Наруто Клан Фанфики Триллер/Детектив Чувства, которые не остывают. Глава IV: Сдвиг с мёртвой точки

Чувства, которые не остывают. Глава IV: Сдвиг с мёртвой точки

Категория: Триллер/Детектив
Чувства, которые не остывают. Глава IV: Сдвиг с мёртвой точки
Название: Чувства, которые не остывают. Глава IV: Сдвиг с мёртвой точки
Автор: Elasadzh, To_mas
Фэндом: Наруто
Дисклеймер: Кисимото
Жанр(ы): Гет, Романтика, Ангст, Драма, Детектив, Психология, Даркфик, Hurt/comfort, AU, ER
Персонажи: Саске/Сакура - основной, Итачи/Сакура - второстепенный, Наруто, Хината, Неджи, убийца(маньяк); остальные
Рейтинг: NC-17
Предупреждение(я): Смерть персонажа, OOC, Насилие, Нецензурная лексика
Размер: Макси
Статус: В процессе
Размещение: Фикбук
Содержание: Ненависть, дружба, любовь — что из этого можно отнести к чувствам, которые никогда не исчерпают себя и не остановятся ни перед какими испытаниями? А если этим испытанием окажется дело о неуловимом и серийном убийце? Ведь чувства не могут остыть так же быстро, как мёртвая плоть.
I know it won’t be long, until I do,
Break from heavy fetters and make it through.
But everywhere I go, 'til I make the move
I will hear them saying — 'Boy, you know you’ll lose'.
They say that I won’t dare, won’t get under way.
They tighten heavy rope around my neck.
They don’t have any name, they’re here to stay.
All these fears of mine.

Знаю, уже скоро я начну действовать,
Освобожусь от тяжёлых оков и совершу прорыв.
Но, куда бы я ни шёл, пока не сделаю шаг,
Я буду слышать: «Мальчик, ты же знаешь, что проиграешь».
Они говорят, что я не решусь, не сдвинусь с места.
Они затягивают тугую верёвку вокруг моей шеи.
У них нет имени, они находятся рядом —
Все мои страхи.

Ocean Jet — Weak


Тот факт, что на часах уже давным-давно перевалило за полночь и людей в участке практически не осталось, по-видимому, не смущал не только Учиху. Неджи вроде как не собирался бросать начатое и торопиться домой. И если раньше Саске мог спокойно работать сутками напролёт, то в этот раз свалившийся на его и так раскалывающуюся голову детектив не способствовал хоть капле комфорта. Всё это только подталкивало Учиху пересилить своё нежелание видеть судмедэксперта и отправиться на её поиски. Но не успел он и подняться со своего рабочего места, как лежащий на столе телефон неожиданно завибрировал. На экране высветилось сообщение:

«Баллистическая экспертиза у меня».

Это она так попыталась сумничать? Могла бы просто написать про экспертизу пуль или что-то в таком роде. В этом вся Сакура, старающаяся казаться профессионалом своего дела. Как же! И хоть её не было рядом, на лице Саске нарисовалась та самая издевательская ухмылка, которую Харуно видела практически всегда, высказываясь в его присутствии.

В любом случае, теперь ему не придётся заявляться к ней без приглашения или «по собственной воле». Молча удалившись из теперь их общего с Неджи кабинета, так как он вовсе не обязан отчитываться о своих передвижениях, Учиха устремился прямиком в морг. Учитывая, что у них новый труп, вряд ли Сакура могла ошиваться где-то ещё.

— Искала на коже отпечатки — ничего, — она первая завела разговор, как только расслышала хлопок двери, ведь, ясное дело, детектив любезно не придержал её, ознаменовав этим своё появление.

За несколько лет их сотрудничества Харуно выучила, что так бесцеремонно вламываться куда угодно мог только Саске.

— Что в отчёте о ногтях? — сухо уточнил Учиха.

Он подошёл ближе к столу, где смиренно расположили труп женщины, которую он видел ранее только на кровати в её доме. Рядом же возилась Сакура, фиксируя челюсть мёртвой какой-то металлической штукой и беря различные анализы из её рта.

— Провела выскабливание: под ногтями грязь, но это кожа от её собственных ладоней. Она сама их себе ободрала и его не царапала, — с ноткой разочарования отчеканила девушка.

Это могло значить лишь то, что вариант, где убийца подкараулил жертву возле особняка, дабы беспрепятственно проникнуть в жилище жертвы, можно отмести. В противном случае остались бы хоть какие-то следы борьбы.

— А что с наркотиком? — процедил Саске, разозлённый тем, что ему приходилось самому вытягивать из судмедэкспера все объяснения.

Сакура чувствовала себя словно на допросе, учитывая тон её собеседника, но она нервничала бы меньше, если бы не этот конкретный вопрос. Это уже пятый труп, но Харуно до сих пор не смогла выяснить, что за вещество вкалывали жертвам в шею. Она нервно закусила губу, а пристальный взгляд Учихи после её мешканья с ответом не упустил такой перемены.

— Серьёзно? Может, мне стоит обратиться к другому специалисту, раз ты не в состоянии выполнять свою работу? — неприкрыто взбесился он, сведя брови от раздражения.

— Суть в другом, и это тебе прекрасно известно. Единственное, что пока удалось выяснить: инъекция, получаемая жертвами, содержит слишком маленькую дозу этого вещества. Я не уверена, но нельзя исключать, что потерпевшие вообще всё время перед убийством фактически могли находиться в сознании, либо быть в отключке очень непродолжительное время. Поэтому нам до сих пор неизвестно, что конкретно входит в состав этого наркотика: он слишком быстро рассасывается в крови. Думаю, где-то в течении часа. И ещё… — она вдруг замолчала, точно обдумывая, стоило ли ей вообще делиться своими догадками с человеком, который не особо и хотел её слушать.

— Что ещё? — в интонации его голоса проскочила заинтересованность, так как уточнения Сакуры, возможно, помогут ему сложить пазл быстрее.

Хотя подсознательно Саске в этом сильно сомневался.

— У некоторых жертв, включая Конан, я заметила совсем слабый след на руке. То же было и у Джирайи с Цунаде, хотя при их осмотре это казалось простой случайностью, но у Конан синяк более выраженный. Думаю, он предварительно связывал их чем-то наподобие шнурка, но скорее хомутами.

Все остальные умозаключения судмедэксперта Учиха пропустил мимо ушей, погружаясь в собственные размышления. Если подумать, то причина, по которой маньяк вводил такое небольшое количество вещества, вероятно, состояла в спешке. Иначе он бы не нуждался в верёвках. Наркотик недостаточно силён, чтобы обездвижить жертву на очень продолжительное время, и при этом недостаточно слаб для того, чтобы можно было так просто освободиться от удерживающей их руки вещи, чем бы это ни было. А ещё странным виделось то, что на месте преступления не найдено подобных предметов. Преступник чересчур щепетилен во всех нюансах: верно, опасался, что его можно отследить даже через такую мелочь, обратившись к производителям. Что ж, это вполне логично, так как они до сих пор не смогли даже на пятки ему наступить.

Пробелов в расследовании этой серии убийств лишь прибавилось. Почему маньяк торопился? Почему, в случае с Конан, изменил метод и на шее убитой следы от удавки? Его спешка связана с отсутствием времени или же с отсутствием терпения до кульминации? Саске больше склонялся ко второму варианту: если бы преступник не располагал свободным временем, он бы ограничился одной пулей, не прибегая к таким атрибутам, как уколы и отличительное клеймо. Учиха чувствовал, что упускал какую-то важную деталь в последовательности действий маньяка перед тем, как тот застреливал убитых.

— Вы ничего не нашли и не найдёте — я ведь права? Облом, да? — чтобы хоть как-то нарушить это неловкое для неё самой молчание, Сакура решила возобновить их диалог.

У него вдруг возникло чувство дежавю. Каждый раз, когда он слышал в её речи проблески светлого ума, полезные для него самого, судмедэксперт умудрялась перебивать все свои достижения в одночасье, заваливая его идиотскими вопросами и засовывая нос, куда не просили.

— Занимайся своими обязанностями, Харуно, — отмахнулся Учиха.

Он опёрся поясницей о стол, вовсе не смущаясь того, что на нём лежал мёртвый человек, а затем не удержался и добавил:

— Если ты ещё не утратила профессиональный подход, в отличие от всех остальных. Ваши лабораторные крысы делали отчёт о пулях целый месяц! — возмутился Учиха.

Он протянул к руку девушке, показывая тем самым, что уже узнал всё желаемое, а папка, лежащая позади неё, — последняя необходимая ему вещь в этом помещении морга.

Сакура прекрасно осознавала: объяснять этому человеку то, что многие ушли в отпуск и анализ затянулся, было бесполезно. К тому же её это никак не касалось. Но Саске, похоже, так не считал. По правде говоря, Харуно безумно выводило из себя, когда её одноклассник так наплевательски относился к её профессии, и из-за нахлынувших эмоций она повелась на провокацию, решив донести до него, что её работа не менее важна.

— Скажи, что ты видишь? — игнорируя его протянутую руку, Сакура заговорила увереннее, чем обычно в его присутствии.

— Мёртвое тело, — мысленно проклиная свой же язык, ведь теперь судмедэксперта не заткнуть, Учиха старался вести себя безразлично в надежде, что на неё это подействует.

— Я вижу источник возможностей понять её саму, её жизнь и то, как эта жизнь закончилась. Она явно была подвержена регулярным стрессам, — Харуно указывала на погрызенные ногти и искусанные с внутренней стороны щёки, которые украшали белёсые и давно зажившие рубцы, не имеющие связи с убийством. — Она вела сидячий образ жизни — у неё были проблемы со спиной. А ещё она принимала наркотики и выпивала, причём не только по праздникам.

Вместо баллистической экспертизы в руки Саске опустились анализы печени. Уж что-что, а изучать эту хрень и вникать в трёп Сакуры в четыре часа ночи он явно не планировал.

— Имеешь в виду, что ты ответственная и знаешь своё дело? Послушай, лучший работник месяца: меня не ебёт, сколько она бухала и как часто просиживала задницу, ведь к расследованию это никакого отношения не имеет. Если у тебя нет информации посущественнее, тогда, будь добра, перестань трахать мне мозг и иди отрабатывать у начальства своё место на доске почёта привычными для тебя способами.

В помещении, которое чаще всего наполнялось лишь лязгом металла, внезапно раздался звонкий хлопок. На левой щеке Учихи вмиг проявился бледный след, а по его контуру, отчетливо напоминающему отпечаток руки, выступили багровые линии. Это не впервые, когда у Харуно возникало желание проехаться по лицу детектива, но он переходил все границы дозволенного, фактически давая ей разрешение на подобную реакцию.

— Это всё, на что способна твоя фантазия?! Или мои отношения с Итачи — настолько больная для тебя тема?! — задетая его колкостью, воскликнула она.

Стараясь успокоить учащённый пульс от нахлынувших ярости вперемешку с адреналином от содеянного, Сакура неотрывно смотрела в лицо Саске своими наполненными густой ненавистью, малахитовыми глазами. Он, как-то необычно ухмыльнувшись, даже не прикоснулся к месту удара и, окольцевав её левое запястье жёсткой хваткой, резко притянул Харуно к себе. Намеренно настолько близко, чтобы она могла чувствовать его дыхание у себя на губах.

— Может, мне арестовать тебя за нападение на сотрудника полиции при исполнении? — каждое его слово было произнесено со всей серьёзностью.

Сакура практически примерила на себя шкуру настоящей преступницы, да только её воображение уводило её к иному развитию событий. Она ощущала крепкие и грубые пальцы детектива на своей руке и его вторжение в её личное пространство, а её сердце бешено колотилось в груди, разгоняя кровь по организму с большей скоростью, отчего кожа лица окрасилась румянцем.

— Это ты так волнуешься, что в тюрьму сядешь или что эта тема на самом деле болезненна вовсе не для меня? — съехидничал Учиха.

Лёгким движением оттолкнув девушку в сторону, он наконец дотянулся до папки с экспертизой. На секунду Саске задумался, что такое поведение бывшей одноклассницы может повлиять его и так завышенную самооценку, да и вообще подобные разговоры с Харуно порой не столько коробили его, сколько забавляли, но затем услышал приближающиеся шаги и знакомые голоса.

— Восемь охранников! Восемь, Итачи! — восклицала девушка, всплескивая руками в ужасе. — Как же много было налётчиков? С такой скоростью всех уложить и избавиться от записей с камер… — продолжала поражаться Карин, пока начальник оставался непоколебим.

— Думать об этом — не твоя забота, — парировал он, обозначая отсутствие готовности разглагольствовать на эту тему.

Итачи совершенно не понравилось, как его выдернули с одного происшествия на другое. Но, естественно, один труп являлся не такой важностью, как восемь и кража огромной суммы денег.

— Вот почему ты так резко ушёл? — обошлась без приветствий Сакура, обращаясь к вошедшему в помещение Учихе и стараясь не выдать своей обеспокоенности тем, что случилось здесь всего несколько десятков секунд назад.

— Да. Ограбление банка на Вашингтон-стрит требовало моего личного присутствия, — подтвердил он, устало потирая переносицу.

— Я поэтому к тебе и пришла, — подхватила Карин. — Нужна твоя помощь с трупами. Иначе с таким количеством я не разберусь до следующей глубокой ночи.

— Конечно, без проблем, — заверила Харуно. — Как только закончу с ней, — махнула она в сторону мёртвой Конан.

Саске лишь закатывал глаза на эту рабочую любезность, не привлекая к себе лишнего внимания. Но от Итачи всё же не скрылось то, на каком маленьком расстоянии находились друг от друга младший Учиха и Харуно. Возлюбленная и брат одаривались подозрительными взглядами. Трудовые моменты и вынужденное содействие могло бы оправдать сближение любых людей, но только не этих двоих. Один сам по себе являлся напыщенным инфантилом, а другая была слишком обижена за многолетнее игнорирование, унижения и насмешки, чтобы спокойно сосуществовать с Саске в одной комнате. Но, видимо, Итачи что-то упустил, раз все его представления разрывались на части перед реальностью. И такое положение дел его совсем не устраивало. Не хватало ещё соперничать с братом не только в погоне за карьерным ростом, но и из-за девушки, которая, как казалось Итачи, давно закрепилась за ним.

— Саске, ты не мог бы объяснить, с какой стати отсиживаешься здесь, а не проверяешь данные по нашему новому трупу? — надавил на должностные обязанности он, желая спровадить младшего братца.

Сакура шумно выдохнула. Она видела в расширившихся зрачках своего мужчины нотки ревности, но не понимала их причины. В своих снах, конечно, она не раз изменила Итачи, но по факту она не давала ему ни одного повода сомневаться в ней. А его двусмысленный вопрос к Саске становился непосредственным оскорблением для неё.

— Я этим здесь и занимаюсь, — выдавил детектив. — В этот раз на теле был обнаружен новый след, который отличает данную жертву от всех предыдущих. И мне нужны были подробности.

— Так ты закончил? — настойчиво поинтересовался Итачи, совершенно не реагируя на оправдания младшего брата и насупившуюся из-за его пренебрежительного тона Карин.

— Разумеется, — изрёк тот, выхватывая прямо из рук Сакуры незаконченные заметки, которые она собиралась протянуть ему. — Счастливо оставаться.

— Саске, постой! — увязалась за ним Узумаки.

Харуно проследила, как детектив, чуть не споткнувшись о мусорный контейнер, выскользнул из морга, не обернувшись и хлопнув дверью прямо перед носом Карин, которая побежала его догонять. Их общение с младшим из братьев далеко от нормального, и всё же этой ночью оно было сравнительно длиннее и «разнообразнее», чем за последние несколько лет. Тем более Харуно довольно интересно узнать, чем бы мог закончиться их «диалог», не прерви их её молодой человек. И почему нельзя сохранять человеческое отношение с обоими Учихами одновременно? Грёбаные единоличники!

— Сакура-а-а? — неожиданно отвлёк её от раздумий Итачи, пощёлкав пальцами прямо на уровне её глаз. — О чём ты так задумалась?

— Да нет… Ни о чём, — подёрнула плечами она. — Просто жалко её мужа, — кивнула она в сторону лежащего на столе тела.

— Позаботься лучше о себе, а её стоило бы убрать, если ты завершила осмотр, — посоветовал он, просовывая свою руку в карман её халата и доставая ключи от морга. — А я тебе помогу.

— Поможешь с чем? — недоумевала Сакура. — Ты собираешься меня выпроводить и не пускать на работу?

Это было первым, что пришло в её голову. Старший Учиха иногда становился до тошноты внимательным к её синякам под глазами, которые тоналка скрывала из ряда вон плохо.

— Я собираюсь выбить из тебя все лишние мысли одним очень действенным способом, — усмехнувшись, пояснил Итачи и запер их внутри прохладного и мрачного помещения.

Улыбка невольно растянулась на её лице, пока ступни убитой ускользали в закрывающийся холодильник. Мужчина с завидной регулярностью намекал подобным образом в самых неуместных ситуациях, но это не отталкивало, а лишь веселило Харуно. Всё-таки их жизнь довольно непредсказуема и во многом не зависела от них самих. Они, как государственные служащие, не принадлежали себе, и поэтому имели право расслабляться в любую свободную минутку.

Учиха осторожно подошёл к Сакуре сзади, и спиной она незамедлительно почувствовала исходящий от его тела жар, чему способствовала пониженная температура помещения морга. Не взирая на молчаливые протесты Харуно, Итачи, схватив её за предплечье, поволок её в угол, где оставалось небольшое пространство между стеной и шкафом. О его желаниях не трудно было догадаться, так как она знала, что это место — единственная слепая зона для камер видеонаблюдения, которыми был увешан весь полицейский участок.

— Ты ведь не против? — уточнил он, прижимая её к стене и поглаживая своими руками тонкую девичью талию.

Сакура запоздало кивнула, обняв своего молодого человека в ответ и первой прильнув к его губам. Но после этой фразы всё хорошее настроение испарилось, точно его смело оглушительным потоком ветра. Учиха углубил поцелуй, пытаясь её таким образом распалить. Даже его умелые пальцы, уже скинувшие белый халатик на пол и забравшиеся под чашечки бюстгальтера, не могли вернуть ту атмосферу, которая будоражила Харуно чуть ранее. Как бы Итачи ни ласкал её шею, спускаясь к ключицам и оставляя на них небольшие засосы, розоволосая не чувствовала, что сумеет словить с мужчиной одну волну. А совесть всё продолжала колоть изнутри: Сакуру заводило присутствие Саске, но никак не его старшего брата.

В какой-то момент её посетила дурная идея: если на месте одного брата она представит другого, она, вероятно, получит куда более новые, необычные и взрывные впечатления. Воображение на несколько мгновений вскружило ей голову, и Харуно практически отдалась этой доминанте, но вскоре поняла, насколько такая затея казалась отвратительной ей самой.

Стараясь заглушить гнетущую изнутри совесть, она собственноручно притянула старшего Учиху к губам вновь, чтобы прикрыть веки и попробовать раствориться в привычных ей ласках. Всё-таки знание эрогенных зон своей партнёрши помогало ему постепенно вернуть Сакуру к нему, на землю, а не оставлять девушку в облаках и с младшим братом. Итачи не отметал подозрений, что начинал её терять, и поэтому хотел показать ей все плюсы того, что может быть, если Харуно его не покинет.

Учиха положил одну руку на её ягодицы, притягивая её к себе и давая ей возможность оценить силу его возбуждения, пока другой рукой он отстранил девушку от своих губ за волосы, чтобы иметь доступ к её мочке уха, которую он немного прикусил. А короткий поцелуй в пульсирующую жилку на шее и прокручивание соска в подушечках пальцев после даже сорвали с уст Сакуры судорожный вдох. И Итачи наконец-то почувствовал, что она обмякла в его руках, раскрывшись для него и целиком доверившись ему. Теперь уже и Харуно тоже хотела поделиться с ним своей страстью, но он протестующе отстранил её от себя по весьма глупой, по её мнению, причине: он не хотел измять свой костюм. И тут же, в качестве извинения, Учиха припал ртом к небольшой женской груди, разрешая Сакуре взъерошить иссиня-чёрные волосы, пока пальчики мужчины пробирались ближе к пуговицам на её джинсах. Он проскользнул в них, сквозь тонкую ткань трусиков поглаживая девушку между ног, где уже было достаточно влажно, и замечая, как Харуно заёрзала от нетерпения. В принципе, и сам Итачи не видел смысла растягивать прелюдии.

Расстегнув ширинку, высвободив ноющий от исступления член и надев презерватив, он спустил с Сакуры джинсы вместе с нижним бельём, и, не дожидаясь, пока она стянет штанину с левой ноги, схватил её под бёдра, побуждая обнять его за шею для опоры. Он незамедлительно вошёл в неё на всю длину, издав довольный рык, в то время как Харуно вскрикнула из-за резкого толчка и небольшого неприятного ощущения, исчезнувшего практически сразу же. Учиха часто задышал в волосы склонившей к нему голову Сакуры, двигаясь в ней быстро, наращивая темп. Они несколько дней не имели возможности насладиться друг другом, потому никто и не остался бы разочарованном в быстрой разрядке. Она была физически им необходима.

Морг постепенно наполнялся звуками разгорячённых дыханий и сдавленных стенаний вместе со звоном пошатывающихся колб от того, что Харуно упёрлась одной рукой в шкаф сбоку, приводя его в движение вместе с ними. Любовники не отвлекались на посторонние ласки, сосредоточившись на достижении наивысшей точки удовлетворения и синхронно подмахивая друг другу. Хотя Сакуру не покидало ощущение неправильности не только совершающегося сейчас, но и выбора её будущего в целом. Связать свою жизнь с человеком, которого она не любила, Харуно могла. Только она перестала желать и себе, и ему такой участи. Наверное, она с каждым днём всё решительнее для честности. Сколько ни старайся, а приказать своему сердцу никому не по силам, особенно когда источник настоящих, искренних чувств с завидной регулярностью маячил перед глазами.

Сакура уже не поспевала за Итачи, прекратив насаживаться ему навстречу и наслаждаясь сверхускоренным ритмом их соития. Каждый новый толчок отдавался сладким эхом внизу её живота, но этого было недостаточно для получения оргазма, наступление которого почему-то не чувствовалось на горизонте. Зато Учиха не был дураком, к тому же ему прекрасно знакомо тело его девушки и как оно ведёт себя на финишной прямой к наивысшему блаженству. И если до этого он пытался оттянуть достижение собственного удовольствия ради Харуно, сетуя на нехватку у обоих времени и неподходящую обстановку, то теперь, когда он заметил неестественное имитирование сжатия стенок её лона и попытки фальсифицировать стоны, у Итачи просто лопнуло терпение. Отбросив всю заботу о партнёрше, Учиха, уже хватающий ртом воздух, предупредительно дёрнулся, а затем и кончил, не выходя из Сакуры. И только спустя полминуты он окончательно убедился, что сидящая у него на руках девушка так и не последовала за ним.

Он действительно был обескуражен и не мог найти слов. Учиха молча помог Харуно встать на ноги, чтобы привести себя в порядок, и, разобравшись с ширинкой и разгладив складки костюма, отошёл к середине помещения, повернувшись к девушке спиной. Он был смущён, но понимал, что не мог уйти просто так. Это было бы подло. И Итачи набрался мужества, чтобы посмотреть в глаза уже одетой Сакуре, поправляющей лямки бюстгальтера под водолазкой, что совсем недавно была задрана аж до самого подбородка.

— Извини, — охрипшим голосом произнёс он, шагнув вперёд. — Обещаю исправиться, когда будет меньше работы.

Учиха чмокнул её в лоб и стремительно покинул помещение морга, оставляя девушку наедине со своим шоком.

Причём шок Харуно исходил исключительно от неё самой, о чём не мог знать Итачи. За пару лет, проведённых в отношениях с ним, таких ситуаций были единицы, и то лишь потому, что в те моменты голова была занята работой или каким-то потрясением. Похоже, как только Сакура стала меньше изолировать себя от присутствия Саске, отголоски старых чувств начали приобретать всё более насыщенные оттенки, бессовестно претендуя на место в её голове и сердце.

***


— Эй! Я понимаю, что вы с начальником не в ладах, но это не повод вот так относиться к окружающим! — донеслось из-за спины.

Услышав возмущенный тон Карин позади себя, Саске всё же остановился, дав возможность ей поравняться с ним, а уже после начал идти вперёд более размеренным шагом.

— У меня паршивое настроение, да и я уже забыл, когда в последнее время нормально спал, — выгораживал сам себя Учиха.

Карин для него, пожалуй, являлась единственным человеком среди криминалистов и судмедэкспертов, к которому он относился снисходительно. Он не знал, была ли причина этого в её родственных связях с Наруто, либо в её ответственном подходе к делу. Ещё со времен университета им приходилось часто видеться, и поэтому брюнету было проще найти с ней общий язык. Нельзя было сказать, что Саске испытывал к ней сильные эмоции, но и поговорить о чём-то отстранённом он был не прочь.

— Думаю, тебе стоит больше общаться с Наруто. Обычно, после ваших встреч вне работы, ты становишься менее нервным, — посоветовала девушка. — Хотя иногда случается прямо противоположный эффект.

Учиха усмехнулся, на секунду абстрагировавшись от собственных соображений по поводу дела, пока Узумаки не включила свою бабскую заботу, вынуждая его вернуться в реальный мир. Они шагали по коридору отдела, где со всех сторон были прозрачные двери, ведущие в разного профиля лаборатории. И все случайные зеваки по ту сторону стекла смотрели на идущую парочку с удивлением. Нечасто можно было увидеть Саске, спокойно беседующим с кем-то.

— А как продвигается дело о том маньяке? Слышала, к тебе приставили нового детектива, а ещё теперь ты работаешь с Сакурой, — она сделала паузу, словно обдумывая сказанное и то, стоило ли ей вообще говорить об этом.

— Прежде, чем ты спросишь, насколько сильно я этому «рад», предлагаю тебе ещё раз хорошо поразмыслить, — парировал он.

— Уверена, если ты отбросишь свою предвзятость и вредность, ты вполне можешь сработаться с ними. Особенно это касается Сакуры. Я ведь помню, как ты раньше… — она не успела закончить, как Учиха её перебил:

— И что ты здесь забыл?

Из-за угла коридора показался Хьюга, заставляя Саске непроизвольно сжать папку в руках. Ему совершенно не хотелось объяснять своё присутствие в этом отделе и делиться с Неджи материалами для расследования. Карин же, заметив напряжённую обстановку между этими двумя, поспешила ретироваться, почувствовав себя здесь определённо лишней.

— Я проверил сходство между жертвами, о которых ты просил. Как я и сказал ранее: это всего лишь совпадение. А касательно её мужа: ничего необычно или того, за что можно зацепиться. На случай повторного нападения я распорядился приставить к нему наблюдателей, — ничего не упустив, выдал Хьюга.

Он говорил так, будто Учиха намеренно потратил его время на бесполезный поиск. Что ж, хоть где-то его дедуктивные способности сработали на славу: Саске изначально планировал заняться чем-то посущественнее и не собирался растрачивать свои силы на очевидный провал.

— А что у тебя? Раз ты тоже здесь, осмелюсь предположить, что у тебя уже имеется отчёт судмедэксперта? — не остался в долгу Неджи, скосившись на папку в руках у Учихи.

Идея, как отмазаться от перспективы делиться добытой с таким трудом информацией об экспертизе пуль пришла к Саске почти мгновенно. И как ему было ни прискорбно, за это стоило поблагодарить Сакуру. В этот раз её бесполезное доказательство своего профессионализма принесло ему огромную пользу, ведь его очень смущал и настораживал тот факт, что результаты баллистики появились, как только Неджи перевели в их участок.

— Бери, — с трудом сдерживая улыбку, процедил Учиха и сунул ему анализы печени и прочей дребедени, которые минутами ранее получил от судмедэксперта бонусом, — это всё, что пока удалось обнаружить. По сути, ничего нового.

Бегло ознакомившись с информацией, Неджи обречённо выдохнул, а после направился в обратную сторону, оставляя Саске в коридоре подвального помещения со своими мыслями. Тот факт, что у Хьюга начисто отсутствовала хоть какая-то интуиция детектива или внимательность, раз он даже не удосужился спросить про остальные листки в папке, на данный момент вызывал у Учихи смешанные чувства. С одной стороны, ему это на руку, хоть он и на этот случай придумал план действий, но с другой, он в очередной раз убедился в бесполезности этого кадра.

Взглянув на часы, Саске обнаружил, что уже шесть утра и пора бы ему отправиться домой, чтобы наконец выспаться. Он, покинув участок, ощутил освежающую утреннюю прохладу, и, получив незначительный заряд бодрости, быстрыми шагами поплёлся в сторону своего автомобиля, воодушевлённый ожиданиями заветного визита в собственную кровать.

Если бы он заранее знал, что, при открытии этой папки ещё в машине, его желание отоспаться полетит коту под хвост, Учиха стопроцентно отложил бы изучение материалов до завтра и не поддался бы искушению. Но внутренний голос подсказывал: ему необходимо прочесть результаты экспертизы именно сейчас. При осмотре документов первой бросилась в глаза модель пистолета, пули из которого судмедэксперт достала из черепов жертв:

«SIG Sauer P226 X6».

На секунду Саске показалось, что он слишком сонный и его мозг просто издевался над ним, подбрасывая ему сказочные данные. Но после досконального изучения всех приложений и анализов, Учихе таки пришлось поверить собственному зрению. Он прекрасно помнил это название, и то, что оно фигурировало в деле серийного маньяка, вводило его в ступор, потому что такие служебные пистолеты предоставлялись только сотрудникам полиции. Но тогда метка, которую оставлял убийца на запястьях жертв, приобретала своё значение.

Саске откинулся на спинку водительского сидения, отшвыривая документы в сторону. Он помнил, что модель этого пистолета была выведена из использования два года назад. При острой надобности оружие можно получить, но для этого придётся посетить склад в одном из самых отдалённых районов. Видимо, ему необходимо наведаться в другой конец города. Срочно. И, не сдерживая себя в выражениях, Учиха завёл машину.

Начинающие потихоньку просыпаться улицы вносили в эти сумасшедшие дни хоть какое-то умиротворение. Снаружи не слышались возмущённые сигналы автомобилистов, так как подрезать было практически некого. Саске спокойно, если это уместно употребить в данном контексте, огибал кварталы на превышенной скорости, чтобы пораньше закончить выяснение всех обстоятельств, связанных с пистолетом. Учиха находился в каком-то странном возбуждении: он не знал, куда деть руки, и оттого либо закуривал, либо постукивал по рулю, либо забавлялся с кнопками подъёма и спуска стёкол в окнах. Он понимал, что материалы экспертизы, притягивающие его взгляд с соседнего сидения вновь и вновь, могут стать ключом к развязке всей этой истории. В штатах, где полицейские использовали именно это оружие, его продажа запрещена. И таких штатов было большинство, чтобы уменьшить вероятность использования своего служебного положения в гнусных целях. Значит, выяснив, кто же под свою ответственность забрал со склада выведенный из рабочего процесса, табельный пистолет, Саске непременно выйдет на убийцу или его сообщника. Учиха боялся загадывать, но предположение о том, что задержание маньяка не за горами и может случиться даже сегодня, навязчиво крутилось в его голове, отвлекая от проносящихся мимо дорожных знаков. Всё-таки хорошо, что Сакура передала баллистическую экспертизу именно ему, а не Итачи или Неджи.

Харуно… Надоедливая девица, несомненно, использовала документы и с их помощью вынудила его провести с ней наедине какое-то время. Саске рефлекторно коснулся рукой левой щеки, обещая себе позже избавиться от двухдневной щетины. Попытки судмедэксперта полноценно вторгнуться в его личную жизнь неимоверно раздражали. Она вела себя словно капризный ребёнок, зато пахла как мужик, что Учиха почувствовал в тот момент, когда притянул её к себе. Скорее всего, она спала с его старшим братом у того дома, а затем наведывалась в ванную и была вынуждена взять его гель для душа. И оттуда их выдернули на новое место преступления. Насколько же непривычно было ощущать характерный мужской аромат от девушки. По мнению Саске, запах формалина был куда менее отвратительным и антивозбуждающим. Сука, да какого хрена он вообще об этом думал?!

Учиха резко выкрутил руль, поворачивая влево со свистом шин. Хроническое недосыпание необратимо приводило к деградации, раз он допустил подобные мысли. Необходимо покончить с этим делом, что избавит его от контакта с Сакурой. А уж избегать её в витиеватых коридорах их участка полиции как раньше проблемой не станет. Удовлетворённо хмыкнув, он припарковался прямо у входа в здание склада, куда свозили невостребованные пистолеты, револьверы и автоматы со всего Бостона.

Охрана встретила его враждебно: мало ли с какими намерениями Саске мог заявиться в здание, доверху напичканное оружием. Его заставили вывернуть все карманы, проверили металлоискателями и даже пробили ID* детектива, чтобы удостовериться в его подлинности. Ничего унизительнее Учиха ещё не испытывал, но даже это было каплей в море по сравнению с шансом упечь маньяка, за которым он гонялся уже больше месяца, за решётку.

Наконец дождавшись разрешения попасть к смотрителю, Саске, распихав кошелёк, телефон, пачку с сигаретами, зажигалку и связку ключей по карманам, проследовал за охранником в кабинет к человеку, отвечающему за приём и выдачу оружия. Ещё никогда Учихе не приходилось бывать здесь, но в теории он знал, как работала эта система: склад принимал заверенный главой полицейского участка запрос, обрабатывал его и через некоторое время уведомлял, можно ли и когда приехать за оружием. Помимо запроса нужно было подписать кучу бумаг, в том числе и оставить пометку в журнале реестра склада. Именно журнал и нужен был Саске. Просмотреть его быстрее, чем поднимать архивы со всеми запросами. Учихе хватит даты, имени и фамилии человека, чтобы в считанные часы разыскать его и предъявить ему обвинение.

— Здравствуйте, я Саске Учиха, — с порога приступил к докладу он. — Мне нужно, чтобы вы посмотрели по журналу реестра, кто забирал SIG Sauer P226 X6 в период с начала марта по десятое апреля.

Он без разрешения завалился на стул для посетителей, и оглядел сидящую за столом старушку. Женщина, улыбаясь, даже не сделала ему замечания, но почему-то заведомо напрягала его.

— Не торопись, внучок. Сейчас поищем, — сказала она, отодвигая один из ящиков стола. — Зови меня бабулей Чиё.

Она, конечно, хоть и выглядела божьим одуванчиком, но Саске не умиляла ни на йоту. А её медлительность только действовала на нервы. Сначала седовласая собрала со стола какие-то документы, встала и убрала их в одну из папок, что усеяли настенные полки. Потом вернулась на место и зачем-то переставила на столе органайзер. И только после Чиё вытащила из открытого ящика интересующий Учиху журнал. Но на этом приготовления старушки не закончились. Она сняла со своего носа очки, чтобы тщательно протереть стёкла, и он шумно выдохнул.

— Ладно тебе, не кипятись, — засмеялась Чиё. — Молодой — подождёшь.

Саске не стал это комментировать, склонившись к журналу и всматриваясь в исписанные страницы. Старушка пролистывала их несколько минут, прежде чем он увидел аббревиатуру названия модели пистолета, которым и убивал его маньяк. Истина была от него в считанных сантиметрах. Больше всего его пугала и разочаровывала одновременно вероятность не обнаружить ни следа преступника в журнале. Учиха до последнего не мог поверить, что дело раскроется так просто и что убийца поступит так неосторожно, не придумав, как избавиться от этого доказательства. Но Саске даже не мог себе представить, насколько наихудший вариант развития событий его ждал, ведь ещё до того, как седовласая довела своим морщинистым пальцем до нужной строки, он прочёл:

«Восьмое апреля. Саске Учиха. Подпись».

Примечания:
ID* – в данном случае подразумевается не удостоверение личности, а специальная пластиковая карточка работника правоохранительных органов, на которой хранится всё его досье и которая является пропуском на государственные объекты разных уровней (допуск к определенному уровню зависит от звания и должности). ID прикладывают к специальному сканеру на проходной/пункте охраны точно так же, как мы в России это делаем в университетах, метро и т.д.
Утверждено Aku Фанфик опубликован 27 апреля 2017 года в 05:35 пользователем Elasadzh.
За это время его прочитали 346 раз и оставили 0 комментариев.