Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Фанфики по Наруто Другое Ну мы же биджу... Глава 28. Крылья.

Ну мы же биджу... Глава 28. Крылья.

Категория: Другое
Ну мы же биджу... Глава 28. Крылья.
Очередной взрыв сотряс окрестности, однако Акасуна и бровью не повёл. Вероятно, привык, хотя на его лице мелькнула тень недовольства.
Впрочем, в данной ситуации главным он не был. Дейдара, честно говоря, тоже, но Конан – а главной была как раз таки она – дала ему полномочия и пустующий полигон. Даже если Хаюми ещё была «не с ними», то просьбу Шио проигнорировать не смогла.
Леди Ангел колебалась.
Сасори не было до этого ни какого дела.
Вопль вконец свихнувшегося Тсукури резанул по ушам. Это он «испытывал бомбы для отправки», на самом же деле было слишком очевидно, что он отдаст старые, созданные при помощи слабой человеческой чакры. Жар даже с такого расстояния лизнул кожу, марионеточник на мгновение прикрыл глаза.
Боль, чувствительность – в минусы живого тела.
Их же – в плюсы, так как любое повреждение легче всего обнаружить именно по болевому импульсу. Называть свои раны именно «ранами», а не тем, что можно отшлифовать, починить или скрепить, Акасуна пока ещё, даже мысленно, не научился.
А ведь пошёл уже третий год.
Но надо ли оно?
Семнадцатилетний парень на вид, взрослый мужчина по факту, считал, что нет.
Неслышно подошедшая со спины Конан была одета несколько по-домашнему: форменные брюки, которые она обычно не носила, растянутый топ и стандартный плащ поверх, - и, кажется, только проснулась. Сасори неосознанно напрягся – Хаюми была опасна для кого угодно, и это он прекрасно знал.
Женщина прищурилась на свет. Сегодняшней ночью она спала плохо, лежащий в ящике стола, а сейчас – в кармане, - свиток давил непомерным грузом; такое бывало время от времени. Проснулась от взрыва и едва не вскрикнула.
Приструнить бы этого Дейдару... Правда, Шио потом обидится, Тсукури в её юрисдикции.
Но с другой стороны – какая разница?
Та, что лесным пожаром ворвалась в жизни трёх отступников, покинула Акацуки много месяцев назад вместе с маленькой-девочкой тенью; Ёко не помешала даже связь с Сасори. И вот совсем недавно взяла и объявилась.
Впрочем, интуиция подсказывала, что Акасуна был в курсе побега лисицы.
А у Конан осталось лишь её слабое человеческое нутро и невзрачный свиток, принятый зачем-то из обжигающе тёплых рук. Иногда она очень сильно завидовала невозмутимому Сасори и чокнутому Дейдаре, так как ни первый, ни второй особо не переживали.
- Сроки?
- Шио просила недели через три, если от сегодня. Передачку будёшь делать? – поинтересовалась она, заранее протягивая руку, так как знала, что будет.
Марионеточник молча протянул сложенный вчетверо лист бумаги с просвечивающими мелкими иероглифами.
- Не мало, - прокомментировала Хаюми, хотя лезть в их отношения было не тактично; Акасуна как-то слишком резко отвернулся. – Не доверяешь? – она кивнула на беснующегося Тсукури.
- Подпалит, - пауза. – Или взорвёт. Я у себя.
У себя – это в мастерской, временной, которую он ухитрился соорудить даже на дальнем форпосте деревни Дождя. В переводе это значило, что Сасори лучше не трогать как минимум часа три, а лучше – все пять.
Конан неопределённо качнула головой, тронув распущенные волосы; цветок был просто воткнут за ухо. Расшифровав этот жест себе на пользу, Акасуна оставил её в одиночестве.
И хорошо.
Женщина села на пол; это было высокое здание с видом на равнину. Полюбовавшись минуту другую на огненное море и сумев пару раз поймать точку-тень, похожую на Дейдару, Хаюми прикинула, сколько им ещё нужно времени, и решила, что стоит написать сообщение в центр о задержке.
Восстановление, поднятие уровня....
Да что угодно!
Хаюми злилась, на себя.
Нагато ей, к сожалению или к счастью, безоговорочно верил.

Хината лежала, раскинув руки, и пыталась прийти в себя. Крылья, хвост – это всё казалось нереально сказкой, однако майка на спине была порвана, а рядышком валялся Гаара. Хьюга и Собаку бессмысленно пялились в небо и отдыхали от первого в своей жизни перевоплощения и отдачи. У девочки она была сильней, так как – Юмия пояснила – большее количество хвостов и «Гааре не впервой». При этом глаза Собаку опасно потемнели, поэтому она не стала расспрашивать подробней.
Не в первой, ну и ладно.
Над головой нависла тень. К счастью, Орочи уже приняла человеческое обличье.
- Зеру-сама ушёл с Шио, и я не думаю, что они будут разговаривать долго, - проинформировала она. – Так что советую оправиться как можно быстрее.
Хината кивнула, несмотря на то, что её тянуло в сон: вот так свернуться прямо здесь, на пригретой утром и солнцем земле, клубочком и заснуть...
Откуда-то со стороны послышался голос Шукаку:
- Эм-м... Сейрам, я, я всё понимаю...
- Да неужели? - насмешливо.
Издевательски так.
- Ага, понимаю... – пауза. – Не могла бы ты убрать от меняя свои щупальца? Уа-а-а... Холодные...
Хачи расхохоталась.
В глаза вновь слепил свет, на этот раз – просто солнечный. Хьюга чуть повернулась к Гааре, так как считала, что в другую сторону, спиной к «соседу» будет невежливо. С закрытыми глазами Собаку казался умиротворённым, однако, уловив её пару реплик от несчастного Шукаку, а девочка повторила этот жест мысленно.
Всё же щупальца...
Буэ.
Через некоторое время восьмихвостая, от которой тануки всё же сбежал, потеряла интерес к своей забаве и, поведя плечами, в буквальном смысле стряхнула с себя боевой облик: щупальца разлетелись чернильными брызгами, как вода с мокрого пса, рога просто исчезли, а чернота белков истаяла.
Надо было оправиться как можно скорее.

Отдышка – гадкая штука, она стискивала грудь тисками и выдавала противнику её усталость и более низкий уровень. Зеру , Юсуи Зеру, незнакомый и чужой глава противоборствующего клана, даже не сбил дыхание.
Мужчина оправил одежду – скорее всего, в этих вещах ему было неудобно, так как раньше Шио видела его исключительно в традиционной одежде – и смахнул с тыльной стороны ладони сизый иней. Мечом он так и не воспользовался, как и сказал в начале «тренировки». Ёко тоже не обнажила сабли, но из гордости.
- Поднимись.
Кицунэ выпрямилась и слегка приподняла бровь, не выходя за рамки дерзости, так как Зеру был не прав: её колени не коснулись земли. Испарина – лишь побочный эффект.
- Ты так и не научилась контролировать чакру.
А вот здесь – прав.
На этот раз девушка чуть поморщилась, обидевшись на себя, а ещё от нежелания отдавать в его руки Хинату, так она добрая душа, мягкая, покладистая, а Юсуи, все как один – холодные, как полночь в снежной пустоши.
Но по-другому было нельзя. Традиция всё же, да и руки Зеру надёжно укрывают всех его подопечных от опасностей...
Хинате надо было учиться, чтобы когда-нибудь, в независимости от её окончательного решения, стать из Хьюга – Юсуи, и, залюбовавшись на Бога Луны, словно тануки какая-то, не убить своих родных в первое же полнолуние.
- Пойдёмте, а то нас заждутся.
- Чему ты её научила?
- Ничему, кроме боевого обличья и нескольких понятий.
- Это хорошо.
- Да ну?
- Ей стоит сначала узнать базовые навыки.
- Что может быть более базовым, чем управление чакрой?
Зеру не ответил. Незаметно для себя они двинулись назад, к оставленным будущим ученикам и нынешним друзьям, так как им нельзя было оставаться наедине.
Шио слишком хорошо знала, чей призрак неотрывно следует за её спиной.
- Ты стала похожа на отца.
Ёко, не сдержавшись, вздрогнула. Руки по подсмотренной у Хинаты привычке потянулись что-то теребить: волосы, исчезнувшие уже по её воле хвосты, одежду, - да что угодно.
- Я всегда была, - и голос дрогнул, - на него похожа.
- Я знаю. А твой брат – на мать, - Юсуи посмотрел в упор, но куда-то сквозь неё. Жутко. – Но сейчас ты стала похожа ещё сильнее.
После такого обычно хочется провалиться сквозь землю, но, наверное, она ненормальная; девушке нравилось нести в себе часть того, кого с рождения любила лишь чуть меньше или чуть больше брата.
Правда, проще или легче от этого не становилось.
Поэтому кицунэ только повторила:
- Пойдёмте.

- Увёл, - заключил Шукаку, от которого ощутимо попахивало морской тиной. На ту, что подарила ему этот аромат, парень не злился.
Почти.
- А чего ты хотел?
Вопрос был глупым и риторическим, и по этой причине Шио, задавая его, оставалась философски спокойна.
Сейрам бесилась, но про себя. Юмия не отреагировала, так как знала, что новенького отдают на попечение и обучение не просто кому-то из его клана, который можно определить практически сразу, а главе; Хачи тоже знала, но для неё это не имело значения.
Гаара проводил худенькую спину Хинаты и высокий силуэт Зеру взглядом, еле заметно нахмурился, не доверяя, но ничего не сказал.
Наконец, Ёко сказала:
- Ничего, Хината к нам ещё вернётся... Так, а теперь вы.
От того, каким тоном она это произнесла, оба тануки ощутили мгновенное, но сильное желание вытянуться по струнке.
Странно.
- Для начала, Гаара. Насколько я понимаю, тренировался ты, - девушка мельком глянула на худые, практически не знавшие физических тренировок, руки, и на узкие плечи, на которых непонятно как удерживался тяжеленный калебас, - мало. И я не техники имею в виду. Это плохо.
- Плохо, - механически отозвался Собаку, особо не вникая. Единственное, что он когда-либо тренировал – песочные техники, так как этот самый песок не позволял ему пользоваться руками и ногами так, как должно шиноби, разве что бегать он умел как надо.
А тайджитсу – почти в ноль.
Точнее, просто в ноль.
Гаара был тем ниндзя, который банально не знал ни одного приёма рукопашного боя или же с простейшим оружием, вроде куная. Просто ему, во-первых, было это не нужно, а во-вторых, не было никакой возможности.
Впрочем, парень считал, что и сейчас ему это не нужно.
Шио же видела его пренебрежение и мысленно злорадствовала. Ничего, скучно ему не будет...
Ребячество, да и только.
- Ну, и ты, - девушка указала на Шукаку. – Заточение отразилось на тебе...
- Да знаю я, знаю, - тануки, смеясь, смешно замахал руками в полузащитном жесте. – Форму растерял и набрал пару кило...
- Ужас какой.
- И не говори.
Слушая это, Сейрам подозрительно ухмылялась, переводя взгляд с Шукаку на Гаару и обратно. Пару раз она стрельнула глазами в сторону Юмии, но та отвернулась, то ли привычно, а потому – банально, игнорируя, то ли не желая вспоминать о своей слабости.
- Так вот, тренировать вас буду... не я. Основные аспекты с чакрой сами разберётесь, а вот остальное – будет у вас тренер.
- С лицензией? – съязвил Шукаку, хотя лишь отчасти. Ёко уже успела ему выболтать, что в краткий промежуток времени, несколько десятков лет, Совет ввёл лицензии, что на самом деле было следующим: будущему тренеру давали краткий инструктаж, бумажку на руки и рабочий материал, то есть, детей. При традиционном обучении в кланах и диком количестве самоучек такой метод – кто бы сомневался – не прижился.
Поэтому, когда кицунэ с напускной серьёзностью ответила: «С лицензией», - парень, разумеется, воспринял это как шутку. Тридцать лет – малый срок, и даже если и была у кого-то та самая бумажка, то она, во-первых, реальным показателем не являлась, а во-вторых – ну у скольких хвостатых она есть?
У одного, двух? И какова вероятность их нахождения в Конохе?
Смешно, как и сама система.
- А что ты не можешь, сен-сей?
- Дела... Дела зовут... – таинственно произнесла она, поднимаясь. – Ну, к делу. Прошу любить и жаловать – Хачи Сейрам!
Шукаку поперхнулся; в груди что-то ёкнуло, а спину лизнуло холодом. Гаара застыл – кажется, он подсознательно осознавал всю опасность ситуации.
Боги, Совет, Великий Джуби, кто-нибудь – скажите, что Шио неудачно пошутила!
Но нет.
Все вышеперечисленные, включая саму Ёко, дружно издевались, так как принявшая вертикальное положение Сейрам улыбалась многообещающе и зверски, а перед носом тануки был листок. Парень осторожно вгляделся в даты...
Всё ещё действует, ну надо же.
Счастье-то какое. Шукаку знаком Хачи ещё не настолько долго, чтобы его заслужить.
- Ну что? – нарушила воцарившуюся мёртвую тишину Хачи. – Начнём?

Высокая спина снежного духа, теперь уже материального и обретшего имя, маячила впереди, его следы стелились голубым инеем, хотя последнее лишь казалось. Спина радовалась отдыху, так как крылья были более чем тяжёлыми.
- Не отставай, - бросил Зеру, не оборачиваясь.
Хината ускорила шаг, из-за дыр в майке чувствуя себя неуютно. К своему удивлению, девочка понимала, что не знает, куда идёт – в этих местах возле деревни ей не повелось бывать. Кажется, если смотреть с наружней стороны главных ворот, они сильно отклонялись влево, обходя селение по дуге, но уверенности в этом не было.
В эту самую спину Хьюга чуть не врезалась, когда Юсуи внезапно остановился.
- Пришли.
Куда пришли было не ясно: полянка как полянка, вокруг всё тот же лес без видимых троп, а невдалеке виднелся крутой, но не слишком высокий, метров на семь выше крон, обрыв. Оглядевшись повнимательней, Хината с удивлением обнаружила, что брег зелёного моря – лишь продолжение скалы Хокаге.
- Во-первых, - мужчина развернулся, девочка невольно вздрогнула. – Представься. Назови имя, фамилию и число хвостов.
Хьюга сглотнула.
- Х-Хината Хьюга... пять хвостов! – выпалила она, собравшись с духом, но всё же запнувшись в середине.
Зеру задумчиво наклонил голову на бок, и этот жест был почти забавным.
- Неплохо, - сказал он. – Теперь ещё раз, но только без ошибок. И постарайся, чтобы голос не дрожал.
Не дрожал – это легко. Наверное. Зеру излучал вокруг себя ореол силы и уверенности, Хината безвольно робела под слишком прямым проницательным взглядом. Но это, если постараться, можно преодолеть.
Тут другое.
- Простите... я не понимаю, что я сказала не так.
- Фамилия, Хината, фамилия. Я знаю твою человеческую фамилию и кровный клан, но не его ты должна сейчас назвать, - пауза. – Не мне.
Ох, ну зачем он так смотрит.
Насквозь.
О, что ей надо сказать – это «Юсуи». Эта фамилия для неё ничего не значит, однако, странно называть себя по-другому. А Хьюга: это клан, странная семья, строгий и холодный взгляд отца и ненавидящий – Неджи.
Юсуи.
Всего лишь слово.
Нет, лучше зажмуриться и набрать побольше воздуха.
- Хината Юсуи, пять хвостов!!!
Открывать глаза – чуть-чуть страшно, будто на первом уроке в Академии, хотя тогда её не спросили. Зеру негромко усмехнулся – её слова ему понравились.
Фу-у-ух...
- Вот так – гораздо лучше, - кивнул он и сам представился, второй раз уже перед ней. – Зеру Юсуи, десять хвостов.*
Как же хорошо, что она не может осознать то, что кроется за словами «десять хвостов»!
- Итак, для начала мне нужно обрисовать ситуацию, - Юсуи одёрнул куртку; девочка уже не первый раз замечала этот жест. – Так уж сложилось, что с того времени, как стали... брать новичков, на первое время ответственность за них ложилась на плечи глав кланов, причём старались, чтобы ученик и учитель были противоположного пола.
- А почему?
- Такова традиция: наши матери воспитывают сыновей, а отцы – дочерей, здесь похожий принцип, потому что изначально клан новичку становился чем-то большим, чем семьёй, среди тех детей было много сирот. Сейчас всё несколько иначе – но систему проще не менять.
Вопросительный взгляд – Хината кивнула.
Два раза.
- Собственно, поэтому здесь именно я, - пауза. – В противном случае, эту обязанность взяла б на себя моя жена... Но к делу. Видишь ту скалу?
Зеру указал на обрыв.
- Угу.
- Ты поднимаешь туда по тропе сбоку (там есть, я проверял), затем спустишься вот здесь, где стена круче всего, не касаясь.
- Не касаясь чего?
- Что значит – чего? Обрыва, разумеется.
Хьюга посмотрела на скалу, для этого пришлось чуть запрокинуть голову. Теперь она казалась головокружительно высокой, и прыгнуть оттуда...
Нет, она ещё не настолько хорошая куноичи.
- Это же невозможно... – пробормотала Хьюга, именно Хьюга, а не незнакомая Юсуи.
- Ты что-то сказала?
- Ой, нет... Просто я не знаю, как...
- О, всё просто. Ты полетишь.
- Что?!

Несмотря на то, что квартал давно пустовал, Шио всё равно преследовало ощущение слежки, будто бы призраки клана Учиха взирали на неё из-за грани, безмолвно обвиняя и гневаясь на разорительницу их сокровищ. Причём взгляды такие знакомые-презнакомые, именно тех людей, которых она знала...
Старый же квартал. Старая улица.
И это она ещё ничего не сделала!
Ёко не знала точное расположение входа в святилище, поэтому тупо ходила по домам наугад. Логично было б предположить, что подвал под главным домом, но это было б слишком просто. К тому же идти в поместье и теребить свои раны – не хотелось.
Каждое варварское вломление являлось копией предыдущего, разница в деталях: через окно или открытую почему-то дверь, выламывая истоньшившимся от времени сёдзи или деревянные рамы. Внутри тёмно и пыльно; девушка оставляла за собой цепочку следов.
Свезло ей внезапно. Шио заметила какой-то странный блеск в зарослях когда-то не дикого кустарника и из любопытства или же осторожности сунулась, а там – стена соседнего дома и низкий проход там, где он быть не должен.
Кицунэ поёжилась. Густая темнота, скрывающаяся за хлипкой уже дверью, ей не нравилась. Но делать было нечего.
Мрак обступил со всех сторон с первого шага. Хотелось развернуться и убежать, чем дальше от входа – чем сильнее стискивали грудь и шею щупальца-невидимки. Плевать, что там, идиоты те, кто говорят, что нет страха темноты, но есть страх неизвестности; Ёко мутило, по спине катился холодный пот, а перед глазами стояла бурая от подсохшей крови повязка навеки лишившегося света Изуны.
Ничего, она справится. Не в первой.
В тесном пространстве были залежи пыли, ноги почти утопали в ней. Шио зажимала рот и нос ладонью, стараясь фильтровать спёртый воздух, и шла медленно, боясь споткнуться и поднять целое облако.
Вдруг пол ушёл из-под ног, сердце ёкнуло... Всего лишь ступенька. Крутая и внезапная. Девушка не упала лишь благодаря рефлексам и чуду и сразу же начала чихать. Спуск отозвался издевательским эхом.
Ругнувшись, Ёко пошла дальше. В темноте и тишине кицунэ быстро потеряла счёт времени. Зато здесь было гораздо меньше пыли, поэтому вскоре она зажгла небольшой огонёк, которые весело запрыгал на её пальцах.
Лестница кончилась так же внезапно, как и началась. Шио завертела головой, убедилась, что зрение её подводит, и запалила обнаружившиеся в стене факелы. Пахнуло старой смолой, рассохшееся дерево треснуло.
Низкий потолок давил, по доскам, что покрывали зеленоватый камень, змеились трещины. В дальних углах прятались тени и чужие страхи. Дышалось легче, но не до конца, мёртвый воздух не желал ничего отдавать просто так.
Вдруг что-то мягкое коснулось ноги Ёко, и девушка, подскочив и почувствовал леденящий холодок, наступила, не глядя. Тишину нарушил громкий писк.
Крыса.
И, казалось бы, жрать тут нечего, а нет...
Прихватив с собой один факел, кицунэ осторожно двинулась через зал. Пол заскрипел под ногами так, будто бы здесь есть ещё кто-то. Пару раз её путь перебегали крысы, но в какой-то момент Шио, скаля клыки, рыкнула на них – и грызуны попрятались от хищника в свои щели.
Как только пламя коснулось горючего прогорклого масла в светильниках - сначала в правом, затем в левом, стало гораздо светлее. Девушка рукой загасила ненужный факел.
Первое, что бросилось ей в глаза, были вырезанные на стене знаки клана Учиха, такие же простые, как и сама резьба, а уж затем покрытый письменами камень.
Может это потому, что вязь символов ей не разобрать, а ало-белый веер, к сожалению, что-то, да значит?
Ёко села на корточки и протянула руку. На её взгляд реликвия Учиха не представляла из себя ничего особенного, булыжник как булыжник. Большой такой, с шероховатой поверхностью, крепкий, хоть и потрескавшийся под беспощадным гнётом времени.
Не разломать просто так.
Постучав по камню костяшками пальцев, кицунэ задумалась. Идя сюда, Шио надеялась обнаружить реликвию в более плачевном состоянии. Впрочем, наличие трещин обнадёживало, хотя искру всё равно придётся зажигать.
Девушка поморщилась. То, что в простонародье называлось «искрой», на самом деле являлось сжатой в точку чакрой, причём сила искры зависела от количества энергии. Это требовало невероятного упорства, концентрации и, как многие считали, таланта. Её мать была таким талантом, щелчок пальцев – и рой опаснейших светлячков окутывал её с ног до головы, и даже умирая, она распалась на миллиард тёплых звёзд. Курама спокойно зажигал одну и держал её довольно долго, чуть попыхтев – две-три.
Максимум Шио – нечто жалкое и мигающее на третьей минуте в количестве одной штуки. Но для такого камня должно хватить. Для лучшего эффекта девушка подержала ладони на светильниками до тех пор, пока кожу не стало жечь, и сложила печать концентрации. Затем, собрав все десять пальцев лодочкой, постаралась сосредоточиться.
Спустя десять минут ковыряния и шипения, в её руках была крохотная искра, похожая на ту, что отлетает ночью от костра. Ёко предельно аккуратно приблизила её к камню и, подув, стала направлять в самую широкую трещину. Как только искорка исчезла в ней, девушка шумно выдохнула и расслабилась.
Реликвия ярко полыхнула изнутри и развалилась на части. Кицунэ довольно улыбнулась самой себе, вытерла со лба выступивший от напряжения пот и взяла из кучи пару самых крупных камней, на которых ещё оставались надписи, чтобы позже сбросить в реку. Так, даже если кто-то очень дотошный сможет собрать всё воедино, то нескольких фрагментов ему всё равно не хватит. Да и кто – Итачи? Саске?
Ну, уж извини, Итачи. Иди к чёрту, Саске.
А Мадара...
Видел уже. Читал. Может, прожил так долго именно поэтому, гад такой.
- Да гори оно всё... – произнесла Шио, поднявшись, и пнула из всех сил светильник. Масло разлилось, пламя запрыгало по полу.
Второй – в другую сторону.
Красиво...
Полюбовавшись на творение своих рук, кицунэ поспешила к выходу. До её ушей донёсся мерзкий многоголосый визг, запахло палёной шерстью. Швырнув второй факел в огонь, девушка побежала наверх, намереваясь завалить проход где-нибудь у начала спуска, что бы пожар не выбрался за пределы подвала.
Тайна клана Учиха была похоронена.

Пожалуй, Хината нервничала. Объяснения Зеру были простыми и понятными, такие, что ни одного вопроса не задашь, но, оставшись в одиночестве на вершине, девочка осознала, что весьма смутно представляет что делать. Мужчина сказал, что ей не нужно принимать боевой облик, достаточно только крыльев, даже хвост необходим лишь при дальних перелётах.
- Птенцам хвосты ни к чему, - вот как он сказал, а Хьюга стушевалась.
Взяв себя в руки, Хината мысленно разбила свои действия на этапы.
Снять куртку и завязать её рукава узлом на поясе.
Снять обувь – для лучшей устойчивости. Юсуи пояснил, что для первого раза необходим разбег, и контакт с землёй под ногами не менее важен, чем наличие крыльев.
Сесть, скрестив ноги. Логично, что после боевого обличья, заставить появиться крылья – легко, но, видимо, её логика была какой-то неправильной.
Зеру не говорил торопиться. Мужчина разрешил ей сосредотачиваться сколь угодно долго, пока он сам будет терпеливо ждать внизу.
Хьюга глубоко вдохнула и выдохнула через нос. Закрыла глаза. В конце концов, она не знала другого хорошего способа сосредоточиться.
Медитация – это именно та тренировка с отцом, с которой не хотелось малодушно сбежать. Хината всегда была усидчивой, и по три часа такого занятия в день не тяготили её, а наоборот, являлись отдыхом и одновременно каким-то таинством. Хиаши всегда входил в комнату тогда, когда девочка уже сидела на татами. Кивал – от неё требовалось тоже кивнуть, не как отцу и главе клана, а как простому человеку, который решил привести свои мысли в порядок и успокоить разум. Хината позволяла себе раствориться в комнате, в её тепле, в проникающих сквозь тонкие сёдзи лучах солнца; мысли то разбегались, цепляясь за всё подряд: брат, дядя, Коноха, цветок на клумбе, от чего-то плачущая служанка, мальчик с солнечными волосами, - то исчезали вовсе, не мешая дышать прогретым воздухом и слушать, как ветвь дерева снаружи чуть задевает крышу, и стук бамбука из сада.
Сейчас ничего такого она не слышала, однако Хьюга постепенно сливалась со скалой и простором. Мыслей не было – ни одной. Кто-то говорит, что это сложно, но у неё всегда, при желании, получалось освободить голову. Девочка чувствовала своё волнение и чакру, ветер, перебирающий её волосы, и не видела, но ощущала своего ангельского близнеца, не думая ни о чём этом, а принимая, как есть. В груди поднималась какая-то волна, что-то прохладное, словно вода в глубоком озере жарким днём, биение сердца было отчего-то слышно слишком хорошо, вдоль позвоночника пробежалась щекотка и...
Тяжесть в лопатках была одновременно и ожидаемой, и внезапной. Веки распахнулись сами собой, Хината замерла и сглотнула. В прошлый раз это воспринималось как-то по-другому, как сказка, сон или генджитсу, но в данный момент над ухом звенело – реальность, реальность! Хината, у тебя крылья, самые настоящие, только руку протяни, чтобы коснуться перьев!
Девочка сразу поняла, что получилось, так как с хвостом неудобно было б так сидеть.
Нижняя пара частично лежала на земле; девочка увидела левое, когда повернулась. Верхние же были несколько иной формы, и от понимания, что это она заставляет их двигаться, что не сами собой они чуть смыкаются к телу концы, перехватило дыхание. Длинные маховые перья оказались впереди, и Хьюга осторожно тронула их ладонью. Чуть выше – более мелкие, которые, плотные, а дальше не увидеть и не достать.
Но это ещё не всё.
Нужно было встать на ноги.
Это оказалось не просто. Ноги держали крепко, ступни чувствовали тепло, но вот крылья тянули назад. Удержать равновесие без хвоста, чью значимость она не оценила, получалось из рук вон плохо.
Шаг. Крылья взмахнули сами собой, не желая ни слушаться, ни быть спокойными. Их тянуло в небо, когда как хозяйка была на земле.
Второй шаг. Шатает, ведёт в сторону... Хината всплеснула руками.
Третий, четвёртый... Крылья мешали идти привычно, она не знала их, а они не знали её, не верили пока.
Нет, она сможет!
Хьюга сделала очередной шаг. Потом ещё...
В голову пришла идея ускориться – она так и сделала. Шаг, шаг, шаг, ещё, почти бег... И вдруг – помогло, помогло! Крылья, так яростно сопротивляющиеся, легли за спиной поднявшимся плащом, раздулись... Хината побежала – и в глубине души понимала, что не сможет остановиться у края.
Её несло вперёд.
Десять метров, пять, два...
На последнем шаге девочка, струсив, зажмурилась, а следующий был уже в пустоту.
Ой, мамочки!
Секунда, другая... она не падала. Хьюга открыла глаза – внизу были верхушки деревьев, а тяжёлый груз крыльев перестал быть таковым – теперь, наполнившись встречным ветром, они держали её тело.
Летит, она летит, летит!!!
Всякий страх исчез, будто его и не было. С каждым глотком воздуха и высоты в груди разрастался дикий восторг, от которого хотелось кричать: «Здорово, как же здорово!!!» Хината на пробу взмахнула крыльями и ощутила их силу, стать, а от того, что резко поднялась, в животе возникло чувство падения.
Полёт был кратким, попытка приземления – дурацкая. Как и было оговорено, Хьюга, заметив внизу фигуру Зеру, пошла на снижение, но, запутавшись, что и как делать, кубарём бухнулась в заботливо приготовленный сугроб.
Страз вдруг вернулся, но совсем иной: крылья, не повредила ли крылья!
Нет, всё в порядке.
Хьюга кое-как села, не ощущая холода снега и своего частого дыхания, и отряхнулась. Ей было радостно от того, что вышло, ещё более радостно, что вышло у неё, но вот конец явно подкачал – камнем рухнула.
Голос Юсуи раздался слишком близко:
- Наши дети летают с того момента, как их крылья становятся крепки, некоторые познают небо раньше, чем их начинают держать ноги...
Девочка боязно подняла взгляд, ожидая привычного осуждения, и почувствовала облегчение.
Зеру легко, одними уголками губ, но искренне улыбался.
- Для первого раза неплохо, - произнёс он. – Как передохнёшь, будешь пробовать ещё.
И от этих слов Хината, не удержавшись, улыбнулась принявшему её небу так, как не улыбалась раньше никогда.

Раз тело – упало, два тело - упало.
- Вы оба – тупоголовые слабаки!
Шукаку не возражал, пусть тупоголовый, пусть слабак, но сейчас ему слишком сильно хотелось умереть. Гааре, кажется, тоже; его взгляд был пустым и не обладал лишним смыслом. Грудь ходила ходуном, так как лёгкие работали через силу, пожирая кислород, но из-за помятых рёбер процесс был болезненным.
«Какое небо красивое...» - отстранённо подумал тануки.
Чёрт, Сейрам измывалась над ними уже много часов, и явно не собиралась останавливаться на достигнутом! Да ещё какие-то у неё были претензии.
- Гаара - у тебя руки, как спички, задыхаешься, мышцы ни к чёрту, короче - кошмар! И Шукаку – как тебе не стыдно так ходить! Всё, отдых!
Собаку шумно выдохнул: те самые мышцы дрожали от того, что Хачи назвала проверкой их уровня подготовки, грудь перехватили железные обручи. Шукаку изогнул губы в блаженной улыбке умалишённого и прикрыл глаза.
Юмия, что составляла им компанию и моральную поддержку, даже дыхания не сбила.
Красноволосый успел досчитать до двадцати.
- А ну, подъём, перерыв окончен!
Старший тануки вздрогнул и застонал.

Вечер пришёл незаметно. В какой-то момент явилась Шио, притащила купленное в палатке бенто и, пожелав удачи, быстро ушла, чтоб не мешать. Вкуса еды Хината не запомнила, а съела мало, так как аппетита особо не было.
Система её тренировки была проста: первые два часа она раз за разом поднималась на скалу и, разбегаясь, взлетала оттуда, пролетая по прямой до поляны, потом - с земли, что было в несколько раз сложнее. Дальше – повороты, не крутые, по плавной дуге, которые Хьюга освоила наудивление легко.
Но несмотря на успехи, Зеру больше не хвалил её, его «неплохо» было первым и последним разом. Хината не жаловалась. Девочка видела довольство в его глазах, внимательность к своим действиям и ловила короткие кивки.
Всё что угодно вместо равнодушия отца и снисхождения, что мерещилось ей во взглядах учителя Куренай.
Сейчас Хьюга ощущала приятную усталость. Кутаясь в куртку, она уничтожала остатки бенто и игнорировала ноющие мышцы спины и поясницы. Только что Хината по просьбе рассказала, сколько могла, о Бьякугане, и теперь Юсуи был странно задумчив.
И мужчина всё ещё нервно поправлял одежду. Кажется, как успела шепнуть ей Ёко, он действительно не привык носить такое.
- Я отлучусь на пару дней. И, по крайней мере до моего возвращения, я попросил бы тебя отложить все свои обычные тренировки, так как нужно пролетать как можно больше часов. Ты быстро учишься, но дальше – сложнее, и будет лучше, если к тому моменту ты уже перестанешь путаться в трёхмерном пространстве.
Хьюга смутилась, так как несколько раз она рухнула в древесные кроны не от ветра, а от того, что путала направление движения, и она была уверена, что выглядела тогда невероятно глупо.
- Так же тебе нужно оружие, так как у нас без него ходить прилично только малым детям. Какое бы ты предпочла?
Этот вопрос застал Хинату врасплох. Родясь в клане мастеров тайджитсу, она никогда не думала, что будет держать в руках что-то кроме куная или сюрикена, хотя её успехи в технике мягкого касания были посредственны.
Что ж там есть такого... простого.
- Меч?
- Хорошо, пусть меч, - кивнул Зеру, не услышав или проигнорировав её вопросительную интонацию. – Думаю, смогу найти для тебя что-то подходящее.
- Спасибо... большое.
Юсуи ничего не ответил, но как-то странно усмехнулся.
- Простите... А вы хорошо знаете Шио? – набравшись смелости, спросила Хьюга.
- Совсем нет, а что, так похоже?
- Ну, не то, чтобы, просто мне показалось, что она вас хорошо знает.
- Ах, это... Просто её отец был моим напарником. Но это было давно.
Мужчина посмотрел в сторону, и девочка мысленно обрубила все свои вопросы, оставшись в неведении, что означало слово напарники: друзей, братьев по оружию... Просто она вдруг почувствовала, что лезет не в своё дело, и тактично замолкла.
В конце концов, голод ещё не утих, а бенто не опустело до конца.

Шажок.
Ещё один.
Собаку молчал и смотрел в одну точку прямо перед собой. Каждая клеточка его тела выла от боли, будто каждую, отдельно, прокрутили через мясорубку, свернули в шарик и, полив клеем, вставили на место, мол, так и было. Мышцы были каменными от перенапряжения, хотя Орочи, проявив неожиданно участие, помогла и ему, и Шукаку их размять. Горло скребло жаждой, хотя переде тем, как уйти с полигона, они оба выпили по литровой бутыли любезно предоставленной пришедшей Шио воды. Хотелось остановить и упасть прямо здесь, усталость давила на черепную коробку со всех сторон, и мешали ему только две вещи: опирающийся на его плечо Шукаку, который одновременно с этим являлся опорой для самого Гаары и проснувшаяся упёртость.
Тануки были уже на лестнице.
Длинный и трудный путь от полигона до Конохи и от ворот до гостиницы, который под конец был в темноте, остался позади.
- Чёрт... я... её ненавижу...
Ступеньки стали адским испытанием. Всего десять, низкие, а колени подгибались так, что приходилось подтягивать друг друга.
И вот, наконец – Она.
Дверь.
Не думая о своей команде и семье, вообще ни о чём, Собаку, всё так же, едва не в обнимку со своим вроде как другом, доковылял последние метры. Оба на автомате дошли до комнаты, чья-то нога открыла дверь.
Отцепившись, Шукаку с грехом пополам добрался до стены, пнул прислонённый к ней футон, к счастью, большой, и повалился на матрас лицом вниз. Гаара секунды две, отключившись, тупо на него смотрел, а затем, последовав его примеру, мешком упал рядом.
И, смертельно устав, в первый раз в жизни заснул через какие-то две минуты.

*Имя Зеру, взято от африканского (нет, это не опечатка, хотя я точно не помню, какой язык) «зеру-зеру», что означает «призрак». Фамилия Юсуи, это видоизмененное Усуи, второй иероглиф записи на японском означает «лёд» (碓氷 – Юсуи (Усуи), 氷 - «кори», лёд). Если сложить имя и фамилию, получится "ледяной призрак"
Утверждено neyale
Шиона
Фанфик опубликован 02 октября 2013 года в 21:48 пользователем Шиона.
За это время его прочитали 696 раз и оставили 0 комментариев.