Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки

Лотос. Глава 8

Категория: Другое
— Ты что-нибудь нашёл, Наруто?

— Нет.

Парни уже целых десять минут искали хоть какие-нибудь документы, свитки, которые помогли бы установить причастность к незаконным экспериментам Озэму и его связь с Орочимару. Наруто, перебирая стопки книг, увидел в углу клинок кусанаги Саске. Тот незамедлительно подошёл к оружию и, взяв его в руку, сразу почувствовал знакомую чакру.

«Саске?»

Узумаки, не раздумывая, побежал к выходу, по пути крича своему напарнику.

— Шикамару я скоро!

Нара даже не удостоил убегающего блондина никаким ответом, лишь усмехнулся про себя. Ему не надо объяснять, куда собрался неугомонный товарищ. Шикамару продолжил перебирать стопки бумаг.

Наруто бежал по узким коридорам. Путь ему преградила стража тюрьмы, но это парня не остановило. Он крепко сжал клинок и отвёл единственную руку назад. Узумаки много раз видел, как его друг тренировался с клинком, и теперь парень пытался повторить действия Саске. Вот один противник бежал в лоб. Наруто взмахнул рукой — и оглушил врага. Узумаки использовал обратную сторону кусанаги для того, чтобы просто отключить противников, а не убивать. Через минуту парень продолжил бежать по коридору.

Наруто резко остановился около открытой двери, так как заметил Саске, который стоял неподвижно напротив высокого мужчины в чёрном костюме. Вдруг у Учихи подкосились ноги, и он довольно болезненно приземлился на колени. Узумаки ринулся к другу, чтобы помочь ему.

— Эй, Саске, как ты? — взволнованно спросил Наруто.

Сын Четвёртого внимательно осмотрел своего друга, и сердце болезненно сжалось. Перед ним сидел истощавший, избитый до такой степени Саске, что его тело напоминало одну сплошную гематому.

Учиха ничего не ответил, так как начал кашлять кровью. Из глаз ручьём также стекала багряная жидкость. Наруто боялся даже прикоснуться к Саске. Складывалась такое впечатление, что если тронешь его, то он просто умрёт. Узумаки положил кусанаги перед Учихой и убийственным взглядом посмотрел на мужчину. Тот лишь расплылся в дьявольско-фальшивой улыбке и склонил голову на бок, с интересом наблюдая за этой парочкой.

— Сволочь, не прощу! — Наруто встал в боевую стойку и начал складывать печать одной рукой, точнее пальцами левой руки. — Множественное теневое клонирование! — и с рыком блондин кинулся на противника.

— Придурок, — были бы у Учихи силы, то он бы остановил вечно гиперактивного неудачника, но сейчас брюнет, кажется, терял сознание.

Его тело клонило набок и оно должно было с грохотом упасть на пол. Но Саске почувствовал, что он упал на что-то мягкое и… живое? Учиха попытался разлепить веки, но безуспешно, так как глазницы были залиты кровью.

— Саске, ты меня слышишь? — это был мелодичный девичий голос и такой знакомый.

Девушка от шока забыла с годами приевшийся суффикс «-кун».

«Сакура?»

Учиха всё-таки смог разомкнуть свои глаза и увидел перед собой обеспокоенное лицо розоволосой куноичи. Сакура, не медля, активировала медицинское ниндзюцу и начала осматривать парня. Девушка нахмурила свои тонкие брови, так как у Саске слишком много травм, сломанная рука, которую, видно, не долечили, чакра на нуле. Приятное тепло разлилось по телу, и Саске стало намного лучше. Брюнет, почувствовав прилив сил, попытался встать, но ему не дали.

— Саске, не вставай… — Харуно попыталась проговорить это чётко, без дрожи в голосе, но не смогла.

Саске, несмотря на жалкие попытки куноичи его остановить, всё равно принял сидячие положение и посмотрел на сражение. Наруто продолжал атаковать клонами, но все попытки были безуспешны, так как клоны сами по себе исчезали, будто невидимка устраняла их. Узумаки быстро переместился и оказался позади мужчины. И вот парень направил свой Расенган на противника, как резко замер. Его тело что-то сковало. Голубая чакра исчезла.

— Довольно, — больше нет этой ужасной улыбки и огоньков азарта в агатовых глазах, а только смертельный холод.

Наруто попытался вырваться, но его старания были тщетны.

— Какого хрена? — парень не переставал брыкаться, пока не увидел, что его кто-то или что-то сдерживал. Наруто заметил, что чьи-то руки обвили его тело. На его плечо кто-то положил голову. Повернув голову в сторону, Узумаки чуть не запищал от отвращения или… ужаса? У этого существа не было ни глаз, ни рта, ни носа. Ничего. Только голова и прилегающие к ней остальные части тела. Сама сущность была нога, и её бархатная кожа была сера.

— Так вот как выглядит твоя Воля, — с интересом сказал Сакамото, вошедший в помещение. — Видно, резкий всплеск чакры Наруто разрушил невидимый барьер Воли.

— Ты догадлив, Сакамото, — с презрением ответил мужчина. — Но это всё не имеет никакого значения, ведь вы все скоро умрёте, — он начал складывать печать, но голос оппонента остановил его.

— Озэму, зачем ты это делаешь? — в голосе Цуцуми послышались нотки вины и сожаления.

От такого вопроса Озэму передёрнуло.

«Он, что, издевается?»

— Будто ты не знаешь, мой друг, — мужчина выплюнул последние слова с отвращением.

— Я как понимаю, что все те пропажи людей с улучшенным геном — дело твоих рук? И то, что тебе помогал Орочимару в этом, правда?

— Орочимару лишь ещё одна моя пешка, хотя он тоже довольно не глуп… Неужели за столько времени никого не насторожило то, что у него довольно много убежищ, самое лучшее оборудование, столько подопытных крыс, при этом с отсутствием материального достатка? — мужчина всё это так говорил, будто объяснял незадачливым детям какую-то очевидную вещь.

Все, кроме Сакамото, посмотрели на Озэму с недоумением.

— Значит, ты обеспечивал Орочимару деньгами и ещё прикрывал его. Всё-таки это вы похищали людей из клана Учиха, и после это привело к восстанию и полному его уничтожению. Так ведь? — Сакамото уже говорил это со скрытой ненавистью.

Ненависть к себе, ведь если бы десять лет тому назад он смог раскрыть это дело, то, может быть, родители Саске и весь его клан были бы живы… Также если бы он не предал Озэму, то сейчас всё было бы иначе…

— Зачем ты меня спрашиваешь, если и так всё знаешь? Но в последнем ты ошибся: в мои планы не входило уничтожение какого-либо клана, — мужчине надоела эта пустая болтовня, и он начал подходить к Саске, который сидел в оцепенение от всего ранее сказанного.

«Что тут происходит?»

Учиха смотрел в пол и не мог разобраться с вихрем мыслей в голове. Так кто же повинен в смерти его клана? Неужели всё так далеко зашло?

— Саске, что же ты, как трусливый щенок, спрятался за девчонкой? М, Саске? — Озэму шёл медленно, будто наслаждался страхом этого юнца. — Мне интересно знать предел твоих возможностей, — его распирало от жажды… жажды этих кровавых глаз, которые видели истину этого мира.

С помощью их можно приобрести бессмертие и безграничную власть.

Наруто, увидев, что задумал этот негодяй, трансформировался в режим девятихвостого лиса и высвободил огромный поток чакры, чтобы разорвать оковы. Так и получилось. Воля Озэму разорвалась на кусочки. Сакамото тоже не стоял на месте, а ринулся в сторону ребят, чтобы защитить их.

— Техника перевоплощения! — крикнул Озэму, и его Воля трансформировалась в оружие — катану.

Остались считанные сантиметры для того, чтобы проткнуть грудную клетку девчонки, так как она заслонила собой раненого товарища, но ему помешал Сакамото, который из-за пояса достал свою катану и отразил удар. Мужчины начали ожесточенную схватку на мечах. Каждый показывал превосходное мастерство фехтования. Они смотрели друг другу в глаза, будто вели немую борьбу.

Саске заметил какое-то движение около него и Сакуры, и через секунду в их сторону полетела мини-бомба. Учиха хотел уже активировать Сусаноо, но жуткая боль в глазах не дала сделать ему технику. Остались считанные миллиметры до взрыва, но он не произошёл. Наруто успешно деактивировал взрывчатку, поглотив хвостом Кьюби. Около троицы показался силуэт девушки, которая напоминала куклу: слишком хрупкая, стеклянные голубые глаза, ослепительно белая кожа. Она вновь кинула свои бомбы, но Узумаки с лёгкостью их устранил. Тогда девушка, не медля, побежала к ребятам, при этом достав сюрикены. Носитель Кьюби также заслонил своим телом товарищей.

— Я возьму её на себя, поэтому расслабьтесь! — Наруто улыбнулся, и он демонстративно оттопырил большой палец левой руки, говоря, что всё будет хорошо.

Сакура облегчённо выдохнула и посмотрела на Саске. Тот сидел с понурой головой, так как в глазах отдавалась тупая ноющая боль. Но слова этого неудачника «врезали ему по лицу» словно пощёчина. Почему-то Учихе стало смешно. Если бы он мог, то парень бы нервно и громко рассмеялся от того, что история вновь и вновь повторялась. Каждый раз Саске оставался позади Наруто, так как почти на каждой миссии его кто-нибудь вырубал, и Сакура пыталась привести его в чувства, а этот недотёпа каким-то чудом одолевал врага. Саске окатила волна раздражения, и, больше не мешкая, парень встал на ноги.

— Саске-кун, не вставай. Тебе нельзя. У тебя слишком серьёзные травмы, — девушка попыталась легонько дотронуться до его плеча, но тот резко отмахнулся от её прикосновения, мол, не лезь.

Девушка нахмурилась. Ей не нравилось его чрезмерное упрямство. Он, что, ничего не осознавал, что сейчас от него толку мало?

— Саске-кун, ты понимаешь, что твоя правая рука сломана и что твоя кость раздроблена на мелкие кусочки. Если не сдел…

— Так сделай, — грубо ответил Саске, даже не поворачиваясь к ней.

Его раздражал тот факт, что его списали со счетов. Плевать он хотел на ранения, ведь сколько он раз дрался с открытыми ранами, переломами и, ничего, жив-здоров. Сакура прикусила губу, дабы не дать чувствам вырваться на волю: гневу и обиде. Девушке пришлось запихнуть свою женскую гордость куда подальше, ведь именно сейчас она не давала ей здраво мыслить. Харуно посмотрела на сражение Наруто и этой девчонки и поняла, что Узумаки нужна помощь, так как ему сложно быстро создавать техники одной рукой. Да и сама Сакура не боец на дальние дистанции, и её сокрушающая сила только навредит товарищам. А вот Саске… Да, хоть и он, как всегда, груб, циничен, но всё же Учиха хотел помочь Узумаки. Харуно глубоко выдохнула, чтобы сосредоточиться, и положила свои ладони на руку Саске, и принялась восстанавливать кости руки.

— Мне нужно полностью абстрагироваться от всего, чтобы мой контроль чакры был идеален. Если…

— Ясно, — как бы ни странно это звучало, но они друг друга понимали с полуслова.

Учиха знал, что медику надо собрать его кости воедино, и если кто-то или что-то в этом ей помешает, то последствия будут не самыми благоприятными. Фиолетовая чакра начала обволакивать парня и девушку, после образовался рыцарь — Сусаноо — абсолютная защита. Парень мысленно благодарил розоволосую куноичи за то, что она ещё и умудрилась передать свои жизненные силы ему, ведь так уверенно он даже стоять на ногах бы не смог.

В это время Наруто продолжал уворачиваться от атак своего противника. Узумаки не мог до неё никак добраться, ведь она была слишком изворотлива и быстра. Но сражение резко прервалось, так как девушка куда-то исчезла. Сакамото и Озэму, не шевелясь, смотрели друг на друга. Эта была борьба иллюзиями. Мужчины пытались свести друг друга с ума, но, к сожалению или к радости, они были достойными противниками, и никто не собирался сдаваться. Катаны были отброшены, и было слышно тяжёлое дыхание обоих.

— Сдавайся, Озэму.

Тот лишь усмехнулся и полез в свой карман. Достав странный пузырек с жидкостью, он отдал девушке, которая стояла немного позади него.

«И откуда она взялась?»

— Нори, пей, — Озэму самодовольно посмотрел на своего врага и сказал. — Я тебе покажу новую силу, от которой ты отказался.

Сакамото ничего в ответ не сказал, а начал следить за метаморфозами девушки. Выпив содержимое из ампулы с прозрачной жидкостью, подчинённая Озэму ни капельки не изменилась внешне. Не было ни трансформации тела в какого-нибудь уродца или мощного всплеска чакры.

— Смотри, — Воля Озэму проникла в тело девушки, и через секунду её обличье изменилось.

— Как ты это сделал? — Цуцуми был в какой-то прострации от увиденной картины.

Тело девушки стало точно такое же, как и Воля Озэму. Теперь у него было две Воли.

Вообще-то Сакамото даже не мог себе представить, что его друг зашёл так далеко ради власти. Что он смог из своей тени сделать Волю, которая будет иметь свой разум. Ведь он…

***


— Озэму Нара? — ошеломлённо прочитал несколько иероглифов Шикамару.

То, что этот человек из его клана, в голове не хотело укладываться. Что это всё значило?

Нара случайно увидел старый свиток, на котором был изображён знак его клана. Открыв его, он начал читать. С каждой строчкой парень не мог поверить, что этот человек, его родственник, смог такое сделать: перевоплотить свою тень в Волю.

«Как он смог добиться слияния разума и души?»

По своей природе человек всегда имеет две стороны — светлую и тёмную. Между этими противоположностями всегда идёт борьба, и мало кому удавалось соединить их воедино.

… Воля беспрекословно слушается своего хозяина и может исполнить любой приказ. Сама Воля не имеет облика. Она может перевоплощаться в любой материальный или нематериальный объект, но если сам хозяин усомнится в себе, то его собственная тень его поглотит…

Шикамару, прочитав последние строчки, забрал с собой всё, что нашёл, и побежал к своей команде. Сердце парня от будоражащего страха отбивало чечётку, так как их противник далеко не слабак. А мир не вынесет второго Мадары или даже хуже…

***


В зале, где разворачивалась кровопролитная и масштабная битва, царила слишком напряжённая атмосфера. Наруто и Сакамото стояли уже в боевых позициях и внимательно следили за противником, который по странным причинам не торопился первым нападать, как будто он вёл свою игру. Но слишком затянувшуюся тишину прервало внезапное исчезновение двух подчинённых теней. Узумаки и Сакамото приготовились к ответному удару, но враг исчез из поля зрения.

«Справа? Слева? Снизу? Сверху?» — Наруто быстро вертел головой в разные стороны, чтобы угадать следующие шаги противника. Но в самый последний момент, когда он понял, где находится его враг, было уже поздно.

«Сзади…»

— Наруто, — Сакамото кинул кунай со взрывной печатью на надвигающуюся Волю, — не дай ей себя схватить! Второй раз так просто не спасёшься, — прокричал мужчина.

Кунай пролетел между Узумаки и подчинённой тенью. Если бы не мгновенная реакция парня, то и его бы задело взрывной волной. Наруто отскочил от материальной сущности на приличное расстояние. Взрывной кунай уничтожил большую часть тела Воли. Из-за мощного взрыва помещение окутала поднявшаяся пыль, которая создала густую завесу. Снова воцарилась напряжённая тишина, в которой было слышно, как отбивался ритм сердца.

В другой стороне зала Сакура продолжала лечить своего товарища. На её висках появились испарины от перенапряжения. Всё-таки провести хирургическую операцию только с помощью медицинского ниндзюцу за очень короткий промежуток времени — слишком сложно даже для неё. Ведь одна ошибка — и вся проделанная работа не даст никакого положительного результата. Девушка прикусила нижнюю губу до крови и зажмурила глаза от того, что её жизненные резервы почти исчерпаны. Обессилена.

«Давай, Сакура! Ещё немного! Покажи им всем, особенно Учихе, что мы с тобой не лыком сшиты! Шанннаро!» — иннер-Сакура во всё горло орала через громкоговоритель, дабы поддержать свою непутёвую противоположность.

Саске всё это время внимательно следил за боем, который был по ту сторону зала. Прошло около пяти минут. И за это время брюнет не ослаблял защиту и мимолетно боковым зрением смотрел на розоволосую куноичи. Наследник клана не мог поверить в то, что эта девушка сможет за считанные минуты вылечить его руку. Бледно-зелёное свечение перестало окутывать пострадавшую руку Учихи. Сакура тяжело дышала, и её руки от напряжения тряслись. Сердце бешено колотилось, и голова сильно закружилась. Темные точки, словно мухи, не давали ей сфокусировать своё зрение.

«Только не терять сознание! Только не это», — девушка пыталась мысленно взбодрить себя, но, как назло, тело отказывалось ей подчиняться. Медик начала падать вперёд от бессилия, но её падение не произошло, так как она лбом уткнулась в чью-то спину? Девушка постепенно начала открывать свои малахитовые глаза и слегка улыбнулась. Ведь свою спину подставил не кто иной, как Саске, который не дал ей болезненно приземлиться о бетонный пол.

— Спасибо… — слабо прошептала куноичи.

Девушка не смогла скрыть девичьей радости от такой, казалось бы, незначительной заботы. Но в этом жесте можно найти и ещё один сакральный смысл. Она уткнулась носом в спину Учихи и вдохнула аромат его тюремной рубашки с примесью сырости, крови и пота. Но все же его… родной… Саске никак не отреагировал на такое странное поведение со стороны розоволосой куноичи, так как всё внимание брюнета было обращено на врагов, спрятавшихся за густым туманом от пыли, который до сих пор не осел. Показались тени из пыльной завесы. Сакура почувствовала чужую чакру и отпрянула от Учихи и, развернувшись к нему спиной, стала в боевую стойку, чтобы дать отпор неизвестным. Саске быстро поднял с пола свой кусанаги и сделал пару взмахов клинком, чтобы удостовериться, в рабочем ли стоянии его рука. Его губы тронула кривая улыбка. Предчувствие не подвело парня и девушку: и с разных сторон на них набросились стражники тюрьмы. Харуно размяла свои кулаки до хруста в костяшках и нанесла первый ответный удар.

— Озэму, остановись пока не поздно! — Сакамото кричал во всё горло, чтобы образумить его.

Мужчина до сих пор считал Озэму другом, перед которым он виноват. Виноват в том, что бросил его, когда ему нужна была поддержка, так как спасение собственной шкуры было на тот момент дороже, чем помощь товарищу. Озэму уже не слышал, что говорил его предатель-друг, а полностью погрузился в складывании печатей.

— Да стой же ты! Что ты делаешь?! — всё, что мог сделать Цуцуми, — это кричать со всей силы, чтобы хоть как-то вразумить его. Это всё, что он мог сейчас, — умолять его оступиться назад, не делать безвозвратных шагов во тьму.

— Мы хотели изменить порядок, — Озэму продолжал складывать печати, — но ты в последний момент струсил. У нас была одна мечта на двоих, но ты побоялся трудностей. Ты прекрасно знаешь, что нынешняя политическая система ведёт нас в утопию, и поэтому я создам ту систему, в которой я смогу контролировать всё и вся, где я буду вершить судьбами людей, — мужчина, договорив последние слова, сложил последнюю печать, и земля начала трястись. Появились неизвестно откуда мощные порывы ветра, которые убрали пыльную завесу. Земля начала трескаться, образуя огромную расщелину, от которой исходил звонкий гул. Из глубокой трещины начали вылетать чёрные существа, которые напоминали призраков. Озэму расставил руки в разные стороны и начал безумно смеяться. Его переполняли чувства властности над всеми и жажда силы, которую сегодня он заполучит.

— Теперь моя Воля распространится по всему миру. Теперь мои идеалы будут разделять все без исключения, — Озэму говорил, словно сумасшедший. Его дьявольская улыбка настолько сильно расплылась по лицу, что внушала неподдельный страх. — Я и Бог, и Дьявол мира. Я страну единственным спасителем, которому будут поклоняться все! И начну я с вас…

Ещё один гениальный наследник из клана Нара махнул рукой, давая понять демоническим существам, чтобы те внушили им Его Истину. Раздались дикие вопли существ, которые напоминали звуки страдающего животного, и с огромной скоростью полетели на своих остолбеневших жертв.

— Наруто! — истошный девичий крик раздался эхом в помещении.

Девушка хотела ринуться, чтобы спасти его, но её остановила чья-то крепкая хватка. Сакура с расширенными зрачками от страха повернула голову и увидела Шикамару.

— Отпусти, Шикамару! — в уголках красивых и больших изумрудных глаз собирались кристаллики слёз.

— Сакура, успокойся, — Нара говорил сбивчивого, — не волнуйся, — он слабо улыбнулся и посмотрел вперёд.

Сакура также посмотрела туда, куда смотрел брюнет, и увидела, что Саске смог отразить нападение демонических существ своим Сусаноо, прикрывая Наруто и адвоката.

«Неужели я так оцепенела от страха, что не заметила присутствие Шикамару и исчезновение Саске-куна?» — девушка вытерла с уголков глаз застывшие слезинки длинными тонкими пальчиками и облегчённо выдохнула. Куноичи и вправду не заметила, как прибежал Шикамару и как он с Саске успел перекинуться парой слов, так как девушка была полностью поглощена ликвидацией нападавшей стражи. Но голос напарника заставил девушку выйти из-за своих размышлений, концентрируя её внимание на сражении.

— Сакура, ты должна бежать к Саю и передать ему это… и… — парень протянул руку со свитками и бумагами, — … и ждать нас снаружи. Поняла?

Харуно лишь кивнула, но не двинулась с места, так как не хотела бросать товарищей. Но настойчивый взгляд брюнета говорил сам за себя, мол, у меня есть план, и сделай всё, что я сказал. Поэтому девушка побежала к выходу, но её побег предотвратил Озэму, который молниеносно оказался рядом с розовлаской и хищно оскалился, схватил её за запястье, крепко сжав.

— И куда ты собралась? Никто не сможет отсюда выбраться, — его угрожающий тон заставил сжаться от страха сердце.

Сакура посмотрела в обсидиановые глаза мужчины и не смогла пошевелиться. Его чёрные глаза, даже не так, чересчур бездонные глаза источали пронзительный холод, который впивался в кожу жертвы тонкими иголками. Его длинные прямые волосы, вытянутое лицо и мраморно-белая кожа, которая на свету могла переливаться, стройный стан говорили о его совершенстве и величие. Озэму второй рукой схватил девушку за тонкую шею и приподнял вверх. Его длинные бледные пальцы начали перекрывать доступ к кислороду, и Сакура схватилась руками за его запястье, чтобы спастись. Но её попытки выбраться из стальной хватки были бесполезны.

— Учиха, — животный оскал и стальной голос, — смотри, — Озэму начал сильнее смыкать свои холодные пальцы на шее девушки, и с каждым сжатием слышался хруст позвонков.

Шикамару, который находился рядом, посмотрел на Учиху и Узумаки, давая понять, что пора действовать.

— Теневой паралич!

Нара стал шевелить своей рукой, и его тень, которая парализовала Озэму, начала повторять движения. Мужчина вскинул презрено одну бровь.

— Так ты отпрыск из клана Нара? Как интересно… Но всё равно тебе до меня слишком далеко.

— Хм, не зазнавайся. Хоть ты и гений, но не недооценивай своих врагов, — Шикамару широко улыбнулся.

Пальцы Озэму разомкнулись, и Сакура начала падать. Мужчина сам ничего не понял, как с разных сторон появились Учиха и Узумаки. Парни с невероятной скоростью двигались и пересеклись в одной точке, и после направились в противоположные стороны друг от друга. Саске схватил Харуно и исчез, а Наруто расенганом ударил в грудную клетку судьи. Тот отлетел в стену, оставив после себя огромную вмятину. Воспользовавшись моментом, Сакамото стал напротив Озэму и сложил печать.

— Ребята, уходите. Остальное за мной. Отлично поработали! — Безумец ослепительно улыбнулся им.

— Но… извращенец, — возмутился Наруто.

Но его перебил Шикамару, который положил руку на плечо.

— Он прав. Мы должны покинуть это место. Мы выполнили свою миссию. Тем более это их битва.

Наруто понимающе посмотрел на двух мужчин и решительно кивнул головой. Ребята направились к выходу.

— Не уйдёте! — отлипая от стены, прохрипел судья. — За ними! — он махнул рукой, и тёмные сущности, которые доселе бездействовали, полетели на убегающих шиноби.

— Световой барьер! — и около Цуцуми образовался ослепительный барьер, который разделил помещение на две части, и сущности от яркого белоснежного света начали сгорать, при этом душераздирающе выть.

Сакамото решил раз и навсегда покончить с этим незаконченным делом.

Шиноби взлетели ввысь на белых больших птицах. Раздался мощный взрыв — и большая часть тюрьмы была разрушена. Но никто не повернулся в ту сторону. Просто не решились.

***


Мужчины стояли на крыше тюрьмы и тяжело дышали. Не переставая, лил сильный дождь. Их битва подошла концу. Они, израненные и измотанные, еле стояли на ногах.

— Озэму…

— Сакамото…

Хриплым голосом они могли только произнести имена друг друга.

—Ты… — Нара упал на колени в лужу, — снова всё испортил… — он поднял голову кверху, и крупные капли дождя стали омывать его замученное, бледное лицо.

— Прости, но я должен тебе помочь, — тяжело дыша, виновато усмехнулся Сакамото.

— Помочь? В чём? Мне уже не нужна помощь, Цуцуми, — безразлично проговорил длинноволосый мужчина.

На протяжении боя Сакамото пытался достучаться до друга, но тот никак не хотел его слушать. Слишком он долго пробыл во тьме, которая стала его частью. Что-то треснуло внутри — собственная вера.

— Озэму, прости, но одумайся пока не поздно. Да, я предал наши идеи, мечты, но они бы только породили хаос. Я пытался тебе это сказать, но ты перестал меня слышать… — Сакамото весь в грязи и крови, хромая и держась за правый бок, шел к своему другу. — Тебе не нужны были глаза этого мальчишки. Ты просто хотел отомстить…

— Хотел… — лаконично ответил тот, — Сакамото, ты был простым воришкой. Ты сам хотел восстановить справедливость. Но что же тебе сказал этот чёртов Учиха, что ты, как дворовой пёс, побежал к нему?

— Каждый человек ищет своё правосудие и считает его справедливым, но далеко не каждое принесет мир на этой земле… — Цуцуми остановился и прикрыл глаза, вспоминая первые слова Фугаку, который он произнёс при их первой встрече.

«Ненавижу Учих».

— Бред… — от неверия Озэму расхохотался.

Слёзы начали градом падать на землю. Его охватило понимание того, что он начинал проигрывать себе и этому ненавистному ему человеку.

— Ты сам отрекся от клана, так как считаешь себя умнее всех. Твои эгоизм и циничность затуманили тебе разум. Ты сам отрекся от любви и от дружбы. А она ведь тебя простила бы, если бы была живой… — с болью в голосе прошептал Безумец.

— Замолчи, не смей о ней говорить! — рыкнул темноокий мужчина.

Вот его слабость. Образ его единственной возлюбленной яркой вспышкой появился в его голове. Она так прекрасна и искренне ему всегда улыбалась. Она была светла и непорочна, будто спустившийся ангел на грешную землю. Чувства нахлынули мощной волной на Озэму. Как он смог её забыть? Как? Его окружили подчинённые тени. Тени людей, которых он убил. Сотни. Для достижения своих целей.

«… Воля беспрекословно слушается своего хозяина и может исполнить любой приказ. Сама Воля не имеет облика. Она может перевоплощаться в любой материальный или нематериальный объект, но если сам хозяин усомнится в себе, то его собственная тень его поглотит…»

— Нет, Озэму, — Цуцуми из последних сил бежал к нему, но демонические сущности, а, точнее, души умерших, потащили его на дно моря. Озэму смог схватиться за край крыши. Сакамото приземлился на колени и протянул руку. Не хватало ещё каких-то несчастных миллиметров, чтобы схватить его за руку. Сущности потянули вниз, и Нара разомкнул свои пальцы, не давая спасти себя. Он сделал свой выбор. Сакамото истошно кричал, но его друг всё также смотрел на него пустым взглядом. Он давно умер. Умер в тот день, когда подчинил свою тень. Такова цена за данную силу.

Цуцуми обессилено рухнул на землю, теряя сознание.

***


«О, Ками, чего так голова раскалывается, будто я осушил несколько литров саке».

Сакамото начал приходить в себя, уже лежа на больничной койке. Открыв опухшие веки, мужчина перед собой увидел лицо девушки.

— Неужели я попал в рай? Что за очаровательная нимфа смотрит на меня? — удовлетворённо простонал больной.

— Сакамото-сан, как вы себя чувствуете? — с улыбкой на устах спросила девушка.

— Плохо, но твой поцелуй исцелит меня, Вишенка, — Сакамото вытянул в трубочку свои тонкие губы для сладостного и целомудренного поцелуя.

Сакура вся раскраснелась и отпрянула от мужчины.

— Если он умудряется в таком состоянии шутить, то с ним всё просто замечательно. Ами, — обратилась к медсестре Цунаде, — можешь идти: господину Сакамото больше не нужно обезболивающие, — язвительно произнесла Принцесса Слизней.

— Цуна, ну, за что ты так жестоко со мной? — проскулил Великий Безумец.

Та ничего не ответила и, подозвав к себе свою ученицу, направилась к выходу. Но её остановил вопрос Сакамото:

— Как я попал сюда? — тихо спросил мужчина.

Цунаде хмыкнула и с лёгкой ухмылкой ответила:

— Подчинённые не могли оставить своего недалёкого капитана.

— Вот как, — усмехнулся он.

Дверь закрылась — и в палате наступила тишина. Только весенний ветерок игриво колыхал свежие лилии, которые кто-то недавно принёс.

***


Прошло две недели после той миссии. Уже конец марта. Снег полностью растаял. Всё вокруг начало оживать: молоденькая сочно-зелёная трава покрыла когда-то коричневые поля; деревья уже готовы распустить свою листву и нежно-розовые лепестки сакуры усыпали всю округу. Воздух был пропитан свежестью, ароматом сочной листвы и полевых цветов.

Учиха всё это время лежал в больнице, которая порядком его начала раздражать. Странное желание пронеслось у него в голове — сесть на ветку дерева и наблюдать за пробуждением природы. Смотреть на облака и представлять себя вольной птицей, которая мощными крыльями рассекает воздух и гордо смотрит на всех свысока.

Как только он оправится, да и сам адвокат, то снова будет судебное разбирательство. Тут уже точно решится его судьба.

Каге прибыли в Коноху на третьей неделе, как раз когда начался праздник Ханами, и на следующий день состоялся суд.

Все сидели за круглым столом и упорно что-то доказывали друг другу. О, здесь стоял оглушительный шум, а зачинщиком его стал уважаемый Райкаге-сама, который не хотел подписывать амнистию Учихе, так как он не мог простить его за то покушение на его брата. Но Сакамото, выслушав часовой балаган, начал говорить такие вещи, что всем стало как-то неуютно находиться в данной комнате. Цуцуми был «языкастым» адвокатом. Он припомнил каждому Каге о их скелетах в шкафу. Его бесило, что большая часть этих упырей считали Саске ужасным человеком, хотя это просто глупый мальчишка. Сакамото припомнил им всем их прошлое: как Райкаге хотел выкрасть у Конохи, да и у других Стран, важные свитки с запретными техниками, как Тсучикаге разжигал конфликты между Странами или то, что Казекаге в прошлом был человеком по локоть в крови. Также Наруто внёс свою лепту. Он тактично всем напомнил, что без Учихи они бы не выиграли войну и что сам бы Рикудо Санин не дал бы ему такую силу — тут конечно он приукрасил — если бы Саске был ужасным человеком. В конце жарких споров Шестой Хокаге заверил всех, что теперь он полностью отвечает за действия последнего представителя клана.

На закате дня амнистия была подписана.

***


Саске шел по узкой тропинке, которая вела на могилы его семьи. Он шёл медленно, наблюдая за быстрыми передвижениями белых облаков. На его лице отражалось некое умиротворение и облегчение. Подойдя ближе к надгробным плитам, брюнет увидел знакомый силуэт мужчины. Тот держал в одной руке белые лилии, а второй рукой сделал глубокую затяжку, выпуская дым. Учиха поравнялся с ним, но ни одного слова не проронил. Так они стояли в молчании, пока…

— Микото любила цветы, особенно лилии, — шёпотом произнёс Сакамото, кладя белые цветы.

— Знаю… — отрешённо ответил Саске.

У него много вопросов появилось к этому человеку, о существовании которого он даже и не знал. Но то, как он на суде рассказывал про его клан и про его отца… Хотелось расспросить его с пристрастиями.

— Знаешь, Фугаку гордился своими сыновьями, даже и сейчас гордится, — он склонил голову вниз и снова затянулся. — Пусть Фугаку и суровый в воспитании, Саске, но поверь: это он делал, чтобы вырастить из вас достойных наследников, а не шиноби. Все его поступки были ради семьи и клана. Он никогда не думал о себе. Семья для него была всегда на первом месте.

Саске внимательно слушал своего собеседника, и его глаза стали постепенно по-другому смотреть на вещи.

— Благодаря ему, я смог выбрать правильный путь… — Сакамото выкинул окурок и засунул руки в карманы, посмотрев вдаль. — Чем планируешь заняться?

— Отправлюсь в путешествие, — спокойно ответил Саске. Он уже не раз думал, что ему делать после того, как его освободили.

Знаете, есть такие моменты, когда мы точно знаем, что нам делать дальше. Хоть мы и не догадываемся, к чему это решение нас в итоге приведёт, но мы почему-то убеждены, что так должно и быть. Так и произошло с Саске. Он не хотел оставаться в деревне, так как душа рвалась на волю. Там, в потемках измученной души, засела навязчивая мысль о том, что ему надо увидеть мир по-иному. Ему надо разобраться в себе, простить себя и брата до конца.

Цуцуми одобрительно кивнул.

— Это замечательно, — мужчина положил свою широкую ладонь на плечо юноши и по-отцовски похлопал, при этом лукаво на него посмотрев. — Ну, если во время путешествия будет желание заскочить к дядюшке Сакамото, то приходи в мою деревеньку. Там мы с тобой за бутылочкой саке поговорим обо всём. Я тебе много чего могу рассказать про молодость твоего отца, особенно как он ухлестывал за твоей мамой. Это надо было видеть! — заливисто засмеялся мужчина. — Ну, и, конечно же, познакомлю тебя с очаровательными невестами… — подмигнув, Цуцуми развернулся и пошёл прочь.

Саске лишь усмехнулся. Да, он обязательно зайдет к этому старому плуту не для выбора невесты, а для того, чтобы узнать побольше про свою семью и клан. Юный Учиха, смотря на бетонные плиты, больше не чувствовал той жгучей боли, так как он стал понимать, что прошлое не вернуть…

***


Шикамару лениво потянулся и широко зевнул. О, как же прекрасно ничего не делать! Просто лежать и смотреть на весеннее солнце. Красота! Но перед законным отдыхом Шикамару узнал про биографию Озэму Нара. Будучи подростком, он выделялся среди гениев клана своими слишком высокими умственными способностями. После его пригласили на службу к феодалу Страны Огня, и он согласился. В течение времени, по неизвестным причинам, он поменял фамилию, что означало отречение от клана. После он стал Верховным Судьей.

— Отдыхаешь? — насмешливо спросил незнакомец.

Нара приоткрыл левый глаз и увидел руку, которая ему что-то просовывает.

— Да, Сакамото-сан, отдыхаю, — вяло ответил парень.

Мужчина лишь усмехнулся и сел рядом с Шикамару. Этот парень так напоминал Озэму, но только не своей ленью. Нара задал один единственный вопрос, не отрывая своего взгляда от белых сгустков водяного пара, которые быстро меняли свою форму.

— Что за человек этот Озэму?

Сакамото как-то вымученно вздохнул, но всё же ответил.

— Гений, который сошёл с ума от своего дара.

Нара лишь задумчиво выдохнул.

«Гений, значит».

— Держи, — Сакамото протянул ему свиток. — Я думаю, что это должно храниться на своём месте.

Шикамару приподнялся на локтях и принял свиток с той ужасной техникой «Подчинение своей тени».

—Ну, что же, мне пора отправляться в путь, поэтому прощай юный гений, — Сакамото улыбнулся и протянул руку для рукопожатия.

Шикамару ухмыльнулся и ответил на этот прощальный жест, при этом сказав:

— Лучше быть глупцом, чем гением…

— И кстати о глупцах: передавай Наруто Узумаки привет от меня и скажи, что я жду его в логове разврата и алкоголя, — мужчина расхохотался, вспоминая их встречу и поход в бар. — Парень далеко пойдёт, — как-то задумчиво он протянул последнюю фразу.

Пусть парень не так и уж умен, как Шикамару, но в нём есть что-то, что придает силы и веру в светлое будущее. Шикамару лишь кивнул.

***


Жители Конохи праздновали день Ханами. Люди устраивали пикники в парке, в садах и наблюдали за цветением вишни. К вечеру деревня горела разными огоньками. Торговые улочки были забиты разными вкусностями и сувенирами. Уличные музыканты играли традиционные песни, около которых собрались ребятишки, пританцовывая. Девушки нарядились в красочные юкаты, что от такой красоты никто не мог устоять.

Только один человек не разделял такого праздничного настроения — Учиха Саске. Он лежал на кровати и буравил потолок уже несколько часов. Он всё никак не мог уснуть, так как везде были слышны раздражающая музыка, раздражающий смех парочек. Разве это не давало ему заснуть? Или дело не в этом? Парень весь день основательно приготавливался к путешествию: сообщил об этом Какаши и Наруто, которые не возражали. Но Хатаке сказал, что всё равно завтра проводит его. Учиха лишь мысленно закатил глаза, прекрасно понимая, что без нравоучений его бывший наставник не мог обойтись. Да и Узумаки всё равно прибежит завтра.

Закупился нужными вещами для странствия. Вроде бы всё… Хотя он всё ещё не смог сообщить о своих намерениях одному члену бывшей команды номер семь. Саске не хотел ей говорить, так как девушка вряд ли его поймёт и снова будет гнуть свою любовную линию, на которую Учихе безразлично, наверное… Но всё же промолчать будет лишком несправедливо к ней, так как она не чужой человек. Саске ворочался на кровати, как ужаленный. Наматывал круги по комнате, пока ему это не надоело. В итоге наплевав на всё, он открыл окно и спрыгнул вниз.

Учиха шёл по оживлённым улочкам и выискивал розоволосую макушку в толпе раздражающих его людей. Он знал, что девушка ни за что не пропустит этот праздник, значит, она где-то рядом.

— Ты кого-то ищешь, теме? — ехидно шепнул Наруто на ухо брюнету, будто из-под земли вырос.

— Узумаки, — прорычал утробно Учиха.

Узумаки над ним открыто издевался, так как он знал, кого ищет Саске. Учиха хотел уже дать увесистый подзатыльник блондину, но, развернувшись, увидел отдаляющую фигуру друга, который прокричал на всю округу.

— Сакура-чан около водопада, теме, — Саске лишь раздражённо посмотрел на Узумаки, так как люди, слыша это, начали перешептываться.

Наруто лишь блаженно расплылся в шкодливой улыбке, так как надо было же немного отомстить этой выскочке за его пылающий эгоизм и высокомерие.

***


Девушка сидела на траве около обрыва водопада. Это место открывало отличный вид на фейерверки и на ночную деревню, которая светилась от разнообразных фонарей. Девушка согнула ноги и прижала их к себе, положив подбородок на колени. Сакура не могла спокойно наслаждаться праздником, так как в груди появилось странное чувство…

«Как тогда, когда он покидал деревню…» — Харуно помотала головой, чтобы избавиться от этого чувства. Девушка не видела его после суда, так как не хотела ему докучать. Ведь Учихе и так сложно жить в деревне: не жить — приспособиться.

Нехорошее предчувствие сегодня целый день её преследовало, поэтому всё валилось из рук: то девушка кружку разбила, то ручку сломала, и эта вещица заляпала все документы, то короткие волосы не хотели укладываться. Но и без замудренной укладки девушка выглядела как прекрасный цветок. Она была одета в белую юкату, на которой были размещены розовые цветы, и тонкую талию обхватил широкий красный пояс. Начался салют — и девушка зачаровано смотрела за разноцветными вспышками. Саске подошёл к ней бесшумно и не решился отвлекать Сакуру от созерцания салюта. В её изумрудных глазах отражались эти пестрые огоньки, а на устах была детская улыбка.

Но Сакура резко встрепенулась, так как почувствовала, что кто-то находился около её спины. Повернув свою голову, она встретилась с безразличным взглядом брюнета. Учиха сел рядом, даже слишком рядом, что от этого сердце девушки стало учащенно биться, будто скоро вылетит из грудной клетки. Непозволительная близость. Сакура отвела свой взгляд и стала рассматривать травинку около её ступней. Она так пристально глядела на неё, словно и вправду ей было интересно. Учиха тяжело выдохнул — и кровь резко прилила в её голову, что в ушах стало шумно от быстрой циркуляции лейкоцитов.

«Почему я так волнуюсь?» — куноичи судорожно пыталась зацепиться за другую мысль, чтобы успокоиться.

— Сакура, — было произнесено слишком спокойно, — завтра я покидаю Коноху.

Её лицо слишком сильно побледнело, в горле пересохло, а сердце больно сжалось. Она же предчувствовала всё это, но отказывалась до последнего верить. Хотелось закричать, накинуться на него и не отпускать, но она лишь сидела на зелёной траве и смотрела на высокую и одинокую травинку, которая колыхалась на ветру. Но всё же, взяв в себя руки, Сакура решительно настроилась узнать, почему он покидает деревню… Но его след уже простыл. Стало невыносимо обидно, что он даже не удосужился поговорить с ней по-человечески. Учиха сказал всё это, будто сделал ей одолжение…

Неужели она так его раздражает?

Она пришла домой за полночь, вся заплаканная, и легла в своей новой юкате на кровать. Только наутро, когда лучики весеннего солнца стали пробираться через ночные шторы, Сакура смогла немного поспать. Через час она, быстро одевшись, пулей вылетела на улицу, чтобы всё выведать у него. Он обязан ей хоть что-то сказать! Подбегая к главным воротам, Харуно увидела сенсея и Учиху. Девушка остановилась и перевела дыхание, потом спокойно пошла к ним. Она довольно хорошо контролировала свои эмоции.

—… ну… Я буду честен с тобой, — Какаши ещё раз решил повторить: почему же освободили Саске. — Сейчас бы ты остался в той тюрьме. Но тебе дали свободу по одной лишь причине — разрушение Цукиеми, — Хатаке довольно серьёзным тоном говорил. — И также ты должен поблагодарить Наруто и Сакамото-сана, ну, и я немножко помог. Так что прими это спокойно и не показывай своё недовольство, ведь я теперь буду отвечать за тебя головой.

— Да, прости… — Учиха и вправду начала душить такая штука, доселе ему неизвестная, как совесть.

Сакура взволнованно посмотрела на Саске. И непроизвольно с её обкусанных губ слетел вопрос.

— Ты уже уходишь? Цунаде-сама вот-вот закончит твою протезную руку из клеток Хаширамы… — как же не хотелось его отпускать.

— Я хочу увидеть мир по-новому… — Саске перебил её. Раз она пришла, то пускай знает причину его ухода. — Если я упущу шанс сейчас, то другого не будет, и есть вещи, которые меня беспокоят…

Девушка смущённо опустила глаза, и её щёчки слегка покраснели, ведь то, что она ему предложит… Это её последний шанс…

— Что… — прикусив внутреннюю сторону щеки, она отвела взгляд в сторону. — Что… Можно мне пойти с тобой?

Учиха лишь устало выдохнул, при этом подумав, что надо было вчера ей всё рассказать. По-человечески поговорить.

— Это мой путь — ты не должна идти со мной…

«Вот почему…»

Сакура взмахнула своими длинными ресницами и искреннее улыбнулась.

— Саске-кун, я всё понимаю, поэтому береги себя, — Харуно скрестила за спиной руки и также продолжала лучезарно улыбаться, так как именно сейчас она хотела поддержать его в такой нелёгкий час. Учиха немного удивился: всё-таки парень никак не ожидал от неё понимания и поддержки. Саске поддался какому-то неизвестному ему порыву чувств и приблизился к девушке. Та удивлённо на него посмотрела.

— Как-нибудь в другой раз, — парень тыкнул двумя пальцами в её лобик и слегка улыбнулся.

Сакура прикоснулась к тому месту, где только что её коснулся Саске, и вновь заулыбалась.

«Я буду ждать тебя Саске-кун. Я верю тебе и в тебя…»

…Он получил свыше последний шанс на новую жизнь, который он не упустит. Он будет держаться за него до последнего вздоха.

Она получила шанс на новую надежду, которая делает её сильнее днём за днём. Она не даст ей погаснуть.
Утверждено Evgenya
nastawedina4481
Фанфик опубликован 19 ноября 2016 года в 17:23 пользователем nastawedina4481.
За это время его прочитали 257 раз и оставили 0 комментариев.