Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки
Наруто Клан Фанфики по Наруто Экшн Мир — театр, люди в нём — актёры. Первое юмористическое послесловие.

Мир — театр, люди в нём — актёры. Первое юмористическое послесловие.

Категория: Экшн
Спустя пять лет

Темнота друг не только молодежи, но и разных личностей, которые желают остаться неузнанными по каким-то личным причинам. Коноха погрузилась во тьму, разрываемую серебряными стрелами Луны, трещали цикады, а молодую листву тревожил слабый ветерок. Идиллия. Правда, ее мгновенно разрушил силуэт, что крался по крышам домов, ловко перепрыгивая с одной на другую. Удобный костюм, не скрадывающий движений, несколько сумок для полезных в бою вещиц и звериная маска – все выдавало в таинственном типе члена элитного отряда убийц, подчиняющихся исключительно Хокаге. Морда дракона сдвинулась на бок, открыв взору небесного светила вполне симпатичное лицо, прямой нос и глубоко посаженные глаза, которые, впрочем, совсем не портили картины. Бывший мститель звучно чихнул, вытер нос рукой и отправился дальше – у него было немало вопросов к засранцу Наруто.
Сам виновник дурного настроения Учихи преспокойно ползал по полу на коленях вместе с другим членом АНБУ – Саем, и оба были довольны и ехидны настолько, что даже краска к ним не особо липла. Во всяком случае, отстирать ее от одежды еще возможно, если поспешить и закончить работу до того, как посланный на все четыре стороны Саске догадается, что что-то тут нечисто.
― Подай кисточку.
― Лови.
― Да не в лоб же!
― Не поймал?.. – злиться на художника долго не получалось. Его покорное судьбе лицо просило кирпича, но воспитательные громы и молнии упорно не сыпались на темную головушку. Саевская магия определенно была сильнее Нарутовской, когда дело заходило в дебри рисования. А повод собраться ночью в кабинете Хокаге и ползать, периодически сталкиваясь лбами, был весок и крепок, как те же лбы. Журналу «Вестник Конохи» стукнуло ни много ни мало пять лет, и эту знаменательную дату организатор издания решил отпраздновать выходом эксклюзивных плакатов. Листовки о сем событии еще вчера облетели всю деревню при помощи универсального почтальона – Дейдара, спасибо, друг! – а работа над, собственно, плакатами кипела и бурлила с шести часов. Осведомленные о неугомонной и местами больной фантазии своего начальника шиноби лишних вопросов не задавали, кто-то даже предлагал посильную помощь, но Наруто взял в сообщники и подельщики одного только Сая. С чего так, сказать сложно, однако глупых обид не было. Джирайя под шумок строчил рассказики не своего профиля, используя Цунаде как музу – та подсказала дельную мысль о том, как расширить и без того огромную аудиторию читателей, включив в нее еще и девушек. Успех пророчили ошеломляющий, и только Орочимару знал, о чем же таком особом пишет старый извращенец. Когда Монаха вдруг ударил по голове творческий кризис (а может, Муза разозлилась), и он полез к Змею с подозрительными намерениями, за перо взялся уже сам Орочимару… Вот такая литературная вражда, о которой Узумаки легко узнал и довольно потирал руки – материал для следующих номеров возникал сам по себе, ничего делать не приходилось.
Но вернемся к нашим плакатам.
― Думаешь, Орочимару-доно нас не пустит на опыты? – уточнил Сай, отстраняясь от огромного ватмана, чтобы оценить, ровно ли легли мазки. Ему досталась самая сложная часть – волосы обоих персонажей, которые, как назло, сливались с темнотой ночи, вороньим крылом и прочими веществами, изрядно мешая парню работать. Наруто с зажатой во рту кистью и еще двумя в каждой руке рисовал фон, потому ответить на вопрос друга смог, только когда абстрактная красно-фиолетовая мазня приобрела относительно приличный вид.
― Не, у меня все схвачено, не волнуйся. – Хокаге задумчиво потер подбородок, вымазав его краской, но не придав этому никакого значения. Ему хотелось успеть до рассвета, и работа не прекращалась ни на минуту. Даже закурить было нельзя – до высыхания специальная краска, разработанная для коварных планов Мастером, была взрывоопасной, и курить рядом с рисунком строго возбранялось. А после высыхания эта зараза светилась. Так что и кабинет, и плакаты и художники выглядели сюрреалистично и довольно пугающе. ― А вот Саске может и прибить ненароком… Или плакаты спалить. Сколько еще осталось?
― Мы нарисовали уже девяносто восемь с помощью твоих клонов, - устало вздохнув, ответил Сай. Под глазами у парня залегли круги, отчего он стал похож на панду. Это вселяло в Наруто уверенность в том, что задумка стоила свеч. Не каждый день удается увидеть живую панду. ― Значит, осталось еще два, считая этот. Ручная работа для главных актеров твоего театра.
― Вот и ладушки, - глаза блондина загорелись красным от восторга. Он с годами не утратил желания устраивать пакости ближнему своему. Эта особенность просто поменяла масштабы на «вне границ и рамок». К сожалению всех жителей Конохи и дружелюбных деревень. Впрочем, Хокаге они выбрали сами. Так что пусть теперь не жалуются! ― О, смотри, тут рукав слишком светлый. Добавь-ка теней.
― Не учи художника рисовать, - погрозил Сай начальнику кисточкой, ничуть не обидевшись. ― Сам чуть все лицо не перекривил!
― Ой-ой, оно и в жизни не особо ровное было… Сойдет! – легкомысленно отмахнулся Наруто, и тут почувствовал за спиной чужое присутствие. Парень замер, демонстративно не оборачиваясь и лениво мазюкая кисточкой по ватману. На его губах змеилась хитрая усмешка. И что же ты скажешь, а?
― Сойдет, да? – в тишине голос Саске прозвучал угрожающе и с шипящими нотками. Шиноби надвинулся на друга, намереваясь придушить и сказать, что так и было, но несостоявшаяся жертва вдруг вскочила и с криком: «Спасай плакаты, я его задержу!» повисла на шее ошалевшего Учихи. Сай понятливо кивнул, быстро свернул лавочку и был таков. Он и без контроля джинчурики успеет все закончить, осталось-то всего ничего. За сто раз Наруто уже мог с закрытыми глазами нарисовать ту эпичную сценку, которой они планировали развеселить народ завтра.
― Ох ты зазнобушка моя, как я по тебе скучал! – заголосил Наруто, творчески подходя к процессу задержания. Отцепить Хокаге от шеи оказалось еще той проблемой – засранец вцепился клещом, прижался и явно старался доставить другу массу приятных минут. Но оба знали, когда наступит пора остановиться, и спектакль продолжался ровно столько, сколько хотелось его зачинщику. Повисев в свое удовольствие на вымахавшем гении клана, Наруто, который был меньше на сантиметров десять точно, спрыгнул, точно обезьяна с дерева, на мягкий диванчик и растянулся на нем во весь рост. Учиха мрачно вытер лицо, куда хитрец умудрился еще и поцелуев наставить, плюхнулся рядом, потеснив начальство, и вытянул ноги.
― Засранец ты, Наруто. Опять надо мной издеваешься.
― Как можно?! – праведно возмутился Узумаки, бессовестно перекладывая ноги на колени друга. Действительно друга. Подколы на голубую тему оставались всего лишь подколами. Иногда Саске был этому рад, иногда – чувствовал странную, иррациональную обиду. Приятно, когда тебя любит хитрожопый и сильный Хокаге. Но в этом парень никому не признавался, даже своей девушке. ― Я же тебя люблю! – Ну вот, а он о чем?
― Ага, а потом где бы я ни шел, меня встречают смешками и пальцами тыкают. Еще затеял что-то непонятное с плакатами этими… Не надоело?
― Честно? – Наруто загадочно улыбнулся. – Ни капли. К тому же, если бы я хотел над тобой издеваться всерьез, то твоя жизнь превратилась бы в ад.
Саске хмыкнул, ничуть не сомневаясь в способности собеседника выполнить угрозу со всем старанием и креативом. Пожалуй, не зря его боятся враги, как огня. После невинных с точки зрения Узумаки шуток, все недоброжелатели долго не могли вылечить заикание и кучу психических болячек. С возрастом размах у парня стал откровенно пугающим, разум из стилета превратился в карающий меч, а ехидству позавидовали бы придворные шуты. Оно и к лучшему. Деревня процветает, люди живут в мире и покое, а шиноби с каждым годом оттачивают свои навыки. Учитель из Наруто тоже вышел прекрасный.
― Охотно верю. А как сумел отпросить Сая у Ино? – сменив тему, красноглазый почувствовал себя намного комфортнее. Завтра все равно все станет ясно, так зачем мучить себя, любимого, выпытывая подробности будущего позора?
― Пообещал, что пущу ее специальным приказом Хокаге в оранжерею к Зецу. Он, ты же знаешь, страсть как не любит, когда к нему паломники-цветолюбы наведываются, вот и щетинится, как может. Так что Ино с чистой совестью отдала мне муженька в кратковременное пользование. – Наруто поерзал пятой точкой по дивану, устраиваясь поудобнее, закрыл глаза и продолжил отвечать на вопросы сквозь дымку сна.
― Почему же не взял с собой Шикамару?
― Нафиг? Он мне помог сценарий придумать, пусть отдыхает. Сынок их жутко капризный, только с отцом ведет себя прилично, а с Темари они вечно ссорятся. – Вспомнив, похоже, что-то смешное, блондин улыбнулся. Затем широко зевнул, прикрыв рот рукой. На его штанах, рубашке и лице красовались яркие пятна разных цветов, которые светились в темноте не хуже лампочек. В таком же состоянии находились книжные полки, ковер и местами потолок. Ну кто так красит, а?
― Мог бы меня ради шутки с плакатами не отсылать на липовое задание, - как бы между прочим пробормотал Учиха, тоже вымотавшись за день. Откровенно паршиво было, когда прибыв на место, он узнал, что никто его не ждал и вообще – Хокаге гад. Но обиды не было. На коварного интригана никто не мог дуться дольше одного дня, если ему не нужна была истинная ненависть к своей особе. Намеренно лучи любви он ни у кого не выпрашивал, вел себя так, как считал нужным, но почему-то добивался диаметрально противоположного эффекта. Дурацкий человеческий фактор!
― Извини.
― Забей. И что, завтра планируется что-то грандиозное?
― А то! Все, больше ничего не скажу, - показав язык другу, Наруто отвернулся к спинке дивана и показательно захрапел. Саске покачал головой, скинул ноги парня с колен, поднялся и, перешагивая через коварно светящиеся кляксы, скрылся в ночи.

***


― Где ты был?
― Бегал, дорогая, бегал, - усмехаясь, пояснил Учиха Мидори, которая встретила его дома. Убийца сама недавно вернулась с задания, еще переодеться не успела. Волосы ее отросли, красиво подчеркивая форму лица, а движения стали еще более мягкими и опасными. Если бы Саске был обычным парнем, то давно бы свихнулся с такой девушкой под одной крышей, но у них на двоих вместо тараканов в головах был целый серпентарий, так что волшебным образом за все пять лет у пары не произошло ни одного скандала. Считать таковыми незлобные ревнивые одергивания парня по поводу симпатии Мидори к Наруто язык не поворачивался. ― Как миссия?
― Неплохо, всего пять трупов, ничего особенного, - потянулась ассасин всем телом, и уточнила, стягивая рубашку: ― Кто первый в душ?
Саске благородно пропустил даму вперед, откопал в холодильнике такояки, принесенные несколько дней назад Итачи, перекусил, плюнув с высокой колокольни на вредность ночных перекусов. Ему уж точно не надо следить за фигурой и следовать дебильным диетам. Подумав, он себе еще и горячего шоколада заварил, уселся в кресло и миролюбиво читал книгу по анатомии, пока Мидори не освободила душ. Когда Учиха скрылся за дверью в ванную, девушка заняла его место, блаженно вытянула ноги и допила остаток шоколада. Книгу она начала читать с того места, где остановился ее, только ее парень. О Наруто убийца сначала долго сокрушалась, виня себя в том, что не поймала злосчастный букет, но, понаблюдав за предметом мечтаний подольше, пришла к выводу, что Хокаге и так неплохо живется. «Он слишком любит деревню, чтобы найти в душе место для кого-то еще, - Мидори перевернула страницу, внимательно разглядывая картинку-вкладыш с подробным изображением трепанации черепа. – Так что мне повезло найти себе пару и даже приятно, потому что нам обоим есть, что вспомнить про человека, который столько сделал…».
Про завтрашний юбилей она, конечно же, знала, но Саске не проболталась о подробностях – сам все узнает, когда придет время. Ночь за книгой пролетела незаметно.

***


А утром по всей Конохе висели яркие, светящиеся плакаты с изображением Саске и Орочимару. Как и тогда, на площади, гений клана щеголял семейниками в милые кунайчики, Змеиный Саннин накинул на бледное тело халат, а подпись под картинкой и вовсе заставляла тех, кто был в теме, валиться на землю от хохота: «Не хотите ли чаю-сссс?».
Не смеялся первые три плаката только герой сюжета, но, обнаружив на остальных огромных ватманах отклонения от основной фабулы, пришел в неописуемый восторг. Акацки, таскающие печенье из миски, Хидан, сидящий в высокой башне и спускающий косу, чтобы по ней кто-нибудь забрался, Кисаме в аквариуме с рыбками и прочие радости жизни веселили жителей деревни еще долго, а продажи «Вестника» взлетели до небес. Орочимару только хмыкал, переходя от плаката к плакату, и отпускал язвительные комментарии, Джирайя уныло брел следом, так как узнал, что стал писать конкурент, и почему анонсы нового номера вызвали такой ажиотаж.
Кабуто с Шизуне не рискнули следовать за Саннинами, заперлись в кабинете Хокаге, распили бутылочку валерьянки на двоих, а затем, закусив корвалолом, принялись за генеральную помывку помещения. Медик поправлял очки и хмуро косился на заляпанный потолок, костеря Наруто и Сая на все лады, но опасаясь произносить проклятия вслух. Свойство художника появляться не в то время не в том месте стала практически притчей во языцех, и чтобы избежать карикатуры или нового, сто первого плаката на себя и помощницу Цунаде, проще все вымыть и не отсвечивать.
К слову об уборке…
Переполох, вызванный юбилеем журнала, не коснулся одного квартала в Конохе. На воротах, где раньше красовался герб Учих, нынче было криво, зато с любовью нарисовано красно-белое облако, а со внутреннего дворика поднимались тучи пыли и какого-то мусора. У прохожих складывалось ощущение, что Акацки вздумали переезжать и спешно складывают вещи, но все было намного прозаичнее. Вместо того, чтобы хохотать над плодами рук Наруто, кровожадные нукенины устроили себе веселье: генеральную уборку.
― Конан-сан, может, не надо? – Печально вопрошал Кисаме, разглядывая метлу с таким видом, будто ему подсунули под нос заклятого врага и приказали убить того детской лопаткой или ведерком. ― Давайте сходим лучше к резиденции, там Узумаки обещал нечто интересное…
― Ага, наши физиономии на плакатах, - фыркнул подрывник, который успел смотаться на птичке в магазин, купить средство для мытья окон и сфоткать под шумок несколько особо удачных шедевров кисти двух энтузиастов. ― Мети лучше, м!
― Сам еще мусор не вынес, - беззлобно огрел метлой Дейдару по голове мечник, отчего оба закашлялись и разошлись в разные стороны, как дуэлянты.
В самих домах тоже кипела жизнь вместе с работой. Переворачивались столы, стулья, мылись окна, выгребалась грязь, а инициаторша всего этого безобразия лежала на шезлонге, пила коктейль и принимала солнечные ванны. На жалобы подчиненных своего супруга она не обращала ни капли внимания. Женщины.
― Да блядь, пошло оно все нахуй, заебало! – примерно такими словами крыл всех и вся Хидан, которому вручили в руки какую-то стремную фигню и поручили вымыть стекла во всех зданиях. Мужчина ругался уже полчаса кряду, иногда в целом предложении у него получались одни маты. Стекла от такой специфичной музыки мыться отказывались наотрез, по ним шли разводы, и приходилось начинать заново. Хидан бесился, злился и ругался с каждым движением тряпкой все больше и громче, под конец швырнув тряпку в ведро и направив на Конан распрыскиватель со средством для мытья. ― Получи, фашист, гранату! – Мыльный раствор подействовал на женщину не хуже освежающего душа: она мгновенно вскочила с шезлонга, отфыркиваясь, как кошка, но бессмертного засранца уже и след простыл. Дейдара, заинтересовавшись происходящим, скинул плащ организации и в одних коротких штанах и майке с закатанными рукавами полетел искать себе такой же пистолет.
― Выходи, подлый трус, стрелять буду! – прыскалка с раствором нашлась, парень быстро прикрутил все части оружия куда нужно и отправится воевать с Хиданом, который вошел во вкус, и уже второй раз облил Конан. Женщина Лидера обтекала рядом с шезлонгом, сердито смотрела на веселящихся работничков, однако долго хмурить брови и желать им смерти она не смогла. Махнув рукой на недомытые стекла, единственная дама среди мужчин гордо удалилась в дом, чтобы не попасть в третий раз под обстрел. А подрывник, крадучись, преследовал альбиноса, правда последний не чувствовал себя загнанным зверем – он тоже приближался к цели, и когда оба выскочили из своих укрытий и облили водой вышедшего из дома Какузу, стало как-то не до смеха.
― Лучше вам разбежаться кто куда, братцы-кролики, - с нехорошей усмешкой проронил казначей, невозмутимо вытирая раствор с лица. Он сделал несколько шагов в сторону напарника, но тот мигом сообразил, какая кара его ждет, и дал стрекоча вокруг дома, надеясь, что более грузный напарник не станет его догонять. Не стал. А Дейдара, спрятав «пистолет» за спину, невинно засвистел и бочком, бочком двинулся прочь.
― Не свисти, идиот, денег не будет, - проворчал ему вслед Какузу, закатил глаза и обратился к Сасори, который как раз заканчивал отдавать приказы марионеткам. ― И что нам с ними делать, Мастер?
― Как что? – делано удивленно переспросил Сасори, копируя совсем незлобную, но многозначительную улыбку взрослого, умного человека, который стоял перед ним. ― Обнять и плакать. Но перед этим… Жестоко отомстить.
Надо ли говорить, что оружие, созданное Акасуной, стреляло дальше, било больнее, и, в конце концов, залило водой все так, что несчастный Кисаме с горя решил, что это знак, и попытался выпустить поплавать акул. Бедных хищников возвращали в естественную среду обитания всей организацией под одобрительные хлопки Пейна, который продлил себе жизнь за счет самой обычной, зато незабываемой уборки.
Matthew
Фанфик опубликован 06 апреля 2014 года в 23:23 пользователем Matthew.
За это время его прочитали 389 раз и оставили 0 комментариев.