Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Фанфики по Наруто Другое Ну мы же биджу... Глава 24. Зыбучие пески

Ну мы же биджу... Глава 24. Зыбучие пески

Категория: Другое
Ну мы же биджу... Глава 24. Зыбучие пески
Больше, чем друзья, но меньше, чем любовники. (с)
О Куросаки Ичиго и Кучики Рукии,
манга и одноименное аниме «Блич»

Стоит ступить в зыбучие пески, как не замечаешь, что уже бесповоротно тонешь в них.


Шукаку не спал последнюю ночь. Просто не мог, и всё. Наверное, отвык, и поэтому не чувствовал особой потребности.
С Гаарой они за это время не виделись – не до того было. Так, пересеклись разок, причём это Собаку нашёл его, а не наоборот: пришлось подробно ему пересказывать то, что говорила Шио на развалинах башни. Видите ли, ему тоже интересно. На упоминание эльфов Гаара вопросительно приподнял брови – точнее, то место, где они у него предположительно должны были быть – и ушёл, не попрощавшись. Наверное, пошёл переваривать информацию.
Ну-ну.
Ему полезно.
Парень выглянул из-за угла, убедился, что на него не направлены ничьи взгляды и, сунув руки в карманы, влился в полуденную толпу главной улицы Конохи. Может, до нужного района проще было и срезать, но ему нравилось чувствовать себя в окружении кучи народа. Все эти люди: копошатся, как муравьи, разговаривают, куда-то спешат...
Как же Шукаку соскучился по подобному шуму. По ароматным запахам из укромных дверей и открытых уличных палаток, по привычному говору всеобщего языка, по радостному смеху и поганой брани, по улыбкам и сошедшимся на переносице бровям...
Всего этого вполне хватало, чтобы образовавшаяся за годы заточения пустота в груди начала постепенно затягиваться. Общение же с Шио и остальными было самым лучшим целебным бальзамом.
В какой-то момент тануки болезненно сильно захотелось такояки*, что вынудило его свернуть в проулок – в кармане болтался лишь один имперский цехин, дорогой, но, к сожалению, бесполезный без менялы. А других денег на данный момент не было, а значит и за вожделенные такояки заплатить нечем.
В квартал Хьюга – а точнее, к главному поместью – Шукаку решил не соваться. Печать, стёршая из памяти Неджи всё лишнее, действовала исправно, но лучше не теребить и не попадаться ему на глаза. К тому же, как и многие другие кланы людей (и не только людей, честно говоря), Хьюга не любили чужаков.
Да и не хотел он создавать лишние проблемы Хинате, так как прекрасно знал – девочке их и без него хватает.
Поэтому Шукаку нашёл себе укромное местечко на соседней улице, проходившей параллельно той, что тянулась через квартал, и погрузился в платонические мечты о такояки, потирая синяки, которые Сейрам ухитрилась-таки ему нанести.
Честно говоря – незаслуженно нанести.

Flashback

К ним не цеплялись. Возможно, дело было в подавленном и искренне виноватом состоянии Шио. Возможно в том, что она уже второй раз за день давила себе врождённую лисью гордость и опускалась на колени перед человеком: Гай даже не пытался скрыть неловкость, но Ёко упрямо мела концами волос землю и практически умоляла не держать зла на Сейрам.
Разумеется, после и Хината, и Шукаку клятвенно пообещали, что Хачи никогда об этом не узнает. Гаара же сделал вид, что не видел этого вовсе.
Шиноби плелись к границе полигона: за спиной оставалась разрушенная башня, второй этап экзамена и связанные с ним страхи. Несмотря ни на что, многие испытывали облегчение и заранее радовались предстоящему месячному отдыху и возможности дополнительно потренироваться, воспользовавшись любезно предоставленными Конохой полигонами – Хокаге объявил, что следующий этап начнётся лишь через тридцать дней.
Никто, кроме неугомонного Удзумаки Наруто, и не подумал возмущаться.
Медики первыми умчались вперёд, унося с собой Рока Ли. Но это ничего, травмы на подобных экзаменах привычны, наверное. Шукаку точно не знал, но ведь смерть нескольких участников не вызвала особого ажиотажа.
Может, дело было в масштабности последнего боя и нанесённого Хачи урона? Или же в том, что при смерти оказался шиноби из принимающей экзамен деревни?
Шукаку ничегошеньки во всём этом не понимал.
Хината нерешительно мялась в стороне. С одной стороны, ей хотелось держаться рядом с Шукаку и Шио, которая несла у себя на плечах выпачканные в пыли сапоги Сейрам – девочка чувствовала, что почему-то к ним слово «друзья» даже более применимо, чем к Кибе или же Шино. Но с другой стороны – а как же команда?
Задумавшись, Хьюга споткнулась о корень. Поморщившись, девочка наклонилась и потёрла ушибленный палец.
Тануки пихнул Ёко под ребро, та в ответ с подозрением сощурилась.
- Чего это ты задумал?
- Будто ты не знаешь.
- Не, ты болтал... Но я не думала, что ты действительно собираешься это сделать. Всё же подобные отношения, да ещё и с прилюдным объявлением...
- Думаешь, мне слабо?
- Скажем так – я уверена в этом. А ещё я уверена в том, что побои от Сейрам того не стоят.
- Ну, если всё прокатит, то Хината меня спасёт.
- Надеешься на это?
На крайне скептический тон подруги Шукаку предпочёл внимания не обращать. В конце концов, он всё уже решил, так, для себя. Эта Хьюга была такой трогательно беззащитной, ещё и этот Неджи...
К тому же, другого такого шанса могло и не выпасть, поэтому парень решительно подобрался и, закатав рукава, широким шагом направился к Хинате. Девочка, уже выпрямившись, посмотрела на него снизу вверх, видимо думая, что ему надо.
Решимости у Шукаку поубавилось, однако, отчётливо представив дружескую насмешку Шио, от «Слабо?» которой житья ему потом не будет, мотнул головой, отгоняя сомнения. И бухнулся на одно колено.
Хьюга оторопело замерла, потеряв дар речи и залившись краской. Все остальные тоже вытаращились на него, уверившись в том, что сейчас произойдёт нечто занимательное.
Ну, может, они и были правы. Лично для Шукаку этот момент был чрезвычайно важен, поэтому он взял Хинату за руку. Попытки разорвать контакт не последовало.
- Хината-сама!
- П-просто Хина-та...
- Хината! – народ прислушался, тануки закусил губу, соображая, чтобы сказать, и жалея, что не продумал это заранее. А потом взял и плюнул на вступление. – Пожалуйста, будьте моей...
Где-то за его спиной Шио вцепилась зубами в ладонь.
- ... сестрой.
Вот тут-то Ёко не выдержала и начала откровенно ржать. Кто-то покрутил пальцем у виска, пару человек усмехнулись; процессия из изрядно потрёпанных шиноби двинулась дальше в сторону деревни.
- В-встань... а то это... Ну это...
Шукаку послушно вскочил. Хината посмотрела на него из-под длинной чёлки, а потом, ещё сильнее покраснев, не выдержала и закрыла горящее лицо руками. Тануки слегка озадаченно почесал затылок.
- Не, я просто всегда хотел младшую сестру... Шио, не смотри так на меня!
- Я дарую вам своё благословение! – орала кицунэ сквозь хохот.
Честно говоря, тануки и сам был готов давиться смехом, но исполнение его задумки вышло на ура – напряжённая успешно атмосфера разрядилась. Искры дурацкого и немного неуместного веселья с лёгкостью разогнали общую подавленность.
- Не... ну... это... – Хьюга растопырила пальцы, смотря между ними. – Я не против, просто... эм... это... неожиданно?
«И странно», – хотелось добавить ей, но, вспомнив доброе и даже заботливое отношение Шукаку к ней, вовремя прикусила язык. Девочке не хотелось никого обижать, тем более, что парень этого определённо не заслуживал.
- Да я сам не знаю, как такое сболтнул... – задумчиво протянул он, а потом неожиданно серьёзно добавил. – Но ты подумай.
А Хината, которой на ум пришло безразлично-презрительное выражение лица Неджи, так же серьёзно ответила:
- Я подумаю.
И кивнула – чтоб наверняка. Шио покачала головой: ну как дети малые.
Последующий хруст сломанной ветки – нехороший такой хруст, словно не ветвь сломалась, а с корнем выдрали из земли вековой дуб – напоминал звук, когда проходишься по хрупким костям. Так же жутко и неприятно: Шукаку доводилось такое делать, когда его послали с поручением в вотчину некромантов, а он ухитрился набрести на склеп.
Именно поэтому предчувствие, что сейчас его жизнь будут очень старательно отнимать, пришло одновременно с этим хрустом.
Шукаку медленно обернулся.
Шукаку так же медленно развернулся на сто восемьдесят градусов и дал дёру, спасая свою шкуру. Тануки даже знать не хотел, что там себе надумала Сейрам, увидев рядом с ним красную, как помидор, Хинату.
- Шука-а-а-а-аку-у-у-у!!!
Это Хачи пронеслась мимо, благо, посторонние, которые могли услышать её громогласный вопль, уже ушли вперёд. Вслед за ними метнулась какая-то тень.
Хьюга всё ещё не отнимала рук от лица.
Ёко наигранно, но отчасти и искренне улыбнулась:
- Гляжу, она уже оправилась.
- Это хорошо?
- Ты умеешь задавать потрясающе уместные вопросы...
Кицунэ поправила сапоги на плечах.
Из подлеска доносился мат и мольбы о пощаде.

The end of flashback


Единственное, что оставалось непонятным для Шукаку, – зачем Гаара отделился от команды и вернулся назад. Ему ж тоже тогда досталось под предлогом: «Да вы, тануки, всегда заодно!» Переубедить Сейрам оказалось сложно, поэтому убегали вдвоём, а Собаку оказался на удивление шустрым. Тануки никогда ранее не замечал за джинчурики подобной прыти, однако Гааре удалось смыться без единой шишки.
Поправка – бывшим джинчурики.
Это даже как-то грело душу. Прям как тогда, когда...
Шукаку погрузился в воспоминания: не фотографии, а кинофильм, чтобы почувствовать себя живым. Всякие дурацкие и не очень моменты, идущие далеко не в хронологическом порядке; одно цеплялось за другое, выстраиваясь в странную и понятную лишь ему одному ассоциативную цепочку.
Парень прикрыл глаза, и со стороны стало казаться, будто он задремал, но редкие прохожие не обращали на него внимания. Ну, мало ли, разморило человека на жарком Солнце, наполненного Огнём? Бывает.
«Очнулся» Шукаку от нарочито громкого шарканья и прохладного дуновения: Хьюга вряд ли подозревала об этом, но сейчас объёмы её чакры постепенно увеличивались, поэтому из-под кожи непрерывно выделялся тонкий поток энергии. К счастью, из людей это мог заметить лишь хороший сенсор. Шио зачем-то объяснила это ему, а не самой Хинате, впрочем, что творится в голове у лисиц, он никогда не понимал до конца.
- Привет, – девочка посмотрела на него сверху вниз. Тануки сощурился – солнечный свет слепил глаза.
- Привет-привет.
- Я опоздала... извини...
- Я тоже опоздал, – соврал он и поднялся, отряхиваясь. – Ну, пошли?
Хьюга кивнула. С Шукаку было невероятно легко, она не смущалась его, забывая о том, что знакомы они всего ничего, и, пожалуй, была наиболее искренна. Когда они шли из Леса Смерти, Шио сказала про него: «Он, конечно, порою дурак дураком, но везде свой». Кажется, Хината постепенно понимала, что Ёко имела в виду.
Пробирались околицами, благо, Хината, по-своему ценящая уединение, а потому знающая эти места, не могла там заблудиться. Правда, в сейчас практически не жилой район Сенджу девочка никогда не ходила, но Шио их проинструктировала. Да и райончик был весьма компактный: улица да пару переулков.
Главный особняк оказался скрыт от любопытных глаз раскидистыми древесными кронами – подобные посадки или же просто не вырубленные деревья были не редки в Конохе. Шукаку присвистнул.
- Фига се... Внушительная конструкция. И Шио тут одна живёт?
- Эм... не знаю. Наверное. А ты разве не с ней собирался?
- Собирался. Но я гулял.
- Гулял?
- Ага.
Тануки не врал. Вчера вечером, устав после встряски в Лесу Смерти и последующего за ней почти допроса, Шио хоть и звала его к себе, но особо не настаивала. Зная, что спать всё равно не сможет, а отдохнуть подруге надо, Шукаку всю ночь прошатался по окрестностям, стараясь лишний раз не попадаться на глаза патрулям и вволю наслаждаясь прохладным воздухом и каскадом запахов.
Заходить во внутренний дворик было немного стрёмно, поэтому Шукаку и Хината передвигались на цыпочках, постоянно озираясь. Здесь было тихо; бывший сад разросся, пруд, который уже много лет никто не чистил, затянулся зеленоватой тиной. Вблизи дом казался ещё больше, чем на самом деле, и атмосфера необжитости – ещё явней.
Однако возле двух ступенек, составлявших чисто символичный вход на неогороженную энгаву*, была пара стоптанных сандалий стандартного образца.

Шио уже ждала их. Все трое расположились на полу в единственной комнате, кроме санузла и кухни, которой пользовалась Ёко – в спальне. В распахнутое окно залетали мелкие пылинки и поток свежего воздуха. Привычная глазу жилетка небрежно валялась на кровати, поэтому кицунэ, будучи лишь в поношенных бриджах и бинтовой обмотке на груди, казалась Хинате кем-то другим. Так иногда бывает, когда видишь ещё не столь знакомого тебе в другой одежде или обстановке.
Вот та же Шио. Вроде Хьюга и видит её не первый раз, а вот такая: полуобнажённая, смуглая и с не сходящей с лица кривой ухмылкой вместо улыбки, - будто впервые встретились.
Шукаку и Ёко перебросились парой ничего не значащих фраз, затем шатенка тщательно пораспрашивала Хинату почему-то о Неджи. Девочка старалась отвечать кратко, тщательно обдумывая свои слова: повторения той сцены в коридоре башни ей не хотелось, что бы там двоюродный брат ни сделал.
- Зачем звала? – наконец спросил тануки.
- Ах, это... Конохе угрожает опасность. Деталей не знаю, но решила не держать это в секрете.
Хьюга словно окаменела. Всю жизнь она считала родную деревню мирным местом, оплотом для множества людей...
Опасность.
Вот только какая?
Шио, откинувшаяся на край кровати, выглядела преувеличено расслабленно, однако в упор смотрела на Хинату.
- Ты знаешь, кто такие три Великих Саннина?

Жить в гостинице одной Сейрам понравилось. Весь номер был в её распоряжении, и она могла делать абсолютно всё, что захочет: например, разложить на просушку свои вещи после стирки в наиболее хаотичном порядке.
И до Юмии топать было совсем недалеко.

Когда Хачи постучалась в первый раз, её проигнорировали. Так же как и во второй. В третий раз она замахнулась несколько сильнее, чем следовало для стука, но её рука так и не достигла цели, так как из-под неё стал сочиться белый дым.
Девушка так и замерла с поднятой рукой, а затем, ругнувшись, шибанула кулаком по двери. Несчастная дверь, мстительно оставив на ребре ладони пару тройку заноз, сложилась пополам, словно игральная карта, и вылетела в комнату. Из образовавшегося проёма повалил густой белый дым, который, казалось, только и ждал такой возможности. Сейрам скривилась – что-то в нём было... живое? – и, быстро поборов себя, нырнула в белёсый омут.

У Юмии был не самый удобный подоконник – слишком узкий. Перегибаться через него, едва ли не ложась животом, было страшно неудобно, но желание вобрать в лёгкие побольше кислорода было сильнее. Высунувшаяся рядом Орочи никаких признаков того, что острый подоконник причиняет ей какое-либо беспокойство, не выказывала.
Сейрам ещё разок кашлянула и втянула воздух полной грудью. Дымок оказался, на удивление, едким.
- Что это было за дерьмо? – сиплым голосом спросила она, кивнув на белые клубы над головой, вылетающие на улицу. Впрочем, это были уже остатки.
- Не дерьмо. Дым из вулкана Акушиджи.***
- То-то он такой мерзкий. Так что это было за дерьмо? И что оно тут делало?
- Это книга.
- Чего?
Юмия, прикрыв себе нос и рот рукой, спрыгнула с подоконника и скрылась в комнате. Оборачиваться и смотреть на её копошение у Хачи не было ни малейшего желания, так как дышать в помещении было ещё трудно. Тем более что ковырялась Орочи не слишком долго: не прошло и минуты, как девушка вновь всем корпусом высунулась из окна.
- Вот эта книга.
Сейрам опёрлась на локти и взяла поданный предмет. Действительно книга, небольшая и нетяжёлая, старая и несколько драная обложка на ощупь оказалась противно липкой и холодной: кажется, она была сделана из размягчённой, но далеко не идеально выделанной кожи. С давным-давно не белых – сейчас уже каких-то бурых – страниц стекала похожая на туман дымка, в которой преобладали оттенки серого: от чёрного до грязно-белого. Впрочем, кое-где «туман» был зеленоватым.
Красовавшаяся на передней части обложки надпись – разумеется, не на всеобщем-человеческом - лаконично сообщала: «Туманы, пары и прочие газообразные. Том №2»
- Экая гадость.
Юмия укоризненно на неё посмотрела, но ничего не сказала. Даже странно, так как её отношение к книгам было невероятно трепетное.
- Чья работа-то?
- Это справочник. Так что считай, что общая.
Хачи скучающе подпёрла щёку.
- И что, интересно?
- Достаточно. Но если соберёшься почить, то лучше с респиратором или дыхательной маской.
- А сама чего без маски?
- Ядовитые были в первом томе. А тут страницы слиплись, не тут открыла, вот и...
- Ясно, – отрезала Сейрам. Почему-то у неё была уверенность, что яды есть и в этом томе, поэтому она поспешно вернула книгу владелице.
В воздухе осталась висеть тонкая нить влажной полупрозрачной дымки.

Хината, бледная, как мел, сидела молча, плотно сжав губы, закрыв глаза и положив руки на виски. Нападение, Орочимару, интриги... Почему-то это было настолько далёким, что не хотелось верить. Но зачем им обманывать её? Так что она сразу же отмела эту возможность, чтобы не мешала осмысливать остальное.
Шио терпеливо ждала, давая девочке переварить информацию, Шукаку же, казалось, и без её рассказа был в курсе.
Хьюга вздрогнула – кто-то тронул её за локоть.
- Эй, ты как? – негромко спросила кицунэ. Девочка шумно выдохнула.
- В порядке. Просто это... неожиданно.
Ёко хмыкнула.
- Что люди, что остальные... Все знают о существовании проблем, катастроф, смертей и прочего, но когда это приходит к ним, всегда искренне удивляются. Будто они избранные, которых всё должно было обойти стороной... Но к делу.
Девушка отстранилась и потянулась, разминая слегка затёкшие конечности.
- Есть два варианта дальнейших действий. Хотя, может и больше, но у меня на уме только два.
Хината и Шукаку синхронно кивнули.
- Итак, вариант первый, – Ёко выпрямила указательный палец, оставив остальные в кулаке. – Мы идём и сообщаем о ситуации Хокаге, возможно, кого-то – например, меня – ведут в допросную, чтобы проверить правдивость сведений, и промывают там мозги. В общем, предупреждаем об опасности и дальше работаем по ситуации. В любом случае, мы постараемся тоже помочь, если позволят. Хотя за Гаару ручаться не могу: при разборках его отношение к родной деревне никого волновать не будет, особенно если учесть, что он одна из главный фигур плана.
- Но мешать-то он точно не будет, – заметил Шукаку и в ответ на вопросительный взгляд Хинаты пожал плечами. – Нафиг оно ему надо?
Девочка мысленно с ним согласилась. Хоть она и не полностью понимала ситуацию, но благодаря им Гааре будет жить гораздо легче. Да, отношение людей изменится далеко не сразу, если изменится вообще, но исчезновения головных болей и приступов внезапной кровожадности должно будет принести не малое облегчение. Честно говоря, Хьюга точно знала, что у неё не хватило бы сил так жить.
- Действительно. Ну, значит, таких проблем, как драка против своих, не будет. Это радует. Теперь второй вариант.
Шио, в дополнение к указательному, разогнула средний палец. Хьюга навострила уши, а касательно Шукаку продолжало складываться впечатление, что он давно всё знает.
- Мы не делаем ничего, – она сделала паузу, полюбовавшись реакцией. – Но не совсем. Мы не будем сообщать Хокаге, а так же другим ниндзя деревни о ситуации, тем более, я уверена, что рано или поздно они и сами выяснят. Но для шиноби Песка и Звука мы самостоятельно организуем более чем достойную встречу. В итоге, когда они нападут, появится шанс сделать две вещи: сохранить хотя бы шаткий мир между обманутой Суной и Конохой, а также у вашего Каге будет замечательная возможность изловить-таки беглого саннина. И лично я предпочла бы второй вариант.
Ёко замолчала и приняла покорный вид. Мол, решайте сами, я тут вообще не причём. С улицы влетела невзрачная бабочка-капустница, сделала круг по комнате и убралась вон.
Дежавю.
- Но... почему? – спросила наконец Хината, запутавшись.
С одной стороны – первый «план» она считала более благоразумным. С другой – само наличие второго и внезапно ставшее для неё авторитетным мнение Шио колебало эту уверенность.
- Для начала, ты уж извини, в первую очередь я забочусь о своих. А у Гаары могут возникнуть серьёзные проблемы. И если с Конохой чисто теоретически можно будет всё уладить, то его могут изгнать из родной деревни за предательство. Хотя он, как мне показалось, не... ммм.. питает слишком тёплых чувств к Суне, но всё же это его дом. Во-вторых, если Орочимару прознает о том, что деревня предупреждена (а я уверена в том, что узнает), то может по-быстрому всё свернуть. У него свои цели, и я не думаю, что он станет ими рисковать ради открытой и, по сути, бессмысленной войны. Сам же саннин заляжет на дно, и шанса с ним расправится ещё до-о-лго не будет.
- Тебе-то что с этого? – брякнул тануки.
Кицунэ бросила в его сторону укоризненный взгляд, но затем лучезарно улыбнулась. Однако её голос с улыбкой не вязался:
- Уж больно у него самомнения много, у этого Орочимару.
- А если серьёзно?
- А если серьёзно, то он может причинить слишком много проблем. Пронырливый, гад такой. Рисковать не хочу. Также если действовать по первому плану, могут возникнуть другие проблемы. Например, с нас потребуют доказательства, которые непонятно где брать – я доверяю устным сведениям Юмии и себе. Так как доказательств нет, то начнутся допросы. Возможно, тебя, Хината, тоже будут расспрашивать, так как ты с нами общалась; опять-таки – подозрение в предательстве. К тому же может возникнуть вполне разумный вопрос: раз знали, то почему не сказали раньше? Лично мне нечего на него ответить, так как раньше было просто не до того. Следуя из вышесказанного, допрос будет гораздо... жёстче, а я бы хотела этого избежать. Думаю, причины мне объяснять не надо?
Девушка многозначительно посмотрела на Шукаку. Объяснений не требовалось.
- В общем, тут вопрос риска. И в первом, и во втором варианте есть и минусы, и плюсы. Но свои интересы, наши: Юмии, Сейрам, Шукаку Гаары и в некотором смысле твои, – у меня в приоритете. Так уж вышло, что я тут типа главная, – шатенка озорно подмигнула, – но мне хотелось бы услышать твоё мнение, Хината.
На неё устремились два взгляда; в обоих читался вопрос. Хьюга выдохнула, закрыла глаза и, положив руки на колени, сжала ткань брюк. Интуиция подсказывала, что к её мнению прислушаются. И это было впервые.
Впервые её слово имело какой-то вес.
Хината закусила губу. Сложное решение.
Но когда через некоторое время Хьюга открыла глаза, то точно знала, что оно искомо верное.

Шио прикрыло окно: снаружи разгулялся ветер, и открывающаяся внутрь рама пару раз ударилась о стену. Около минуты назад Хината, вспомнив о том, что до сих пор не показалась на глаза отцу после второго этапа экзамена, встрепенулась и убежала домой.
- Слышь, Шио, а Шио?
- Чего тебе?
- А если бы она была против? В смысле – за первый вариант.
Ёко пожала плечами.
- Ну, она же согласилась со мной... – уклончиво ответила она, всё ещё держась за раму. Поймав себя на этом, Ёко тряхнула головой, поспешно одёрнула руку, словно уколовшись о шип, и развернулась. Шукаку к тому моменту уже поднялся.
- И что теперь?
- В смысле?
Повисла неловкая пауза. Честно говоря, кицунэ не рассчитывала оставаться с ним наедине: слишком давно они знакомы, слишком хорошо он её знает. Поэтому решила как можно быстрее уйти. И пусть пойдёт следом... Не оставаться же ему в её «доме»?
Пусть.
На оживлённой улице совсем другая атмосфера, не как в тихой и вдруг ставшей тесной комнате.
Собираясь воплотить свою задумку в жизнь, Шио хотела пройти мимо тануки к двери, но вдруг поскользнулась на ровном месте. Девушка рефлекторно ухватилась за Шукаку, в голове мелькнуло холоднокровное предположение, что это, наверняка, оружейная смазка, которой она натирала сабли в короткий период ночной бессонницы, а затем под аккомпанемент двойного короткого вскрика они оба рухнули на пол.
Кицунэ поморщилась – больно. Хорошо хоть парень каким-то чудом успел подставить руки. Не хватало, чтоб ещё сверху навалился, тяжёлый небось...
- Эй, – негромко сказал он, подниматься, видимо, не собираясь. – Мне не тринадцать лет. И я тебя знаю поболее Хинаты.
Ёко захотелось закрыть глаза, но вместо этого она только повернула голову в противоположную сторону от склонившегося над ней Шукаку. Если точнее – вправо, к окну, так как говорил парень в левое ухо.
Тёплый ведь, зараза. Так бы и заснула вот так, на полу, пригревшись. Только тяжело ворочавшиеся в черепной коробке мысли не давали этого сделать.
Если вдуматься, то очень двусмысленная ситуация. Даже многообещающая. Когда подобное падение происходит в книжках, то это почти всегда оказывается причиной по меньшей мере смущения. По большей – это смотря насколько смелы герои той романтической макулатуры, что довелось попасть в руки благодарного читателя. Тёплое дыхание, волнующая близость и прочий бред.
Но Шио слишком устала, да и не может быть с Шукаку ничего такого, именно потому, что он – Шукаку. Нечто – некто – надёжное в её разрушенном много лет назад мирке.
- Будто ты не понимаешь, – надрывно выдохнула она.
- Решила отомстить Конохе, подставив её под удар? Интересный способ.
- Будешь меня осуждать?
Тануки фыркнул.
- Очень надо.
Из воздуха исчезла давящая густота, дышать стало легче. Так, совсем чуть-чуть.
- Только честно – ты настолько их тут всех ненавидишь?
Девушка приподнялась и отпихнула от себя Шукаку. Села, подогнув ноги. Ёко посмотрела в сторону, не желая встречаться с ним взглядом.
Парень еле удержался, чтобы не сделать то же самое – на подругу было больно смотреть. Это было именно то, чего он так боялся, но подсознательно чувствовал с того момента, когда очнулся на неприметной полянке в Лесу Смерти. Шио, которую он знал, умерла, а из её останков, словно феникс, воскресла новая, ничуть не хуже старой, но не стряхнувшая с себя слой серого пепла. И страшно было думать, что это не слой, а вся она теперь состоит не из огня, а из тлеющего для отвода глаз пепла.
Что не выдержала, что сломалась.
Что не просто так сейчас выглядит, как кукла-марионетка с обрезанными ниточками.
Леденящий душу ужас крохотной змейкой развернулся в районе селезёнки и скользнул наверх под рёбра. Чтобы змейка не добралась до сердца, Шукаку подался вперёд и порывисто обнял её. Ёко никак не отреагировала, но и не оттолкнула.
Её руки, прижатые к туловищу на уровне локтей, ниже безвольно повисли.
- Не вини себя.
- Я не виню.
- Врёшь.
- Вру, – она кивнула и устроила подбородок у него на плече. – Я ж лиса, коварный и вероломный оборотень. Мне можно.
Тануки усмехнулся и облегчённо выдохнул. Кажется, девушка постепенно приходила в норму.
- Ненависть, ненависть... Но что такое, эта самая ненависть? – вдруг начала говорить Шио. – Обида, душевная боль и злость, смешанные друг с другом? Но злость уходит со временем, а обида и боль – это что-то другое, не думаешь?
Парень не стал отвечать и для удобства переменил положение рук; чтобы она ни сказала, он даст ей спокойно выговориться.
- Или это желание наказать виновного в твоих бедах? Нормальное желание, но только это месть... Или это то, из чего рождается месть? Но те, кто даже если и виноват, то косвенно, давно мертвы. То есть, получается, я ненавижу мертвецов? Но я не испытываю к ним плохих чувств. Ни к кому. Разве что к Мадаре, но это... другое. Это не ненависть. Это больше похоже на зуд, который не даёт мне спокойно жить. Непрекращающийся зуд или... ну, знаешь, когда кожу сдерёшь, место это болит? Вот как-то похоже... Терпеть можно, но чем дальше, чем хуже. Но это ли ненависть? Или... Блин, я, кажется, совсем запуталась...
- Сама себя и запутала.
- Ну тебя. Я с ним серьёзно, а он... – Ёко сцепила руки у него за спиной.
- И что, порушится тут всё от нападения – радоваться будешь? – осторожно спросил Шукаку. Хоть подруга уже расслабилась, но мало ли.
- Не, вряд ли. Не радость, а... умиротворение? – она замолчала, задумавшись. – Удовлетворение.
Девушка немного сползла вниз, устраиваясь поудобней. Скосив глаза, тануки заметил, что выглядит она сонно, а от того – умильно и смешно.
- Чё, спать собралась?
- Не-а-а... уа-а-а... – слово перешло в зевок. Шио устроилась поудобней. – Но если я отключусь, то не бросай меня умирать на холодном полу.
- Вас похоронить или кремировать?
- Перенести на кровать.
Как и ожидалось, вскоре Ёко действительно заснула. Не крепко, но будить её не хотелось.
«Что я ей, бесплатный носильщик?» – подумал Шукаку, но, как и было сказано, транспортировал её к кровати. Кицунэ тут же свернулась клубочком, только хвостов не хватало, чтобы обернуть их вокруг тела.
«Бессонная ночка, подруга?» – парень снисходительно улыбнулся.
С окна слетела расшатанная щеколда: они и так держалась на честно слове, – к счастью, рама не громыхнула, а мягко открылась, впуская в комнату свежий воздух.

Flashback

- Нет, ну я правда её видел!
- Гонишь! Не бывает людей с хвостами.
- А она и не человек... Это была ёкай!***
- Да всё ты врёшь, Коичи.
Шукаку кое-как разлепил глаза. Вчера настоятель заставил его едва ли не вылизывать главный зал, а так как с потолка вечно сыпались песчинки, это длилось до глубокой ночи. И после утренней молитвы мальчик честно надеялся урвать себе пару лишних часов на сон.
Ага, как же.
Впрочем, судя по всему, Коичи хоть и орёт, но орёт что-то интересное. Подойдя – прошамкав – поближе, Шукаку решил, что разбудили его зря, так как Коичи явно врал. Нет, все они знали поверья о ёкаях, демонах, их учили, как уберечься от различных злых духов и договориться с мудрыми, но, во-первых, он был здесь не потому, что верил, а потому что ему некуда было больше идти, а во-вторых...
Ну какая кицунэ в пустыне? Девочка с девятью хвостами, здесь, на отшибе? Да до ближайшего селения, основанное, по слухам, горсткой скрывающихся ниндзя, неделя пути быстрым ходом и с проводником! Будь ты хоть самый страшный демон, но пустыня опасна для чужаков.
- Да небось перегрелся, вот тебе и мерещится! – крикнул Шукаку.
- Шукаку, ты...
К счастью, Коичи не успел высказать своё громогласное мнение, так как кто-то крикнул: «Шухер!», - и мальчишки-послушники быстро разбежались по своим делам.

Шукаку сдул волосы с лица. Состричь бы, но ёжик почти под ноль ему не нравился, что уж и говорить о бритой черепушке Коичи, который старался походить на старших.
Кстати, о...
- Напомни, почему я тебя послушал? – Коичи недовольно нахмурился.
Ну кто ж знал, что именно в том источнике, который выберет Шукаку, не будет ни капли воды? Да-да, он был уверен, что всё в порядке. И Коичи прав, называя его неудачником и говоря, что теперь придётся тащиться к другому источнику.
- Может, разделимся?
- Совсем больной? Мы ж в открытой пустыне, здесь запрещено разделяться.
- Трусишь? – Шукаку шкодливо ухмыльнулся. Хоть они с Коичи и были друзьями, но сейчас мальчик испытывал сильное желание отделаться от его компании.
- Сам ты трусишь! Только зачем разделяться?
- Пойдём к разным источникам... Может, воды больше наберём...
- Это да... А то в прошлый раз Моринага и Джей**** пришли с пустными флягами – помнишь, как им влетело?
- Забудешь такое...
Это всё решило. Шукаку поправил бутыль и потопал в восточном направлении.

Ступни утопали в дюнах, несмотря на то, что Шукаку уже разулся. Благо, дневной зной уже был позади, и песок не жёг ноги. Наполненная водой фляга оттягивала бок, но как бы мальчик не закидывал её на спину, она вечно сползала обратно.
К тому же, он задерживался. Задерживался – это пока не заблудился, но это только пока. У Шукаку не было уверенности, что он движется в нужном направлении.
В первое мгновение, мальчик решил, что у него галлюцинации. Правда, на мираж это похоже не было, но мало ли... Может, сегодня он как-то по-особому перегрелся.
Или же Коичи был прав.
На высоком песчаном гребне стояла кицунэ, освещённая со спины алыми лучами заката. Ну, как кицунэ... Тело вполне себе человеческое, но девять хвостов, выглядывающих из-под накидки от ветра, отбрасывали на скол длинные и весьма реалистичные тени. Впрочем, надолго она на гребне не задержалась: осмотревшись, ёкай начала спускаться-скатываться вниз по дюне. За ней пышным шлейфом поднимался пылевой след.
Наверное, стоило убежать, попытаться спрятаться. Всё же по слухам кицунэ далеко не дружелюбны, хотя и есть слухи об их помощи людям. Но Шукаку стоял как вкопанный и, по мере её приближения, замечал всё новые детали.
Пушистую, но даже на вид жёсткую рыжую шерсть на хвостах.
Охристый цвет плаща с запахом у горла.
Тёмные, не длинные и не короткие волосы, утянутые в два высоких хвостика; рваная чёлка. Не чёрные – шатенка, хотя ожидаемо было рыжие...
Прижатые к голове звериные уши на месте нормальных, человеческих.*****
Сосредоточенный на спуске взгляд, но даже так Шукаку бросало в дрожь – казалось, что радужка едва заметно светится алым. Чёрт, так и было, а вертикальный зрачок добавлял лишнего колорита.
И боязно, а смыться времени уже не осталось.
Мальчик встретился с кицунэ взглядом, застыл, пригвождённый к земле, и...
- Это ещё что за шкет? – донеслось из-за спины.
Что-то в животе Шукаку сделало головокружительный кульбит и ухнуло в пустоту. Он медленно развернулся.
Это была высокая, гораздо выше кицунэ, женщина. Её длинные волосы цвета песка, лишь немного светлей, чем у него самого, доставали до пояса и были подвязаны у самых концов охристой лентой с синим узором; в отличие от девятихвостой, плащ этой женщины был запахнут.
А ещё у неё тоже были уши. И хвосты, два хвоста, пышные, под цвет волос, но тёмными прядями-прожилками, которые напоминали нити орнамента или кровеносную систему живого существа.
Но несмотря на это, красивей женщины Шукаку в жизни не видел.
Это всё закат и его золото...
- Понятия не имею, Аза-сан. Убить его? – судя по обращению, «Аза-сан» была главнее, хоть хвостов у ней было меньше.
Да и выглядела она старше: взрослая женщина и лиса-подросток.
- Не будь такой кровожадной.
- Кто бы говорил...
- Не ершись. Я прекрасно понимаю, что тебе это всё не в радость, но...
- Пустыня – это территория тануки, – буркнула кицунэ. – Мне тут делать нечего.
Двухвостая сказала пару резких слов, но Шукаку не понял ни слова. Ёкаи начали о чём-то спорить, а мальчик вдруг осознал, что за весь день он просто чудовищно устал. Хотелось то ли домой, то ли спать, то ли сбросить тяжкую ношу, то ли узнать побольше о парочке оборотней.
Мальчик в который раз смахнул волосы с лица. Вдруг девятихвостая встрепенулась и сдернула с волос второго оборотня ленту.
- Шио, да что ты...
- Не одолжите, Аза-сан?
Аза-сан, видимо, решила одолжить. В следующий момент кицунэ сделала нечто странное: она аккуратно расправила ленту и повязала её Шукаку на лоб. На языке вертелось куча вопросов, но он не осмелился их озвучить.
- Вот. А то ты волосы всё смахиваешь и смахиваешь... Так, вроде, лучше?
Мальчик поспешно закивал. Лисица подавилась смехом, двухвостая открыто расхохоталась. Наверное, ей понравилась его реакция, потому что она сказала.
- Ступай, человече, только не путайся под ногами, – и сделала рукой какой-то жест.
Вокруг всё закружилось, завертелось, Шукаку оторвало от земли, но испугаться он не успел: секунда – и он уже был возле скалы, в которой находился храм. Рука сама собой рванулась ко лбу, проверяя, на месте ли повязка.
На месте.
Значит, не мираж.
Кто-то позвал его:
- Эй, Шукаку, ты чего расселся?!

The end of flashback.


- Эй, Шукаку!..
- А?
Шио, нахмурившись, взирала на него снизу вверх.
- Ты чё, спал, что ли?
- Не, вспомнил просто кое-что...
Рука потянулась к повязке, но Шукаку вовремя себя оборвал. Однако улыбку с лица так просто не сотрёшь.
- Ну, хорошо... Я, что ли, спала?
- Ага. Бессонница замучила?
Ёко села на кровати и потянулась, возвращаясь в реальность из царства сновидений. Кажется, недолгий сон пошёл ей на пользу.
- Да тут у них допросные такого вида, что переоборудуются в пыточную меньше, чем за минуту. Меня полвечера вчера там трясли.
- И как?
- Вроде, ничего не вытрясли.
- Вроде?
- Вроде. Ещё Морино этот, гад неблагодарный...
Впрочем, обида в её голосе была наигранной. Девушка пригладила хвостики и потянулась за жилеткой. Пока она ковырялась со шнуровкой, тануки откинулся на спину и разлёгся, занимая освободившееся место.
- Это ли наглость?
- Она самая.
Шио кинула в него подушкой; парень поймал и сунул под голову.
- Так я могу остаться?
- Валяй. Комнат дофига, выбирай любую... Кстати, я тут запамятовала кое-что...
- М?
- Гааре и Хинате предстоит многое узнать, а также многому научиться. Да и тебе не помешало бы восстановиться, не считаешь? – он предпочёл не отвечать. – Поэтому завтра – ну, или послезавтра – мы начнём рассчитанный на месяц курс тренировок!

* Такояки (яп. たこ焼き Такояки?) — очень популярное в Японии блюдо, приготовленное из жидкого теста и кусочка осьминога, жарится в специальной сковороде со сферическими выемками. Подаётся в вытянутой тарелке, посыпается струганной рыбой (кацуобуси) с добавлением соуса для такояки (по виду он похож на кетчуп) или майонеза. Это блюдо можно отнести к фаст-фуду, так как в основном оно продаётся на улице, в местах проведения фестивалей и фейерверков.
** Энгава – японская открытая галерея, огибающая с двух или трех сторон японский дом. Сейчас этот термин также стал применяться для обозначения веранды.
** Название образованно от укороченного и немного изменённого «акушу джисан», что переводится как «зловонный старик».
*** Ёкай — сверхъестественное существо японской мифологии, разновидность обакэ. В японском языке слово «ёкай» имеет очень широкое значение и может обозначать практически все сверхъестественные существа японской мифологии или даже заимствованные из европейской: от злобных они до кицунэ или снежной женщины Юки-онна.
**** «Джей» – один из вариантов перевода слова «сойка»( птица такая). Это так, для справки.
***** Автору очень бы хотелось пояснить, что уши располагаются сбоку, именно там, где обычные человеческие, а не выше, как любят рисовать в аниме/манге.
Утверждено Оригинал
Шиона
Фанфик опубликован 18 июля 2013 года в 15:40 пользователем Шиона.
За это время его прочитали 781 раз и оставили 0 комментариев.