Статья про нового персонажа из 3 сезона Наруто - Боруто Узумаки

Игра слов

Категория: Дарк
Конденсат, осевший за время купания везде где только можно, стал медленно собираться в капли, стекать с гладких вертикальных поверхностей, прячась в темных впадинках плиточных швов. Синтетическая ткань плохо стирает влагу с распаренной кожи: мягкий ворс смахивает бисеринки капель, но не впитывает. Изъеденный молниевидными тонкими трещинами кафель под ногами режет мозолистую корку ороговевшей кожи стоп. Запотевшее зеркало исполосовано змееподобными влажными дорожками.

Конан потянулась рукой с целью протереть атласную поверхность, но тут же одернула руку. Только сейчас она заметила, что изменилась: некогда мягкие розоватые пальчики - сплошь рубцы, мозоли, плотная сероватая корка; локти - темные, шершавые, что хоть стружку снимай; на землистого оттенка мутном пятне в запотевшей серебристой глади отчетливо выделяются блеклые янтарные блюдца - глаза, только их дымчатость уже давно не игра водянистых частиц. Завернувшись в пропахшее оружейной смазкой и яблоками жесткое от застиранности большое полотенце, девушка вышла.

Чистую кожу неприятно стягивало от плохо вымывающегося дешевого мыла. Короткие потемневшие от влаги волосы липли на лицо и шею. И все же это было блаженство.

На последней миссии в Стране Ветра было не до мытья: приходилось целую неделю торчать в заброшенной деревне, где ничего, кроме крыс, из съестного не было. Единственная задача: выжить в эти несколько дней и поймать ублюдка, который в какой-то из них должен был пожаловать. Но это ничто по сравнению с тем, что ей пришлось пережить во время первой миссии.

Конан нервно дернула плечом при воспоминаниях о выпотрошенных распятых на покосившихся заборах тушках мирных жителей. Ей пришлось это сделать. Она должна была. В одну жалкую ночь она сломала себя. А, может, и победила. Хаюми до сих пор помнит скрежет металла о кость; судорожное подергивание конечностей вперемешку с криками и неприятным хлюпающим звуком - мужчина захлебывался собственною кровью; тремор в руках, вязкую кисловатую слюну во рту; "чавкание" кромсаемой плоти, вывалившиеся из распоротых животов канаты кишок и сизо-бурые слизкие органы.

- Месть, - девушка просмаковала слово так, точно пробовала на вкус: такое красивое и пафосное. Конан вымученно улыбнулась, заваливаясь на смятые простыни, морщась от боли в пояснице. Застудила? Возможно. Месть... Такое интересное, красивое, бударажещее кровь... слово. Говорят, что самые ужасные моменты в своей жизни помнишь детально, никогда не забудешь. Это не так. Все постепенно уляжется. Человек ко всему привыкает.

Да, Хаюми пришлось быть орудием мести: жалкий старикашка, некогда изгнанный из этого самого селения, решил отомстить.

А послали на задание именно ее. Нет, не только ее - с ней был тот странный мужчина. Грубый, насмешливый, он стоял в сторонке, когда она убивала, когда сквозь рыдания рвала плоть, и, казалось, вот-вот захлебнется в чужой крови. Он стоял. Он улыбался, но не насмешливо, как это было во время их пути, а тепло, почти по-отчески. Он стоял, облокотившись о покореженный изъеденный глубокими рытвинами древесный ствол.

Но один раз он шевельнулся: быстрое движение, и утянутая темно-синими с лиловым жгутами вен лапища размозжила голову неудачливому защитнику родины, подкравшемуся сзади с лопатой. И вновь матерая фигура скрывается под тенью раскидистой кроны. И он вновь просто стоял.

Она ломала себя - он стоял и улыбался.

Конан помнит, как, вонзив кунай в последнего дергающегося в предсмертных конвульсиях селянина, упала на колени. Плечи вздрагивали в такт беззвучным рыданиям. Огромная шершавая ладонь легла на лопатку, закрывая едва ли не четверть спины. Хаюми только в тот момент поняла, как холодно было в ту ночь: окоченевшие пальцы отказывались сгибаться, тело содрогалось уже не только от рыданий и истеричного тремора, но и от банального покалывания мороза. Тонкий плащик не грел.

- Я сломала себя? - идиотский вопрос - все что смогло сорваться с упрямо сопротивляющихся дрожи губ. Она не должна показывать, что сломалась, не должна выглядеть жалко. Ведь то, что она сделала - шаг вперед, к миру. Ведь так? Хотя это бред, но люди верят в то, во что хотят верить. Вот и Конан хочет верить. И она верит. Верит в то, что, уничтожив мирное селение, принесла лишь мизерную жертву на алтарь победы над злом, болью и ненавистью.

- Победила, - сзади раздалось какое-то шуршание, и на голову ей неопрятно упала шерстяная вязаная материя. Стянув ее вниз, девушка обнаружила большой черный свитер. Он пах лососем и сыростью. Недолго думая, девушка натянула его поверх замаранного плаща. Согревать материя еще не начала, но холод поступать перестал. Только в ту минуту до нее дошел смысл слов напарника. Победила? Да, наверное победила. Так звучит приятнее, все же сила слова велика. Подумаешь? Какая разница между "сломала" и "победила"? Но от второго стало легче. Конан нравится так думать. Победила. Такое красивое и пафосное слово. Победила. И Хаюми верит в это слово. Так легче жить: подбирать слова так, чтобы не поехала крыша, чтобы осталось еще внутри еще что-то теплое, человеческое, - Ты ведь, разумеется не прихватила с собой из теплой одежды? - риторически вопрошая, Хашигаке указал подбородком на свитер, - Ниндзя, - фыркнул мужчина, заметив удивленный взгляд девушки.

Привал они устроили, отойдя примерно на километр от злосчастной деревушки. Кисаме понимал, что для девушки значила эта резня, и Хаюми была ему благодарна за это. Благодарна за то, что он молчал. За то, что всю ту оставшуюся ночь тишину нарушали лишь скрежет металла о точильный камень и мерное потрескивание хвороста в костре.

Конан вымученно улыбается невзрачным мыслям, но тут же морщится. В носу свербит от запаха сырости, источаемого простынями. Наволочка подушки пропиталась влагой с волос и теперь противно холодила шею и лопатки. Куноичи привстала на локтях, едва не застонав от режущей боли чуть выше тазобедренной кости, в области почек - точно застудила. Встав с жесткого ложа и распрямив плечи, она попыталась высушить волосы полотенцем, но все тщетно - то промокло насквозь и лишь усугубляло ситуацию. "Забив" на это неблагодарное дело, девушка натянула мешковатые бриджи и свободную серую рубашку.

Хлопковая ткань проскрипела, натягиваемая на влажное тело. Рядом с дубовой дверью раздались шаги, и девушка, втаскивая одну ногу в штанину, попыталась быстро сложить все ненужное в сумку. Рука добралась до лака для ногтей, когда насквозь проржавевшие петли надрывно взвыли. Пальцы тут же отдернулись от небольшого флакончика.

- Вечно возишься, - вздохнул вошедший. Громоздкая фигура прошла в затхлое помещение. Хаюми схватила стеклянный сосуд и присела, откручивая белую ручку. Пришлось поднапрячься - засохшая корка лака не хотела ломаться. К запаху плесени примешался еще более едкий: аммиака и ацетона. Горло немного запершило.

Времени стирать прошлый слой уже не осталось - в последнее время их просто завалили миссиями. Времени на отдых даже не было. Но Конан не возмущалась, ведь это же мизерная жертва на алтарь мира и добра, не так ли? Уже слишком поздно отступать. Осталось лишь продолжать жить в мире иллюзий и лжи. Жить там, где все всегда правильно.

Хашигаки присел на край жесткого матраса. Девушка стала покрывать ногтевые пластины лоснящейся темной субстанцией. Она легко выдерживала внимательный испытующий взгляд напарника - привыкла.

Да, Хаюми давно привыкла к этой массивной тушке, что вечно себе на уме. Привыкла к неприятному шуршащему звуку, когда после пары дней в миссии мужчина трет тяжелый подбородок, что весь в поросли жесткой щетины.

Привыкла засыпать на вздымающейся груди, слыша буханье сердца в такт кровотоку. Нет, у них не было той любви, когда сжигаемые страстью пытаются упиться друг другом. Нет, эта пыла просто тихая нежность, и действительно спокойные ночи. Это было понимание с полуслова, полувзгляда. Это была трепетная вера друг в друга, заставляющая жить.

Хошигаке после миссий всегда ходил в бордель - не хотел срываться на девочке. Конан это знала и понимала. Хаюми была благодарна за спокойные ночи, когда они вдвоем после задания отсыпались, а потом неспешно хлопотали то по хозяйству, то собираясь в очередной путь.

Но больше всего на свете она любила те редкие вечера, когда они просто сидели в своей однокомнатной квартире. Девушка лежала на твердых коленях убийцы, а он мирненько вязал очередную вещицу. Лицо щекотала ворсистая нить, то и дело задевая то щеку то нос, но девушка продолжала так лежать. Об этом его увлечении знала только Конан и больше никто.

Только с ней он мог становиться самим собой: большим и страшным добряком, пусть с жабрами на лице и теле, пусть по локоть в незримой крови, но таким теплым и домашним, что с ним можно жизнь под одной крышей прожить.

Они оба тихо мечтали податься в отшельники и вместе встретить старость у берега какого-нибудь небольшого озерца в небольшом тихом домике. Но они продолжили ходить на задания. Продолжали убивать. И будут это делать всегда, ведь это просто мизерная жертва на алтарь мира, добра и справедливости, не так ли?
Утверждено Nern
МоРоШШко
Фанфик опубликован 30 марта 2014 года в 18:50 пользователем МоРоШШко.
За это время его прочитали 614 раз и оставили 2 комментария.
0
Evgenya добавил(а) этот комментарий 02 апреля 2014 в 21:37 #1
Evgenya
Здравствуйте, автор.
Ваша работа показалась мне очень интересной. Начиная от выбора названия до основной мысли.
Пара Кисаме/Конан была для меня неожиданностью, что еще больше подогрело интерес к фику. Она стала эким экзотичным пейрингом в Наруто.
Конан всегда думала, что делает все во время добра и справедливости. Она считала правильным путь, по которому шла. Даже когда сомневалась, откидывала эти мысли в сторону, все веря в свои убеждения. И это достойно похвалы. Такой характер героини я проследила в вашей работе.
Кисаме работает в паре с Конан. По его поведению можно судить, что он чувствует превосходство над девушкой, как в плане возраста, так и техник, и характера. Он может упрекать ее в чем-либо, но когда надо промолчит, тихо наслаждаясь ее деяниями и чувствуя некую гордость за куноичи. В их отношениях нет страсти, которая сносит людям крышу. «Тихая нежность» как вы сказали, подходит им куда больше, нежели безудержное желание иметь друг друга. Это поддерживает их психологически, духовно. Так они не чувствуют себя одинокими. Эта связь и вера в друг друга возможно даже является частью смысла жизни.
Красивая зарисовка получилась. Дни из жизни героев. Вы показали все. И в работе, наедине. Выразили отношение друг к другу. Красиво все это описание. Но все же были недочеты, которые отвлекали и портили работу.
/ янтарные блюдца/ Вы хоть представили себе такое. Я в это время представляла суженный взгляд уставших глаз, но никак не удивление или шок, которые описываются такой метафорой.
/ тушках мирных жителей/ Ну, ей Богу, некрасиво. Если вы хотели этим показать ничтожность этих людей, то могли выбрать что-нибудь повыразительней и корректней.
/ массивной тушке/ И вот опять.
Так же встретила несколько пунктуационных ошибок. Доработайте фик.
В общем, работа понравилась и оставила приятное впечатление. Удачи вам в творчестве! Совершенствуйтесь!
С уважением, Женя.
0
МоРоШШко добавил(а) этот комментарий 02 апреля 2014 в 22:44 #2
МоРоШШко
Здравствуйте, Evgenya. Спасибо огромное за комментарий, а также примите отдельно мою благодарность за критику, ибо для меня, как для начинающего фанфикера, это очень важно. Я учту все вышеперечисленное вами и по свободе доработаю. Еще раз спасибо.

С уважением, МоРоШШко.