Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Фанфики по Наруто Хентай/Яой/Юри Мост через вечность. Глава 3

Мост через вечность. Глава 3

Категория: Хентай/Яой/Юри
-Отступление-
4 мая, конец 1990-х, дом клана Учиха.


- Аюми, - зовущий ее голос раздавался откуда-то издалека. – Не уходи.
Хотелось откликнуться. Открыть глаза, сказать что-то ласковое человеку, без устали повторявшему эти слова. Но не было сил. Она не знала, сколько пролежала в поглотившей ее темноте, не хотела думать об этом. Боль в груди не утихала, но Аюми успела привыкнуть к ней. Тянуло спать…
- Аюми! – снова тот голос. В памяти всплыло имя. Итачи. Не может отпустить ее…
Чьи-то пальцы коснулись ее шеи.
- Пульс еще есть, но очень слабый, - произнес неизвестный мужчина. – До больницы она не дотянет.
Какая-то возня. Руку незнакомца резко оттолкнули от ее горла.
- Ты не врач, чтобы так говорить! – судя по голосу, юный Учиха был в отчаянии.
- Парень, врачи прибудут через десять минут. Может, через пятнадцать. И заберут уже ее тело, не более, - шорох; видимо говоривший встал на ноги. – Я видел смерть уже не один раз. Не нужно быть медиком, чтобы понимать это. Пуля попала в сердце. Прости, - удаляющиеся шаги.
Подсознание уплывало, не желая что-либо фиксировать. Больше нельзя было разобрать ни единой фразы. В довершение всего собственный организм потерял всякую чувствительность. Хьюга не ощущала ни рук, ни ног, ни чего-то еще.
Внезапно захотелось подняться. Стало так легко, так спокойно. Аюми попробовала встать на ноги и удивилась, когда осуществила задуманное. Ведь еще мгновение назад ей казалось, что тело весит не меньше тонны… Решив позвать Итачи, сказать, что все хорошо, она обернулась и потрясенно застыла на месте.
Темноволосый юноша сидел на полу кухни, крепко прижимая к себе неподвижное тело. Ее тело… Разве такое возможно? Как можно быть в двух местах сразу? Девушка подняла руку и всмотрелась в ладонь. Странно. Почему кожа светится? И почему она такая… прозрачная? Что происходит? Аюми огляделась по сторонам. Несколько незнакомых людей в соседнем помещении накрывали труп Шисуи, вокруг которого натекла, наверное, целая лужа крови. Нагато сидел на диване и прижимал к себе плачущую Микото. Больше ничего нельзя было разобрать.
Что-то заставило брюнетку вновь посмотреть на Итачи. Тот абсолютно не замечал присутствие рядом кого-либо еще. Не догадывался, что возлюбленная может вот так смотреть на него. Нахлынувшее осознание вынудило Аюми всхлипнуть. Если она стоит здесь, а ее тело в руках Учихи, получается… она умерла? Но что тогда делать теперь? Куда ей идти?
В следующий миг ее потянуло вверх, куда-то за пределы не только этой комнаты, но и этого мира. Не в силах противиться этому притяжению, Аюми в последний раз посмотрела на того, с кем мечтала прожить всю жизнь.
«Прости меня, Итачи… Я буду ждать тебя на той стороне…»

Как легко оказалось проникнуть сквозь стены и взмыть в воздух. Раньше она никогда не замечала, насколько прекрасным может быть небо вокруг. Где-то впереди маячил яркий свет. Притяжение исходило от него. На мгновение Аюми показалось, что кто-то протянул ей руки оттуда, чтобы помочь войти в сияющую впереди сферу. Очень захотелось взяться за них и выяснить, тепло ли там, куда ее так влечет…
- Вернись! – неожиданно громкий голос откуда-то снизу заставил девушку замереть. – Вернись, пожалуйста!
Вдруг вспомнилось все, что было ею пережито за свое короткое земное существование. Итачи. Разве справедливо оставлять его одного там? Она не может так поступить. Не должна. Следующей мыслью было твердое желание отозваться на зов страдающего юноши. Но как сделать это?
Неожиданно она почувствовала толчок в спину и с невероятной скоростью полетела вниз. Испугавшись, Аюми старалась не смотреть, куда она падает, и не думать о том, больно ли будет приземляться. Свет и тепло удалялись, оставаясь теперь вне досягаемости.
Почувствовав под ногами опору, Хьюга встала и посмотрела по сторонам, стараясь понять, где очутилась. Ее окружало огромное количество различных дверей и лестниц. Вверх и вниз тянулись бесконечные ступени. Ей словно предлагали выбрать что-то одно и следовать новому пути до конца. Девушка некоторое время в полнейшей растерянности крутилась на месте. Что же делать? Куда идти? Почему нельзя просто вернуться обратно? К чему это странное место?
В конце концов, отдавшись на волю случая, она просто прыгнула в никуда. Снова ее до шума в ушах захватило ощущение полета. Последней мыслью было то, что больше она не будет называться Хьюга Аюми. Никогда…

-Конец отступления-

5 мая, рассвет, госпиталь Конохи.

Мадара с тяжелым вздохом сжал плечо племянника.
- Мне сказали, что Фугаку умер в операционной. Кагами и Шисуи погибли прямо на месте событий. И… мне жаль эту девочку.
Сасори теребил края повязки на правой руке.
- Теперь вам известно все. Что будем делать дальше?
Минато выключил диктофон и теперь убирал его в портфель.
- Думаю, что эту запись необходимо отнести в прокуратуру. Нагато, поедешь со мной. Сасори придется дождаться свою бабушку, чтобы уехать отсюда. Об Итачи позаботится Мадара-сан.
Учиха-старший кивнул, признавая правоту молодого адвоката.
- Дядя, - подал голос Итачи. – Я не хочу возвращаться домой. Я не выдержу…
- Не бойся, ты туда не поедешь, - успокоил его Мадара. - Я остановился в местном отеле, отвезу тебя туда. Там есть кому за тобой присмотреть, пока я буду решать остальные вопросы.
Юноша вскинул бровь.
- Присмотреть? Мне не пять лет.
Вслед за словами последовал легкий подзатыльник.
- Не спорь со мной! – мужчина встал и подошел к Минато. – Намикадзе, я до дрожи в коленях жажду копию этой записи. А еще больше мне хочется лицезреть главу дома Сенджу. Так что вызывай ее немедленно.
- Вы уверены, что стоит ее в это вмешивать? – колебался блондин.
- Хватит отсиживаться в кустиках, когда остальные дерутся, - резким тоном заявил Мадара.
Намикадзе кивнул и бросил красноречивый взгляд на Нагато. Паренек со вздохом поднялся на ноги и, посмотрев на друзей, направился вслед за зятем к двери. В следующий миг обоих остановил возглас:
- Эй, Минато.
Оба молодых человека как по команде обернулись. Мадара развернулся к ним, скрестив на груди руки.
- У тебя есть друг в полиции, которого не смогли бы подкупить Хьюга и которому мы могли бы полностью доверять?
Подумав пару минут, Минато кивнул.
- Нара Шикаку.
- Звони ему и поднимай на ноги. Эту запись он должен услышать раньше прокурора. Вместе с ним сделаете копию. Отфильтруйте ненужное. И подготовьте все необходимое для встречи с братьями Хьюга.
У юриста чуть глаза не вылезли из орбит от удивления.
- Вы собираетесь вести с ними переговоры?
- Я собираюсь положить конец войне, - жестким тоном проговорил новый глава клана. – А методы, которыми я буду этого добиваться, никого не касаются. Законов я не нарушу, можешь заверить в этом своего приятеля-копа. Теперь иди и работай, времени в обрез.
Едва за Минато и его шурином закрылась дверь, Мадара повернулся к оставшимся в помещении подросткам.
- Мне нужно решить кое-какие вопросы. Ждите здесь, я быстро.
Выйдя в коридор, Мадара обратился к сидящим на стульях двум своим подчиненным.
- Забуза, Хидан. Глаз не спускать с этих ребят, все ясно? Если они только попробуют что-нибудь сделать с собой, я вам обоим головы откручу.
Получив утвердительные кивки в ответ, брюнет направился прочь. Предстояло сделать очень многое. И как можно скорее.

Как только дядя вышел за дверь, Итачи опустил голову на руки. Парень ощущал себя слабаком и пустышкой. Если бы он был другим, мог бы он хоть что-то сделать для близких? Отец всегда называл его пацифистом. А юный Учиха никогда не отказывался от этого звания, признавая, что ему претят любые проявления насилия. И что в итоге? Он потерял самых дорогих людей. Его брат никогда не увидит своего отца. Любимая девушка погибла из-за него. Как там говорил папа? Идеалист, наивный, глупец… Точное описание, ничего не скажешь.
Подчиняясь внезапно нахлынувшей злости, Итачи резко вскочил на ноги и, метнувшись в сторону, принялся методично бить кулаком в стену, в кровь разбивая костяшки пальцев.
- Итачи! – Сасори немедленно подскочил к другу и попытался оттащить его в сторону.
Брюнет вырвался, оттолкнув приятеля так, что тот повалился на пол, и продолжил самоистязание. Стиснув зубы, он терпел боль. В конце концов, что она стоила по сравнению с душевными муками?
- Ненавижу, - выдавил из себя Итачи, не прерывая занятия. – Ненавижу!
Акасуна, тем временем, поднялся и рванул к товарищу. На этот раз ему удалось схватить Учиху за руку и уволочь подальше от стены.
Дверь в комнату с шумом распахнулась, пропуская в помещение две мужские фигуры, как раз в тот момент, когда оба школьника рухнули на кровать. Сасори продолжал крепко прижимать к себе Итачи, боясь, как бы тот опять чего-нибудь не вытворил.
- Ну, ни х** себе! – прокомментировал Хидан, заметив на стене кровавые разводы. – Это кто ж тут так веселился?
Забуза только головой покачал, подходя к парням и помогая им сесть. После чего опустился на корточки и осмотрел поврежденную руку Итачи. Цокнул языком.
- Выпустил пар? – поинтересовался он. – А теперь возьми себя в руки. Этим ты ничего не добьешься.
Учиха покорно позволил обработать и перевязать свою ладонь. Пустым взглядом смотря в никуда юноша уже решил, что будет делать дальше. Он изменится. Он станет сильнее. И если дядя пощадит виновных, когда-нибудь он убьет их сам.


5 мая, Токио


Казалось, боль никогда не закончится. Почувствовав себя плохо еще на рассвете, Тсукури Сатоко вот уже несколько часов мучилась на родильном столе в одной из крупных клиник столицы. Роды ожидались только через пару недель, но, судя по всему, малыш решил иначе. Теперь же, в самом разгаре процесса, в голову закралась мысль о том, что узнавать заранее пол ребенка так и не удалось, да и не особо хотелось. И что, вполне вероятно, будет тяжело растить его без мужа, если это мальчик. Сатоко надеялась лишь на то, что родственники не оставят их обоих на произвол судьбы.
- О чем ты думаешь? – чуть резковато поинтересовался акушер. – Тужься. Осталось немного.
Немного, мысленно повторила Сатоко, единственная блондинка в своей семье. Отец как-то упомянул, что у матери тоже были светлые волосы. Интересно, какого цвета будут локоны у малютки?
Удивительно, что ей вообще удается в такой момент о чем-либо думать. Однако в следующую секунду новая волна боли вынудила девушку забыть обо всем и глухо застонать, надрывая и без того осипшее от криков горло. От предыдущих криков она просто охрипла. Чуть-чуть, уговаривала себя роженица. Уже скоро она возьмет на руки своего ребенка.
Когда боль, наконец, отступила, женщина откинулась назад и шумно выдохнула. Кто же мог знать заранее, что роды настолько выматывают. И все же… вся усталость была забыта в то самое мгновение, когда раздался первый крик новорожденного. Еще через мгновение врач вложил в ее руки младенца.
- Поздравляю, - сказал он. – Чудесный мальчик.
Сатоко улыбнулась, разглядывая маленькое личико своего сына. Пожалуй, стоило вытерпеть и не такие муки, чтобы увидеть его.
- Уже выбрала имя? – голос медика вывел пациентку из раздумий.
Улыбка Тсукури стала еще шире.
- Да. Его зовут Дейдара.
Молодая мать взволнованно погладила сжатые в кулачки ручки. Какой он маленький и беззащитный. Внезапно взгляд зацепился за пятнышко на груди сынишки. А это еще что такое? Улыбка погасла, а в голосе при обращении к врачу явственно прозвучала настороженность:
- Доктор, простите. У него на груди какое-то пятно. Вот здесь, где сердце.
Внимательно осмотрев идеально круглую отметину на тельце малютки, медик успокаивающе сжал плечо девушки.
- Не пугайтесь, это просто родимое пятно. Если регулярно следить, чтобы оно не изменилось, жизни мальчика ничего не будет угрожать. Я выпишу направление к соответствующему специалисту, хорошо?
- Да, - кивнула Сатоко, ласково проводя ладонью по головке Дейдары. Никто и ничто в этом мире не навредит ее ребенку.

5 мая, Коноха

Оставив своих людей караулить около палаты Микото и отправив Итачи в отель вместе с Хиданом, Мадара поручил Ямато разрешить вопрос о похоронах. Бессонная ночь подходила к концу, и у него было всего несколько часов на отдых. Решив не тратить время на дорогу потом, мужчина подъехал к полицейскому участку и немного поспал прямо в машине. Разбудил его громкий стук в стекло на двери. Встрепенувшись и проведя по глазам пальцами, Учиха взглянул в сторону нарушителя спокойствия и увидел Минато. Интересно, у кого из его подчиненных адвокат узнал номер автомобиля главы клана? Ладно, неважно. Выбравшись на свежий утренний воздух, Мадара захлопнул дверцу и запер ее.
- Доброе утро, Мадара-сан, - вежливо поздоровался блондин, указывая рукой в сторону небольшой пристройки к отделению блюстителей порядка. – У нас еще есть немного времени, и я решил, что было бы неплохо хотя бы выпить кофе.
- Ага, - буркнул Учиха, направляясь вслед за юристом к указанному зданию. – А еще лучше чего-нибудь покрепче. Чтобы удобнее было спалить братцев Хьюга огоньком.
- Не думаю, что это поможет, - пробормотал Намикадзе, явно не оценив черного юмора.
Мадара покосился на спутника и первым вошел в кафе.
- Ты всегда такой нудный с утра?
Минато остановился рядом.
- Ни разу не задумывался над этим.
- Тогда подумай, пока будешь покупать мне кофе, - дерзко заметил Учиха, начиная двигаться в сторону выбранного столика. – Черный и без сахара.
- А вы куда? – недоумение Минато ощущалось чуть ли не физически.
- А я вон там тебя подожду, - заявил брюнет, даже не обернувшись.
Пару минут Намикадзе разглядывал широкую спину своего клиента, после чего пожал плечами и отправился делать заказ. Определенно, к характеру Учихи придется привыкать всей Конохе.

- Проходите, Мадара-сан. – произнес Минато, открыв дверь, и посторонившись, чтобы пропустить попутчика в кабинет следователя.
Зайдя в помещение, Учиха огляделся вокруг. Ничего примечательного, обычная светлая комната, пара цветочных горшков на окне, стол и несколько стульев около него, небольшой диванчик справа и низенький столик перед ним. Возле письменного стола стояли темноволосый мужчина с небольшой остроконечной бородкой и блондинка с пышными формами, чьи завязанные в хвосты локоны обрамляли с обеих сторон лицо. Позади Мадары раздался голос Намикадзе:
- Позвольте вам представить, Мадара-сан. Нара Шикаку, следователь, который будет вести дело об убийстве членов вашего клана. И Цунаде-сама, глава дома Сенджу.
Учиха кивнул и вновь обратил свой взор на кареглазую женщину. По его подсчетам, ей должно быть около сорока лет, но выглядела она моложе. Интересно, это особенность ее семьи или исключительно личная заслуга? Тем не менее, несмотря на любопытство, вряд ли было бы уместно задавать подобные вопросы.
- Благодарю, что согласились помочь, Цунаде-сама, - сказал он, направляясь к стоявшей у стола парочке. – Простите, что пришлось потревожить вас.
- Я согласилась прийти, - прозвучал в ответ уверенный женский голос, – потому что дикая средневековая выходка Хьюга переходит все границы. И потому что мой племянник едва не погиб этой ночью.
Верно, подумал Мадара, мальчишка Удзумаки. Фактически его участие в бойне стало нарушением нейтралитета, который так свято соблюдал род Сенджу на протяжении стольких лет. У Цунаде не оставалось иного выхода, кроме как прибыть на эту встречу.
- Вы сделали копию записи? – поинтересовался Учиха у полицейского.
Шикаку утвердительно склонил голову и взял со стола кассету.
- Мы с Минато решили, что сведения о романе вашего племянника с Акасуной Сасори никому знать не обязательно, поэтому стерли его рассказ о поцелуе возле библиотеки. Ни к чему вредить парню, ему еще жить в этом городе. Остальное здесь.
Мадара довольно усмехнулся и посмотрел на висящие на стене часы.
- Когда приедут Хьюга?
- Мы ждем их с минуты на минуту, Мадара-сан, - Нара вставил кассету в проигрыватель. – Часа два назад им сообщили о смерти сестры, и они намеревались заглянуть в госпиталь по дороге.
- Кстати, о птичках, - пройдя к окну, Учиха отодвинул занавеску и пристальным взглядом окинул улицу. – Что за дилетант прикончил девочку? Во-первых, запутался, кого убивать, во-вторых, сбежал с места преступления так, словно испугался собственных действий.
- Нам тоже показалось это странным, - согласился Шикаку, поворачиваясь лицом к собеседнику. – Мы думаем, что это был новичок.
- Возможно, - вполголоса сказал Мадара, наблюдая за тем, как перед главным входом в участок останавливается темный автомобиль. – Они здесь, - словно в подтверждение его слов из машины вышли двое мужчин и направились в здание.
Все собравшиеся в кабинете переглянулись.
- Только не поддавайся злости, Учиха, - Цунаде направилась к дивану и тяжело опустилась на него. – Это сейчас сыграет против тебя.
- Сам понимаю, - отрезал Мадара, неотрывно глядя на дверь.
- Отлично, - подвел итог Нара, подозрительно косясь на представителя пострадавшей стороны. – Мадара-сан, прошу вас позволить нам с Минато вести переговоры самим во избежание непредвиденных ситуаций. Давайте положим конец этому безумию.
В следующее мгновение в комнату вошли братья Хьюга, и атмосфера моментально накалилась до предела.

Стоило Шикаку выключить аудиозапись, Хиаси бросил пристальный взгляд в сторону Мадары и зло процедил:
- Я так понимаю, ты намерен выдвинуть обвинение против моей семьи.
Учиха усмехнулся. Ну, уж нет, его так легко не собьешь с намеченной цели.
- Сдалась мне твоя прогнившая семейка, - проговорил он. – Не думаю, что твоя разлюбезная женушка отдала приказ об уничтожении моего клана. Как и супруга твоего братца. А вот вас обоих я бы с удовольствием сварил живьем и слопал на ужин. Только боюсь, что присутствующие тут блюстители правопорядка начнут визжать на всю Коноху о том, какой же я злобный нарушитель законов. Ай-яй-яй, как мне не стыдно. Поэтому мы прямо здесь и сейчас разрешим все наши разногласия и прекратим разборки между нашими домами.
- С чего ты взял, что мы пойдем на сделку с тобой? – надменно поинтересовался Хиаси, подскакивая с места.
Мадара чуть наклонил голову набок, вопросительно смотря на противника, и с издевкой спросил:
- Что, захотелось сдохнуть? Жаль. А я-то всего лишь рассчитывал упечь тебя за решетку, скотина недоделанная.
Цунаде поднялась с дивана, сложив на груди руки и хмуро рассматривая обе враждующие стороны.
- Думаю, мне стоит прекратить отмалчиваться, верно, Мадара? – гневно высказалась она, прожигая взглядом старшего шатена. – Значит, ты не намерен ни выслушивать, ни принимать наши условия, Хиаси?! Что ж, а придется, - женщина шагнула прямиком к братьям Хьюга. – Вот что, дорогой. Ваши наемники едва не прикончили моего племянника. Поэтому не думай, что я и дальше намерена спускать тебе с рук подобные действия. Может, я не обладаю столь обширными финансами, как ты, но затравить тебя в состоянии. Так что ты немедленно согласишься на любую договоренность с нами, если, конечно, не хочешь, чтобы весь твой клан превратился в отребье, с которым не станет иметь дело ни один человек в стране.
Переглянувшись со своим близнецом, Хиаси сел обратно и обреченно выдавил из себя:
- Я только что потерял сестру, Цунаде-сама, - он явно пытался выиграть время для обдумывания ситуации.
- А Мадара потерял троих! – окончательно завелась Сенджу, вынуждая стоящих мужчин растерянно попятиться назад, а Хиаси – вжаться в спинку стула. – Ты бы лучше выяснил, кто из твоих щенков постарался выстрелить в нее, а не качал тут свои права! А теперь захлопнись и слушай внимательно! У нас достаточно оснований для того, чтобы это дело отправилось в суд. И я готова предоставить все эти улики администрации города, если вы двое не признаете свою вину по-хорошему. Усек?
Мадара хмыкнул. И это называется «не поддавайся злости, Учиха»? Браво, мысленно аплодировал он, делая пометку на будущее – не доводить Цунаде до гнева.
Решив, что пришло время прекратить всевозможные споры, Шикаку осторожно коснулся плеча блондинки.
- Прошу прощения, Цунаде-сама. Могу я сам изложить Хиаси-сану требования кланов Учиха и Сенджу?
Женщина хмыкнула и отступила в сторону, не спуская глаз с оппонентов. Доверять им она явно не собиралась. Хиаси же, мысленно настроив себя на неприятности, повернулся к офицеру.
- Чего вы хотите от нас? – напрямую спросил он.
- Как вы понимаете, оставить случившееся безнаказанным мы не можем, - уверенно заговорил Нара, незаметно подавая знак Минато; тот немедленно принялся доставать из папки бумаги. – Мадара-сан требует судебного разбирательства и заключения под стражу людей, виновных в смерти его родственников. И я поддерживаю его в этом желании.
- Как и я, - вставила реплику Цунаде.
Минато решительно прошел к столу и положил на него подготовленный документ:
- Однако, учитывая смерть вашей младшей сестры, оба клана отцов-основателей готовы отказаться от преследования дома Хьюга, если вы и члены ваших семей незамедлительно покинете Японию. Без права возвращения на родину. Здесь копия договора, который вы должны будете заключить с ними, если примите такой вариант развития событий.
Мадара испустил тяжкий вздох и соизволил отойти от окна. Опираясь руками о спинку стула, мужчина чуть наклонился вперед и холодно отчеканил:
- Короче, Хиаси. Поднимай задницу со стула, езжай домой вместе с родственничком и хорошенько подумай. Только запомни – я не такой, как мои братья. Поверь, у меня есть множество способов узнать, если ты попытаешься выкинуть что-нибудь еще. После этого я перестану быть добреньким и отправлю вас обоих гнить в колонии строгого режима. Без вариантов. Это понятно? Жду твоего решения ровно двадцать четыре часа. Выметайтесь.
Лишь после того как Хьюги покинули кабинет Мадара поймал на себе взоры окружающих и невинным голоском спросил:
- А что я не так сказал?

Пробуждение было не из самых лучших. Иными словами, поспать удалось всего пару-тройку часов после того как Хидан оставил его в гостиничном номере в компании дядиной помощницы Теруми Мей и двух детей, один из которых был младенцем. На момент приезда малыши спали, и Итачи немедленно было велено составить им компанию. Парень подчинился и даже успел удивиться, моментально проваливаясь в царство морфея.
Он был бы рад спать до самого вечера, но, к сожалению, ему помешал прыгающий на кровати трехлетний темноволосый мальчишка, решивший завершить свое буйство громким воплем и наскоком на неподвижно лежащего юношу. Но и этого было мало, настырный садист принялся его будить, теребя за щеки, оттягивая за уши и дергая за волосы. Интересно, он со всеми себя так ведет?
- Пусти, - Итачи безуспешно пытался освободиться от мелкого изверга. – Хватит уже.
Следом, очевидно проснувшись от криков и шума, заревел во все горло второй маленький обитатель комнаты. Нет, о покое сегодня явно придется забыть.
- Вставай! – не отставало от подростка непоседливое безобразие. – Ты мой блат. Мне Телуми сказала. Ну, вставай! Тоби хочет иглать.
В этот момент неподалеку раздался сдавленный смешок.
- О, вижу, ты проснулся, - рыжеволосая девушка в синем платье достала из люльки свою дочку и принялась ее укачивать. – Лучше поднимайся, он все равно не отцепится.
Итачи все-таки умудрился скинуть с себя мелкое недоразумение, по какой-то необъяснимой шутке природы являющееся его двоюродным братом. После чего сел, спустил ноги с постели и принялся натягивать брюки.
- Вы Теруми, верно? – произнес он.
Девица кивнула. Малютка на ее руках понемногу успокаивалась.
- Все верно. Но лучше обращайся ко мне на «ты», я всего на пару лет старше тебя, - она посмотрела на дочь. - Это Таюя, моя дочка. А это – твой кузен.
Вышеупомянутый кузен немедленно налетел на него сзади и обвил ручонками шею родственника.
- Тоби поймал тебя! Теперь ты будешь со мной иглать.
Теруми покачала головой и строгим голосом произнесла:
- Обито, отпусти брата. Поиграете потом. Сначала одеваться, умываться и завтракать.
Мальчик упрямо замотал головой, чем-то напоминая в этот момент Мадару.
- Не хочу завтлакать, хочу иглать с блатиком, - при этом он совершенно не торопился отпустить уже еле-еле вдыхающего воздух парня.
- Ты меня задушишь, - прохрипел Итачи.
Обито виновато потупился и спрятал руки за спину, глядя на нового друга глазками а-ля кот из «Шрека».
- Тоби холоший мальчик, - пролепетал он. – Тоби плосто хочет длужить.
Теруми тяжело вздохнула. Малыш Учиха уже не впервые использовал подобную тактику, чтобы добиться своего. Обычно следом начиналось нытье, при котором хитрюга мог даже пустить слезу для убедительности. В папочку пошел, не иначе. Пришлось осадить безобразника, пока тот не вошел во вкус.
- Обито, скоро придет папа и проверит, как ты себя вел все это время. Мне сказать, что ты не давал никому спать?
Ну, вот, начал хныкать и тереть кулачками глаза. В этот момент на помощь дядиному отпрыску неожиданно пришел Итачи. Взяв мальчика за руки, подросток развел их в стороны и внимательно посмотрел в слезящиеся карие очи.
- Давай так, - дружелюбно предложил он. – Мы с тобой умоемся и поедим, чтобы быть очень сильными, а потом я с тобой поиграю. Хорошо?
Обито просиял и с детской непосредственностью снова обхватил Итачи за шею.
- Тоби холоший мальчик, он будет кушать с блатиком.
Нахмурившись, «братик» пристально посмотрел на Теруми, которая укладывала в кроватку утихомирившуюся девочку.
- Он всегда говорит о себе в третьем лице?
Юная мать выпрямилась и пожала плечами, не замечая в речи Обито ничего криминального.
- Нет, но очень часто. И кстати, я уже заказала завтрак в номер. Так что поднимайтесь и идите в ванную. Оба.
В итоге через полчаса Итачи сидел за столом и, с хмурым видом ковыряясь палочками в тарелке, наблюдал, как его кузен изо всех сил уворачивается от ложки с кашей, не позволяя Теруми себя накормить.
- Обито, каша полезна, надо ее съесть, - уговаривала мальчика девушка.
- Каша плотивная, не хочу ее кушать, - отнекивался тот.
- Тогда, может, я ее съем? – раздался в дверях голос Мадары.
В следующую секунду ложка была выбита из рук няни и полетела на пол, а Обито с радостным криком рванул к отцу. Вцепившись старшему Учихе в штанину, он начал скакать, одновременно с этим сбивчиво докладывая:
- Тоби холоший мальчик. Тоби лазбудил блатика. Хочу на лучки.
Теруми вновь не смогла сдержать хихиканья, наблюдая за тем, как Мадара с невозмутимым видом берет сына на руки. Устроившись в объятиях отца с максимальным удобством, Обито принялся теребить пуговицу на рубашке родителя. Выглядело это до крайности умилительно.
- Значит, ты познакомился с братом, - подытожил Мадара, весело поглядывая на замершего на месте племянника. – Эй, Итачи, ты умудрился не развалиться, я погляжу. А то я знаю, как этот сорванец любит будить людей. Следов удушья, надеюсь, не останется?
Итачи усмехнулся, для верности ощупывая горло.
- Все в порядке, дядя Мадара.
Погладив своего непоседу по спинке, мужчина прошел к столу и опустился на стул. Затем усадил сына к себе на колени, заметил ложку на полу и со вздохом потрепал Обито по волосам.
- И как теперь кормить тебя, негодник?
- Лучками, - невинно ответил младший Учиха, отодвигая тарелку подальше. – Не хочу кашу.
- Теруми, достань из сумки запасную ложку, - попросил Мадара, поглядывая на Итачи. – А ты чего не ешь? Тебя тоже покормить ручками? Давай, принимайся за еду. Твоя мама не скажет мне спасибо, если ты заработаешь истощение.
Итачи немедленно встрепенулся и с интересом уставился на дядю.
- Вы были у нее? Как она?
- Побудет в больнице некоторое время. Когда выпишется, отправится к психологу. Ты к нему попадешь уже завтра. И это не обсуждается, - приняв столовый прибор из рук подчиненной, глава клана зачерпнул порцию каши. – Так, Тоби, я сейчас все уплету сам за обе щеки и, вместо тебя, буду играть с Итачи. А ты пойдешь спать, потому что у тебя не будет сил двигать ножками и ручками.
На мальчишку подобная речь произвела эффект разорвавшейся бомбы.
- Нет, Тоби не хочет спать, – запротестовал он. - Тоби хочет иглать.
- Тоби будет играть, если скушает всю кашу. Договорились?
Мальчуган послушно открыл рот и позволил впихнуть в себя первую порцию завтрака. Наблюдавший за этим Итачи непроизвольно улыбнулся. Кто бы мог подумать, что Обито настолько легко угомонится. Видимо, отец имеет на него сильное влияние. Еще бы, вспомнил юноша, у малыша ведь нет мамы.
- Итачи, орудуй палочками, - отвлек его от раздумий голос Мадары. - Или тебе особое приглашение нужно? – ехидно вопросил он, не забывая скормить сыну очередную ложку еды.
Парень под бдительным надзором подхватил кусок омлета и отправил себе в рот. Некоторое время процесс поглощения пищи проходил в полной тишине. Пока, наконец, Итачи не выдержал.
- Дядя, а ваши люди могут научить меня сражаться?
Мадара с интересом разглядывал школьника пару минут.
- Могут и сделают. Я собирался отдать им на растерзание тебя и твоих приятелей. Но прежде, чем ты начнешь тренироваться, уясни себе следующее. Я не позволю тебе действовать очертя голову. Никакой самодеятельности, понял?
- А как же Хьюга? – обиженно вспыхнул Итачи.
- Хочешь причинить вред родственникам погибшей возлюбленной? Ты лучше будь выше этого. К тому же, эта семейка скоро уже не сможет разевать рот и тявкать. А теперь доедай, нам еще нужно уладить кое-какие вопросы. Конечно, после того как ты поиграешь с Тоби.
Недовольно цокнув языком, Учиха-средний продолжил кушать. Что ж, решил он, раз нельзя будет заняться заказчиками, можно избавить окружающий мир от исполнителей преступления. Надо всего лишь научиться тому, как это правильно сделать.

Стоя у окна в кабинете брата, Хьюга Хидзаси свернул пополам исписанный лист бумаги. Назначенное Мадарой время стремительно истекало, а Хиаси так и не пришел к какому-либо определенному решению.
Покинуть страну было для них неприемлемо. Как можно вот так запросто бросить все, что их род нажил за множество поколений? Отправиться на пару с братцем в тюрьму тоже не представлялось возможным. Вслед за этим неизбежно последует конфискация имущества, их жены окажутся на улице без средств к существованию, и никто не станет помогать представительницам опозоренной семьи. Неудивительно, что Хиаси в растерянности и не знает, что выбрать.
Со вздохом мужчина признал, что было ошибкой отдавать приказ об истреблении клана Учиха, но в тот момент, охваченные впитанной с молоком матери яростью, никто из близнецов не осознавал, какое чудовищное действо они совершают. Известие о смерти сестры перевернуло все. А следом за ним последовал вызов в полицейский участок и условие Мадары, который вернулся из Соединенных Штатов и незамедлительно взялся за дело. Надо отдать ему должное, он умел быстро решать проблемы и держать даже самые мелкие нюансы событий под своим контролем. Без сомнений, он сможет вернуть своему клану былую репутацию.
С тяжелым вздохом Хидзаси развернулся и положил письмо на стол. Затем опустился в кресло брата и на миг закрыл глаза, смиряясь с принятым решением. Ни одно из предложений Мадары не подходило их роду. Хиаси так ничего и не выберет, пустив все на самотек. Этого нельзя допускать. Существовал только один способ спасти семью. Оставалось надеяться, что жена и малыш, который скоро должен родиться, когда-нибудь смогут понять его.
Для этого он и начертал письмо. Это была своеобразная исповедь, в которой он брал всю вину за случившееся исключительно на себя. После этого оставалось лишь ответить за организацию массового убийства.
С этими мыслями Хидзаси достал из верхнего ящика пистолет, снял с предохранителя и поднес к своему виску. Он ни минуты не колебался, когда нажимал на курок…
Утверждено Lin Фанфик опубликован 21 декабря 2013 года в 19:58 пользователем Chaterina.
За это время его прочитали 847 раз и оставили 0 комментариев.