Шиноби
Наруто Клан Фанфики по Наруто Триллер/Детектив Чувства, которые не остывают. Глава VI: Пустые слова

Чувства, которые не остывают. Глава VI: Пустые слова

Категория: Триллер/Детектив
Чувства, которые не остывают. Глава VI: Пустые слова
Название: Чувства, которые не остывают. Глава VI: Пустые слова
Автор: Elasadzh, To_mas
Фэндом: Наруто
Дисклеймер: Кисимото
Жанр(ы): Гет, Романтика, Ангст, Драма, Детектив, Психология, Даркфик, Hurt/comfort, AU, ER
Персонажи: Саске/Сакура - основной, Итачи/Сакура - второстепенный, Наруто, Хината, Неджи, убийца(маньяк); остальные
Рейтинг: NC-17
Предупреждение(я): Смерть персонажа, OOC, Насилие, Нецензурная лексика
Размер: Макси
Статус: В процессе
Размещение: Фикбук
Содержание: Ненависть, дружба, любовь — что из этого можно отнести к чувствам, которые никогда не исчерпают себя и не остановятся ни перед какими испытаниями? А если этим испытанием окажется дело о неуловимом и серийном убийце? Ведь чувства не могут остыть так же быстро, как мёртвая плоть.
The missing piece I yearn to find
So close
Please clear the anguish from my mind
So close
But when truth of you comes clear
So close
I wish my life had never come here
So close

Недостающий кусочек головоломки, что я мечтаю найти,
Уже так близко.
Прошу, очисть мои мысли от боли,
Что так близка.
Когда твоё истинное лицо почти
Становится явным,
Хотелось бы мне никогда не приближаться
Так близко.

Ólafur Arnalds feat. Arnór Dan — So Close


На цыпочках, Харуно как можно тише подошла к двери, смотря через глазок, чтобы подтвердить свои догадки. И, действительно, на лестничной площадке оказался Итачи, сложивший руки за спиной. Сакура опасливо обернулась на Саске, встречая в его взоре понимание. Младший из братьев, создавая еле различимую возню, скрылся из коридора.

В квартире же надоедливый звон раздался вновь, и в этот же момент у Сакуры в голове загорелось подобие лампочки. Так как Саске не дурак и найдёт, куда спрятаться, ведь ему тоже не нужны лишние проблемы, Харуно придумала отличную отговорку для своего внешнего вида. Всё на тех же цыпочках она отошла от порога подальше, чтобы довольно громко воскликнуть:

— Минуточку!

И направилась в ванную. Быстрыми движениями избавляя себя от вещей, закидывая их в корзину для грязного белья и закутываясь в просторный халат, который обычно Сакура надевала после банных процедур, она скрутила на голове тюрбан из полотенца, пряча под него сухие волосы, ополоснула лицо, чтобы оно блестело от влаги, и, слегка торопливыми шагами, дабы Итачи услышал, вернулась к двери, отворяя её.

— Привет, — поздоровалась она, пропуская мужчину в прихожую. — Ты опять выдернул меня из душа. Только в этот раз я не успела закончить.

Харуно решила, что, если Саске подведёт её, братья смогут разобраться и без неё. А ей самой лучше избежать присутствия при выяснении отношений между ними. Лишь бы квартиру ей не разнесли.

— Ничего страшного. Я подожду, если ты не против, — сказал Итачи, разуваясь. — Кстати, это тебе. — Он протянул ей букет из разноцветных гербер. — Для поднятия настроения.

— Спасибо, — Харуно поблагодарила его и дежурно чмокнула в щёку. — Поставишь сам?

— Конечно, — ослабив галстук, ответил Итачи.

Сакура заперлась в ванной, пока он приносил из гостиной вазу. Расположив цветы посреди стола, Учиха включил настенный телевизор, скучающе пролистывая каналы. Он-то надеялся, что девушка встретит его более тепло и сердечно. Но она просто спряталась, наверное, избегая неприятной беседы. И Итачи осознавал, что виноват в этом сам. Он фактически воспользовался Сакурой для удовлетворения своего либидо, а после позорно оставил её в одиночестве, толком не объяснившись.

Это из-за стресса. По крайней мере, Итачи пытался так себя утешить. Маньяк, которого Саске до сих пор не мог поймать, определённо нервировал всё их полицейское отделение. Младший брат стал чересчур раздражительным и не желал ни с кем искать общий язык, вечно пререкаясь и теряя свою сноровку. Итачи однажды испытывал это на себе. Во времена, когда он был детективом, ему попадалось очень сложное и запутанное дело, требующее изучения колоссального объёма информации для поимки преступника. Но Итачи с ним справился. Справится и Саске. Затем и прекратится его содействие с Сакурой, что обязательно положительно скажется на её эмоциях, как это и было до совместной работы с её бывшим одноклассником.

Отложив пульт подальше, Учиха остановился на новостных выпусках. Он был доволен, что расследование однотипных убийств ещё не превратилось в достояние общественности, хотя у горожан уже возникали обоснованные подозрения и беспокойство. Наверное, зря Итачи об этом вспомнил, так как через пару мгновений, по закону подлости, ему позвонили для обсуждения этой темы. Лёгким касанием пальца Учиха снял трубку.

— Да? — выдохнул он.

— Обойдёмся без предисловий, — интонация была грубой и серьёзной. — Ты же знаешь, что ваш маньяк ещё с прошлого трупа привлёк внимание ФБР. И я хочу услышать хоть одну новую причину, по которой должен уговаривать их подождать с вмешательством. Что скажешь, Итачи?

— Когда Саске отчитывался мне в последний раз, у него не было зацепок, — не соврал он.

— Тогда поведай мне, Итачи, как ты умудряешься управлять целым участком, если не можешь совладать со своим младшим братом и нормально проконтролировать ход его дела? — пассивно-агрессивный тон нагнетал.

— Не дави на меня, Мадара, — как можно спокойнее обратился Итачи. — В твоих же интересах отложить визит ФБРщиков. Не я придумал весь этот фарс с авторитетом Учих. По данной части ты у нас главный.

— Естественно. Если ты не уважаешь себя, то это не даёт тебе право позорить моё имя, — парировали на той стороне провода. — В общем, я тебя предупредил. К моим советам скоро перестанут прислушиваться, потому что я не могу приказывать людям из совершенно другого отдела. Как только появится новая жертва, у тебя будет два варианта на выбор: либо передача материалов в ФБР, либо публичная огласка. До связи.

Мадара сбросил. Итачи засунул телефон обратно в карман, массируя переносицу. Не возьмётся же он за расследование сам, чтобы удовлетворить родственничка. Тот хоть на расстоянии, а Саске, которого приходится видеть каждый день, никогда это не простит. И почему всё так сложно? Лишь Сакура тешила его своей ненавязчивостью. Итачи был счастлив, что она не имела к нему претензий по поводу их топчущихся на месте отношений. Видимо, Харуно разделяла его позицию о том, что удобство и комфорт превыше всего.

Она как раз вышла из ванной, осматриваясь. Наличия в её квартире Саске не ощущалось: пиджака на полу кухни не было, как и грязной посуды на столе. У Итачи не наблюдалось признаков ревности. Прекрасно, если Сакура не обнаружит детектива в одном из своих шкафов. Незаметно свалить — самое правильное его решение за этот день.

— Ты здесь не скучал? — полюбопытствовала она, кивая на включённый телевизор.

— Нет, всё хорошо, — улыбнулся Итачи. — Посидишь со мной?

— Знаешь, я так устала-а-а, — показательно зевнула Харуно. — Я прилягу, а ты приходи, как поешь.

С чувством дежавю она взяла чистую посуду, чтобы накормить своего молодого человека, как, открыв холодильник, увидела на одной из полок грязную тарелку. Наверное, Саске сунул её куда попало, только бы убрать с глаз. Сакура улыбнулась, разогревая новую порцию отбивной с пюре. Сегодняшний день был слишком абсурден.

— Спасибо, — вымолвил Итачи, когда она поставила перед ним еду. — И сладких снов.

Харуно сделала вид, что адресовала свою улыбку ему, и молча побрела в спальню. Пистолета в кресле не нашлось, а окно было распахнуто, из-за чего колыхались шторы и температура в комнате резко понизилась. Вот, значит, как Саске сбежал. Сакура выглянула на улицу: второй этаж — не так уж и высоко, но и сломать, и подвернуть что-нибудь себе при прыжке можно. Хотя она не сомневалась в физической подготовке младшего Учихи. Усмехнувшись, Харуно закрыла окно.

Расстелив постель, она нырнула под одеяло, согреваясь. Хотелось, чтобы последние несколько часов забылись, словно страшный сон. Истерика полностью опустошила её, и поэтому Сакура скоро уснула.

***


Когда Учиха прятал все улики своего местонахождения в квартире бывшей одноклассницы, в его голове уже созревал план побега. К счастью, Харуно жила на втором этаже, и он был почти уверен, что сбежать не составит труда. Дерьмо! Саске ощущал себя каким-то участником любовного треугольника из сопливого сериала, а ведь побег совсем не входил в изначальный замысел. Похоже, он был слишком самонадеян, полагая, что ему удастся закончить всё куда быстрее и по-человечески выйти через парадную дверь.

Чувствуя гиперболическое унижение от членства в этой любовной драме, где он оказался явно лишним, Саске распахнул окно в спальне вечно доставляющей ему одни проблемы девки. Шум от проезжающих поблизости машин отозвался эхом в его теле, наполненном адреналином. Ему даже на заданиях не приходилось страдать такой хернёй. Хорошо хоть, что в своей физической форме он был уверен.

Осмотревшись, Учиха мгновенно прикинул свои дальнейшие действия, а следом воплотил их в реальность. Взобравшись на подоконник, он, ухватившись за отлично закреплённый карниз, выдерживающий вес Саске, опустил ноги вниз, упираясь носками в кирпичную стену. Через секунду он удачно спрыгнул на землю.

После разговора с Харуно, дабы разобраться с бумагами, что нарыл его напарник об иглах, Учиха вернулся в участок.

— И на каких основаниях ты пропадаешь куда-то во время рабочего дня? — начал Неджи, не успей он даже кабинет за собой закрыть.

— Ты мне начальник? Или, может быть, мамочка-наседка? — парировал Учиха, проходя в глубь помещения, попутно рассматривая кипу неразложенной макулатуры на своей части стола.

— Печально осознавать, что в вашем отделе ещё существуют такие расхлябанные сотрудники. Полагаю, это спускается с рук только авторитетным Учихам, — съехидничал Хьюга.

— А тебе завидно что сотрудники с вашей фамилией только и способны сидеть за дежурной стойкой да в чужих кабинетах ютиться?

Хьюга горделиво промолчал, проглотив колкий ответ от Саске и показательно занявшись делом.

Тишину в помещении разбавил треск алюминия, а следом и шипение только что открытого энергетика. Саске так и не смог поспать хотя бы утром, в отличие от Неджи, который успевал делать это с завидной регулярностью.

С небольшими перерывами на перекур, оба изучали присланные из аптек и больниц отчёты, рассчитывая обнаружить недостачу или подозрительный расход. Эта монотонная работа вместе с бесконечными пререканиями и колкостями так ни к чему их не привела. Они закончили лишь к часу ночи, после чего Саске, хотевший в этот раз обойтись без приключений и наконец отдохнуть, незамедлительно отправился домой.

Спокойной эту дорогу никак нельзя было назвать. Докурив сигарету и выбросив бычок в окно, Учиха всё невнимательнее следил за дорогой. Улицы, дома, едущие впереди машины казались слишком однообразными, точно он перестал различать где реальность, а где постепенно приходящая дрёма. Внезапный, режущий уши звук сигналящего автомобиля вынудил Саске тут же затормозить. Не вылететь вперёд ему позволил лишь ремень безопасности, который со всей силой впился в кожу, образовывая синяк на груди.

Выслушав мат водителя, в которого он чуть не врезался на встречной полосе со скоростью шестьдесят пять миль в час, и отдышавшись, Учиха съехал с дороги.

Солнце нещадно слепило даже сквозь закрытые веки, неустанно пробиваясь через лобовое стекло машины, оставленной где-то на обочине одной из многочисленных улиц города. Саске, пробудившись ото сна и попытавшись пошевелиться, вдруг понял, насколько это было плохой затеей. Боль во всём теле накатывала медленными, жгучими волнами. Зажмурив глаза от мучительных ощущений, он всё же пересилил себя и наклонился ближе к рулю, оглядывая местность и пытаясь вспомнить, как оказался в таком изрядно невыгодном положении.

Резкая боль в груди отозвалась последующими воспоминаниями, давая Учихе понять: он так долго не уделял время здоровому сну, погружаясь с головой в новоприобретённые хлопоты, что чуть не уснул за рулём. Решив немного передохнуть после неслучившейся аварии, Саске припарковался, но в итоге погрузился в долгий сон, ибо уставшему мозгу было уже всё равно на последствия в виде затёкших мышц.

Пока он анализировал свои поступки, попутно разминаясь, мускулы начали понемногу расслабляться. Не теряя времени, Учиха завёл автомобиль, направляясь домой. Его желание принять горячий душ наконец исполнилось. Только вот вода, смешавшаяся с пеной, никак не могла смыть с него это чёртово дело. Новые убийства пока не происходили, и всё, что ему оставалось в данный момент, — опросить свидетелей повторно. Возможно, кто-то что-нибудь добавит в свои показания в иной обстановке. Саске пытался уцепиться за малейший шанс, хоть ему это и виделось бесполезным.

Переодевшись и вернувшись в участок, первым делом он поделился своими идеями с Неджи.

— Откуда такой энтузиазм? Решил реабилитироваться за вчерашнее? — подкинул очередную порцию сарказма Хьюга, доставая из ящика стола какие-то бумаги.

— А у тебя его хоть отбавляй, — уголки губ Саске растянулись в ядовитой ухмылке. — Тебе ведь известно, что, если появится кто-то, готовый свернуть горы, за ним непременно пойдут другие, готовые свернуть ему шею? Так что займись этим, пока я тебя не догнал в свершениях, — добавил Учиха, скрываясь за дверью.

Кому-то — разумеется, не ему, так как он отчаянно нуждался в своей дозе никотина, — нужно обзванивать свидетелей и выслушивать недовольство с нытьём об украденном времени. Саске прогулялся до крыльца полицейского участка, попутно узнав у Хинаты, что Наруто прихватил заветную флэшку с собой и уехал на вызов. Оставалось лишь ждать, когда Узумаки вернётся и сам найдёт Учиху, в чём он не сомневался. Этот болван, если надо, его из-под земли способен достать.

Саске невольно пронаблюдал за паркующимся на стоянке Итачи. Любопытно, что могло заставить шефа приехать на работу так поздно. «Или кто…» — мысленно добавил Саске, замечая, что старший брат не сменил вчерашнюю одежду.

— Долбанная шлюха, — выплюнул он.

Потушив выкуренную сигарету об стену и избавившись от неё, Саске, чтобы не пересечься с Итачи, вновь поднялся в свой кабинет. Как он и думал, Неджи уже составил им расписание на сегодня, согласовав его с вызванными на повторный допрос свидетелями. Учиха постепенно привыкал к тому, как удобно было спихнуть лишние, претившие ему обязанности на напарника, который совсем не возражал. Переместив кипу изученных вчера отчётов в корзину под столом, Саске принялся бесцельно пялиться в материалы дела, сравнивая между собой места преступлений. Два раза ими являлись дома жертв, ещё несколько — подворотни, и единственный — рабочая территория. Все они не имели упорядоченной последовательности, и потому не могли дать подсказку Учихе о характеристке маньяка. Саске не знал, за что ещё ему ухватиться. И, как только он собрался завыть от безделья, к ним прибыли сразу два свидетеля, поэтому они с Неджи разделились, заняв две комнаты для допроса.

Шаблонно проговаривая все стандартные фразы о лжесвидетельствовании, уточняя для записи фамилию, имя, возраст, Учиха старался побыстрее перейти к основному.

— Я работаю помощником фотографа и в ту ночь обнаружил Дейдару в павильоне, среди мусорных баков, куда выбрасывали ненужный… — его слова, сопровождающиеся вечными паузами, перебили.

— Я знаю, что выбрасывают в контейнеры. Более того, мы их все проверили. Расскажите мне лучше поподробнее о том, что делали в момент совершения преступления и какие отношения вас связывали с убитым, — потребовал Саске.

Не хватало ещё растягивать эти увлекательные беседы до ночи. Он сидел в довольно расслабленной позе, держа в руках планшет с исписанными листами и ручку, словно был психологом, вечно делающим пометки. Но это вовсе не означало, что он готов был выслушивать душевные страдания знакомых жертв или случайных прохожих.

— Вы меня в чём-то подозреваете? — не выдержав давящего на ушные перепонки тона Учихи, немного резко спросил Акацучи — так звали этого свидетеля, чья задница была настолько широкой, что Саске стало боязно за предмет мебели, на который тот плюхнулся.

— Я этого не говорил. Поэтому вам необходимо ответить на мои вопросы, чтобы нам не пришлось включать вас в число подозреваемых.

— Да каких ещё подозреваемых?! Меня ничего не связывает с этим жалким наркоманом!

Мужчина треснул своей ручищей по столу, на что Учиха недовольно изогнул бровь. Он изначально не собирался обвинять этого типа, а сейчас так тем более. Слишком несдержанный. К тому же его пот явно остался бы на жертве, потому как он тёк отовсюду, что казалось Учихе омерзительным.

Не заметив никаких телодвижений со стороны Саске, но обратив внимание на заполненные строгостью глаза, которые, непременно, нагоняли на Акацучи страх, он таки продолжил более бесстрастно:

— Я работал только однажды на съёмках с его участием. Могу лишь сказать, что он был неприятным типом, рассеянным. Но зато мнил себя звездой, опираясь на то, что сейчас популярны женоподобные мужчины. Хотя большинство, включая меня, считали его неудачливым латентным гомосексуалистом. Потому как ходили слухи, что он частенько наведывался во всякие бордели, чтобы доказать самому себе тягу к противоположному полу. В ту ночь я и работал с ним. Последнее, что он сказал мне: «Я забыл телефон». Кроме него никто не покидал помещение, так как все были заняты фотосессией. Но куда ему! Он же звезда, может себе позволить отлучиться! Спустя двадцать минут его бросились искать все. Нашёл я, вызвал копов. Больше мне нечего добавить.

— В какие конкретно бордели? — Учиха сделал себе пометку, что неплохо было бы выяснить, не посещали ли другие жертвы те места.

— Да откуда мне знать? Я женатый человек и не хожу по подобным заведениям.

Господи, нашлась женщина, которая не побоялась быть раздавленной этим куском сала? Саске протяжно выдохнул. Ни хрена нового он не узнал, кроме информации о том, кто кого и в какую дырку предпочитал трахать.

— Может, видели кого-то подозрительного?

— Там никого, кроме меня, не было. Говорю же: все занимались съёмками.

— Вам знакомы эти люди?

Учиха разложил на столе фотографии предыдущих жертв. Но, как только свидетель потянулся руками, чтобы посмотреть их поближе, не меняя позы, Саске резко остановил его.

— Не трогайте! Это вещественные доказательства, и они очень важны! — восклицал он.

Учиха самолично придвинул их поближе, считая Акацучи слишком тупым, чтобы догадаться о его вранье. Если он заляпает фото своими жирными пальцами, их придётся просто выбросить на помойку, ведь сам Саске не захочет к ним больше прикасаться.

— Нет, впервые вижу, — помотал головой Акацучи.

Что ж, этот допрос Учиха счёл оконченным. В согласии с совестью, он выпроводил свидетеля, впуская в комнату следующую. И, к счастью Саске, её телосложение было очень даже ничего.

— Анко была моим фитнес-инструктором, но мы никогда не общались близко. Всё время занимали тренировки и руководство по исполнению занятий.

Он специально взял эту девушку, так как ранее с ней контактировал лишь Неджи. Учиха был убеждён: недодетектив что-то упустил. Но чем дольше они беседовали, тем лучше он понимал, что это дохлый номер. Его изрядно начинало напрягать поведение невоспитанной малолетки. Она намеренно села у самого края стола, перекладывая ногу на ногу и не стесняясь коротенькой юбки. Не исключено: причина в фитнесе крылась лишь в том, чтобы открыто показывать свою сексуальность. Саске не знал, на что свидетельница рассчитывала, но, похоже, была не прочь поиграть в «хорошего копа — плохого копа».

— Вы видели кого-нибудь подозрительного рядом с местом преступления? — повторил зазубренную фразу он.

— Ну-у-у… Кажется, когда я увидела её, неподалеку шли парень с девушкой. Я их никогда раньше не встречала. Но, знаете, её тело… — она сделала паузу, утирая наигранные слёзы. — Оно было так хорошо скрыто за углом дома, и если бы я не набрала её, не услышала звонящий телефон… К тому же всё происходило поздним вечером… В общем, я не уверена.

— Вы помните, как они выглядели? — Учиха заметно напрягся, впервые получив что-то новое.

Перемена в нём не ускользнула от озабоченной девицы.

— Если честно, я не могу вспомнить прямо сейчас. Но, если вы заглянете ко мне на неделе, я обязательно что-то вспомню, — она облизнула губы, делая вид, что те пересохли от маленькой сцены со слезами.

Но свидетельница даже не подозревала, как нелепо это выглядело со стороны для того, кого она пыталась соблазнить такими тупыми методами. Саске в который раз поразился её наглым флиртом, как в допросной появился посторонний, что, несомненно, спасло Учиху от ебли взглядов.

— Мы закончили — можете быть свободны, — сухо объявил он, подзывая к себе запыхавшегося Наруто.

— Ты марафон бежал? — проворчал Саске.

Оставшись наедине с Узумаки, он почувствовал облегчение.

— Ты ведь сказал, что это важно! А утром мы так и не встретились, — стараясь отдышаться, пролепетал Наруто, отдавая в протянутую руку флэшку.

— Ради меня ты так нёсся? — еле заметно улыбнулся Учиха.

— Ещё чего! У меня есть дела по важнее, чем твои странные просьбы! — прогалдел офицер и выбежал за дверь, оставляя Саске в одиночестве и давая ему возможность подвести какой-то итог бесполезной болтовни со свидетелями.

Хотя один факт его всё же зацепил — двое непонятных людей, слонявшихся неподалёку. Саске уже строил теорию, что убийц могло быть двое, но он придерживался к мнению об одном маньяке, так как это было закономерностью в подобных делах.

Что ж, на очереди остался только Яхико. Саске с удовольствием допросил бы его сам, но Неджи так же, как и он, считал, что пирсингованный парень являлся их основным свидетелем из-за наибольшей приближённости к жертве и из-за того, что именно с этого убийства преступник изменил свой почерк. Хьюга в кои-то веки проявил сообразительность, правда, когда не надо. Саске уже был вымотан бессмысленными допросами тех двоих, а теперь ему на нервы будет действовать ещё и надоедливый напарник.

Яхико, явно ещё не отошедший от трагедии, разместился в фокусе видеокамеры. Неджи, взяв на себя роль секретаря, сел напротив опрашиваемого, а Учиха предпочёл перемещаться вдоль стола, накручивая себя желанием просмотреть данные, хранившиеся на флэшке, впивающейся в его ногу через узкий карман джинсов и этим постоянно напоминающей о себе.

— Приступим? — отозвался Хьюга, нажимая на старт съёмки.

Красная лампочка замигала, и все присутствующие кивнули. Неджи только-только хотел раскрыть рот, как Саске его опередил:

— Итак, мы не станем выяснять то, что вы уже поведали нам ранее, — процедил он, развернувшись к Яхико. — Расскажите о ваших отношениях с супругой. У вас часто происходили ссоры?

Их свидетель немного ссутулил спину, опуская голову вниз. Ясно, что он не хотел вспоминать о плохом раньше, чем истечёт положенный трауру срок.

— У нас редко возникали конфликты. Если лишь на бытовой почве.

— То есть, хотите сказать, что за два года семейной жизни ни разу крупно не ругались? Я должен в это поверить? — Саске старался давить на больное, чтобы свидетель сорвался и дал ему зацепку.

В ином случае безэмоциональность послужит поводом для подозрений уже самого Яхико. Учиха ранее думал о подобном, но тогда мужчина оставил бы смерть супруги под занавес. И, если убийства продолжатся, это предположение можно отмести. Разве что Яхико слишком умён, не действуя так предсказуемо.

— Если вы были по-настоящему влюбленны, — неожиданно озвучил свидетель, — то до вас дойдёт, почему я не говорю о ссорах. В сравнении с той теплотой, которая существовала между нами, всё плохое меркнет. Я понимаю, что такие вопросы — часть работы, но призываю вас проявить хоть каплю чуткости. Я потерял любимую жену, но всё же иду навстречу следствию.

Слова этого мужчины, как и его покрасневшие и припухшие веки, раздражали чёрствое сердце Учихи. Он не позволит себе ошибиться, не допустит, чтобы из-за его оплошности и сочувствия кто-то лишился жизни. Откровения подобного рода только мешали делу.

— То есть вы ничего не поведаете мне о её плохих деяниях? Считаете, будто все эти убитые связаны хорошими намерениями? Они были застрелены из-за того, что посещали вместе церковь по воскресеньям? — иронично выдал Учиха, скрестив руки, подходя к свидетелю поближе и смотря на него в упор.

Саске чувствовал себя вполне уверенно и ему нравилось, куда катился их диалог. Если бы сейчас они были в суде, а на стороне Яхико выступал адвокат, Учиха неприменимо бы услышал: «Протестую!»

— Довольно! — рявкнул муж покойной, а затем поднялся, направляясь к выходу. — Извините, но мне нужен перерыв.

Саске устало уселся на стул допрашиваемого. Как, чёрт подери, его выматывали такие разговоры! Особенно бесило то, что большинство мнило себя баснословными добродетелями, но, когда кто-то из таких ангелочков умирал где-нибудь рядом с помойкой, выяснялось, что они никакие не святые. Так «прекрасного и верного» мужа нашли мёртвым в парке, а на месте его головы было месиво, точно фарш, — преступник до смерти забил потерпевшего бейсбольной битой. И что же все решили? На улицах их прекрасного города появился кровожадный маньяк, убивающий добропорядочных граждан. На деле же выяснилось, что этот мужчина изнасиловал дочку своего палача, которой, на минуточку, было всего двенадцать лет. Поэтому зачастую Учиха руководствовался тем, что у всех свои скелеты в шкафу, а их утаивание только усложняло расследование полиции.

— И что дальше? — притихший Неджи, прежде разбирающийся со своими бумажками, подал признаки жизни.

— У меня осталось к нему ещё несколько вопросов. На них ему будет отвечать проще.

Саске так погрузился в свои размышления, что даже не съязвил при подвернувшейся возможности. Хоть он и взял инициативу в свои руки, но и подумать не мог, что Хьюга даже словечка не вставит, предпочитая немо наблюдать. Халявщик хренов.

Спустя пару минут Яхико вернулся, а на его лице всё ещё виднелись капельки воды, точно тот всё отсутствие пробыл в туалете, смывая с себя накопленные эмоции в адрес Учихи. Когда свидетель принял удобное для него положение, Саске продолжил:

— Расскажите о похоронах. Присутствовали ли там подозрительные личности? Неприятели потерпевшей?

Это было жестоко и вовсе не «проще», и потому напарник одарил Учиху недоумевающим взором. Они выдернули Яхико как раз с похорон, и Саске опять принялся давить на незажившие раны. Вот только ему по-прежнему было плевать. Под властью гиперчувствительности у людей обычно сильнее развязывался язык, и он не брезговал такими грязными приёмами. Да и свои соболезнования Учиха уже приносил в их первую встречу. Повторения ни к чему.

— Нет, были только самые близкие друзья и родственники. Да парочка сослуживцев, с которыми у неё никогда не возникало конфликтов, — апатично изрёк мужчина.

Он со всем усердием сдерживался, но выдавал своё волнение постукиванием пальцами по столешнице. Жалкое зрелище, которое за несколько лет перестало всячески трогать Учиху. Иначе ему не работать в полиции, где непозволительно терять концентрацию из-за сопереживания.

— Вы уверены? Можем ли мы знать это наверняка? Вдруг Конан не всем с вами делилась? — продолжал ряд вопросов Саске.

— Я уверен. Мы крайне честны друг с другом, — утверждал Яхико.

От Учихи, как и от Неджи, о чём выяснилось по пересечению их взоров, не укрылось, что свидетель говорил в настоящем времени. Он ещё не смирился с потерей.

— Хорошо. — Саске притормозил сбоку стола, облокачиваясь на него ладонями. — А как насчёт социальных сетей?

— Ваши офицеры уже всё проверили, — возмутился мужчина.

— Да, никаких странных переписок мы не обнаружили. Ну, а фейстайм, скайп и прочее? — перечислял Учиха. — Она не имела виртуальных друзей, с которыми регулярно созванивалась?

— Нет, — покачал головой Яхико.

Сука! Совершенно ничего. Интуитивно Саске предполагал, что повторная попытка вытянуть информацию из свидетелей не увенчается успехом, но конкретно на этого он всё же надеялся. Да и вероятность, что этот бесполезный трёп отделял его от улики, томившейся в кармане, только значительнее выводила из себя.

— И рядом с домом вы не замечали никого постороннего? Прохожий, например, пытавшийся украдкой заглянуть в окно?

— Я сейчас там не живу. Я не выдержу… — шумно втянул воздух в себя Яхико.

Только Саске от его эмоций было ни жарко, ни холодно. Для него существовали лишь сухие факты и полезные делу замечания, которые Неджи тщательно стенографировал на своих бумажках.

— Но мы ведь договаривались с вами, что вы осмотрите дом на наличие странных предметов, — упрекнул Учиха. — После случившегося всё было по-старому?

— Вроде бы… — неуверенно произнёс Яхико. — Хотя знаете… — прервавшись, он потёр правый висок, точно роясь в памяти. — Рядом с раковиной, на кухне, стояла кружка. Не в привычках Конан бросать вещи вот так. Но я, кажется, по инерции вымыл её и убрал в полку.

Неожиданно Неджи с шумом хлопнул по столу блокнотом с ручкой, аж даже Саске отпрянул, растерявшись.

— Серьёзно?! Тебе кажется?! Ты понимаешь, что лишил нас единственной зацепки! — заорал Хьюга, вскочив со стула. — Как можно быть таким тупым! Да ты первый должен думать, как бы вычислить этого подонка, если он убил твою супругу!

Саске откровенно ахеревал, вылупившись на напарника. Удивил так удивил. Подобную реакцию вечно сдержанного и любезного Неджи предугадать было нереально. «Ты долбаёб?!» — вертелось у Учихи на языке. Но учитывая присутствие Яхико… А хотя нет. Саске насрать на Яхико.

— Ты долбаёб?! — крикнул он напарнику. — Думаешь, что маньяк не помыл за собой кружку? Разве он где-то раньше так ошибался?

И это оказало эффект на Неджи. Тот угомонился, вернулся в прежнее положение, но начал транжирить чернила, громко чиркая ручкой. Гнида! Испортил все шансы выпытать недостающие факты из Яхико. После демонстрации неуравновешенности Хьюга свидетель вряд ли захочет снова идти на контакт. Он даже инстинктивно направил стопы на дверь, ведущую к выходу из допросной. Поэтому Учихе не обязательно задерживаться дальше.

— Заканчивай сам, — бросил он напарнику, порывистыми шагами покидая помещение.

А в голове так и вертелась херова кружка. Почему маньяк сидел в доме Конан и попивал себе что-то? Саске завернул на лестницу, дабы попасть на этаж, где расположен его кабинет. В рассуждениях невольно всплыли слова Сакуры о хомутах. Преступник мог, издеваясь, наблюдать за брыкающейся жертвой. Удерживать её какое-то время. Но для чего? Ни деньги, ни драгоценности, ни что-либо ещё не пропадало. Он не вор. Но маньяк определённо вёл диалог с потерпевшими. И Саске корил себя за то, что был не в состоянии постичь предмет этого диалога. Что, чёрт возьми, объединяло людей разных возрастов, полов и социальных слоёв?!

Завалившись в кабинет, Учиха мигом бросился к компьютеру, не прекращая своих мысленных потуг выстроить цепочку действий убийцы. Если он пристёгивал своих жертв к кровати, то они обязаны были сопротивляться. Но под ногтями, на их одежде и вокруг не нашлось ни пылинки, которая вывела бы их на преступника. Получается, что наркотик, вводимый в шею, всё же усыплял на некоторое время. А подкрасться незаметно особого труда не требовало.

Компьютер порадовал Саске сигналом опознанного устройства. Наруто молодец: достал записи с первого по пятнадцатое апреля. Начиная перематывать каждое двадцатичетырёхчасовое видео, притормаживая на любом человеке и изучая его, Учиха не прерывал анализа поведения маньяка. Столкнулись ли они с психом или вполне адекватным преступником, судить было рано. Но отвратительнейшая метка на запястьях потерпевших намекала на психологическую нестабильность убийцы. Нужно являться полным отморозком, чтобы без особой причины вгонять в кожу такое число игл, а затем вытаскивать их и смотреть на обильное кровотечение.

Учиха выписал себе на листочек основные приметы людей, регулярно мелькавших на первых видео. Безусловно, это были работники склада. А бросающиеся в глаза черты помогли Саске не задерживаться при виде их на следующих записях. Очевидно, что никто из них не причастен к этой серии убийств, так как Учиха никого из них не знал, чтобы иметь среди них врага. И наконец-то он дошёл до съёмки, в уголке которой было подписано: восьмое апреля. Сначала он не поверил самому себе. Потом в другом проигрывателе открыл запись от шестого апреля. Воспроизводя оба видео одновременно, Учиха всё же убедился: этот ублюдок нагло повторил все сутки, а долбанные охранники подмены даже не заметили!

— Твою мать! — истошно выкрикнул Саске, долбанув ногой по стоящему на полу процессору и зарывшись пальцами в волосы, оттягивая их у корней.

Он в полном дерьме.
Утверждено Aku Фанфик опубликован 27 апреля 2017 года в 05:41 пользователем Elasadzh.
За это время его прочитали 250 раз и оставили 0 комментариев.