно я немного оправдаюсь?)))
Когда я продумывала такого персонажа, как Кейтаро, то я постаралась представить каким может вырасти человек, если окажется в таких условиях, как он, можно сказать вдалеке от социума, вдалеке от жизни среди людей.
Под "коркой льда в го сердце" я не имела ввиду, что он угрюм и хмур, да, в этом он на отца совершенно не похож, я имела ввиду, что он был не обогрет людским вниманием, людской поддержкой, а Мидори на какое-то время дала ему это, немного растопила этот лед его абстрагированности от людей.
Что касается, второго вашего замечания, то со всей уверенностью скажу, да Кейтаро наивен.Да, впервые столкнувшись с ситуацией, он подумал, что так оно и будет. Ведь ещё раз напомню, что он жил вдали от людей, он не получал некоторые важные уроки жизни, что и привели к таким умозаключениям!!!
Надеюсь, я хоть немного, но объяснила вам свои мысли!!! Спасибо огромное за комментарий!!!
Сказать спасибо за комментарий
0
vita996 добавил(а) этот комментарий 27 Октября 2012 в 20:04 #12
vita996
Дорогая моя, здравствуй!
Здравствуй и пиши также и дальше!
Я обещалась тебе прочитать эти две главы, когда появятся новые, но все же не утерпела и прочитала. Я обещалась тебе конструктивный комментарий, но... увы, не смогу. Потому что эмоции играют во мне так, что говорить о чем-то разумно я не смогу... У тебя всегда так хорошо получается передать атмосферу, что у меня невольно в мозг заглядывает такая плохая вещь, как зависть, но могу обрадовать, белая^^. И эмоции. Да, эмоции... страх, отчаяние, боль. Грусть. Я переживала вместе с героями, особенно с Кейтаро... для меня он стал самым любимым героем. Спасибо тебе за его образ!^^
Очень мне понравилось, что наконец-то появилась Сакура, "Розоволосая Богиня", о да, я думаю, что это про нее. Очень умилил конец главы. Встреча матери и сына, но они не знают об этом... это было как-то нежно, но в тоже время и как-то по-другому, у меня появилось еще какое-то чувство, оно было неуловимым настолько, что описать я его не смогу.
На этом все, не так познавательно, но надеюсь приятно^^, а мне то как приятно читать то, что ты пишешь.

С уважением, твоя М.Ч.Р!
Пойду читать следующую часть.
Сказать спасибо за комментарий
0
Decoysie добавил(а) этот комментарий 27 Октября 2012 в 20:32 #13
Аааааа...ты всё-таки сделала это!!!Уииии))))Прочитала!!!Уииии!!!Ну самооценку ты мне ещё несколько часов назад подняла, а сейчас, так, вообще, она зашкаливает))))Спасибо, дорогая моя бро))))
Сказать спасибо за комментарий